Закатное сияние окутало троих друзей, отбрасывая на землю длинные косые тени и оставляя за ними мягкий, словно вырезанный из света, след.
Эта красота была простой и чистой.
Ещё не испорченной ядовитым влиянием большого мира. Поэтому много лет спустя, когда Чжуо Ян вернулся из Америки и вновь оказался здесь, глядя на пустое место рядом с собой, он с горечью вспомнил, как так и не сумел удержать Вэнь Юй до конца — и как она впоследствии вышла замуж. Тогда он по-настоящему понял, что значит «всё изменилось, кроме места».
И то, что…
Когда перед ним стоял выбор между учёбой и Вэнь Юй,
он эгоистично выбрал первое, а не её.
Из-за этого он потом горько жалел.
На ужин они выбрали лёгкие блюда и провели время довольно весело, особенно Чжуо Ян: его заявление на поступление в магистратуру уже подали, и сейчас университет проверял документы. Если всё пройдёт успешно, он останется в Шанхайском университете на магистратуру, а на втором году сможет подать документы на докторантуру в Йельский университет.
Планы Чжуо Яна на будущее были чёткими.
У него была собственная жизненная стратегия.
Сначала — поступить в магистратуру родного вуза, затем подать заявку в докторантуру Йеля. В Америке он будет одновременно учиться и оформлять грин-карту, чтобы потом пригласить туда Вэнь Юй. Дизайнерская школа Нью-Йоркского университета славится своим уровнем, и талант Вэнь Юй наверняка обеспечит ей зачисление.
Они вместе начнут новую жизнь в Америке, а если со временем обретут стабильность — смогут вернуться на родину и развивать собственное дело.
Шаг за шагом — и Чжуо Ян был уверен: их совместное будущее светло и безоблачно.
Поэтому сегодняшний ужин доставил ему особую радость. Осталось лишь одно — чтобы Вэнь Юй согласилась стать его девушкой. Во время еды Чжуо Ян смотрел на неё и всё чаще задумывался о том, чтобы вскоре официально попросить её стать его возлюбленной.
У Вэнь Юй не было таких чётких планов. Единственное, чего она хотела, — вырваться из семьи Вэнь, из клана Цзин и вообще из всего этого мира богатых и влиятельных, чтобы жить свободной жизнью, какой захочет сама.
Пока Чжуо Ян строил планы на будущее и мечтал о ней, Вэнь Юй молча размышляла, как бы извиниться перед ним.
За то, что в прошлый раз сорвала встречу.
Ужин закончился примерно в половине восьмого. Уличные фонари один за другим зажглись, и синевато-тёмное небо медленно заполнилось яркими звёздами. Выходя из ресторана, Чжао Луэр не захотела быть третьей лишней и придумала предлог, чтобы уйти первой.
Чжуо Ян проводил Вэнь Юй до дома.
Вэнь Юй, конечно, не могла сказать ему, что живёт в особняке семьи Цзин, поэтому попросила высадить её у высотного жилого комплекса неподалёку от вилл. Чжуо Ян, происходивший из скромной семьи, поднял глаза на роскошные высотки, смутно вырисовывающиеся в ночи под ярким белым светом фонарей, и немного оробел. Неужели это и есть её дом? Он некоторое время смотрел на здание, и в душе зародилось чувство неуверенности, но внешне сохранил тёплую улыбку:
— Завтра у меня исследовательский семинар, не получится тебя пригласить.
— У меня завтра тоже дела, — ответила Вэнь Юй. — Как освободишься — напиши.
(На самом деле завтра она уже обещала Шэнь Цзюньлань пойти с ней на чайную встречу светских дам.)
Нет времени на свидания.
— Хорошо, — кивнул Чжуо Ян, не отрывая взгляда от Вэнь Юй. При свете фонарей она казалась такой нежной и прекрасной, что ему захотелось поцеловать её.
Чжуо Ян почувствовал, что сегодня он немного дьяволёнок.
То хотел взять её за руку, то — поцеловать.
Да уж, настоящий дьявол.
Они ведь даже не встречаются официально!
Как же это мерзко.
Чжуо Ян слегка покачал головой, стараясь прогнать непристойные мысли.
— Кстати, в прошлый раз мне срочно пришлось уйти, и ты чуть не зря приехала. Прости, — сказала Вэнь Юй, больше всего переживая именно об этом. И как только она произнесла эти слова, в голове мелькнул образ того дня в президентском номере отеля, когда её внезапно поцеловали насильно.
Кончики ушей вдруг вспыхнули, словно загорелись, и потянуло жаром.
Это странное, почти сверхъестественное жжение вызвало у неё тревогу, и она невольно отвела взгляд от Чжуо Яна в сторону.
— Да это же пустяк, не стоит извиняться, — сказал Чжуо Ян, заметив алый румянец на её ушах и решив, что она чувствует вину. Сердце его забилось чаще: Вэнь Юй была настолько прекрасна, что он с трудом сдерживал желание немедленно оформить с ней отношения!
Конечно, эту мысль он оставил при себе: ведь они знакомы всего несколько дней, и если сразу заговорить о романе, она может решить, что он легкомысленный и не тот человек, с которым можно пройти всю жизнь. Поэтому он просто улыбнулся:
— Уже поздно, мне пора возвращаться в кампус. Как освободишься — напиши.
— Хорошо, — кивнула Вэнь Юй.
Чжуо Ян помахал ей рукой и направился к ближайшему перекрёстку ловить такси.
Вэнь Юй осталась на месте, провожая его взглядом, пока машина не скрылась из виду. Лишь тогда она перевела дух и неторопливо двинулась к вилле.
Осенним вечером ветерок дул свежо и приятно. Боясь, что семья Цзин будет недовольна её опозданием, Вэнь Юй ускорила шаг.
Добравшись до особняка, она обнаружила, что в гостиной никого нет.
Вэнь Юй подумала, что старшая госпожа и Шэнь Цзюньлань отдыхают у себя в комнатах, и уже собиралась подняться наверх, когда из глубины дома появился дядюшка Чжунь:
— Молодая госпожа, вы вернулись?
Вэнь Юй кивнула и продолжила подниматься.
— Старшая госпожа и вторая госпожа уехали навестить старых друзей, ужин не готовили. Вы поели? — спросил дядюшка Чжунь. — Попросить повара что-нибудь приготовить?
— Я уже поела, — покачала головой Вэнь Юй. — Не надо ничего делать.
— Хорошо, — дядюшка Чжунь вежливо улыбнулся. — Тогда не буду вас беспокоить.
Он вышел на улицу заниматься своими делами.
Вэнь Юй окинула взглядом пустую гостиную и вдруг почувствовала жажду: сегодняшние блюда оказались слишком солёными, и она почти не пила воды.
Постояв немного у лестницы, она развернулась и направилась на кухню.
Дверь была приоткрыта. Вэнь Юй постучала — никто не ответил. Она толкнула дверь: внутри действительно никого не было. Где повар? А где остальные слуги?
Но, пожалуй, так даже лучше: ей неуютно было бы в их присутствии — ведь это не её собственные люди.
Вэнь Юй положила сумочку на длинный кухонный стол, достала из холодильника стеклянный стакан и налила себе тёплой воды. Устроившись за столом, она начала пить. В этот момент Чжуо Ян уже добрался до университета и отправил ей сообщение в WeChat.
Сообщение состояло из одного предложения и забавной картинки из интернета.
Настолько забавной,
что Вэнь Юй не удержалась и, глядя на экран, тихонько рассмеялась.
Она смеялась так увлечённо, что совершенно не заметила, как в кухню вошёл кто-то ещё.
Лишь когда мужчина, от которого слегка пахло вином, обхватил её сзади и, наклонившись, увидел на экране её переписку, Вэнь Юй почувствовала, как его тёплые губы прикоснулись к её уху, и услышала низкий, хрипловатый шёпот:
— Что так веселишься?
Вэнь Юй всё ещё смеялась над картинкой, когда вдруг почувствовала жар у уха и напряжение во всём теле. Его сильная, мужская энергия мгновенно окружила её, как невидимая сеть. От испуга она инстинктивно выронила телефон — тот звонко стукнулся о стол.
Обернувшись, она увидела под светом лампы лицо, способное околдовать любую женщину, — всего в нескольких сантиметрах от своего.
Тёмные глаза, высокий нос, тонкие губы.
Из них на неё дышало тёплое, слегка пьяное дыхание — так близко, так сильно,
словно невидимая паутина, которая плотно опутала её.
Вэнь Юй невольно задержала дыхание, но тут же попыталась оттолкнуть его. Руки упёрлись ему в плечи, но он даже не шелохнулся. Напротив, его высокая фигура ещё ниже нависла над ней.
Расстояние стало таким малым, что их губы чуть не соприкоснулись.
Вэнь Юй снова испугалась, уперлась локтями в край стола и откинулась назад, пытаясь уйти от его приближения.
Но чем сильнее она уклонялась, тем ниже опускался Цзинь Янь. Вэнь Юй уже не могла удержаться — глаза её широко распахнулись, но кричать она не осмеливалась, боясь, что услышат другие. Поэтому лишь тихо, почти шёпотом, умоляюще произнесла:
— Дядюшка! Мы же в доме Цзинь!
Она была уверена: он ведь боится, что слуги увидят и расскажут Шэнь Цзюньлань или старшей госпоже?
Они точно не захотят, чтобы между ней и Цзинь Янем возникло хоть что-то.
— А что ты там так смеялась? — спокойно спросил Цзинь Янь, явно не опасаясь, что их могут застать, и продолжил наклоняться, голос его звучал размеренно, но с глубокой хрипотцой.
Вэнь Юй разозлилась. Оттолкнуть его не получалось, и она даже подумала пнуть. Подняв ногу, она уже собралась действовать, но Цзинь Янь, почувствовав движение, мгновенно выпрямился и одной рукой прижал её бедро — прямо у самого интимного места.
Его ладонь была тёплой.
И до невозможного интимной.
Нога Вэнь Юй тут же замерла. Её красивое личико покраснело, большие глаза смотрели на него с гневом и протестом, но голос она вынуждена была сдерживать, почти до дрожи:
— Что тебе вообще нужно?
Что тебе нужно?
Разве не очевидно — он хочет её?
Но, увидев её обиженное и раздражённое выражение лица, Цзинь Янь смягчился. Он убрал руку с её бедра, опустил глаза и тихо сказал:
— Ничего особенного… Просто немного выпил… и очень захотел тебя…
Последнее слово он протянул лениво и нежно, так, что сердце Вэнь Юй непроизвольно дрогнуло.
— Конечно… мне не понравилось, что ты переписываешься с другим мужчиной, — добавил он без тени насмешки, искренне и спокойно, одновременно беря её полупустой стакан и, не церемонясь, допивая воду.
Вэнь Юй ещё не успела прийти в себя от его слов, как вдруг увидела, что он пьёт из её стакана.
— Это же я пила! — воскликнула она. Разве ему не противно?
Мужчина, уже осушивший стакан, поставил его на стол, провёл пальцем по краю и, глядя ей в глаза, сказал:
— Именно потому, что ты пила, мне и захотелось.
Он помолчал, и в его взгляде вспыхнула глубокая тень:
— Просто вкус немного бледный.
Не такой сладкий, как твои губы.
— Не хочешь ли дать мне немного сахара? — продолжил он.
Вэнь Юй не поняла скрытого смысла и решила, что он просит конфету. Но у неё их не было, да и сейчас точно не время говорить о сладостях — пора держаться подальше от него. Поэтому она проигнорировала вопрос, взяла свой телефон и собралась уходить:
— У меня нет конфет. Если хочешь, на кухне есть сахар.
(В банке со специями целая банка белого сахара — хватит надолго.)
Она сделала шаг мимо него, но Цзинь Янь схватил её за руку, обеими ладонями обрамил её лицо и, прижавшись губами, лениво и чётко произнёс:
— Разве у тебя самого нет сахара? Дай попробовать.
Говоря это, он начал целовать её, используя своё преимущество в росте и силе, чтобы полностью подчинить себе. Его поцелуй был властным, требовательным, полным обладания. Вэнь Юй едва могла дышать, в голове царил хаос, смешанный с гневом. Её хрупкое тело было прижато к нему так плотно, будто она — пойманное животное.
Каждое его дыхание было похищением, каждый вдох — захватом. Она задыхалась, злилась и хотела дать ему пощёчину. Одной рукой она судорожно царапала воздух, когда вдруг за дверью послышались лёгкие шаги и голоса двух служанок.
Это были Мяо Я и Юаньцзы.
Юаньцзы:
— Сестра Мяо Я, старшая госпожа и вторая госпожа сегодня не дома. Что будем есть?
Мяо Я:
— Давай лапшу быстрого приготовления.
Юаньцзы:
— А? Опять лапшу? А нельзя просто поесть?
Мяо Я:
— Ты, что ли, возомнила себя хозяйкой? Стыдно тебе, лапшу презирать?
Юаньцзы (обиженно):
— Да я просто хочу нормально поесть!
Мяо Я:
— От одного дня без еды не умрёшь. Будем есть лапшу.
Юаньцзы (вздыхая):
— Ладно.
Они болтали, приближаясь к кухне. Вэнь Юй понимала, что их вот-вот застанут, но Цзинь Янь всё ещё не отпускал её. Она хотела укусить, но не могла дотянуться. Разозлившись до красноты, она занесла руку, чтобы дать ему пощёчину.
Но прежде чем её ладонь коснулась его лица, он лёгким движением коснулся языком её кончика языка и прошептал, дыша ей в ухо:
— Поцелуй меня сама — и я отпущу.
Одной рукой он гладил её подбородок, другой обнимал за талию.
Его пальцы, будто неся крошечные разряды тока, медленно скользили вниз, заставляя её тело слабо дрожать.
Этот мужчина, обычно кажущийся холодным, отстранённым и даже жестоким, оказался мастером соблазнения. По крайней мере, Вэнь Юй знала: хотя она и сопротивляется, её тело невольно отзывается на его ласки.
http://bllate.org/book/9252/841162
Готово:
