— Ах, свадьба — это ведь в первую очередь для родных и друзей наших семей, нам самим-то там особо делать нечего. Вот и решили устроить отдельный помолвочный ужин, пригласить только нас с его однокурсниками. Все же выпускники одного вуза — наверняка всех лицом знаешь, — Линь Цяоцяо весело ткнула пальцем в щёчку Шэнь Ваньсин, и вся её фигура сияла юношеской энергией.
В отличие от безупречно наряженной Линь Цяоцяо, Шэнь Ваньсин в спешке покинула дом без малейшего макияжа — её лицо казалось предельно естественным.
— А жених где? — бросила она взгляд на подругу и взялась за дверную ручку.
Линь Цяоцяо схватилась за другую сторону ручки и вместе с ней распахнула дверь, смеясь так беспечно, будто снова стала пятнадцатилетней девочкой:
— Внутри.
В тот миг, когда дверь открылась, Шэнь Ваньсин огляделась и, увидев мужчину в строгом костюме, невольно улыбнулась — искренне, от души:
— Линь Цяоцяо, оказывается, ты и есть самая сильная женщина из всех.
Женихом оказался Е Йи.
Теперь понятно, почему обычно болтливая Линь Цяоцяо впервые в жизни сумела сохранить секрет до самого конца и настояла, чтобы Ваньсин лично увидела, кто жених.
Можно ли назвать это судьбой — после стольких лет разлуки они снова сошлись?
— Кстати, всё это благодаря тебе. Если бы ты тогда не создала нам шанса и не свела нас, мы с Е Йи никогда бы не дошли до этого дня, — рядом засмеялась подруга.
— Вы всё равно не могли бы пройти мимо друг друга, — Шэнь Ваньсин слегка приподняла бровь и, редко позволяя себе такую открытую улыбку, поддразнила: — Потому что вы и были предназначены друг другу.
— Ой, какая сладкая! — Линь Цяоцяо обвила руку вокруг её локтя и прижалась вплотную, почти прилипла к ней всем телом.
— Где моё место? — Ваньсин лишь отвела взгляд, стараясь не встречаться глазами с направлением, где сидел Цинь Сюньфэн.
— Рядом с Цинь Сюньфэном. Рада? И ещё… Я давно хотела тебе сказать, просто не было случая — сегодня, наконец, подвернулся. Ты и Цинь Сюньфэн очень похожи внешне. Прямо созданы друг для друга.
— …Какое ещё «похожи»? — ресницы Ваньсин слегка дрогнули, тело напряглось. — Можно сказать, что мне не радостно?
— Нельзя. Сегодня такой важный день — ты можешь быть только счастлива.
Шэнь Ваньсин уже собиралась возразить, но её решительно усадили на стул. Она попыталась встать — и в этот момент Цинь Сюньфэн бесстрастно опустился на соседнее место.
Она удивлённо моргнула, и их взгляды встретились.
Сердце Ваньсин внезапно сжалось.
Пока она застыла в растерянности, Линь Цяоцяо снова надавила ей на плечи, усаживая на место.
Будто по волшебству, как только Цинь Сюньфэн сел, все остальные, стоявшие и разговаривавшие, тоже начали занимать свои места.
Один из мужчин в тёмно-синей рубашке и чёрных брюках подошёл и хлопнул Цинь Сюньфэна по плечу. Не дожидаясь, пока тот сядет, он уже начал говорить:
— Ну ты даёшь, Цинь Сюньфэн! Столько лет не виделись, а ты стал ещё красивее. Знаешь, сегодня многие девушки специально пришли ради тебя.
Чжан Цзывэнь только уселся, как сразу заметил Шэнь Ваньсин. Не дав Цинь Сюньфэну ответить, он тут же указал на неё, и его лицо озарила живая эмоция:
— О! Так это же та самая… та самая… Ты ведь младшая сестра Шэнь Чжоучэня? Мы учились в одном классе в десятом!
Дыхание Ваньсин перехватило. Она не осмеливалась взглянуть на Цинь Сюньфэна, хотя внешне сохраняла полное спокойствие, внутри же тревога нарастала.
Она промолчала.
Цинь Сюньфэн бросил на неё короткий взгляд и перевёл тему:
— Шэнь Чжоучэнь?
— Да! Ты не помнишь? Она за тобой ухаживала! В десятом ты учился, а она уже в двенадцатом. Была тогда настоящей школьной хулиганкой — дралась как заправская. Ухаживала за тобой меньше недели и сдалась. Что поделать — ты был слишком недосягаем.
Чжан Цзывэнь говорил без умолку, будто знал Шэнь Чжоучэня лучше всех, превратив Ваньсин в прозрачный фон.
— Запомнил так чётко, — Цинь Сюньфэн, склонив голову, рассеянно крутил бокал красного вина и едва заметно усмехнулся. — Ты её любил.
— Да что ты! — Чжан Цзывэнь вскочил, покраснев до ушей. — Не смей шутить! Я бы никогда не стал увлекаться старше себя, да ещё такой воинственной! Я её боюсь.
В этот момент Шэнь Ваньсин, до сих пор хранившая молчание, неожиданно взглянула на него, прищурившись. Её взгляд был неясным, полуосвещённым:
— Дать тебе её контакт?
— Так ты и правда Шэнь Ваньсин, сестра Шэнь Чжоучэня! Я точно не ошибся! — Чжан Цзывэнь вдруг шагнул ближе, почти прижавшись лицом к её щеке. — Как странно… Прошло столько лет, а твоя кожа всё ещё как у старшеклассницы. Можно щипнуть?
— …Нельзя, — Шэнь Ваньсин инстинктивно откинулась на спинку стула и решительно отказалась.
— Не надо—
Он не договорил — Цинь Сюньфэн резко потянул его назад. И вновь их взгляды встретились.
Этот эпизод так и остался незамеченным.
Через некоторое время на стол начали подавать блюда одно за другим.
Чжан Цзывэнь, не добившись успеха в общении с Ваньсин, переключился на Цинь Сюньфэна и налил ему полный бокал вина:
— Сегодня я точно напою тебя до бесчувствия и брошу в кучу девушек!
Цинь Сюньфэн взглянул на бокал, положил пальцы на его стенку и передвинул напиток к Шэнь Ваньсин:
— Мне за руль. Пей ты.
Ваньсин нахмурилась, выражение её лица стало неопределённым:
— Мне потом петь на сцене. Не могу пьянеть.
Цинь Сюньфэн внимательно изучил её черты, скользнул взглядом по её сжатым кулакам и с лёгкой насмешкой произнёс:
— От одного бокала?
— Я… — Ваньсин встретила его взгляд, и дыхание её стало неясным, почти интимным. — Я никогда не пробовала.
— А, — равнодушно отозвался он, отвернувшись. Через мгновение лёгкая усмешка скользнула по его губам. — Может, у тебя на удивление крепкое здоровье.
В этот момент, озарённая тёплым светом из окна, Шэнь Ваньсин словно снова увидела юного Цинь Сюньфэна.
Его присутствие само по себе было достаточной причиной для безрассудства.
И сейчас вокруг всё ещё находились девушки, которые не теряли надежды на него.
Она и сама не знала, почему продолжает цепляться за прошлое… Но в этот самый миг она поняла.
Потому что даже самые мелкие его жесты всё ещё заставляют её сердце биться чаще.
Хотя нынешнее чувство уже не то, что в юности, импульс мгновенно затопил её разум и грудь.
Заметив, как соседние девушки готовятся подойти заговорить с ним, она холодно взглянула в их сторону, схватила бокал и одним глотком осушила его.
Горько-жгучая жидкость обожгла горло и растеклась по желудку. Она поставила бокал, провела тыльной стороной ладони по губам и с трудом сдержала позыв вырвать.
Цинь Сюньфэн бросил на неё боковой взгляд, слегка усмехнулся и вновь налил ей вина. Его голос стал неопределённым, почти двусмысленным:
— Справишься ещё? Или хочешь, чтобы эти девушки выпили вместо тебя?
Ваньсин, сжав челюсти, встретила его насмешливый взгляд, сглотнула ком в горле и вдруг почувствовала облегчение.
Вот идиотка.
Она никогда не была особенной. И не будет.
Одна из девушек, подбадриваемая подругами, подошла к Цинь Сюньфэну и, застенчиво указав на бокал Ваньсин, спросила:
— Разрешите мне выпить за вас?
— Конечно, — Цинь Сюньфэн поднял подбородок, несколько секунд пристально смотрел на неё, затем сделал приглашающий жест. — Прошу.
Горечь тут же пронзила сердце Ваньсин. Она отвернулась и поправила волосы, наконец осознав: рядом с ней сидит Цинь Сюньфэн.
Он может быть холодным, беззаботным, дерзким или нежным — но никогда по-настоящему не влюбится ни в кого.
Когда опьянение начало подступать, Шэнь Ваньсин уже стояла на сцене.
Песня «Рассказчик» была написана ею в выпускном классе. Тогда в голове был только один человек.
«…
Время — рассказчик,
Мы следуем за ним размеренно.
Когда-то любили слепо и глупо,
Теперь научились боль мерить мерой.
Мы сами — рассказчики,
Слёзы на лице — от старых времён.
Тогда жалели, что упустили,
А теперь говорим: „Бывает“.
Воспоминания — рассказчики,
Каждое движение — как гравюра.
Их не стереть ничем,
Они целы в колее времён.
Любовь — слушательница историй,
Научилась расти, никого не обманывая.
Заставляет глаза влажнеть,
Скучая по тем, кого не вернуть».
Под аккомпанемент музыки, слегка пьяная, с микрофоном в руке, она искала взглядом того единственного человека в зале.
Но его там не было.
Казалось, только она одна верила в эту историю, принимала всё всерьёз.
Столько лет прошло, а она всё ещё живёт в том хаотичном времени юности.
Она стояла на сцене под взглядами почти всех присутствующих, лицо её было бесстрастным, но в сердце жил образ невозможного человека.
Внезапно она усмехнулась.
Насмехаясь над собой. И над теми девушками в зале.
Он так прекрасен. И так недостижим. Никто не сможет по-настоящему завладеть им.
Она так ничтожна, так мала… Но всё равно снова ведёт себя как дура ради одного человека.
В этот момент эта песня была предназначена только ему.
Когда последняя нота затихла, зал взорвался аплодисментами.
Но его среди них не было.
Солнце, луна, звёзды и времена года — всё вращается по кругу. Зубцы судьбы направляют нас стать теми, кого невозможно миновать друг для друга. Суждения других не в силах написать нашу историю.
— «Очки»
Пока Шэнь Ваньсин пела на сцене, Чжан Цзывэнь увёл Цинь Сюньфэна на террасу.
Чжан Цзывэнь оперся локтями на перила и сделал затяжку сигаретой:
— Честно говоря, не ожидал, что ты придёшь с Шэнь Ваньсин. Здесь столько женщин, которые тебя обожают, — почему именно она? Даже если тебя попросили, у тебя всегда есть право отказаться.
Цинь Сюньфэн прислонился спиной к перилам, руки согнуты, локти на поручнях. Он фыркнул, лицо оставалось невозмутимым:
— А что с ней не так?
— Ещё в школе я заметил: эта девушка умеет отлично скрывать чувства. Помнишь, как все девчонки пищали и визжали от тебя? А она лишь бросала мимолётный взгляд, чуть приподнимала уголок губ и с лёгким презрением отворачивалась. Тогда я подумал: эта девчонка страшная. В десятом классе несколько парней пытались за ней ухаживать, очарованные её холодной отстранённостью, но всех прогнала Шэнь Чжоучэнь. Обе сестры — настоящие боевые. Не забывай, даже Фу Чэнъань не смог её добиться.
— И что ты хочешь этим сказать? — Цинь Сюньфэн оставался спокойным, но в пальцах раздался хруст сустава. Он повернул голову и бросил на Чжан Цзывэня короткий взгляд, в голосе не было ни тени эмоций.
— Эта женщина тебе не пара. Даже для игры.
Цинь Сюньфэн прищурился, но ничего не ответил.
Чжан Цзывэнь сделал шаг ближе:
— Шэнь Ваньсин и ты — из разных миров. Она притворяется, будто ей всё безразлично, маскируется так искусно… Но задумывался ли ты, что на самом деле она влюблена в тебя? Почему тогда постоянно держится на расстоянии? Неужели не понимаешь? Это дешёвая игра, Цинь Сюньфэн. Не дай себя обмануть.
— Обмануть? — уголки губ Цинь Сюньфэна дрогнули в лёгкой усмешке, но глаза потемнели. — Она и есть лживая до мозга костей.
— Если ты это знаешь, зачем тогда приближаешься к ней? Подумай: разве не подозрительно, что она стала репетитором по литературе твоему младшему брату? Возможно, всё это она спланировала заранее, чтобы заманить тебя в ловушку.
— А если нет? — веки Цинь Сюньфэна опустились, улыбка стала шире.
— Что?
— А если всё действительно совпало случайно?
— Цинь Сюньфэн… Ты ведь не влюбился? — лицо Чжан Цзывэня стало серьёзным, улыбка вымученной. — Я правда не понимаю. Ты же не ребёнок. Что в ней такого притягательного?
http://bllate.org/book/9357/850788
Готово:
