— Хорошо, — вежливо сказал Се Нань, подхватив палочками кусочек яичницы. — Попробую сначала вот это яйцо.
Все за столом невольно перевели на него взгляды.
Се Нань нахмурился и с недоверием произнёс:
— Яйца… почему они сладкие?
Он знал, что на юге любят сладковатый вкус и иногда добавляют немного сахара в яичницу с помидорами. Но здесь сахара положили явно слишком много.
— Я люблю сладкое, — невозмутимо пояснил Янь Цы.
Благодаря многолетнему актёрскому опыту Се Нань лишь спокойно кивнул. Он незаметно отложил палочки — без лишних слов, одним жестом дав понять, что ужин его не устраивает.
— Разве ты не терпеть не можешь сладкого? В прошлый раз тот самый человек прислал тебе десерт, а ты даже не притронулся, — удивлённо воскликнул Е Хуншэн, нарушая неловкое молчание за столом.
Янь Цы холодно взглянул на него.
Тот тут же сообразил и, под этим «смертельным» взглядом, поправился:
— Наверное, я перепутал. Думал, это был Цзян Янь.
Цзян Янь в индустрии славился своей страстью к сладостям. Что до Янь Цы, Е Хуншэн считал, что тот просто пытается произвести впечатление на Хо Линцзюнь. Мужчина, который явно влюблён, но упрямо это отрицает, — по-настоящему страшен.
— Брат Цзян Янь действительно обожает сладкое, — весело поддержал разговор ангел во плоти Фань Хао.
Судя по всему, его простодушный ум действительно ничего не заподозрил.
— Если Се-лаосы не любит сладкие яйца, ничего страшного, — продолжал Фань Хао, уже протягивая палочки к судку с окунем. — Давайте попробуем эту рыбу.
Но едва он отправил кусочек в рот и пару раз пережевал, как не выдержал и выплюнул.
Ещё секунду назад над столом сияло солнце, а теперь разразилась буря.
— Кажется, не до конца сварили, — невинно заморгал Фань Хао.
— Я же сразу говорил: пусть готовит Айви. Мы бы просто сдались и приняли наказание, — откинулся на спинку стула Е Хуншэн, пользуясь моментом.
— Не ешь больше, — сказал он и, повернувшись, похлопал Фань Хао по спине. — Ты и так худой, как щепка. Не хватало ещё заболеть.
Фань Хао закашлялся от этих слов.
— Если сегодняшний эксперимент провалится, наказание будет серьёзнее, чем просто колка дров, — объявил Чэнь Чжоу, поднеся к губам мегафон, чей голос сам собой приобрёл объёмное звучание.
— Если мы согласимся на наказание, сможем ли мы сейчас получить ужин от Айви? — явно не волнуясь о последствиях, спросил Е Хуншэн.
Честно говоря, они весь день усердно трудились, да и Се Нань пришёл поздно — голод был вполне естественен. Особенно сильно он мучил мастера по колке дров Фань Хао.
Фань Хао уныло опустил голову на стол, глядя на Чэнь Чжоу большими собачьими глазами, отчего было невозможно понять: настоящее ли это выражение или спецэффект.
— Можно, конечно, — ответил Чэнь Чжоу, развалившись в кресле и лениво приподняв бровь. — Но решать, готовить ли вам ужин дополнительно, будет сама Айви.
Таким образом он передал право выбора Хо Линцзюнь. Хотя Чэнь Чжоу обычно вёл себя безалаберно, в важные моменты оказывался вполне надёжным. И, конечно, Хо Линцзюнь вряд ли откажет им в просьбе.
— Тогда пока перекусите тирамису? — предложила она.
Было почти восемь вечера, и она собиралась сварить томатную пасту с беконом.
— Отлично! — единогласно согласились все.
Рецепт тирамису несложен. Этот десерт сочетает в себе сливочный сыр маскарпоне, кофе и нотки алкоголя, дополняя их нежностью печенья «савоярди» и насыщенностью шоколада. Многогранное слияние вкусов создаёт ощущение настоящего праздника и дарит глубокое удовлетворение.
Янь Цы не любил сладкое. Но нежный, мягкий тирамису, тающий на языке, будто обладал неким волшебством. В этот миг в его голове неизбежно возник образ Хо Линцзюнь. Сладость и горечь гармонично сталкивались друг с другом, словно радость и тревоги влюблённости. Каждый укус был истинным наслаждением.
— Выбрали замену Шэнь Цяо? — неожиданно спросил Е Хуншэн, доставая откуда-то бутылку красного вина.
Все, кроме Фань Хао, получили от него по бокалу. Фань Хао, сосущий соломинку из клубничного молока, громко возмутился.
— Ли Яо, — рассеянно ответил Янь Цы, вернувшись к реальности.
— Брат Ли Яо тоже приедет? — вскрикнул Фань Хао, услышав это имя.
Супермодель Ли Яо состояла в том же агентстве «Чу Хэ», что и Фань Хао. Она стала первой азиаткой, вышедшей на подиум знаменитого международного шоу нижнего белья, десятки раз покоряла мировые подиумы и в юности даже попала в список «99 самых красивых людей мира», завоевав любовь международной публики. В прошлом году журнал Forbes поместил её на третье место в рейтинге самых высокооплачиваемых моделей мира с доходом в восемь миллионов долларов.
Хотя Фань Хао и Ли Яо работали в одной компании, лично они почти не общались, поэтому совместное участие в шоу стало для него полной неожиданностью.
— Он действительно выбрал Ли Яо? — Е Хуншэн сделал глоток вина и с неоднозначным выражением взглянул на Чэнь Чжоу.
Ли Яо обладала очень своеобразной внешностью: узкие глаза, тонкие брови-листочки, полные губы; её взгляд был отстранённым, но не высокомерным, а благодаря аскетичной элегантности фанаты называли её «лицом без сексуального влечения». Как говорили сами поклонники: «Брат Ли Яо — просто огонь!»
Е Хуншэн, зная намерения Чэнь Чжоу и учитывая, что выбрана именно Ли Яо, начал подозревать, что за этим стоит какой-то скрытый замысел. Выбор Чэнь Чжоу выглядел чересчур дерзко. Ведь если Ли Яо, обладающая двойной харизмой, вдруг влюбится в Хо Линцзюнь, это вряд ли пойдёт на пользу Янь Цы.
— Что, вам не нравится Ли Яо? — Чэнь Чжоу воспользовался моментом, чтобы отрезать себе кусок торта.
Он почувствовал, как по спине пробежал холодок под пристальным взглядом Е Хуншэна, и с любопытством оглядел их.
— Ли Яо тоже из «Чу Хэ»? — спросил Се Нань.
Он мало разбирался в модельном бизнесе, но имя Ли Яо ему не было совсем незнакомо.
— Да, — кивнул Чэнь Чжоу. — Господин Ли Хунчу прислал список, и у Ли Яо как раз оказалась свободная дата.
— Почему бы не выбрать кого-нибудь из артисток Янь? — нахмурился Е Хуншэн.
У Янь и так немало подопечных девушек. Неужели всё ради того, чтобы сделать одолжение Ли Хунчу?
Чэнь Чжоу машинально посмотрел на Янь Цы и, убедившись, что тот никак не отреагировал, усмехнулся:
— Просто у господина Янь не нашлось подходящего варианта.
Янь Цы промолчал. Он редко общался с артистками своего агентства, и все кандидатуры, предложенные Чжоу Юэмином, были им отклонены. Поэтому выбор человека от Ли Хунчу его не удивил. Вот только эта Ли Яо…
— Ли Яо и представители спонсоров приедут завтра, — продолжил Чэнь Чжоу, заметив безразличие Янь Цы и спокойно наслаждаясь пирожным. — Как насчёт того, чтобы ты, дружище, спустился к подножию горы и встретил их?
Фань Хао, вероятно, был самым радостным из всех при мысли о приезде Ли Яо. Он тут же согласился, но едва собрался что-то добавить, как Янь Цы внезапно произнёс:
— Встретить Ли Яо — можно.
А Сюй Шэньчжи?
Ни за что.
Ночью пошёл дождь, а к утру густой туман так и не рассеялся — повсюду стояла серая пелена.
С террасы маленького особнячка открывался вид на Фэнчжуан, окутанный мелкой моросью, — картина получалась особенно живописной.
У подножия горы остановился чёрный внедорожник.
— Господин, мы приехали, — вежливо напомнил водитель.
Молодой человек на заднем сиденье едва заметно кивнул. Он смотрел в сторону горы Наньшань и смутно различал кирпично-красный особнячок.
Водитель первым вышел из машины, раскрыл зонт и открыл заднюю дверь. Он слегка склонил голову — выражение лица было почтительным.
В следующее мгновение молодой человек вышел из машины, и его стройная фигура появилась под чёрным зонтом.
Чёрная двубортная куртка с отложным лацканом в паре с облегающими брюками того же цвета идеально сочеталась с дорогими платиновыми часами и бриллиантовым кольцом на запястье и пальце.
Худощавое лицо Сюй Шэньчжи, будто выточенное резцом, в тусклом утреннем свете казалось ещё более суровым; каждое его движение излучало ледяную отстранённость.
Его кожа была белой — не от загара, а от недостатка солнца, — что лишь подчёркивало резкость черт лица.
Зимний ветер обдувал его профиль, а тёмные, как чернила, глаза оставались непроницаемыми, словно небо перед надвигающейся бурей.
Подъём от подножия горы до маленького особнячка занимал около часа. Сюй Шэньчжи шёл быстро, держа зонт, а водитель шагал рядом, и даже по их внешнему виду было ясно: эти люди не из простых. Они двигались легко и достигли особнячка всего за сорок минут.
Было чуть больше восьми утра, когда Чэнь Чжоу, зевая, вышел из соседнего дома и направился сюда.
— Динь-донь, — раздался звук, и дверь с кодовым замком открылась.
Чэнь Чжоу ещё не успел войти, как за спиной прозвучал незнакомый голос:
— Чэнь Чжоу.
Голос был чётким, низким и приятным на слух.
Чэнь Чжоу удивлённо почесал затылок и обернулся.
Живя в мире шоу-бизнеса и привыкнув к красоте Янь Цы, он был весьма придирчив к внешности людей. Перед ним стоял мужчина, чья внешность нельзя было назвать иначе как благородной, но исходящая от него ледяная аура, подобно нынешней угрюмой погоде, делала его непостижимым. Однако нельзя было не признать: его харизма действительно поражала.
В памяти Чэнь Чжоу всплыл недавний мимолётный образ с вечернего приёма.
Сюй Шэньчжи.
— Господин Сюй? — удивлённо спросил Чэнь Чжоу. — Почему не предупредили заранее?
Спонсоры действительно говорили, что приедут сегодня, но он думал, что не раньше девяти. Да ещё и сам глава компании — без предварительного звонка! От неожиданности Чэнь Чжоу даже растерялся.
— Боялся потревожить вас, — Сюй Шэньчжи вежливо пожал ему руку.
— Здесь ведь легко найти? — болтливая натура Чэнь Чжоу тут же проявилась во всей красе.
Он шёл рядом с Сюй Шэньчжи, слегка поддерживая его за локоть:
— Вы уже завтракали? В это время Айви, скорее всего, уже всё приготовила.
Дождь прекратился. Цветы и травы во дворе, омытые дождём и ветром, стали ещё свежее и ярче. Ветерок принёс с собой тонкий аромат — свежий и приятный.
Услышав имя «Айви», Сюй Шэньчжи потемнел взглядом.
Значит, она действительно здесь.
Чэнь Чжоу этого не заметил и с воодушевлением продолжил:
— Вы ведь дружите с господином Ли? Думал, приедете вместе…
— Почему выбрали Хо Линцзюнь на роль? — прервал его Сюй Шэньчжи, останавливая поток слов Чэнь Чжоу.
Поняв, о чём речь, Чэнь Чжоу улыбнулся и ответил вопросом на вопрос:
— Господин Сюй считает, что Айви не подходит? Мне казалось, вы её очень высоко цените.
Ценит ли?
Точнее сказать — хочет заполучить себе.
Сюй Шэньчжи и сам не мог объяснить, почему образ Хо Линцзюнь так долго не покидал его мыслей. С того самого момента, как она впервые переступила порог дома Сюй, он больше не замечал других женщин. Она и не подозревала, сколько усилий воли ему стоило каждый раз, встречая её, чтобы просто пройти мимо.
Сюй Шэньчжи опустил глаза, и густые ресницы скрыли сложные чувства. Он не ответил на вопрос Чэнь Чжоу и молча вошёл в дом.
— Во сколько выдвигаетесь? — спросил Чэнь Чжоу, едва переступив порог и увидев Е Хуншэна на диване.
Е Хуншэн только что выгнали из кухни Янь Цы и теперь скучал за чашкой кофе.
— После завтрака, — ответил он, заметив Сюй Шэньчжи с удивлением. Чэнь Чжоу тут же представил: — Это наш главный спонсор, господин Сюй.
— Очень приятно, — Е Хуншэн встал с дивана, и они обменялись приветствиями.
Чэнь Чжоу огляделся:
— А Цы и Айви на кухне?
— Да, — кратко ответил Е Хуншэн, рассказав о текущей ситуации: — Се-лаосы вышел прогуляться, а младший брат Фань ещё не проснулся.
— Пойдёмте на кухню? — Чэнь Чжоу повернулся к Сюй Шэньчжи.
Обычно он не любил общаться со спонсорами, но Сюй Шэньчжи вызвал у него иное впечатление. Казалось, рекламные вставки его не волнуют — интересовало само шоу или, точнее, кто-то в нём.
Интуиция Чэнь Чжоу не подвела. Происходящее далее полностью это подтвердило.
— Цы, господин Сюй приехал, — Чэнь Чжоу откинул занавеску на входе на кухню и пригласил Сюй Шэньчжи жестом.
http://bllate.org/book/9392/854300
Готово:
