Прошёл уже больше часа с тех пор, как Шэнь Цзи поцеловал её, но Ань Яо до сих пор ощущала на губах его дыхание — нежное и в то же время напористое. Тот лёгкий поцелуй никак не выходил у неё из головы.
При мысли об этой картине у неё сами собой покраснели уши.
«Почему Шэнь Цзи её поцеловал? Да ещё и произнёс реплику… Может, он просто хотел разыграть сцену? Или…»
Второй вариант она боялась даже думать всерьёз.
Она старалась найти ему оправдание:
— Не думай об этом. Наверное, ему просто нужно было проговорить сцену, и он случайно сказал не ту реплику.
— Да, точно так и есть. В конце концов, все мы взрослые люди. Один поцелуй — ничего страшного, от этого никто не умрёт. Завтра встретимся — и всё будет как обычно.
Только она это подумала, как в дверь неожиданно постучали. Ань Яо вздрогнула и подскочила с кровати.
Испуганно прижав ладонь к груди, она надела тапочки и направилась к двери — как вдруг услышала за ней голос Шэнь Цзи:
— Ань Яо, можно поговорить?
Ань Яо замерла на месте, медленно развернулась и снова нырнула под одеяло.
Стук в дверь не прекращался. Она обхватила колени руками, зажмурилась и начала внушать себе:
— Не слышу, не слышу. Я вообще ничего не слышу.
Видимо, её самовнушение действительно сработало: стук вскоре прекратился. Но вместо него зазвонил телефон.
Ань Яо посмотрела на экран и не шевельнулась, позволяя звонку затихнуть самому.
После двух пропущенных вызовов на экране всплыло сообщение от Шэнь Цзи.
[Шэнь Цзи: Ты уже спишь?]
Ань Яо прикусила губу и продолжала молча смотреть на телефон.
Она сама не понимала, чего ради капризничает — просто не знала, как теперь встречаться с Шэнь Цзи.
Через несколько секунд пришло ещё одно сообщение.
[Шэнь Цзи: Спокойной ночи.]
Ань Яо не выдержала, схватила телефон и, минуя чат с Шэнь Цзи, написала Рон И.
[Ань Яо: Ты здесь? Мне нужно тебе кое-что рассказать.]
[Рон И: Да, говори.]
Ань Яо начала набирать длинное сообщение, подробно описывая всё, что случилось сегодня вечером. Но когда дело дошло до отправки, она заколебалась.
Вдруг Шэнь Цзи просто ошибся, а если она сейчас разнесёт эту новость направо и налево, то будет выглядеть так, будто ей очень важно то, что произошло.
Подумав об этом, она удалила весь набранный текст.
Рон И, видимо, устав ждать, наконец не выдержала и написала первой.
[Рон И: Сестрёнка, ты можешь побыстрее? Я уже минут пятнадцать смотрю на «печатает…» над твоим именем. Что за роман ты там сочиняешь?]
[Ань Яо: Ладно, ничего особенного. Иди спать. Спокойной ночи.]
[Рон И: ...]
[Рон И: Знаешь, кого я больше всего на свете терпеть не могу? Таких вот, как ты — которые заводят интересную тему, щекочут моё любопытство и потом молчат! Признавайся немедленно!]
Ань Яо помолчала немного и напечатала:
[Ань Яо: Просто сегодня на съёмках один актёр второго плана вместо своей партнёрши стал разыгрывать сцену с совершенно посторонним человеком. И ведь это была сцена поцелуя… Как думаешь, он сделал это специально или просто хотел проговорить реплики?]
[Рон И: Ань Яо, а каково тебе было целоваться?]
Ань Яо невольно провела пальцем по губам.
Ощущения? Поцелуй был таким быстрым, что она почти ничего не почувствовала. Хотя… сердце тогда забилось быстрее… И ей совсем не было противно.
[Ань Яо: Было приятно.]
Только отправив это, она вдруг осознала: она ведь даже не упоминала, что речь о ней!
Её только что развели!
Пока Ань Яо пыталась отменить сообщение, Рон И уже звонила.
— Ну рассказывай, с кем ты там целовалась?
Даже по телефону Ань Яо чувствовала возбуждение подруги.
— Ни с кем.
Она попыталась уйти от ответа, но Рон И сразу попала в точку.
— Это был Шэнь Цзи?
Ань Яо замерла, чуть не выдав себя:
— Откуда ты…
К счастью, в последний момент она вовремя прикусила язык.
Она собралась с мыслями и нарочито спокойно перевела тему:
— А почему ты решила, что это обо мне?
— Да ты же сама пишешь, как будто у тебя совесть нечиста! Почти прямо своё имя продиктовала.
Ань Яо почувствовала, что сегодня голова совсем не варит — после поцелуя Шэнь Цзи она стала говорить без логики и соображать хуже обычного. Если продолжит болтать с Рон И, то через пару минут выложит все детали этого поцелуя.
Она быстро попрощалась и повесила трубку.
Последнее, что она успела услышать перед отключением, были слова Рон И:
— Желаю тебе незабываемой ночи.
Особенно многозначительно она выделила слово «незабываемой».
—
Благодаря Рон И той ночью Ань Яо снился только Шэнь Цзи.
Ей снилось, как он снова и снова спрашивает: «Ань Яо, ты любишь меня?» — голос его был низким и хриплым.
Когда она проснулась, голова ещё была в тумане. Эти слова звучали у неё в ушах, словно заевшая пластинка.
Она села и потрясла головой, пытаясь прогнать голос Шэнь Цзи из сознания. Разумеется, это не помогло.
Тогда она быстро взяла телефон и открыла Weibo, надеясь отвлечься на последние светские новости. Но едва запустив ленту, увидела на главной странице рекламу новых часов, лицом которых был Шэнь Цзи.
Нельзя не признать — Шэнь Цзи действительно чертовски красив. Его лицо полностью соответствовало её вкусу: эти глаза, этот нос, эти губы…
Ой! Эти самые губы вчера целовали её!
Через пять секунд реклама исчезла, и Ань Яо снова погрузилась в молчание.
Утро началось не лучшим образом.
Вскоре её внимание привлекли два красных уведомления в личных сообщениях.
Она открыла их и увидела знакомый ник.
Узнав имя отправителя, Ань Яо замерла, не решаясь зайти внутрь.
Но через мгновение всё же прикусила губу и нажала на сообщение.
[@Я_ШэньЦзи: Почему ты не слушаешь меня?]
[@Я_ШэньЦзи: Почему тебя не задавило машиной? Если бы ты умерла, братец был бы только моим. Умри, пожалуйста!!]
—
Ань Яо всё ещё помнила вчерашнюю неловкость из-за поцелуя и утром категорически не хотела идти на площадку. Вместо этого она заявила, что занята поиском спонсоров для фильма.
На самом деле она лишь пару раз упомянула своему отцу об инвестициях в кино, после чего передала всё его помощнику и целый день пряталась в номере. Только когда живот громко заурчал, она поняла, что пора выходить на поиски еды.
Едва открыв дверь, она увидела высокую фигуру в чёрной бейсболке, прислонившуюся к стене коридора.
От неожиданности вся неловкость, связанная со вчерашним поцелуем, мгновенно улетучилась.
— Шэнь Цзи? Ты здесь? — удивлённо спросила она.
Услышав голос, Шэнь Цзи открыл глаза, оттолкнулся от стены и молча уставился на Ань Яо.
В коридоре никого не было — вся съёмочная группа находилась на площадке.
Ань Яо слегка прикусила губу и неуверенно спросила:
— Ты давно здесь стоишь? Почему не предупредил?
Сказав это, она вдруг вспомнила: вчера вечером он стучал, а она сделала вид, что спит.
Похоже, Шэнь Цзи тоже это вспомнил. Он опустил глаза и тихо, с лёгкой хрипотцой произнёс:
— Если бы я сказал, что стою за дверью, ты бы открыла?
При его росте в 184 сантиметра жаловаться было глупо, но Ань Яо почему-то сразу стало его жалко.
— Конечно, открыла бы! — сказала она, потирая нос в попытке оправдаться. — Просто я вчера заснула и не услышала стук.
Едва сказав это, она готова была откусить себе язык.
Если бы она действительно спала, откуда знает, что он стучал? Это же чистосердечное признание!
К счастью, Шэнь Цзи не стал обращать внимания на эту деталь.
Он начал:
— Ань Яо, вчера я…
— Вчера мы просто разыгрывали сцену, я понимаю, — поспешно перебила его Ань Яо.
Она отвела взгляд, не решаясь смотреть ему в глаза, хотя сердце уже бешено колотилось.
Шэнь Цзи молча смотрел на неё долгим, пристальным взглядом.
Наконец он тихо сказал:
— Хорошо. Главное, чтобы тебе было комфортно. Я боялся, что ты расстроишься.
— С чего бы? — Ань Яо почувствовала облегчение: значит, вчера он действительно действовал без задней мысли. — Это же просто репетиция. Я всё понимаю. Если тебе трудно запомнить реплику, я могу её изменить.
Шэнь Цзи проигнорировал последнее предложение и кивнул, будто всё понял.
Затем он вдруг прищурился и уставился на её губы.
Когда Ань Яо уже решила, что неловкость позади, Шэнь Цзи неожиданно сказал:
— Раз тебе всё равно, тогда я вечером смогу приходить к тебе репетировать?
Он произнёс это так естественно и искренне, что Ань Яо сначала машинально кивнула:
— Без проблем… А?
И только потом до неё дошло, что-то здесь не так.
Шэнь Цзи терпеливо пояснил:
— Ты же сама сказала, что репетиции — это нормально. Чтобы сцена получилась лучше, не возражаешь, если я буду вечером приходить к тебе за помощью, сценарист Ань?
Ань Яо открыла рот, чтобы возразить, но не нашла, что сказать. Его аргумент был безупречен.
Однако чувство странности не покидало её.
Наконец она нашла изъян:
— Но разве тебе не следует репетировать с И Журу?
Ведь она же не главная героиня — зачем Шэнь Цзи искать её?
Шэнь Цзи соврал, даже не моргнув:
— Далеко.
Ань Яо повернула голову и посмотрела на дверь номера 606, где жила И Журу — всего в десяти метрах от неё. Она не знала, что ответить.
Потом до неё дошло: возможно, Шэнь Цзи избегает И Журу, чтобы не вызывать сплетен. Ведь если кто-то сфотографирует их за ночной репетицией, объяснений не будет.
Она кивнула:
— Ладно, я согласна. Когда тебе удобно — скажи, я сама приду.
Шэнь Цзи приподнял бровь — не ожидал такого быстрого согласия.
Он опустил голову, пряча под козырьком бейсболки лёгкую улыбку.
Затем он ласково потрепал Ань Яо по волосам, будто награждая за послушание:
— Пойдём, покормлю тебя.
Ань Яо и правда проголодалась, и в подтверждение её живот громко урчал.
Она прикрыла живот ладонью и пошла вперёд. Но через пару шагов вдруг насторожилась и обернулась.
— Подожди.
Шэнь Цзи остановился и вопросительно посмотрел на неё.
Ань Яо покраснела и запинаясь спросила:
— Мы ведь не будем репетировать только сцены поцелуев?
Один раз — ещё куда ни шло, но если повторится, она точно умрёт от учащённого сердцебиения.
Брови Шэнь Цзи приподнялись.
Раньше он об этом не думал, но теперь идея показалась ему весьма привлекательной.
Он прикусил губу и нарочито серьёзно ответил:
— Нет. Хотя…
Ань Яо напряглась до предела:
— Хотя что?
Шэнь Цзи опустил козырёк ещё ниже, почти скрывая лицо.
Он приблизился к ней, наклонился и, выглянув из-под бейсболки хитрой лисой, прошептал:
— Хотя если Яо-Яо хочет репетировать именно поцелуи, я готов проигрывать их с тобой снова и снова.
Он особенно выделил слова «снова и снова».
Неизвестно, что сильнее смутило Ань Яо — это интимное «Яо-Яо» или само слово «поцелуи», но уши её моментально покраснели, и румянец начал расползаться по щекам.
Чтобы Шэнь Цзи ничего не заметил, она резко развернулась спиной к нему.
— Я… Я голодна. Пойдём есть.
С этими словами она пулей вылетела вперёд.
Шэнь Цзи смотрел ей вслед, и улыбка в его глазах становилась всё шире.
—
Вечером Ань Яо, медля и переминаясь с ноги на ногу, постучала в дверь номера Шэнь Цзи.
http://bllate.org/book/9207/837668
Готово:
