Конкретную причину можно узнать в комментариях — если обновление не вышло, я обязательно поясню это в комментариях!
Хань Жань действовал быстро: меньше чем через час он перезвонил Цзянъяо и сообщил, что нужный человек уже найден.
Цзянъяо запросила у него контактные данные хакера и сразу же начала общаться с ним через WeChat.
Она отправила ему последний пост «любящей рисовать Мо Мо», связанный с попыткой самоубийства.
«Здравствуйте! Не могли бы вы помочь мне найти информацию об этом блогере?»
Хакер мгновенно ответил:
«Человека ищете?»
«Нет. Мне нужны доказательства того, что она на самом деле не пыталась покончить с собой».
Тот прислал эмодзи с одобрением, а затем ещё одно сообщение:
«Как найду — пришлю».
Цзянъяо горячо поблагодарила его.
Прошёл больше часа томительного ожидания, но ответа так и не последовало. Цзянъяо пришлось собраться и оторвать взгляд от телефона.
Она снова взяла в руки кисть, пытаясь просто что-нибудь нарисовать, но рука не поднималась — мысли путались, в голове царил хаос, и ни одна идея не приходила.
С самого момента появления новости о самоубийстве ей перестали поступать заказы на иллюстрации. Ей так отчаянно хотелось найти доказательства не только для того, чтобы разоблачить подлость этой девушки, но и чтобы полностью очистить своё имя и продолжить карьеру в мире иллюстрации.
Длинный послеполуденный день, который обычно проходил за чашкой чая и лёгкими сладостями в уютной расслабленной атмосфере, теперь был наполнен тревогой — такой же жаркой и беспокойной, как солнечный свет за окном.
Цзянъяо снова посмотрела на телефон на столе, долго колебалась, но всё же взяла его в руки.
Хакер, которого нашёл Хань Жань, словно забыл о ней: чат замер на последнем сообщении и больше не двигался.
Цзянъяо всё же не решалась напоминать — ведь она просила его об услуге.
Вздохнув, она открыла Weibo.
С тех пор как вчера всё началось, каждый вход в соцсеть приносил новый шок. К настоящему моменту у неё уже выработалась почти фобия.
Но на этот раз ничего нового не произошло.
Оскорбительные комментарии пользователей заметно замедлили свой рост — если так пойдёт ещё несколько дней, эта история, скорее всего, будет погребена под новыми событиями и забыта.
Внезапно раздался звук нового сообщения в WeChat — хакер наконец связался с ней.
«Я определил её местоположение. Сейчас она в одном из торговых центров. Кроме того, фотография с порезанными запястьями, которую она выложила в Weibo, была взята с даркнета. Я нашёл оригинал».
Цзянъяо перешла по ссылке и, увидев кровавое изображение, почувствовала приступ тошноты.
«Хочешь, взломаю её аккаунт? Может, там ещё что-то найдётся».
«Нет, спасибо».
Этой фотографии было достаточно, чтобы всё прояснить.
Цзянъяо снова поблагодарила хакера, подумала немного и перевела ему пятьсот юаней в качестве вознаграждения.
Тот без колебаний принял деньги.
*
Офис президента корпорации «Хо».
Хань Жань и другой мужчина того же возраста сидели на диване, глядя на экран ноутбука.
Этот мужчина был тем самым хакером, которого нашёл Хань Жань, — его университетский однокурсник Чэнь Цзыюй.
Хань Жань похлопал Чэнь Цзыюя по спине:
— Юйцзы, ты просто молодец! Как тебе удаётся такое находить?
Он лично видел, как тот, проникнув в даркнет, полный сцен насилия и крови, отыскал оригинал той самой фотографии.
Чэнь Цзыюй лишь улыбнулся:
— Пустяки.
Хань Жань уже собрал всю информацию и подробно доложил обо всём Ху Цзинлиню.
Ху Цзинлинь нахмурился, в его глазах мелькнула тень неопределённых чувств. Через несколько секунд он сказал Хань Жаню:
— Разберись с этим.
Хань Жань кивнул:
— Хорошо, господин Хо.
Он вместе с Чэнь Цзыюем отправился в офис главного секретаря. Сначала Чэнь зарегистрировал новый аккаунт и опубликовал там историю с фото. Затем Хань Жань связался с десятками популярных блогеров, чтобы те репостнули запись, а армия ботов хлынула в комментарии. Вскоре тема #МоМоинсценироваласамоубийство взлетела в топ Weibo.
Однако одного попадания в тренды было недостаточно — активность оставалась слишком низкой.
Получив одобрение от господина Хо, Хань Жань выкупил первое место в списке трендов.
Интерес к теме мгновенно возрос в десятки раз.
*
Цзянъяо как раз собиралась сама обнародовать правду, но не успела — ситуация в Weibo уже кардинально изменилась.
После того как скандал занял первую строчку трендов, пользователи начали массово осуждать «любящую рисовать Мо Мо».
— Эта блогерша вообще безбашенная! Использует самоубийство, чтобы вызвать сочувствие!
— Пользуется добротой людей. Просто мерзость.
— Ха-ха, жаль, что эта тварь на самом деле не умерла.
…
После этого Цзянъяо внезапно стала объектом всеобщего сочувствия.
Оригинальная художница, которую не только украли, но ещё и оклеветали — просто невыносимо!
История набирала всё больший размах, и «Мо Мо» наконец не выдержала давления — она вышла с извинениями.
Но запоздалые извинения уже не могли загладить вину перед людьми, чьё сочувствие было цинично использовано.
Цзянъяо всё же отправила ей официальное уведомление от юриста, требуя компенсацию ущерба — всего пять тысяч юаней. Она также заявила, что эти деньги будут переданы в Фонд ООН в интересах детей, чтобы преподать нахалке урок.
Та оперативно перевела требуемую сумму.
После того как деньги были переданы фонду, Цзянъяо выложила в Weibo подтверждение перевода и закрепила пост.
Это служило одновременно доказательством того, что деньги действительно пожертвованы, и символическим завершением всей истории плагиата.
События, начавшиеся ещё вчера и постоянно менявшиеся, серьёзно повлияли на её работу и личную жизнь.
Теперь, когда всё разрешилось наилучшим образом, Цзянъяо наконец смогла расслабиться.
*
Ночь незаметно опустилась на город, и огни вспыхнули повсюду, словно звёзды, охватив всё пространство.
Примерно в восемь вечера Хань Жань отвёз Ху Цзинлиня обратно в Южный павильон.
Цзянъяо открыла дверь и удивилась, увидев Хань Жаня.
Ху Цзинлинь ведь выезжал на своей машине — почему его привёз секретарь?
Лицо Ху Цзинлиня было слегка красным, взгляд — затуманенным. Похоже, у него снова поднялась температура.
Когда он прошёл внутрь, Цзянъяо наконец смогла поговорить с Хань Жанем:
— Господин Хань, огромное вам спасибо за сегодня.
— Это моя работа, — скромно ответил Хань Жань.
Цзянъяо вдруг вспомнила:
— Кстати, это вы раскрутили историю в Weibo?
Она хотела спросить ещё днём. Ведь она рассказывала об этом только хакеру, а тот, получив деньги, вряд ли стал бы бесплатно помогать ей в соцсетях.
Значит, хакер сообщил Хань Жаню — или, точнее, тому, кого он представляет.
Увидев, что Хань Жань молчит, Цзянъяо настойчиво спросила:
— Господин Хань, сколько стоило выкупить тренд и нанять ботов? Эти деньги тоже потратил ваш господин Хо?
Хань Жань на мгновение растерялся:
— Да.
Цзянъяо тут же посерьёзнела:
— Господин Хань, вы помните, что обещали мне?
Только сейчас Хань Жань вспомнил, что госпожа просила его хранить всё в тайне.
Но господин Хо уже знал об этом с самого начала!
Он чувствовал себя невиновным — ведь он сам ничего не рассказывал!
— Госпожа… на самом деле… — запинаясь, начал он, не смея смотреть ей в глаза, — когда вы мне позвонили, господин Хо уже всё знал. Именно он приказал раскрутить эту историю.
Цзянъяо молчала.
— У господина Хо снова поднялась температура, но несильно, — напомнил Хань Жань.
Цзянъяо слегка кивнула:
— Нужно вызывать врача?
— Нет, просто напомните ему принять лекарство.
Сказав это, Хань Жань попрощался и уехал.
Закрыв входную дверь, Цзянъяо глубоко вздохнула.
Раньше, если бы она просила помощи у Хань Жаня, долг можно было бы легко вернуть деньгами. Но теперь долг перед Ху Цзинлинем — и это её тревожило. Как его вернуть?
Ху Цзинлиню явно не нужны деньги, обычные подарки вряд ли его впечатлят, да и на этот раз он потратил немало средств, чтобы уладить всё за неё…
От одной мысли о деньгах у неё заболела голова.
Ей даже показалось, что у неё тоже началась лихорадка.
На её банковском счёте оставались лишь последние гонорары за иллюстрации — меньше тридцати тысяч юаней.
Тридцать тысяч — меньше, чем стоит один его костюм.
Но если не вернуть долг, она будет чувствовать себя обязанным. А ей очень хотелось всё уладить чётко — чтобы в будущем, когда они разведутся, не осталось никаких нерешённых вопросов.
Цзянъяо вернулась в столовую, но Ху Цзинлиня там не оказалось.
— Тётя Ван, где он?
Тётя Ван, увидев, как господин вернулся с красным лицом, сразу поняла, что у него снова жар.
— Господин поднялся наверх. Выглядел очень плохо — даже ужин не стал есть.
— Я сварю ему кашу и отнесу.
Цзянъяо кивнула.
Она подумала немного, поднялась наверх, достала из аптечки жаропонижающее и налила стакан тёплой воды.
Подойдя к двери главной спальни, она трижды тихо постучала. Изнутри раздался хриплый голос:
— Входите.
Цзянъяо ожидала увидеть его лежащим в постели, но он сидел в кресле у панорамного окна и смотрел в планшет.
Она подошла и поставила стакан с водой и таблетки на стеклянный журнальный столик. Мельком взглянув на экран, она увидела плотный текст — похоже, какие-то пункты контракта, которые ей было не понять.
«Правда, не знает, что такое отдых, — подумала она. — Даже с температурой работает!»
— Прими лекарство, — тихо напомнила она.
Мужчина оторвал взгляд от планшета и посмотрел на стакан.
Он послушно запил таблетку водой.
Его гортань плавно двинулась вверх-вниз — зрелище было настолько соблазнительно, что в комнате мгновенно повисло напряжение, смешанное с чувством воздержанности.
Цзянъяо осознала, о чём думает, и поспешно отвела глаза.
В комнате стояла тишина — слышно было лишь их дыхание.
Цзянъяо слегка прикусила сухие губы и наконец произнесла:
— Спасибо.
Раз он помог ей, она, как получатель благодеяния, должна была поблагодарить — даже если помощь была оказана без её согласия.
Его чёрные, как чернила, глаза встретились с её взглядом — глубокие, как ночное небо, с мерцающими искорками звёзд.
— Спасибо за сегодня. Без вашей помощи всё, скорее всего, не разрешилось бы так быстро и удачно, — искренне сказала она.
— Мм, — рассеянно отозвался он.
Раньше такое отношение вывело бы её из себя, но сейчас она помнила о его помощи и не обижалась.
Увидев, что он снова погрузился в работу, она решила не мешать и направилась к выходу. Но, сделав несколько шагов, остановилась и обернулась — в её глазах загорелся озорной огонёк.
— В знак благодарности… могу я угостить вас ужином?
Его длинные пальцы, скользившие по экрану планшета, замерли.
Он поднял глаза и лёгкая улыбка тронула его губы:
— Конечно.
Цзянъяо сразу почувствовала облегчение. Ведь ужин вдвоём точно не обойдётся дороже десяти тысяч юаней.
С тех пор как она предложила угостить Ху Цзинлиня ужином, Цзянъяо начала искать подходящий ресторан на всех доступных платформах.
Требования были просты: цена — разумная, но заведение должно соответствовать статусу президента корпорации.
Слишком дешёвый вариант был бы неприличен.
Перебрав множество вариантов, она остановилась на том самом ресторане, куда они ходили раньше.
На одном из гастрономических сайтов указывалась средняя стоимость ужина — около трёх тысяч юаней на человека. Это всё ещё укладывалось в её бюджет.
К тому же болезнь Ху Цзинлиня, похоже, прошла, и после стольких дней на каше ему наверняка захочется чего-нибудь вкусненького.
Цзянъяо взяла телефон, открыла чат с Ху Цзинлинем и написала:
«Сегодня вечером свободны? Я хочу вас угостить ужином».
Прошло несколько минут, но ответа не последовало. Цзянъяо решила, что он занят работой, и отложила телефон, чтобы заняться своими делами.
После того как история с плагиатом была успешно урегулирована, её жизнь в соцсетях наконец стала спокойной — в комментариях почти не осталось неприятных сообщений.
Те, кто ранее расторг с ней контракт, снова начали предлагать сотрудничество.
Но Цзянъяо отказалась — поведение этих людей всё ещё вызывало у неё дискомфорт. Она не была настолько великодушной, чтобы забыть всё без последствий.
Вернувшись к нормальной работе, она вскоре заметила, что её популярность снова растёт — число подписчиков в Weibo уже превысило миллион.
http://bllate.org/book/9926/897457
Готово:
