Линь Юйсинь улыбнулась и набрала: [Я не хочу спать.]
— Тогда скажи хоть слово.
Линь Юйсинь: [Мечтать не вредно.]
Она положила телефон в ящик стола и заставила себя сосредоточиться на работе.
Полдня она больше не отвечала ему.
В обед Сяо Цзинь вошла с пакетом еды навынос и расставила всё на журнальном столике.
Линь Юйсинь, закончив работу, подошла посмотреть и нахмурилась:
— Сегодня поменяли ресторан?
Сяо Цзинь:
— Это не я заказывала.
Линь Юйсинь взяла пакет и посмотрела на логотип заведения:
— Тогда кто?
Сяо Цзинь приподняла бровь:
— Как думаешь?
Линь Юйсинь мысленно покачала головой и предпочла промолчать.
— Линь-начальник, — Сяо Цзинь протянула ей палочки и тарелку, серьёзно глядя прямо в глаза, — есть одна вещь, которую, по-моему, я обязана вам напомнить.
Линь Юйсинь сначала отправила в рот ложку риса, потом потянулась за кусочком говядины:
— Что за дело?
Сяо Цзинь:
— Пункт одиннадцатый правил внутреннего распорядка: запрещены романтические отношения на рабочем месте.
Линь Юйсинь бросила на неё недовольный взгляд:
— И зачем ты мне это рассказываешь?
Сяо Цзинь села напротив и внимательно посмотрела на неё:
— Да ладно вам… Всем же очевидно…
— Цзинь Цаньцань, — перебила её Линь Юйсинь, торжественно и строго, — я разве сотрудница?
— …
— Мои правила внутреннего распорядка разве для меня самой?
Сяо Цзинь поджала губы и, не испугавшись, продолжила:
— Но он-то обязан их соблюдать… Значит, если вы с инженером Юй вступите в отношения, он… намеренно нарушит правила… Я не говорю, что вам нельзя встречаться. Просто будьте поосторожнее.
Линь Юйсинь воткнула палочки в рис и пристально уставилась на неё:
— С каких это пор я с ним встречаюсь? Не болтай ерунды! Пункт третий правил: запрещено сплетничать о руководстве. Иди в угол и подумай над своим поведением!
Сяо Цзинь: «…»
Линь Юйсинь подбородком указала на стену напротив:
— Полдня стоять.
Сяо Цзинь встала и медленно поплелась к стене.
Линь Юйсинь наблюдала за её безжизненной спиной и слегка скривила губы.
Ну разве поцелуй — это уже любовь?
Тогда получается, после секса сразу свадьба?
Через некоторое время Сяо Цзинь снова заговорила:
— Мне можно уже говорить?
Линь Юйсинь:
— Нельзя.
Сяо Цзинь:
— Но вам же в четыре часа надо быть в торговом центре «Цзиньмао», чтобы осмотреть площадку для рекламы.
Линь Юйсинь:
— Стоишь там. Я сама схожу.
Сяо Цзинь: «…» Ууууу.
«Рот свой закрой — золотые слова», — подумала она со слезами на глазах.
***
Днём Линь Юйсинь всё же взяла Сяо Цзинь с собой.
Они связались с менеджером торгового центра «Цзиньмао», который провёл их осматривать рекламную площадку.
Недавно, когда она искала инвестиции для нового сериала, заодно отправила на рассмотрение в эфирную сеть ранее отложенную детективную драму по популярному IP. Пару дней назад позвонили — предварительная проверка пройдена, при отсутствии замечаний скоро подпишут контракт, а после Нового года начнут показ.
Сейчас всё приходится планировать заранее — даже рекламные площадки. Говорят, график аренды в «Цзиньмао» уже забит до двадцатого января следующего года.
— У нас всё занято до двадцатого января, — улыбаясь, сказал менеджер, ведя их в офис. — После Нового года ещё не открыли запись. Сейчас так много коммерческих мероприятий… Если бы учитель Се не позвонил лично владельцу и не попросил зарезервировать для вас место, вам пришлось бы ждать до следующего года, а тогда вообще непонятно, что будет.
Линь Юйсинь улыбнулась:
— Весь город Бэйцзин знает: у вас самая востребованная площадка. Многие готовы ждать до следующего года, лишь бы не бронировать где-то ещё.
Менеджер расплылся в довольной улыбке:
— Давайте сегодня же подпишем договор?
В отличие от его воодушевления, Линь Юйсинь оставалась спокойной:
— А на каких условиях договорился учитель Се?
Менеджер, понявший намёк, тут же ответил:
— Конечно, скидка двадцать процентов.
Линь Юйсинь одобрительно переглянулась с Сяо Цзинь.
После подписания контракта они вышли из офиса. Сяо Цзинь сказала, что хочет заглянуть в магазин Moda посмотреть новую зимнюю коллекцию, а Линь Юйсинь пошла в туалет.
Когда она выходила, рядом с ней у раковины стояла молодая женщина в красном трикотажном платье. Та взглянула на неё в зеркало и презрительно отвела глаза.
Узкие, приподнятые кошачьи глаза, чётко подведённые стрелки, соблазнительная, вызывающая красота.
Линь Юйсинь не придала этому значения.
Но, проходя мимо двери аварийного выхода, она услышала доносящиеся изнутри голоса.
— Ну чего ты торопишься, Сун-гэ?.. Не надо так… Кто-нибудь может зайти… — женщина, казалось, была взволнована, томно вскрикнула и запыхалась.
Дверь была приоткрыта, и через щель Линь Юйсинь увидела край красной ткани — точно такой же, как на платье женщины из туалета.
Линь Юйсинь презрительно усмехнулась и уже собиралась уйти.
Вдруг послышался хриплый мужской голос:
— Маленькая развратница, разве тебе не нравится, как тебя ласкает Сун-гэ? А? Нравится?
— Сун-гэ самый лучший… Но ты порвал моё платье… Ааа…
— Куплю тебе новое, да ещё сумочку в придачу. Как тебе?
Линь Юйсинь побледнела от ярости и молча ушла прочь от этого мерзкого места.
***
По дороге домой Сяо Цзинь заметила, что у Линь Юйсинь плохое настроение, и тихо сидела в пассажирском кресле, не издавая ни звука.
Телефон несколько раз подряд зазвонил — все сообщения от Юй Аньчжоу.
Она вышла из чата, не прослушав ни одного, и нашла в контактах Линь Юэвэй:
[Чем занимаешься?]
Линь Юэвэй: [Делаю причёску.]
Линь Юйсинь вздохнула, глядя в окно, и набрала:
[Папа у тебя дома был в последнее время?]
Подумав, решила, что это звучит как провокация, и стала стирать сообщение, переписывая заново.
[Сегодня видела твоего папу.]
Но и это показалось ей неуместным.
Ведь именно третий дядя изменил жене, но почему-то именно ей было неловко говорить об этом.
В итоге она решила пока ничего не сообщать Линь Юэвэй.
Вдруг третья тётя и так всё знает? Она ведь ничего не понимает в чувствах замужних женщин — например, своей матери.
Линь Юйсинь: [Эй, у меня скоро день рождения. Как собираешься меня баловать?]
Она ещё не успела отправить сообщение, как пришёл ответ:
[Кстати, бабушка вчера сказала, чтобы я попросила тебя в субботу приехать домой.]
Сердце у неё дрогнуло. Она удалила прежнее сообщение и спокойно ответила:
[Зачем?]
Линь Юэвэй: [Ты совсем голову потеряла от работы? В субботу твой день рождения.]
Линь Юйсинь: […]
(вторая часть)
Лю Юн подошёл к рабочему месту Юй Аньчжоу с документами:
— Сяо Юй, проверь эту программу…
Не договорив, он уставился на экран компьютера.
«Почему девушка не отвечает в WeChat… Почему понравившаяся мне девушка то тёплая, то холодная… Почему после поцелуя в период флирта она перестала отвечать…»
Страница внезапно закрылась, и Лю Юна перебил взгляд мужчины.
Тот многозначительно усмехнулся и указал на экран:
— Чем занят?
Юй Аньчжоу невозмутимо посмотрел на него:
— В чём дело?
Его равнодушие задело Лю Юна, и тот притворно рассердился:
— Сейчас рабочее время! Ты здесь такое читаешь, а я, как твой начальник, не могу тебя одёрнуть?
Юй Аньчжоу вежливо приподнял уголки губ, хотя в глазах не было и тени улыбки:
— Прошу прощения. Больше не повторится.
— Да что с тобой такое? — Лю Юн ткнул пальцем ему в лоб. — Если у тебя проблемы в любви, спроси у меня! Я на пятнадцать лет старше, мои советы надёжнее всякой интернет-ерунды. Давай, рассказывай, в чём дело? Разберём вместе.
Юй Аньчжоу напомнил:
— Директор, сейчас рабочее время.
— Ничего страшного, это подождёт, — Лю Юн отложил документы в сторону. — А вот то, что вы, ребята, все холостяки, меня беспокоит.
Пэн Цзюньцзе бросил взгляд в их сторону и безжалостно добавил:
— Лю-гэ, это вы сами всех ведёте за собой — вам уже сорок, а детей всё нет. Пора бы заводить, а то и не сможете.
Цинь Шуай удивился:
— Но разве не бывает, что в восемьдесят лет рожают?
Пэн Цзюньцзе обеспокоенно нахмурился:
— А если не получится? Откуда ты знаешь, сможет ли Лю-гэ? Ты пробовал?
Лю Юн, Цинь Шуай и Юй Аньчжоу: «…»
Остальные сотрудники прятались за мониторами, давясь от смеха.
***
Линь Юйсинь скорректировала режим сна и теперь старалась ложиться до полуночи. Головные боли днём стали реже.
После совещания она позволила себе немного отдохнуть и открыла только что полученное сообщение в WeChat.
«Почему эти дни не отвечаешь? Очень занята? Ложишься вовремя?»
Она не ответила, а пролистала вверх, остановившись на первом непрочитанном сообщении.
Нажала — и одно за другим начали автоматически проигрываться голосовые:
«Пойдём поужинаем? Здесь есть неплохой японский ресторан.»
«Смотри, соседский кот опять залез ко мне.»
За этим следовало фото: упитанный сине-белый котец полулёжа отдыхал на тёмно-красном подоконнике старого дома, прищурившись и нежно тыкаясь розовым носиком в белые длинные пальцы мужчины.
Линь Юйсинь невольно улыбнулась и перешла к следующему сообщению.
«Завтра на работу, ложись пораньше. Спокойной ночи, малышка.»
Низкий, нежный шёпот доносился из телефона, с лёгким электрическим шумом, делая голос ещё более магнетическим и соблазнительным, чем в реальности.
От этого Линь Юйсинь почувствовала, как всё тело словно обмякло.
Голосовые продолжали проигрываться — мелкие бытовые подробности, плач соседских детей.
И наконец, сегодня утром, короткое сообщение, с глубоким вздохом и дрожью в голосе:
«Я скучаю по тебе.»
Невидимая стена в её сердце начала медленно крошиться, рушась кусок за куском, пока не осталось лишь несколько обломков.
***
Линь Юйсинь не очень хотела возвращаться в старый особняк на день рождения, но Линь Цзыцянь целую неделю уговаривал её, и в итоге она согласилась.
Линь Цзыцянь хотел заехать за ней, но она отказалась, решив ехать сама — вдруг поссорится с бабушкой, будет легче уехать.
Атмосфера дома сегодня была довольно спокойной.
Домработница приготовила обильный ужин, Линь Цзыцянь купил торт.
Хотя собрались не все — только бабушка, мама, третий дядя, Линь Цзыцянь и Линь Юэвэй, — бабушка, в отличие от прошлых раз, не произнесла ни слова с самого прихода Линь Юйсинь.
Она понимала: Линь Цзыцянь, пока находится в стране, хочет хоть немного сгладить семейные конфликты. Поэтому Линь Юйсинь решила подыграть ему.
Семья только начала ужин, как вдруг снаружи раздались быстрые шаги на каблуках. Так могла ходить только третья тётя.
— Что за суета? Иди скорее за стол, — недовольно бросила бабушка, подняв на неё глаза.
Но выражение лица третьей тёти было странным.
Глаза слегка покраснели, губы сжаты, шаги становились всё быстрее. Подойдя к третьему дяде, она с размаху дала ему пощёчину.
Линь Юэвэй испугалась и воскликнула:
— Мам! Что ты делаешь?!
Бабушка серьёзно поставила палочки и, опершись на руку горничной, вышла из-за стола. Другой рукой она указала на третью тётю:
— Прекрати немедленно! Что происходит?
— Что происходит? — третья тётя горько рассмеялась, в глазах блеснули слёзы. — Спросите лучше своего сына, что он натворил!
Бабушка подошла к сыну, заботливо потрогала покрасневшую щёку и снова обратилась к невестке:
— Если есть что сказать, говори спокойно. Зачем сразу бить?
Третья тётя горько усмехнулась, её тело дрожало, она еле держалась за край стола. Слёзы катились по щекам, когда она смотрела на мужа и сдавленно произнесла:
— Ты гуляешь направо и налево, изменяешь мне — я всё терпела. Все вы, мужчины, такие. Лишь бы не урезали мне и Вэйвэй содержание — и ладно. Но теперь ты довёл до беременности какую-то девку и даже похваляешься этим передо мной! Какого чёрта?! Ты вообще считаешь этот дом своим домом?
Лицо третьего дяди изменилось:
— Кто довёл кого до беременности? Не несите чепуху.
— Не признаёшься? — третья тётя стиснула зубы, вытащила из сумочки фотографию — та самая женщина в красном платье, которую Линь Юйсинь видела в торговом центре. — Её зовут Цзяоцзяо, ей двадцать, местная, работает в «Шуйюньцзянь». Сегодня она принесла мне справку и сказала, что носит тебе сына! Поздравляю, Линь Жусун, у тебя наследник! Может, теперь возьмёшь её домой рожать, а нас с Вэйвэй выгонишь?
— Мама, мама, не надо так… — Линь Юэвэй в ужасе обняла мать, слёзы текли ручьём. — Папа не выгонит нас…
http://bllate.org/book/9410/855498
Готово:
