Она долго думала и так и не нашла ничего подходящего — похоже, идеального момента просто не существует. А ведь до спортивных соревнований осталось всего несколько дней! Если не вручить подарок сейчас, он утратит всякий смысл.
Лучше не откладывать — пусть будет сегодня. Так она ещё и избавится от этой мысли, которая всё время вертится в голове.
Решившись, она набрала Сяо Нинсюаня.
Телефон прозвенел несколько раз и тут же был взят.
— Ии.
Его голос звучал прекрасно — ничуть не уступал дяде Сяо, профессиональному актёру озвучки.
Гу Шэн крепче сжала телефон, а рука, в которой она держала пакет с обувью, невольно задрожала.
— Нинсюань-гэгэ, где ты сейчас?
— В студии. Что-то случилось?
Несмотря на напряжённую учёбу в выпускном классе, Сяо Нинсюаню всё давалось легко. Сегодня отменили вечерние занятия, и он пришёл в студию — до выставки, которая должна была открыться в праздники, оставалась всего неделя, а одну работу он ещё не закончил.
Студия Сяо Нинсюаня находилась совсем недалеко.
— Нинсюань-гэ, подожди меня немного в студии, я сейчас подъеду.
С этими словами она повесила трубку.
Сяо Нинсюань недоумённо опустил телефон и покачал головой.
Что это девчонке понадобилось в его студии?
Гу Шэн быстро доехала на такси до места.
Раньше здесь располагалась студия матери Сяо Нинсюаня, Сун Цинцянь. По мере того как «Студия Цинцянь» расширялась, её перевели в другое, более просторное помещение, а это осталось сыну.
Сяо Нинсюань открыл дверь и взглянул на пакет в её руках.
— После школы зашла купить себе туфли?
Гу Шэн спрятала пакет за спину и промолчала.
— Ужинала?
Она кивнула, потом покачала головой. Сяо Нинсюань нахмурился:
— Так всё-таки да или нет?
— Дома поем.
Сяо Нинсюань улыбнулся:
— А я-то подумал, что ты специально заглянула ко мне поужинать.
При свете лампы юноша в школьной форме, уголки губ которого чуть приподнялись, а глаза сияли тёплой улыбкой, казался особенно обаятельным.
Щёки Гу Шэн слегка порозовели.
— Я пришла тебе кое-что передать.
— О?
Сяо Нинсюань приподнял бровь.
Гу Шэн глубоко вдохнула и протянула ему пакет:
— Нинсюань-гэгэ, это подарок для тебя. Заранее желаю удачи на соревнованиях и успехов на выставке!
Сяо Нинсюань не взял. Значит, с самого входа она держала в руках пакет именно для него, а не для себя?
Гу Шэн, увидев, что он не берёт, решила, будто он отказывается. Её девичье сердце сжалось от обиды.
— Ладно, раз не хочешь — забудь. Я пошла.
Она уже собралась уходить, но Сяо Нинсюань вдруг схватил её за запястье.
— Кто сказал, что не хочу?
Забрав пакет из её другой руки, он добавил:
— Подожди меня немного, я возьму рюкзак и провожу тебя поужинать.
С этими словами он отпустил её руку и скрылся в глубине студии.
Но когда он вернулся, в приёмной уже никого не было.
Сяо Нинсюань замер в нерешительности, достал телефон и увидел сообщение от неё в WeChat:
«Нинсюань-гэ, я уже дома, не буду тебя ждать. Занимайся!»
Он поставил пакет на стол, открыл коробку — внутри лежали ботинки цвета сапфира.
Уголки его губ сами собой приподнялись. Его слегка загрубевшие пальцы нежно коснулись поверхности обуви. Прикосновение вызвало в груди приятное щемление, будто давно спрятанное семечко наконец рвалось наружу, чтобы прорасти.
***
Сердце Гу Шэн стучало так сильно, что она даже не успела спросить, понравился ли ему подарок. А вдруг размер не подошёл? А вдруг ему не нравится такой цвет? А если…
И ещё — запястье, за которое он схватил её… Оно горело, будто его обожгли.
Ведь она столько лет бегала за Сяо Нинсюанем! В детстве смело дралась с ним, а теперь, стоя рядом, чувствует себя робкой и не смеет даже взглянуть ему в глаза.
— Ах, как же это бесит! — чуть не закричала она во весь голос прямо у подъезда своего дома.
Это состояние не покидало её даже перед сном. Раз рисовать эскизы больше не нужно, Гу Шэн сделала домашку, умылась и легла в постель.
Едва она устроилась под одеялом, как в комнату без стука вошла Суйи и села на край кровати.
— Весь вечер какая-то рассеянная. Опять натворила что-нибудь?
Гу Шэн села.
— Мам, я же юная красавица, а не проблемная девчонка! Откуда у меня «опять» какие-то проделки?
Суйи мягко улыбнулась.
— Значит, у нашей юной красавицы сегодня заботы? Неужели Нинсюаню не понравился подарок?
Дочь сказала, что пойдёт за покупками, и, судя по её виду вечером, Суйи уже примерно догадывалась, что произошло.
Вспомнив сцену в студии, Гу Шэн снова почувствовала лёгкую досаду — ведь Сяо Нинсюань совсем не выглядел радостным.
— Он ничего не сказал — ни «нравится», ни «не нравится». Я просто отдала и ушла.
Суйи нежно улыбнулась. Её дочь только начинала понимать чувства, но ещё не осознавала их по-настоящему.
— Мальчики обычно сдержаны в проявлении эмоций. Посмотри на своего брата или на Нинсюаня — разве они болтают без умолку, как ты с Синьюй? Это было бы странно. Но раз он принял подарок — значит, понял твои намерения.
— Мам, я не сказала ему, что деньги на обувь заработала сама.
— А ты хотела сказать?
Гу Шэн покачала головой.
— Я просто хотела сделать ему подарок своими силами, чтобы он не чувствовал себя обязанным.
Суйи на миг замерла, потом с нежностью потрепала дочь по волосам.
— Ии повзрослела.
Увидев на лице матери выражение «я всё понимаю», Гу Шэн поспешила объясниться:
— Мам, я подарила Нинсюаню-гэ обувь только потому, что благодарна ему за помощь с уроками и объяснения задач.
Суйи не стала её разоблачать.
— Я знаю. Без него, после твоей болезни и долгого отсутствия, ты бы точно отстала по учёбе.
— Мам, я спать хочу. Спокойной ночи.
Суйи выключила свет.
Вернувшись в свою спальню, она увидела, как Гу Линь, надев перчатки, торжественно подошёл к ней с коробкой в руках.
— Жена, посмотри! Наша дочка — настоящий тёплый комочек! Сама купила мне подарок!
Суйи бросила взгляд на довольного мужа и решила не разрушать его иллюзий. Пусть думает, что подарок был предназначен именно ему, а не стал случайной «приправой» к основному.
***
Наступил день спортивных соревнований.
Погода стояла чудесная. В конце сентября в Нинчэне уже чувствовалась лёгкая прохлада, небо было безупречно голубым, а воздух — свежим и прозрачным.
После торжественного открытия начались состязания.
Ученики всех трёх старших классов расположились на трибунах вокруг стадиона.
Цзян Фанфэй, обычно одетая со вкусом, сегодня надела спортивный костюм и бейсболку и сидела на самом первом ряду своей группы.
С трибуны объявили список утренних соревнований и попросили участников пройти на регистрацию.
— Наш парадный отряд прошёл отлично! — воспользовавшись паузой, встала Цзян Фанфэй. — Теперь все активно пишите репортажи! За каждый опубликованный текст вашему классу добавят очки. Каждый должен сдать минимум три заметки. Сюй Сун, соберёшь у всех.
— Ааа, учительница, это сложнее, чем сочинение!
— Может, просто посидим спокойно и посмотрим?
— Учительница…
— Кто ещё заговорит — получит дополнительно по три заметки!
Трибуны мгновенно затихли.
Солнце припекало, и девочки, боясь загореть, сняли школьные куртки и накинули их себе на головы.
Гу Шэн и Шу Синьюй устроились под одним общим куртком.
Гу Шэн бросила взгляд на трибуны выпускников — через весь стадион было не разглядеть.
— Ии, не смотри, — шепнула Шу Синьюй. — У моего брата сегодня утром нет выступления, только после обеда. Давай лучше пиши заметки, а то «Мэй Яньян» сейчас взбесится.
«Мэй Яньян» — так ученики прозвали Цзян Фанфэй за глаза. На самом деле она была очень красива и элегантна, обычно добра и спокойна, но временами становилась строгой — вот и пошло прозвище.
На коленях у Гу Шэн лежала книга, а сверху — листок формата A4, четвертинка обычного. Она задумчиво постучала ручкой по бумаге.
— Тогда сдам после обеда.
После полудня солнце припекало ещё сильнее. Завершились предварительные забеги на сто и двести метров, и начался кросс на пять тысяч.
Сяо Нинсюань переоделся и, нагнувшись, завязывал шнурки, когда кто-то хлопнул его по плечу.
Чэнь Хао весело ухмыльнулся:
— Нинсюань, да у тебя обувка просто огонь! Не похоже на твой стиль.
Сяо Нинсюань взглянул на свои ярко-красные кроссовки.
— Почему тебе можно быть таким «огненным», а мне нельзя?
Чэнь Хао громко рассмеялся:
— Это не «огонь», а крутость! Понимаешь разницу? Хотя… эти кроссовки, кажется, новейшая модель ASICS этого сезона. Я тоже хотел купить, но мама сказала, что дорого.
Он наклонился, чтобы получше рассмотреть обувь, и даже потянулся рукой.
Сяо Нинсюань тут же отвёл ногу.
— Испортишь — плати!
— Да ладно тебе! — возмутился Чэнь Хао. — Это что, хрустальные туфли Золушки? Одно прикосновение — и сразу испортишь? Да даже если и повредишь — я заплачу!
Сяо Нинсюань бросил взгляд на трибуны напротив и размял плечи.
— Эти кроссовки бесценны. Тебе не по карману!
Чэнь Хао...
Сяо Нинсюань вышел на беговую дорожку — и сразу же девочки из соседних классов завизжали от восторга.
— Сяо Нинсюань, вперёд!
— Сяо Нинсюань, ты такой красивый! Давай!
— Сяо Нинсюань, ты лучший!
— Я всегда считала синие кроссовки уродливыми… Оказывается, всё зависит от того, кто их носит!
Казалось, фанатки встретили любимого айдола.
Многие говорили: если бы в Первой средней школе Нинчэна выбирали лицо школы, им бы точно стал Сяо Нинсюань.
В старших классах большинство парней — заурядные и в учёбе, и во внешности.
Но бывают исключения.
Например, те, кто внешне прост, но отлично учится и талантлив; или, наоборот, очень красивые, но бездарные, лишь отсиживающиеся в школе.
И таких тоже тайно обожают девочки.
Но есть особая категория — те, кто одновременно красив, умён и талантлив. Именно к таким относился Сяо Нинсюань.
Шестнадцати–семнадцатилетние девочки, начитавшись любовных романов и насмотревшись дорам, мысленно вписывали его в роли главных героев.
Сяо Нинсюань не обращал внимания на крики. Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул и слегка подпрыгнул, чтобы войти в ритм.
На самом деле он почти никогда не бегал — пять тысяч метров были для него настоящим испытанием.
Прозвучал стартовый выстрел, и бегуны побежали. В отличие от спринтерских дистанций, где важен рывок, в кроссе главное — равномерный темп и выносливость, поэтому никто не спешил рвануть вперёд.
Место их класса находилось примерно посередине дистанции.
Когда Сяо Нинсюань пробегал мимо, Шу Синьюй и Гу Шэн вскочили и, сложив ладони рупором, закричали:
— Сяо Нинсюань, вперёд! Сяо Нинсюань, вперёд!
Сяо Нинсюань, до этого смотревший строго вперёд, повернул голову и улыбнулся им.
Эта улыбка словно искра подожгла весь класс. Девочки массово вскочили, чтобы поддержать его.
— Ааа! В следующий раз, когда он пробежит мимо, я тоже закричу! Может, и мне улыбнётся!
— Хе-хе, оказывается, мой брат всё-таки надел кроссовки, которые ты ему подарила, — тихо сказала Шу Синьюй.
— Гу Шэн, Шу Синьюй! Садитесь немедленно! По три дополнительные заметки каждому! — разъярённо крикнула Цзян Фанфэй.
Шу Синьюй горестно опустилась на место — она терпеть не могла писать сочинения.
Гу Шэн передала Сюй Суну заметки, написанные днём, и взялась за новые.
Из динамиков доносились музыка и зачитываемые тексты.
— Следующая заметка от класса 8А: «Дорога длинна, твой пот падает на землю. Пусть усталость сдавливает тело и дух, ты не сдаёшься. На этом пути ты не одинок и не покинут — мы идём рядом, чтобы разделить с тобой радость победы и прославить твоё будущее! Вперёд, Сяо Нинсюань!»
Читала девушка, и в конце даже голос её дрогнул от волнения.
http://bllate.org/book/9245/840652
Готово:
