Чуньчан вздохнула:
— Да уж, бедность не терпит капризов.
Она снова спросила:
— А твой старшеклассник-братец? Нет ли у него свежих фоток? Утеши мою измученную офисную душу — лучше всего в школьной форме.
Цэнь Цзинь: ?
Цэнь Цзинь: Нет.
Цэнь Цзинь совершенно не ожидала, что Чуньчан так страстно помнит Ли У.
По сравнению с этим она сама, «полуопекун», выглядела просто безответственной до крайности.
Из-за хлопот с увольнением она уже почти неделю не связывалась с ним и даже забыла поинтересоваться результатами его промежуточных экзаменов.
Подумав об этом, Цэнь Цзинь поспешила всё исправить.
Она перешла в окно сообщений, чтобы отправить ему SMS с вопросом об оценках, но в следующую секунду ей невольно вспомнился тот вечер, когда она забирала его из школы: парень тогда отреагировал на упоминание об экзаменах совсем без энтузиазма. Да и за эти дни он сам ни разу не сообщил ей результаты…
Неужели плохо сдал?
Цэнь Цзинь задумалась и вышла из интерфейса SMS.
Она сменила тактику, вернулась в WeChat, нашла имя «учитель Ци» и аккуратно составила сообщение:
«Здравствуйте, учитель Ци! Прошу прощения за беспокойство, но мне очень нужно узнать результаты промежуточных экзаменов Ли У. Он до сих пор ничего не сказал, и я боюсь, что дело в плохих оценках — может, поэтому и молчит. Не хочу спрашивать его напрямую, поэтому обращаюсь к вам. Если возможно, пришлите, пожалуйста, все его оценки по предметам, чтобы я могла понять, где у него пробелы, и помочь целенаправленно. Заранее благодарю!»
Отправив сообщение, Цэнь Цзинь положила ладонь на руль и начала тревожно ждать ответа.
Через три минуты пришёл ответ.
Это была горизонтальная длинная картинка-скриншот, на которой смутно угадывалась таблица с оценками.
А также текстовое сообщение:
«Ли У отлично справился, особенно по физике — первый результат в классе, очень впечатляюще. Хорошо написал и математику. В общем рейтинге — шестое место. Мы с учителем Чжан были приятно удивлены. Обязательно похвалите и поддержите его. Этот мальчик учится с огромным упорством и целеустремлённостью — у него большое будущее».
Цэнь Цзинь глубоко выдохнула с облегчением, быстро ответила: «Спасибо, обязательно буду его подбадривать», — и принялась внимательно изучать прикреплённое изображение.
Пробегая глазами по списку предметов, она невольно улыбнулась от удовольствия.
Однако эта улыбка продержалась недолго — вскоре сменилась лёгким раздражением и подозрением. Цэнь Цзинь прищурилась:
Выходит, дело вовсе не в том, что она слишком занята и совершенно не может уделить внимания этому парню.
А в том, что он давно уже чувствует себя в школе как рыба в воде и просто не считает нужным докладывать ей о своих успехах?
В субботу вечером Цэнь Цзинь, как обычно, поехала забирать Ли У.
Она заранее позвонила, и когда подъехала, юноша уже ждал у школьных ворот: руки в карманах, прямая осанка, лицо чётко очерчено светом и тенью.
Цэнь Цзинь вспомнила требовательное сообщение Чуньчан с просьбой немедленно предоставить ещё одну «фотографию Ли У в школьной форме» — и невольно усмехнулась.
Парень тоже заметил её машину и, не колеблясь ни секунды, направился к ней.
Забравшись в салон, Ли У привычно принюхался, но не уловил привычного аромата.
Цэнь Цзинь решила, что у него заложило нос:
— Простудился?
— Нет, — ответил Ли У.
Цэнь Цзинь поняла:
— А, я сегодня ничего не купила.
Ли У слегка кивнул, лицо в полумраке оставалось непроницаемым.
Цэнь Цзинь тронулась с места. Ли У бросил на неё взгляд, будто хотел что-то сказать, но передумал.
Женщина смотрела прямо перед собой, вокруг неё витала подавленная аура, она явно говорила меньше обычного и казалась ещё более отстранённой.
Ли У начал строить догадки, сердце его забилось быстрее. Но спрашивать не осмелился и просто повернулся к окну, наблюдая, как мимо мелькают огни неоновых вывесок.
Цэнь Цзинь действительно немного дулась на Ли У из-за его молчания: целую неделю он ни словом не обмолвился о своих результатах.
Она ждала, когда же он заговорит первым.
Очевидно, юноша сохранял свою обычную манеру поведения — стабильную, сдержанную и по-прежнему предпочитающую молчание любому диалогу.
Дома Цэнь Цзинь сдалась. Она окликнула Ли У, который уже переобулся и собирался идти в кабинет.
Она села на диван и чуть приподняла подбородок, указывая на соседнее кресло:
— Садись.
Сердце Ли У, только что успокоившееся, снова заколотилось. У этого кресла у него была психологическая травма: именно здесь на прошлой неделе она его «выгнала».
Тем не менее он послушно сел и опустил рюкзак на пол.
Цэнь Цзинь скрестила руки на груди, лицо её было слегка мрачным:
— Есть что-нибудь, что ты хочешь мне рассказать?
У Ли У внутри сразу зазвенел тревожный звонок. Воспоминания о конфронтации с У Фу были ещё свежи, и он не был уверен, не рассказал ли тот Цэнь Цзинь о случившемся.
Он взял себя в руки и осторожно спросил:
— О чём именно?
Цэнь Цзинь слегка наклонила голову и пристально посмотрела на него, словно оценивая:
— Если бы я не спросила, ты собирался молчать вечно?
Ладони Ли У слегка вспотели:
— Я не понимаю, о чём вы.
Цэнь Цзинь закрыла глаза на миг и больше не стала ходить вокруг да около:
— Результаты промежуточных экзаменов вышли ещё в понедельник. Почему до сих пор не сказал мне?
Ли У облегчённо выдохнул — напряжение мгновенно спало:
— Плохо сдал, поэтому и не стал говорить.
Слова «плохо сдал» на миг заставили Цэнь Цзинь замолчать:
— И всё? Никогда бы не сказал?
— Вы бы спросили — я бы ответил, — сказал Ли У.
— Тогда скажи сейчас.
Ли У тут же расстегнул рюкзак, достал из пенала узкую бумажку с оценками и протянул её Цэнь Цзинь.
Цэнь Цзинь видела этот документ не впервые — ведь она уже получала его фото. Но держать оригинал в руках было совсем другое ощущение: конкретнее, реальнее, радостнее.
Настроение у неё улучшилось, и она нарочито изобразила удивление и одобрение, будто только что узнала новости:
— А? Да ведь отлично сдал!
Ли У промолчал, но через мгновение тихо произнёс:
— Не попал даже в первую тридцатку.
Цэнь Цзинь посмотрела на него:
— Кто-то требовал, чтобы ты с первого раза занял место в первой тридцатке?
— …Никто, — после паузы ответил он.
Цэнь Цзинь мягко улыбнулась, ещё раз пробежала глазами по оценкам и подняла взгляд:
— Можно мне эту бумажку оставить?
Она пояснила:
— Хочу вклеить в свой ежедневник — как память о твоём первом успешном экзамене. Если неудобно — могу сделать копию.
Ли У слегка удивился:
— Конечно.
Напряжение полностью исчезло. Он опустил голову, стараясь скрыть уголки губ, которые сами собой потянулись вверх.
— Ли У, ты молодец, — Цэнь Цзинь ещё раз перечитала его оценки и вдруг заговорила мягким, тёплым голосом, будто была искренне довольна. Она ласково потрепала его по макушке: — Так держать.
Уши Ли У покраснели до кончиков. Оказывается, радость, как и боль, может лишать дыхания.
В следующую секунду женщина вернулась к обычному тону:
— Много домашки на этой неделе?
— Много.
— Иди делай. Я немного отдохну одна.
Ли У коротко кивнул, быстро встал и направился в кабинет. Наконец-то можно было отвернуться — теперь он мог позволить себе улыбаться без стеснения. Ему стоило огромных усилий сдерживать эту улыбку весь вечер.
Услышав, как захлопнулась дверь кабинета, Цэнь Цзинь тут же достала телефон и написала Чуньчан:
«Я похвалила его, как ты велела. Похоже, он вообще никак не отреагировал».
Чуньчан ответила:
«Как это возможно? Неужели ты вырастила какого-то холодного монстра?»
«Холодный монстр?» — Цэнь Цзинь на миг задумалась и согласилась:
«Пожалуй, да. Почти никогда не заводит со мной разговор первым».
Чуньчан:
«Ты точно повторяла мои слова дословно? „Тебе, наверное, было нелегко учиться в последнее время. То, что ты добился таких результатов, доказывает: твои усилия не прошли даром. Ты ведь совсем недавно пришёл в Ичжоускую среднюю, а уже показываешь такие успехи — я так тобой горжусь! Ты просто великолепен!“»
Цэнь Цзинь:
«Нет, слишком приторно. Я просто сказала: „Ты молодец“».
Чуньчан:
«Это самый бессодержательный комплимент в отношениях между взрослым и ребёнком».
Цэнь Цзинь, чувствуя себя беспомощной:
«Я правда не умею хвалить детей. Это так сложно».
Чуньчан:
«Тогда дай мне его WeChat, я сама его похвалю — так, что у него самооценка взлетит до небес!»
Цэнь Цзинь:
«Опять за своё? Ему ещё нет восемнадцати. Оставь бедного мальчика в покое».
Чуньчан:
«А что я такого? Разве плохо хотеть добавить в друзья симпатичного парня?»
Цэнь Цзинь:
«Ничего плохого, но и шансов у тебя нет. Не мешай нашему будущему студенту Цинхуа или Бэйханя».
Она откинулась на спинку дивана:
— Кстати, у него вообще нет WeChat.
Чуньчан была в шоке:
«Что за пещерный человек? В какой дикой семье с таким контролем живёт подросток, что ему даже WeChat запрещают?»
Цэнь Цзинь не нашлась, что ответить.
За ужином мысли Цэнь Цзинь всё ещё крутились вокруг обвинений Чуньчан, и она спросила:
— Ли У, у тебя есть WeChat?
Юноша, сидевший напротив, поднял глаза:
— Нет.
— А у твоих соседей по комнате есть?
— Есть.
— … — Цэнь Цзинь удивилась: — Они что, не спрашивали твой аккаунт?
— Спрашивали.
— И ты просто сказал, что не пользуешься?
— Да.
Цэнь Цзинь помолчала:
— Заведи себе. Будет удобнее связываться. Сейчас почти никто не пользуется SMS.
— Хорошо, — продолжил есть Ли У.
— Сам сможешь зарегистрироваться?
Он на секунду замер:
— Думаю, да.
Цэнь Цзинь бросила на него взгляд и спросила:
— А QQ есть?
Ли У отложил ложку и с недоумением посмотрел на неё:
— Нет.
На этот раз Цэнь Цзинь смотрела на него так, будто перед ней сидел древний старик. Её охватило странное чувство:
— Ешь давай. После ужина всё настроим.
После ужина они вернулись в гостиную.
Цэнь Цзинь сразу же взяла у него телефон и установила оба самых популярных мессенджера.
Она ловко ввела необходимые данные, и когда дошло до выбора имени пользователя, вернула ему устройство:
— На, придумай себе ник.
Ли У опустил глаза, нахмурился, подумал и снова посмотрел на неё:
— Какой взять?
Цэнь Цзинь усмехнулась и развела руками:
— Откуда я знаю?
— Называйся, как хочешь, — добавила она.
Ли У почувствовал затруднение:
— Не знаю… А как тебя зовут?
— Меня? — Цэнь Цзинь указала на себя: — В компании меня зовут по английскому имени.
Она достала свой телефон и показала ему страницу своего профиля в WeChat.
Ли У внимательно посмотрел на поле имени — там было всего три буквы: Gin.
Он остался в полном недоумении и ввёл лишь два иероглифа — своё настоящее имя, после чего вернул ей телефон:
— Готово.
Цэнь Цзинь взяла устройство, взглянула и с выражением «я так и знала» снова передала его обратно:
— Теперь аватарку. Всё остальное настрой сам.
Парень сосредоточенно занялся редактированием профиля, будто проводил научный эксперимент.
Цэнь Цзинь с трудом сдерживала улыбку. Подождав немного, она спросила:
— Ну как, готово?
Ли У поднял глаза:
— Да.
— Добавь меня. Gin02.
Ли У машинально спросил:
— Ты родилась второго августа?
— Да, — Цэнь Цзинь одобрила его запрос в друзья: — А ты?
— Второго января.
Брови Цэнь Цзинь чуть приподнялись:
— В новогодние праздники?
— Да.
— Запомню, — женщина опустила глаза и стала делать ему заметку, проговаривая вслух: — Ли, У, ноль, один, ноль, два… Готово. Теперь точно не забуду твой день рождения.
В те ничтожные несколько секунд, пока она была занята заметкой, кто-то уже не смог скрыть улыбку — буря тайной радости пронеслась по его лицу.
Закончив с заметкой, Цэнь Цзинь взглянула на слишком пустой экран чата и отправила ему стикер в качестве приветствия.
Ли У услышал звук уведомления, открыл сообщение и увидел милую рожицу котёнка с надписью «hi~»: круглое личико, круглые глазки, невероятно трогательный.
Он посмотрел на экран, потом перевёл взгляд на Цэнь Цзинь. Женщина как раз смотрела на него. Их глаза встретились, и она подняла свободную руку, слегка помахав пальцами:
— Hi.
— Она копировала котёнка.
Ли У не смог сдержать смех — светлый, чистый, будто всё вокруг ожило.
Но тут же отвёл взгляд, скромно опустив глаза. Густые и длинные ресницы пытались скрыть правду, но ямочки на щеках всё равно выдали его.
— Вот и слава богу, ты наконец-то улыбнулся, — Цэнь Цзинь театрально вздохнула, будто достигла важнейшего научного прорыва: — Заставить тебя улыбнуться — задачка не из лёгких.
Перед сном Ли У немного поколебался, но любопытство взяло верх, и он всё же открыл ленту Цэнь Цзинь в WeChat.
Это было похоже на то, будто он открыл чужой дневник — такое вторжение вызывало стыд, но в то же время дарило волнующее возбуждение.
Палец юноши замер на самом первом посте.
Там была фотография, опубликованная в понедельник днём. Цэнь Цзинь сфотографировала своё свидетельство о расторжении брака и открыто выставила всем напоказ:
«С сегодняшнего дня я свободный человек! 🙌»
Тон сообщения был лёгким, будто она делилась хорошей новостью.
Сердце Ли У забилось быстрее, уголки глаз и губ сами собой потянулись вверх. Он резко сел на кровати, охваченный такой радостью, что даже во рту стало сухо.
http://bllate.org/book/9241/840367
Готово:
