Однако Тань Дэюй, на которого возлагали такие большие надежды, покрывался холодным потом и чувствовал невыносимую тяжесть на плечах.
Желание старика Таня и его сына казалось ему задачей невыполнимой.
Услышав слова деда, Тань Дэйинь и остальные лишь презрительно фыркнули: надеяться на Тань Дэюя — да это просто смех!
Правда, вслух никто не осмеливался этого сказать.
Ци Дуо посмотрела на горящие надеждой глаза старика Таня, перевела взгляд на Люлана и крепко сжала губы. Люлану пора идти учиться!
Эр Ся и Лю Цзюй помогали госпоже У расставить еду по столам.
В качестве основного блюда подали жидкую кашу, а на закуску — солёную редьку, солёную капусту и солёные бобы: по большой тарелке на каждый стол. Всё было крайне просто.
Большинство недовольно скривились, увидев еду, и даже старик Тань нахмурился.
— От одной каши сыт не будешь — чихнёшь, и всё пропало, — тихо пробурчал Тань Дэюй.
— Дедушка, я не хочу кашу, я хочу яичко! — возмутился Седьмой Молодой Господин, подняв своё личико и надув губы.
— Хе-хе, я тоже хочу яичко! — глуповато подхватил Старший Молодой Господин.
Тань Дэйинь поморщился, глядя на него, и в глазах мелькнуло отвращение.
Эрлан и Сылан шевельнули губами — им тоже хотелось присоединиться, но, зная, что готовила госпожа У, они молча стиснули зубы.
Саньлан весело подхватил:
— Пятый дядя прав. Последние несколько дней я ночью не могу заснуть от голода — сердце так и ныет.
— Ах, отец, посмотрите на Пятого брата: он же каждый день учится, как можно питаться только этим? И Четвёртый брат каждый день носит коромысло по деревне, из сил выбивается. Если так продолжать, здоровье совсем подорвётся, — качал головой Тань Дэйинь.
Сам он был недоволен едой, но прикрывался заботой о Тань Дэюе и Тань Дэбао.
— Мне хватает такой еды, — сухо ответил Тань Дэбао, явно не желая принимать «заботу» Тань Дэйиня.
Старик Тань спросил госпожу У:
— Третья невестка, только и всего?
Госпожа У, услышав недовольные замечания других, нисколько не обиделась и спокойно ответила:
— Да, отец.
— Третья невестка, дети все растут — как можно кормить их только кашей? Даже если не печь лепёшек, хоть бы добавила в кашу сладкий картофель, так хоть сытнее будет, — сказал старик Тань.
Раньше за еду отвечала госпожа Чжао, и старик никогда не вмешивался.
Госпожа У топнула ногой, лицо её стало серьёзным:
— Ой, отец! Мать ведь так больна — разве у меня есть мысли о готовке? Да и вообще, последние дни никто не работал в поле, вечером и так много не надо. Я хотела немного сэкономить зерно.
Затем она окинула взглядом остальных и спросила:
— А у вас есть желание требовать то одно, то другое?
Таким образом она прикрывала собственную лень.
В такой ситуации кто осмелится заявить, что хочет вкусной и сытной еды?
Из дома неторопливо вышла госпожа Чжао. Слова госпожи У пришлись ей как нельзя кстати.
— Старик, третья невестка права. В жизни нужно экономить, где возможно. Когда начнётся полевая работа, зерно уйдёт, как вода — за несколько дней опустеет целая бочка, — сказала она, усаживаясь на маленький стульчик рядом со стариком Танем.
— О, мама, вы вышли! Вам уже лучше? — участливо спросила госпожа У, довольная тем, что свекровь её поддержала.
— Просто вышла подышать, — махнула рукой госпожа Чжао.
Пятая Абрикос что-то прошептала на ухо госпоже Ян.
На губах госпожи Ян мелькнула холодная усмешка, в глазах вспыхнул гнев.
— Отец, мать права. Сейчас, когда мать больна, у кого душа до еды? Но Четвёртому и Пятому дядям каждый день приходится трудиться: один рано встаёт на учёбу, другой — на торговлю. Их здоровье нельзя запускать. Нам-то всё равно. Седьмой Молодой Господин ещё мал — пару раз поголодает, ничего страшного.
Я помню, после обеда осталось немного еды — хватит и Четвёртому, и Пятому дядям. Сейчас пойду подогрею, — искренне сказала госпожа Ян.
— Сегодня готовила третья невестка, пусть она и сходит, — согласился старик Тань, одобрив предложение госпожи Ян.
Что должно делать госпожа У — пусть и делает сама, без поблажек.
— Ничего, третья сестра сегодня устала, я сама схожу, — с добродушной улыбкой сказала госпожа Ян и направилась к выходу из главного зала.
Лицо госпожи У, Сызызы и Тань Гуэйхуа сразу изменилось. Только Восьмая Груша ничего не поняла и уже принялась есть кашу маленькой бамбуковой ложкой.
Третья Персик и Пятая Абрикос опустили головы, прикрывая рты, и тихонько захихикали.
— Дедушка, я пойду помогу маме разжечь огонь, — неожиданно для всех поднялась Пятая Абрикос, обычно ленивая, и последовала за госпожой Ян из зала.
Госпожа Сюй спокойно сидела на месте. В таких ситуациях она всегда предпочитала молчать и ни с кем не соревноваться в проявлении рвения.
Эр Ся и Лю Цзюй тоже молча сидели, ожидая команды старика Таня, чтобы начать есть.
Ци Дуо сидела напротив Третьей Персик и случайно заметила её странную улыбку. Ей стало непонятно: разве в этом есть что-то смешное?
Но она почувствовала: сейчас что-то произойдёт.
— Ешьте, — сказал старик Тань.
Все взяли палочки, и в зале раздался шумный хор глотков каши.
Спина госпожи У покрылась потом.
Сызыза побледнела от страха, палочки дрожали у неё в руках.
Тань Гуэйхуа невозмутимо ела кашу и закуски.
— Отец, мать, я пойду помогу, — быстро сказала госпожа У и поспешила к выходу.
Но едва она сделала несколько шагов, как в зал вбежала Пятая Абрикос и тоненьким голоском объявила:
— Дедушка, бабушка, еды больше нет!
В зале воцарилась тишина. Все положили палочки.
Ци Дуо блеснула чёрными глазами — теперь она поняла, почему Третья Персик смеялась. Вероятно, она заранее знала об этом.
«Ах, ведь все в одной семье… Зачем так поступать!» — тихо покачала головой Ци Дуо.
Глаза госпожи Чжао стали ледяными, и её взгляд метнулся к спине госпожи У.
Госпожа Ян тоже вошла вслед за ней и нарочито спросила:
— Третья сестра, куда ты положила остатки обеда? Я весь кухонный шкаф обыскала — нигде нет!
— Хе-хе, вторая сестра, ты ошибаешься. После обеда ничего не осталось, — сухо рассмеялась госпожа У, пытаясь выкрутиться.
Она злилась на себя: как она могла растеряться от страха и не придумать такого простого оправдания заранее? Если бы сказала это сразу, госпожа Ян и не пошла бы на кухню — и не случилось бы всей этой истории.
Госпожа Ян презрительно фыркнула:
— Третья сестра, как это может быть? Днём, когда мать захотела пить, я зашла на кухню и чётко видела в шкафу большую миску риса — там было минимум две-три порции.
Кстати, первая сестра тоже это видела, — она повернулась к госпоже Сюй. — Верно, первая сестра?
Госпожа Сюй действительно видела рис в шкафу. Она не хотела вмешиваться, но раз её спросили, пришлось кивнуть:
— Да.
Ци Дуо почувствовала раздражение: «Хочешь устроить третью сестре разнос — не тяни за собой мою семью!»
Госпожа У хлопнула себя по лбу, будто вспомнив:
— Ой! Вторая сестра, ты напомнила — кажется, еда и правда осталась! Боже мой, кто же тайком съел её? Только не обвиняйте меня — я точно не ела!
Она топнула ногой и громко завопила, изображая обиженную невинность.
Пятая Абрикос потянула мать за рукав:
— Мама, я вспомнила одну вещь, которая, возможно, связана с пропавшей едой.
— Что за дело? Рассказывай, — подняла подбородок госпожа Ян.
Пятая Абрикос кивнула:
— Примерно после того, как старший дядя вернулся с лекарствами, мы с Эр Ся сидели у окна и шили подошвы. Вдруг увидели, как Восьмая Груша что-то держала в руках и бежала от соломенной кучи к кухне.
Через мгновение мы почувствовали аппетитный запах жареного. Мы не придали значения, подумали, что третья сестра что-то жарит.
А чуть позже увидели, как третья сестра вышла из кухни и, спрятав что-то под одеждой, пошла к себе в комнату. За ней туда же отправились Сызыза и Восьмая Груша.
Когда они снова вышли, мы слышали, как Восьмая Груша говорила, что яичница с рисом очень вкусная.
Сказано было достаточно ясно.
— Пятая Абрикос, не клевещи! — закричала госпожа У, краснея от злости.
— Третья сестра, я говорю правду. Маленькая тётушка тоже знает, и Четвёртый дядя тоже видел, — добавила Пятая Абрикос.
Лицо старика Таня потемнело.
Он не возражал, если молодёжь ела, но терпеть не мог, когда еду крали — будто он их голодом морил!
— Сынок Четвёртый, ты видел? — спросил он.
Тань Дэбао покачал головой:
— Я только видел, как Гуэйхуа и третья сноха тянулись друг к другу в западном флигеле.
Лицо госпожи Чжао исказилось до неузнаваемости. Она встала и схватила лежавшую рядом на низеньком столике «чесалку для спины».
— Гуэйхуа! Говори, в чём дело? Если не скажешь — получишь! — прикрикнула госпожа Чжао.
Тань Гуэйхуа поспешила оправдаться:
— Мама, я ни при чём! Я только что вернулась от Сяолянь, где вышивала. Третья сноха сама позвала меня поесть, больше я ничего не знаю!
Правда всплыла наружу, и госпожа У оказалась полностью разоблачена.
Лица госпожи У и Сызызы пожелтели от ужаса — они понимали, что сейчас разразится настоящая буря.
В главном зале воцарилась гробовая тишина.
Даже глуповатый Старший Молодой Господин испуганно пригнул голову.
— У Цюйлянь, ты, жадная и ленивая дура! Целыми днями только и думаешь, как бы набить живот! Ешь, пока не лопнешь! — яростно закричала госпожа Чжао, называя госпожу У по девичьему имени.
И, несмотря на болезнь, она стремительно бросилась к госпоже У.
Её движения были проворны, совсем не похожи на движения больного человека.
— Мама, я не… Ой! — попыталась оправдаться госпожа У, но не договорила: «чесалка для спины» уже обрушилась на неё.
Госпожа У лишь закрыла голову руками и завыла от боли.
Госпожа Чжао была значительно выше, поэтому бить её было легко.
Эта «чесалка» была толще и массивнее обычных, сделана из бамбука, и удары ею причиняли сильную боль.
Маленькая Восьмая Груша, увидев, как бьют мать, заревела навзрыд.
Её плач словно напомнил госпоже Чжао о чём-то.
Госпожа Чжао подбежала к столу и несколько раз сильно ударила Сызызу:
— Ты, мерзкая девчонка! У тебя что, рот прогнил или сердце окаменело? Не можешь прожить и дня без жратвы!
Затем она повернулась к Восьмой Груше:
— Подлая девчонка! Ещё такая маленькая, а уже такая же жадная, как твоя ленивая мать! Сейчас я тебя проучу!
«Чесалка» уже занеслась над лицом Восьмой Груши.
Никто не осмеливался вмешаться — кто подставится, тот и получит.
Тань Дэцай опустил голову почти до пояса: «Эта проклятая женщина снова опозорила семью! Пусть сдохнет!»
Эрлан и Сылан злились на госпожу У: почему она не позвала их разделить лакомство? Но молчали.
Лицо старика Таня потемнело, в груди стоял ком, но он не произнёс ни слова.
Восьмая Груша сидела рядом с Ци Дуо. Та, не раздумывая, резко обняла девочку и повернулась спиной к госпоже Чжао.
— Бабушка, Восьмая Груша ещё так мала, она ведь ничего не понимает! Не бейте её! Бабушка, вы же больны — нельзя злиться! — громко воскликнула Ци Дуо.
«Чесалка» тут же обрушилась на спину Ци Дуо.
На ней была ватная куртка, но удар всё равно был настолько сильным, что сердце, казалось, выскочит из груди.
Ци Дуо даже представить не могла, что было бы с лицом Восьмой Груши, если бы она получила такой удар.
— Седьмая девочка, отойди сейчас же, иначе я и тебя отшлёпаю! — зарычала госпожа Чжао.
Если бы не та лепёшка фу Жунгао, которую Ци Дуо ей подарила, госпожа Чжао давно бы уже без разбора избивала и её тоже.
Госпожа Сюй давно хотела вмешаться, но знала: сейчас вмешиваться — всё равно что броситься на остриё меча.
Но теперь речь шла о Ци Дуо. Не колеблясь, она встала и поддержала свекровь:
— Мама, успокойтесь, не стоит из-за этого портить здоровье.
Тань Дэцзинь тоже подскочил и загородил спину Ци Дуо:
— Мама, хватит! Всё равно съели — не пропало же. Не злитесь, здоровье важнее.
— Вам-то легко говорить! В доме десятки ртов — если каждый начнёт тайком есть и пить, через несколько дней дом опустеет!
Проклятая тварь, бесстыжая! Завтра же убирайся к своим родителям — позоришь всю семью! — кричала госпожа Чжао, краснея от ярости и задыхаясь.
Потом она прижала руку к животу.
Когда она злилась, ничего не чувствовала, но теперь, когда гнев начал спадать, тело сразу заныло.
— Мама права, — подлила масла в огонь госпожа Ян, подходя ближе. — Все едят из одного котла, как можно красть еду? Если об этом узнают посторонние, подумают, что отец и мать жадничают и не кормят невесток и внучек досыта.
От этих слов не только гнев госпожи Чжао вспыхнул с новой силой, но и лицо старика Таня стало ещё мрачнее.
Первую часть фразы Ци Дуо одобрила: красть еду — постыдно.
Но вторая часть была слишком явной провокацией.
«Неужели нельзя обойтись без этих интриг в одной семье?»
http://bllate.org/book/9436/857604
Готово:
