Мэн Си повернула голову:
— А я ещё хотела быть похожей на тебя — какой у тебя громкий голос!
— Что?.. — Мэн Чжу бросилась к ней, чтобы пощекотать.
Мэн Си, конечно, просто поддразнивала её, и поспешила смягчить слова:
— Ты всё время это повторяешь — мне уже надоело! Я хотела сказать, что и ты неплоха. Зачем постоянно завидуешь мне?
Ей и правда это осточертело: ведь такие слова будто намекали, что красивое лицо решает все проблемы. Но разве так было в прошлой жизни? Даже любимый мужчина в итоге отказался жениться на ней!
«Да где я хороша…» — подумала Мэн Чжу. С тех пор как родилась Мэн Си, куда бы они ни пошли, все восхищались именно двоюродной сестрой. И сама Мэн Чжу, глядя в зеркало, чувствовала, что уступает ей.
У двоюродной сестры глаза — длинные и яркие, а у неё — круглые; у той губы красные и тонкие, а у неё — толстые до невозможности!
Но всё же они были одной семьёй, и хоть она и завидовала, злобы не питала. Мэн Чжу взяла расчёску и начала причесывать сестру:
— Мама испекла мясные булочки, чтобы тебя побаловать. Мне даже не дали попробовать! Так что сегодня надейся только на твои чудеса — зарабатывай побольше!
Мэн Си удивилась:
— А если опять не продадим?
Руки Мэн Чжу замерли на мгновение:
— Ничего страшного, съедим сами… — Она не хотела давить на двоюродную сестру.
Мэн Си промолчала.
Когда пришло время завтракать, действительно стояла целая корзинка мясных булочек. Разумеется, Мэн Си не стала есть их в одиночку — она раздала всем по одной.
В прошлой жизни все страдали от бедности, а в этой она хотела, чтобы все жили хорошо.
После еды Мэн Ци спросил:
— Аси, какие сегодня будем делать пирожки? Нужна ли помощь?
В это время года уже появились каштаны, и Мэн Си немного подумала:
— Сделаем каштановые пирожки и ещё немного пятиаромных. Продадим только эти два вида. Вчера пятиаромные хорошо пошли — сегодня узнаем точно, нравятся ли они людям.
— Отлично! Сейчас сбегаю за покупками, — быстро ответил Мэн Ци и выбежал из дома.
Едва он вышел за ворота, как увидел у входа Чжэн Сюмэй.
Семьи Чжэн и Мэн жили недалеко друг от друга, но с тех пор как семья Чжэн выдвинула свои требования, отношения между ними стали напряжёнными. Родители Мэн Ци были недовольны, но ради сына вынуждены были уступить. А семья Чжэн, хоть и имела лучшие варианты, из-за того что дочь была влюблена в Мэн Ци, тоже копила обиду и надеялась вытянуть из семьи Мэн как можно больше денег.
— Держи, — Чжэн Сюмэй сунула Мэн Ци горсть медяков и тихо сказала: — Это деньги от продажи грибов, которые я собрала в горах. Возьми.
— Как это можно! — покраснел Мэн Ци и вернул ей деньги. — Неужели невеста сама должна платить за свадебный выкуп?
Чжэн Сюмэй закусила губу:
— Я знаю, моя мать перегибает палку, но у меня ещё два младших брата… Не сердись на неё. В любом случае я выйду только за тебя. Если не соберём нужную сумму сейчас — подождём. Будем копить по одному медяку, и рано или поздно…
Глаза Мэн Ци покраснели — он чувствовал себя беспомощным.
Он крепко сжал кулаки и через некоторое время сказал:
— Сюмэй, может, и не придётся так долго ждать. Может, пирожки Аси принесут хороший доход. А если нет — я найду другой способ. Эти деньги я не возьму! Это последнее, что у меня осталось — достоинство.
Чжэн Сюмэй захотелось плакать.
Они росли вместе с детства. Он часто водил её в горы, уставшую брал за руку, а когда она засыпала — нес на спине. Однажды он сказал, что никогда не считал её своей сестрой. Он любил её с самого начала.
Чжэн Сюмэй сдержала слёзы и вдруг чмокнула его в щёку:
— Я буду ждать тебя! — И, покраснев, убежала.
Мэн Ци потрогал щёку и улыбнулся. Это был уже не первый её поцелуй, но она снова убежала так быстро.
Он немного помечтал, а потом отправился покупать каштаны.
Каштановые пирожки делала когда-то его мать, но Мэн Си добавила в них ещё тыквенные семечки и кедровые орешки.
За последнее время она заметила: вкусная еда редко бывает однообразной по текстуре. Поэтому если каштановые пирожки будут лишь мягкими и нежными, этого будет недостаточно. Нужна хрустящая текстура семечек, маслянистый аромат кедровых орешков и лёгкая сладость — тогда получится идеально.
Сегодня она приготовила целых сто штук.
Пятьдесят пятиаромных и пятьдесят каштановых — на тележке это выглядело внушительно.
Мэн Ци глубоко вздохнул:
— Ну что ж, сейчас повезу их на улицу Хуэйян продавать.
В его голосе чувствовались и решимость, и тревога.
Остальные тоже волновались, кроме Мэн Шэня.
Мэн Чжу, конечно, пошла с ним — ей же предстояло зазывать покупателей!
— Ждите хороших новостей! — заявила она с уверенным видом.
Ладони госпожи Ван вспотели:
— Если совсем не пойдёт… продавайте подешевле. На дворе уже жарко, дома долго не сохранишь.
Мэн Чжу не верила, что не продадут всё, и потянула брата за руку.
Они быстро скрылись за воротами.
Госпожа Ван прижала руку к груди, сложила ладони и начала молиться небесам, шепча молитвы, словно просила Будду о заступничестве.
Мэн Си тоже немного волновалась. Она вдруг повернулась к Мэн Шэню:
— Брат, мои каштановые пирожки действительно вкусные?
В её глазах мелькнула неуверенность — она боялась убытков. Мэн Шэнь равнодушно ответил:
— Сама разве не знаешь, вкусные они или нет? Если так сомневаешься, зачем вообще учиться готовить?
Он не договорил, но вдруг почувствовал, как её рука легла ему на рукав.
— Брат, мне не следовало тебя спрашивать.
Мэн Шэнь промолчал.
Он ведь не так думал, просто не хотел говорить прямо. Мэн Си добавила:
— Брат, если заработаю денег, найму для тебя наставника Цзяна с улицы Цинъюй!
Лицо Мэн Шэня изменилось.
Этот наставник Цзян был безусловно эрудирован — несколько его учеников уже стали гунши. Но он славился своей суровостью. Неужели Мэн Си хочет, чтобы его каждый день пороли?
Автор примечает: Наставник Цзян: «Если успеешь уйти — беги скорее».
Мэн Шэнь: …
Благодарю ангелочков, которые с 21 ноября 2019 года, 12:41:22, по 22 ноября 2019 года, 10:54:11, подарили мне гранаты или поливали питательным раствором!
Благодарю за гранату: Сяо Сюна — 1 шт.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Я продолжу стараться!
Увидев, что он молчит, Мэн Си сказала:
— Наставник Цзян подготовил нескольких учеников, которые уже стали гунши. Если ты будешь учиться у него, обязательно поступишь!
«Зачем ему вообще сдавать экзамены?» — подумал Мэн Шэнь. Ведь он скоро уедет отсюда. Зачем учиться? Но если отказаться, она заподозрит неладное. Поэтому он равнодушно произнёс:
— Ты хоть знаешь, сколько берёт наставник Цзян за обучение? Лучше найми другого учителя.
«Старший брат боится, что мне будет тяжело», — поняла Мэн Си и сказала:
— Не волнуйся, брат. Я постараюсь заработать больше.
Она подняла голову и улыбнулась — нежно и прекрасно. Сердце Мэн Шэня на миг забилось быстрее, но тут же он подумал: «Мэн Си так усердно пытается сделать из меня опору. Но она ошибается. Даже если наймёт наставника Цзяна, я всё равно учиться не стану. К тому времени я, возможно, уже уеду».
А тем временем Мэн Ци катил тележку на улицу Хуэйян. По дороге Мэн Чжу уже зазывала покупателей.
Те, кто вчера пробовал пятиаромные пирожки, сегодня увидев их снова вместе с новыми каштановыми, сразу окружили тележку.
Мэн Чжу обрадовалась:
— Брат, смотри! Все возвращаются, потому что пирожки вчера понравились!
Мэн Ци тоже обрадовался:
— Видишь, какое у Аси мастерство! Обязательно примут в ученицы к мастеру Лян!
Сейчас она умеет немного, но стоит ей начать учиться у мастера — сможет готовить гораздо больше.
Увидев, что девочка снова появилась, Гу Юй кивнул своим слугам. Те тут же раздвинули толпу, крича:
— Не загораживайте дорогу нашему молодому маркизу!
Молодой маркиз? У Мэн Чжу ёкнуло в сердце. «Значит, друг уездного судьи Линя — сын маркиза?» Она тут же натянула улыбку и сделала реверанс:
— Простая девушка кланяется молодому маркизу.
«Наверное, теперь жалеет, что вчера игнорировала меня, думая только о Линь Шиюане?» — подумал Гу Юй, принюхиваясь к тёплому аромату каштанов. — Так это каштановые пирожки? Сколько стоят?
— Три монетки, как и пятиаромные, — ответил Мэн Ци.
Гу Юй окинул его взглядом:
— А где та девушка, что их готовит? Если они из-под её рук, почему она сама не пришла?
— Двоюродной сестре тяжело работать, я продаю за неё, — ответил Мэн Ци, насторожившись от неприятного взгляда богато одетого юноши. — Сколько вам взять?
— Боишься, что я мешаю другим покупателям? — насмешливо спросил Гу Юй. — Весь ваш товар — и то не хватит на один мой обед. — Он перевёл взгляд на Мэн Чжу. — А что ещё умеет твоя двоюродная сестра готовить?
Для удобства торговли она оделась просто: рукава закатаны, обнажая загорелые руки цвета пшеницы. Несмотря на юный возраст, фигура у неё уже была пышной. Гу Юй подумал, что она похожа на дикоцветущий цветок из гор.
Мэн Чжу стало неприятно от его взгляда, и вместо ответа она спросила:
— Так вы хотите купить или нет?
В её глазах читалось раздражение. Гу Юю стало обидно: ведь все в столице знали его положение, а эта деревенская девчонка осмеливается вести себя так вызывающе!
Он нахмурился.
В этот момент раздался детский голосок:
— Сестричка!
Это был тот самый мальчик со вчерашнего дня. Мэн Чжу тут же помахала ему:
— Сегодня у нас каштановые пирожки! Хочешь попробовать?
Мальчику было около десяти лет, с алыми губками и белоснежной кожей — очень милый.
— Давай два, — сказал он, наклонив голову. — Всё ещё по три монетки?
— Да.
Мальчик протянул деньги.
Мэн Чжу проворно завернула пирожки:
— Только что испекли, осторожно — горячие!
Мальчик кивнул и огляделся:
— А другая сестричка? — Он откусил кусочек и прищурился от удовольствия. — Она их делала? Почему не пришла?
— Двоюродной сестре нужно отдохнуть.
— Ага! — кивнул мальчик. — А умеет ли она делать снежные пирожки? Я их очень люблю.
Снежные пирожки? Мэн Чжу о таких не слышала, но быстро сообразила:
— Опиши, какие они на вкус. Моя сестра очень талантлива — услышит описание и сразу приготовит!
Мальчик объяснил:
— Простые: из клейкого риса, внутри кунжут и сахар… Завтра снова приду.
Он весело поскакал прочь.
Мэн Чжу запомнила.
Увидев, что его полностью проигнорировали, Гу Юй разозлился ещё больше. В столице множество девушек мечтали о его внимании, а эта деревенская девчонка позволяет себе такое! Он был избалован и приехал в Яньчжэнь навестить двоюродного брата и немного погулять, но теперь, встретив этих сестёр, особенно Мэн Чжу, решил отомстить.
Он сдержался и сказал:
— Дай мне десять каштановых пирожков.
Мэн Ци облегчённо выдохнул и поспешно завернул заказ.
Слуга принял свёрток.
По дороге Гу Юй приказал:
— Выбросьте всё.
Слуги повиновались.
Пирожки упали на землю и вскоре были раздавлены проезжающей повозкой. Гу Юй подумал: «Раз Мэн Чжу так холодна ко мне, пусть и её ждёт такая же участь».
Когда наступил вечерний час Хай (примерно 21–23 часа), брат с сестрой вернулись домой.
Госпожа Ван бросилась к ним:
— Ну как? Всё продали?
— Нет, — уныло ответила Мэн Чжу. — Совсем плохо… Продали всего несколько штук.
Что? Всего несколько? Значит, всего десяток монет? Весь день она сидела дома, как на иголках, боясь, что товар не пойдёт, что этот путь снова окажется тупиковым. А теперь дочь принесла такую весть…
Увидев, как изменилось лицо матери, Мэн Ци поспешил сказать:
— Не слушай её, мама! Всё продали — ни одного не осталось!
Госпожа Ван словно ожила и, разозлившись, замахнулась на дочь:
— Ты, негодница! Сейчас же иди сюда!
Мэн Чжу уже далеко убежала.
Всё закончилось хорошо. Госпожа Ван радовалась так, будто у неё рот до ушей разорвался, и громко закричала:
— Муж! Всё продали! Аци говорит — ни одного не осталось!
Тележка и правда была пуста.
Бабушка тоже перевела дух.
Мэн Си стояла у двери и мягко улыбалась.
Мэн Чжу подбежала к ней:
— Двоюродная сестра, сегодня тот мальчик снова пришёл! Сказал, что хочет снежные пирожки… Я не пробовала таких, но спросила, какие они на вкус. Говорит, из клейкого риса, с кунжутом и сахаром. Может, завтра добавим их к продаже?
Она обняла её за руку:
— Ты обязательно сможешь их приготовить, правда?
Снежные пирожки…
Мэн Си выслушала описание и уже примерно поняла рецепт:
— Попробуем завтра.
Мэн Ци сказал:
— Тогда завтра утром сбегаю за кунжутом.
— Спасибо, двоюродный брат.
Во дворе стоял смех и радость. Мэн Шэнь стоял у окна и вспоминал прошлую жизнь — всё казалось таким нереальным.
Казалось, всё изменилось… Нет, в его голове мелькнул образ Линь Шиюаня. Мэн Си влюбилась в него с первого взгляда. Они снова встретились в этой жизни — возможно, всё повторится.
На следующий вечер мальчик уже ждал у тележки. Увидев Мэн Чжу, он быстро подбежал:
— Приготовили снежные пирожки?
— Конечно, — сказала Мэн Чжу и протянула ему пирожки.
Снежные пирожки были белоснежными. Откусив, мальчик почувствовал, как во рту растекается чёрная кунжутная начинка. Она была тонко перемолота — гладкая и ароматная. А если присмотреться, там ещё был арахис. Его масло придавало особую нежность вкусу.
— Двоюродная сестра сказала, что, возможно, это не совсем то, что тебе нравится, поэтому сегодня даром.
http://bllate.org/book/9354/850575
Готово:
