История о принцессе Синъян несколько дней будоражила Цзиньлин, а затем сошла на нет. Для женщин это значило лишь одно: в городе появилась ещё одна особа, к которой можно наведываться с визитами, льстить и заискивать. А для мужчин — напоминание держаться подальше от семьи Ло.
В остальном ничего не изменилось.
* * *
Таньлан положил на стол несколько секретных писем и обратился к погружённому в размышления мужчине:
— Ваше высочество, Поцзе пишет, что всё уже подготовлено у прохода Цзяюйгуань. Остаётся лишь дождаться вашего прибытия…
Сюэ Чжунгуан нахмурился и долго молчал.
Таньлан переминался с ноги на ногу, потом добавил:
— После того как мы схватили главную госпожу банка «Тайхэ», её дела начали делить между собой. Где-то ходят слухи, будто некая сила активно выясняет, где она сейчас…
Сюэ Чжунгуан наконец поднял на него взгляд. Таньлан уклончиво опустил глаза и попытался выдавить улыбку.
Прочитав все письма, Сюэ Чжунгуан холодно произнёс:
— Подождём до окончания Праздника середины осени.
С этими словами он сжёг письма, взмахнул рукавом и покинул кабинет.
Таньлан облегчённо выдохнул. Хорошо хоть, что его господин не увяз окончательно в любовных утехах — хотя и не слишком-то рвался выполнять свой долг.
* * *
Ещё до Праздника середины осени император неожиданно объявил о выборе невесты для старшего принца. Эта весть ударила в город, словно капля воды в раскалённое масло, и немедленно привела в бурное волнение все знатные дома Цзиньлина.
Пусть старший принц и был переведён из дворца, но ведь у императора был только один сын! Кому же ещё передать трон, как не ему?
Если в их семье появится девушка, которая станет будущей императрицей, это принесёт благословение трём поколениям!
Эта новость достигла и Дома Герцога Цзинъаня. Хотя титул и не был официально отменён, он оставался вакантным. Ду Шаоцзин всё это время метался из стороны в сторону, искал связи и пытался вернуть себе право наследования.
Из трёх дочерей осталась лишь Ду Цинфан, которую собирались выдать замуж по принципу «взять мужа в дом», чтобы титул перешёл по женской линии. Изначально, ради совместной борьбы против Фанхуа, Ду Шаоцзин на пару дней стал относиться к ней с особым вниманием.
Но стоило ему подумать, что именно сын Ду Цинфан унаследует герцогский дом, как в душе снова закипела горечь.
Он шептался с госпожой Вэнь в спальне, предлагая применить к Ду Цинфан тот же план, что когда-то задумывали для Фанхуа: испортить ей репутацию так, чтобы, будь то жена или наложница, она всё равно вышла бы замуж и не смогла бы унести титул с собой.
— Что ты говоришь? Госпожа Вэнь прислала мне приглашение? — Фанхуа с недоверием смотрела на Цинши. — Зовёт вернуться в дом Ду и рассказать мне правду о моём происхождении?
Цинши молча кивнула. Приглашения разослали не только принцессе Дуань, но и многим представительницам знатных семей — однако кто из них явится, было неизвестно.
Фанхуа фыркнула:
— Принцесса, если не хотите идти, просто откажитесь.
Цинши, видя пренебрежение хозяйки, мягко посоветовала:
— Если бы госпожа Вэнь пригласила только вас, вы, возможно, и отказались бы. Но раз приглашены многие — будет интересно понаблюдать. Зачем упускать такой шанс блеснуть в родных стенах, пользуясь своим статусом принцессы Дуань?
— Не нужно, — улыбнулась Фанхуа. — Я сама отвезу вас посмотреть на это зрелище.
Она с нетерпением ждала этого дня.
В Доме Герцога Цзинъаня госпожа Вэнь, узнав, что Фанхуа действительно придёт и что её будет сопровождать сам принц Дуань, холодно усмехнулась:
— Распустила нос, как настоящая принцесса… Посмотрим, как она умрёт в тот день.
Она ласково погладила руку Ду Цинфан:
— В тот день ты должна отлично себя показать.
Ду Цинфан лишь слабо улыбнулась и ничего не ответила.
Осень вступила в свои права, и воздух постепенно становился прохладнее. В Доме Герцога Цзинъаня царило праздничное настроение: у ворот выстроились кареты всех мастей. Дамы изначально не хотели сидеть рядом с госпожой Вэнь, лишённой титула, но, услышав, что приедут принц и принцесса Дуань, все же стиснули зубы и явились.
Ду Шаоцзин принимал мужчин в переднем дворе, а госпожа Вэнь и Фанхуа — женщин в заднем. Когда Фанхуа вошла в покои, там уже собралось множество гостей, среди которых была и госпожа Тянь.
Фанхуа давно не видела тётю. После замужества дочерям полагалось редко навещать родню, особенно со стороны матери. Последний раз они встречались на императорском юбилее.
Госпожа Тянь, не обращая внимания на то, что находилась в доме Ду, позволила Фанхуа поклониться, а затем, представив ей Жуань Шици, ответила на поклон и крепко сжала руку племянницы:
— Как же ты похудела! Ты всегда страдаешь от летней жары. Теперь, когда жара прошла, обязательно наберись сил.
Все старшие родственники одинаковы: стоит увидеть племянницу после долгой разлуки — и сразу кажется, что она исхудала.
Фанхуа тепло обняла руку тёти:
— Да что вы, я совсем не худая. А как вы поживаете, тётушка?
Госпожа Тянь искренне любила Фанхуа — иначе бы Жуань Шици не ревновала так сильно. Увидев, что племянница без стеснения проявляет к ней нежность при всех, она обрадовалась и похлопала её по руке:
— От жары мучаешься, да ещё и всем домом управляешь — как не похудеть?
Затем она принялась расспрашивать, хорошо ли ей живётся, удобно ли устроилась, легко ли управлять слугами и прочее в том же духе.
Наконец она тихо добавила:
— Сегодня я почти не хотела приходить. Но в приглашении госпожа Вэнь написала, что если я не явлюсь, пожалею всю жизнь. Вот и пришлось.
— Вижу, сегодня собрались одни болтушки, — продолжила она шёпотом. — Будь осторожна.
Фанхуа кивнула, успокаивая тётю.
Госпожа Вэнь с досадой наблюдала за ними. Какие бы планы она ни строила, при таком количестве свидетелей напрямую навредить Фанхуа не осмелилась. Подойдя, она поклонилась:
— Принцесса, даже несмотря на загруженность делами в вашем доме, вы всё равно приехали так рано. Видимо, всё ещё считаете Дом Герцога своим родным.
Фанхуа улыбнулась:
— Вы же сами написали, что хотите сообщить мне нечто важное о моём происхождении. Как же мне не приехать?
Ведь теперь весь Цзиньлин знал, что отношения между ней и супругами Ду были окончательно испорчены. Лучше говорить об этом прямо, чем притворяться.
Госпожа Вэнь натянуто улыбнулась.
Фанхуа больше не обращала на неё внимания, села на почётное место слева и завела беседу с госпожой Тянь.
Все знали историю Дома Герцога Цзинъаня, включая то, как Ду Шаоцзин и его жена использовали Фанхуа ради выгоды. Одна из дам с ехидством заметила:
— Принцесса с каждым днём всё прекраснее. Видимо, правда, что земля питает своих детей.
— Конечно! — подхватила подруга госпожи Тянь. — Я чуть не узнала вас, принцесса!
Многие до сих пор презирали Ду Шаоцзина за то, что вскоре после смерти госпожи Жуань он женился на госпоже Вэнь, а через семь месяцев у них родилась Ду Цинъвань.
Фанхуа холодно наблюдала, как дамы намёками высмеивали госпожу Вэнь, но делала вид, будто ничего не понимает, лишь слегка улыбалась.
Ведь Дом Герцога Цзинъаня теперь был пустой скорлупой, и никакие интриги Ду Шаоцзина не могли изменить этого.
— Старшая дочь прекрасна во всём, — повторяла госпожа Вэнь снова и снова, — разве что раньше была слишком скромной, вот и не сошлась с наследником маркиза Чанълэ. Теперь главное — ладить с принцем. Тогда я буду спокойна.
Фанхуа еле заметно усмехнулась:
— В доме принца мне живётся отлично. Вам не о чем беспокоиться.
Женщины, пришедшие ради возможности пообщаться с принцессой, окружили её, начав светскую беседу. В этот момент в дверях появилась Цинхуань с лёгким плащом в руках.
Подойдя к Фанхуа, она склонилась в поклоне:
— Принцесса, его высочество говорит, что на улице похолодало и боится, как бы вы не простудились. Он послал Таньлана с плащом и особо велел напомнить вам: избегайте острой пищи. Осенью воздух сухой — не надорвите горло и желудок.
Фанхуа моргнула и улыбнулась:
— Да я уже не ребёнок, чтобы так опекать!
Хотя в голосе звучало лёгкое недовольство, в нём явно чувствовалась нежность.
Она велела Цинши принять плащ и сказала Цинхуань:
— У тебя ведь есть подруги в этом доме? Иди проведай их. Здесь меня Цинши отлично обслужит.
Цинхуань понимающе кивнула.
Дамы с завистью смотрели на плащ. Этот принц Дуань и правда балует жену! Видимо, с возрастом мужчины становятся заботливее.
Ду Цинфан, глядя на сидящую вверху Фанхуа, чьи манеры были безупречны и изящны, испытывала странное чувство. Раньше она искренне сочувствовала старшей сестре, считая её жертвой корыстных планов отца.
А теперь эта «жертва» стала особой, к которой тянутся почти все женщины Цзиньлина.
Именно из-за неё, Фанхуа, Ду Цинфан теперь должна остаться дома и взять мужа в дом, отказавшись от возможности быть со своим возлюбленным. Ведь Фанхуа решила бороться с госпожой Вэнь, пожертвовав ради этого собственной сестрой.
От этой мысли в душе Ду Цинфан вспыхнуло раздражение. Но она не забыла о своей задаче.
Подойдя ближе, она тихо сказала Фанхуа:
— Сестра, у меня остались некоторые твои старые вещи. Не пойдёшь ли со мной забрать их?
Фанхуа приподняла бровь. Так и Цинфан втянулась в эту игру? Она с насмешливой улыбкой посмотрела на сестру:
— Старые вещи? Выброси их.
Лицо Ду Цинфан покраснело от смущения:
— Их нельзя выбрасывать… Они связаны с тем, о чём писала матушка в приглашении.
Фанхуа холодно смотрела на девушку напротив. Какая же искусная актриса!
На мгновение она встала и, обведя присутствующих доброжелательной улыбкой, сказала:
— Прошу прощения у всех. Моя сестра всегда такая застенчивая.
Дамы тут же засыпали Ду Цинфан комплиментами и восхваляли сестринскую любовь Фанхуа.
Фанхуа последовала за Цинфан и долго не возвращалась. Госпожа Тянь, наблюдая, как госпожа Вэнь ловко общается с гостьями, почувствовала тревогу.
Когда она уже не выдерживала и собиралась искать Фанхуа, вдруг раздался торопливый топот.
В комнату вбежала служанка и, запинаясь, закричала:
— Госпожа! Беда! Беда!
Госпожа Вэнь нахмурилась:
— Что за крик? Разве ваши барышни не пошли с принцессой за вещами? Где они?
Служанка, будто растерявшись или нарочно, выпалила:
— Принцесса Дуань тайком встречалась с мужчиной в саду! Третья барышня всё видела!
Принцесса Дуань изменяет мужу! Это было немыслимо! Ведь только что она демонстрировала всем свою любовь к принцу. Дамы в комнате оживились от предвкушения скандала.
— Ты что несёшь?! — вспыхнула госпожа Тянь. — Как смеешь клеветать на принцессу? Фанхуа никогда бы не поступила так!
Жуань Шици, не стерпев, шагнула вперёд:
— Ты утверждаешь, что моя кузина изменяет, и твоя госпожа всё видела? Где они? Веди нас туда!
Пусть она и соперничала с кузиной за внимание семьи, но допустить, чтобы её оклеветали, не могла.
Раньше она училась боевым искусствам у Жуань Хаоюаня. Схватив служанку за руку, она так её вывернула, что та завизжала от боли.
— Сейчас ты кричишь, а если окажется, что всё это выдумки, знай: завтра в этот день будет годовщина твоей смерти! А если моя кузина и правда поступила недостойно — я сама перед тобой преклоню колени и извинюсь!
С этими словами она потащила служанку к выходу.
Все дамы, конечно, последовали за ней — зрелище такого масштаба упускать было нельзя.
Едва они достигли входа в сад, как навстречу им выбежала другая служанка. Жуань Шици схватила её за руку:
— Куда бежишь? Таковы ли правила в доме Ду?
Служанка в ужасе пробормотала:
— Рабыня боится сказать…
— Говори! Или хочешь, чтобы я с тобой поступила так же, как с этой? — Жуань Шици указала на первую служанку, которая уже извивалась, словно перекрученная лиана, и обильно потела от боли.
— Я… я видела, как третья барышня и сам принц Дуань… они… в комнате… занимаются развратом… — Служанка зажмурилась, решившись сказать всё одним духом.
Эта девушка страшна! Лучше уж сказать!
Её слова ударили, как гром среди ясного неба. Дамы в ужасе завизжали. Что происходит с этой парой?
Госпожа Тянь наконец уловила запах заговора. Указав на служанку, она приказала:
— Веди нас туда, где ты видела принца!
Затем, повернувшись к госпоже Вэнь, она холодно сказала:
— Ты, конечно, отличная хозяйка! В твоём доме порядок как в решете — ни правил, ни дисциплины.
http://bllate.org/book/9330/848290
Готово:
