— Верю тебе. Пойдём, поедим, — сказал Лу Сюйнянь, не дразня её, и мягко подтолкнул к выходу.
Просовая каша уже наполовину остыла. Он вынул варёное яйцо, разогрел кашу в микроволновке ровно на минуту, вернул яйцо обратно и поставил миску на журнальный столик, слегка кивнув подбородком:
— Ешь. Ло Шао скоро приедет, потом вместе поедем в компанию.
— Спасибо, господин Лу, — Вэнь Ицюй временно отложила хештеги и решила спокойно позавтракать: аромат просовой каши был слишком соблазнителен.
Лу Сюйнянь смотрел, как она ест с аппетитом. Его взгляд скользнул от чистого лба к маленькой красной родинке между бровями — изящной, будто созданной именно для этого места. Под ней мерцали ресницы, за которыми скрывались самые прекрасные глаза на свете. Он не мог насмотреться: медленно перевёл взгляд от её глаз к влажным, сочным губам, то и дело открывающимся и закрывающимся. Воспоминания прошлой ночи вспыхнули с новой силой.
— Я тут кое-что вспомнил, — внезапно произнёс он.
Вэнь Ицюй подняла на него глаза:
— Что именно?
Он усмехнулся — нарочно.
— Я тебя вчера поцеловал?
Автор примечает: Лу Трусишка наконец совершил качественный скачок~
Двухбалльные комментарии получают красные конверты!
☆
Бах!
Вэнь Ицюй чуть не подавилась яйцом — оно застряло прямо в горле. Она закашлялась, глаза распахнулись от испуга: его слова напугали её до дрожи. Как так? Он ведь был пьян — разве у него остались воспоминания? Это же ужасно неловко! Надо срочно всё отрицать, иначе как им дальше работать в одном пространстве? Проглотив кусок с трудом, она энергично замотала головой:
— Ничего подобного не было! — решительно возразила она. — Ты вчера был пьян как свинья и сразу уснул на диване.
— А.
— Да, точно так и было, — подтвердила Вэнь Ицюй, энергично кивая.
Лу Сюйнянь не стал её разоблачать:
— Возможно, я что-то перепутал.
В уголках его глаз, однако, мелькнула весёлая искорка, а палец незаметно провёл по собственному уголку губ.
Она успокоилась и продолжила завтрак.
Скоро пришёл Ло Шао с одеждой. Дверь открыла Вэнь Ицюй. Он передал вещи Лу Сюйняню и незаметно оглядел девушку: та прыгнула к кухонному шкафчику, чтобы налить себе воды. Движения были ловкими, на открытых участках кожи не было ни одного подозрительного следа, губы не опухли. Похоже, его босс действительно просто заночевал здесь.
Лу Сюйнянь вышел переодетый: рубашка идеально сидела, пиджак без единой складки, длинные ноги обтягивали безупречно сшитые брюки, подчёркивающие силу мышц. Он застегнул наручные часы, поправил рукава и, заметив, как легко и непринуждённо беседуют двое в гостиной, сказал:
— Собирайся, скоро выезжаем в офис.
— Сейчас, сейчас! — Вэнь Ицюй улыбнулась Ло Шао и быстро побежала в свою комнату.
Лу Сюйнянь небрежно спросил:
— О чём вы там болтали?
Ло Шао знал своего босса как облупленного:
— Госпожа Вэнь рассказывала про сегодняшние хештеги.
— И что она сказала?
— Госпожа Вэнь предложила официальное опровержение, — ответил Ло Шао, внимательно наблюдая за выражением лица шефа. — В последнее время хештеги с вашим участием появляются слишком часто. Помимо органического интереса, явно есть и заказной пиар. Её предложение вполне разумно: совместное опровержение моментально заглушит все слухи и пойдёт компании на пользу.
— Хм. А эти хештеги хоть как-то повредили компании? — спокойно спросил Лу Сюйнянь, поправляя галстук.
По правде говоря — нет.
Ло Шао покачал головой:
— Наоборот, после ваших хештегов узнаваемость резко выросла, акции компании взлетели.
Изначально за этим стоял кто-то с чёткой целью: связать генерального директора «Вэньдин» с подопечной актрисой — это могло серьёзно ударить и по репутации, и по бизнесу. Но никто не ожидал, что пользователи окажутся такими... понимающими. Сначала всех зацепила одна лишь рука, потом — лицо, и вскоре пара «Лу–И» стала хитом. Лу Сюйнянь даже мысленно поблагодарил того, кто первым купил ему хештег: благодаря этому он и Вэнь Ицюй теперь постоянно упоминались вместе, а фанатское название «Лу–И» ему очень нравилось.
Улыбка на его лице погасла, когда он вспомнил, что некто скоро возвращается. Он приказал:
— В ближайшее время держи Фан Мэй в курсе: мне нужно знать, где она находится.
— Понял, — кивнул Ло Шао.
Вэнь Ицюй собиралась довольно долго. Когда она вышла, Ло Шао уже уехал вниз ждать. Лу Сюйнянь полулежал на диване, просматривая планшет — вероятно, какие-то документы на утверждение. Быть боссом, видимо, совсем непросто.
Она подошла и похлопала его по плечу:
— Я готова.
Лу Сюйнянь поднял глаза:
— Подожди немного.
Он быстро что-то отметил на планшете. Вэнь Ицюй мельком взглянула — таблицы, цифры, бесконечные строки цифр… От одного вида голова заболела. Она никогда не любила цифры: в школе по всем предметам училась отлично, кроме математики — та регулярно тянула общий балл вниз. Даже репетиторство у Лу Сюйняня не помогло.
Она отвела взгляд на его профиль: чёткие скулы, прямой нос, даже слегка нахмуренные брови выглядели прекрасно. Её взгляд опустился ниже — на руку, лежащую на чёрных брюках. Такая контрастная, совершенная, словно сошедшая со страниц манги.
Она некоторое время не отрывала от неё глаз.
Лу Сюйнянь, погружённый в работу, почти не отвлекался. Воспользовавшись моментом, Вэнь Ицюй осторожно достала телефон из сумочки, сделала вид, будто переписывается, но на самом деле включила камеру. Убедившись, что звук выключен, она аккуратно навела объектив на эту чертовски соблазнительную руку и нажала кнопку записи.
После благотворительного аукциона она просила у Лу Сюйняня разрешения сфотографировать его руки — тот, конечно, отказал. Теперь же представился шанс, и она не собиралась его упускать. Успешно сделав снимок, она вышла из режима камеры и тихонько улыбнулась.
Лу Сюйнянь ничего не заметил. Закрыв наполовину прочитанный файл, он выключил планшет и потеребил переносицу.
Вэнь Ицюй уже давно устроилась на соседнем диване и смотрела сериал, когда он наконец закончил.
— Можно идти? — лениво спросила она. — Мэй-цзе уже несколько раз напоминала.
— Можно.
— Тогда пошли, Ло Шао, наверное, заждался.
Они вышли вместе. Вэнь Ицюй заперла дверь, Лу Сюйнянь вызвал лифт. В тишине ожидания никто не произнёс ни слова. Звонкий сигнал — двери лифта открылись. Она вошла первой, он — следом, и в этот момент раздался его тихий смешок:
— Это был твой первый поцелуй?
☆
В подземном паркинге «Вэньдин» Вэнь Ицюй выскочила из машины, щёки всё ещё пылали — с самого момента посадки в авто они не переставали краснеть. Только отойдя далеко от автомобиля, она глубоко вздохнула. У входа в лифт её уже ждала Цзо Юй.
— Сестра Вэнь.
— Ага, пошли наверх.
Они вошли в лифт вместе.
Лу Сюйнянь был в прекрасном настроении, на губах играла лёгкая улыбка. По реакции Вэнь Ицюй — по тому, как она вспыхнула — он почти наверняка понял: да, это был её первый поцелуй. Воспоминания о нём согревали: вчера он был слишком сдержанным, лишь слегка касался её губ, боясь перейти черту. А когда всё же попытался углубить поцелуй — получил точным ударом в пах. Больно, конечно, но удовольствие того стоило.
— Господин Лу, позвольте осмелиться спросить, — осторожно начал Ло Шао, внимательно изучая выражение лица босса. — Вы вчера действительно были пьяны?
— В каком-то смысле.
Ответ был настолько двусмысленным, что Ло Шао так и не понял, продвинулись ли они хоть на шаг вперёд. Признался ли его трусливый шеф в чувствах?
Скорее всего — нет.
Столько лет не может добиться девушки — вряд ли получится за одну ночь.
Ло Шао сам пару раз встречался и кое-что понимал в женской психологии. Решил помочь боссу — всё-таки зарплата у него немаленькая. Он серьёзно произнёс:
— Господин Лу, за девушками надо ухаживать правильно — делать то, что им нравится. Метод «варить лягушку в тёплой воде» здесь не сработает. Нужно действовать решительно.
— Тебе, видимо, совсем нечем заняться.
— …Занят.
Лу Сюйнянь отстегнул ремень безопасности и вышел из машины с невозмутимым видом. А про себя подумал: можно ли считать вчерашний поцелуй решительным шагом?
Вэнь Ицюй и Цзо Юй вернулись в офис. Фан Мэй как раз заканчивала звонок — уточняла место проб для роли второстепенной героини в проекте Чжао Юаньпина. На благотворительном вечере сообщили только дату пробы, но не адрес. До пробы оставалось два дня, и Вэнь Ицюй нужно было как можно скорее разобрать ключевые сцены героини Жунъянь.
Фан Мэй положила трубку:
— Первый этаж здания «Хэпин».
Вэнь Ицюй открыла бутылку с лимонной водой и сделала глоток:
— Мэй-цзе, а какие именно сцены будут на пробах?
— Неизвестно. Обычно берут самые яркие. У Жунъянь самая запоминающаяся — финальная: она жертвует собой, чтобы взорвать вражеский лагерь.
Фан Мэй села напротив:
— Твоя нога уже зажила. Я записала тебя на два шоу и несколько обложек журналов. Но главное — не забудь про банкет в честь дня рождения старшего Вэня.
Она протянула приглашение.
В детстве Вэнь Ицюй была слабенькой, перенесла операцию и отправилась на пять–шесть лет на лечение в городок на юге. С тех пор она больше не появлялась в доме Вэней, и многие считали, что дочь Вэнь Цзинбо давно умерла от болезни. Поэтому на юбилей деда она не может прийти открыто — это вызовет лишние вопросы.
Именно поэтому Вэнь Цзинбо пригласил на банкет звёзд эстрады — чтобы Вэнь Ицюй могла присутствовать инкогнито. Она взяла приглашение; золочёные иероглифы слепили глаза. Мысль невольно унеслась к Сюй Фэнниню: неужели он специально вернулся, чтобы поздравить деда?
— Не забыла про фотосессию для «Шэду» сегодня днём? — спросила Фан Мэй.
Вэнь Ицюй кивнула:
— Нет, помню.
— Отлично. Теперь о шоу. Первое — «Влюбись в незнакомца» на канале «Цзинань», второе — документальный проект о культурном наследии на «Хуаши». Съёмки не пересекаются: первое в начале июня, второе — в конце июля.
Она передала ей папку с материалами. Вэнь Ицюй взяла:
— «Влюбись в незнакомца»?
— Да. Первый выпуск собрал рекордный рейтинг, все участники стали популярными. Сейчас твоя известность держится исключительно на связи с господином Лу — это ненадёжно. У тебя нет новых проектов, так что почему бы не попробовать?
Вэнь Ицюй редко участвовала в реалити-шоу.
Она внимательно прочитала описание и удивилась: формат выглядел оригинально. Хотя шоу называется «романтическим», на деле оно посвящено сохранению исчезающих ремёсел через призму парных взаимодействий.
— Режиссёр странный. Его не ругали?
— Сначала ругали, потом зрители сами стали активно рекомендовать проект, — улыбнулась Фан Мэй. — Я тоже сначала удивилась, но после первого выпуска поняла: гений.
— Понятно. Посмотрю, если будет время.
— Хорошо. А пока читай оригинал «Тайн», прорабатывай образ Жунъянь.
Фан Мэй встала и сказала Цзо Юй:
— Съёмки для «Шэду» в два часа. Не забудь сделать ей уход за кожей заранее.
— Хорошо, Мэй-цзе.
Фан Мэй ушла. Вэнь Ицюй попросила принести роман «Тайны» — толстый том, все сцены с Жунъянь были помечены. Она перевернула книгу к последней главе и погрузилась в чтение.
После обеда она поехала в салон красоты, а в «Шэду» прибыла в половине первого. Чэнь Гуанхуэй уже ждал её в студии.
— Госпожа Вэнь, моей жене очень понравилась ваша подпись. Особенно последние иероглифы, — тепло заговорил он.
— Рада, что понравилось, — улыбнулась она.
В гримёрке её уже ждали визажист и стилист.
Цзо Юй вошла:
— Сестра Вэнь, я слышала, как кто-то звонил: мужчина-звезда не придёт.
— Почему?
— Срочные дела.
На сегодняшних съёмках мужчина должен был играть лишь фоновую роль — даже лицо не покажут. Поэтому «Шэду» наняли малоизвестного, но подтянутого актёра второго эшелона — дёшево и сердито. Теперь, когда он отказался, найти замену в срочном порядке будет сложно.
Вэнь Ицюй вышла из гримёрки в пышном платье, собираясь уточнить у фотографа, состоится ли съёмка, как вдруг заметила знакомую фигуру. Чэнь Гуанхуэй с улыбкой вёл за собой высокого мужчину с изысканными чертами лица, вокруг которого будто витала особая аура. Это был никто иной, как Лу Сюйнянь — человек, из-за которого она до сих пор чувствовала неловкость и желание спрятаться.
Чэнь Гуанхуэй громко объявил:
— Все, внимание! Господин Лу — наш сегодняшний модель, которого я пригласил за большие деньги! Отнеситесь к нему с должным уважением!
Он что-то прошептал фотографу. Тот бросил взгляд на пару и всё понял.
Вэнь Ицюй усмехнулась:
— Какая неожиданная встреча.
Лу Сюйнянь снял пиджак и передал его Цзо Юй. Взгляд, брошенный на неё, был полон лёгкой насмешки:
— Буду рад сотрудничать.
Автор примечает: [Мини-сценка]
Чэнь Гуанхуэй: «Господин Лу, нам срочно нужен мужчина-модель. Есть желание?»
Лу Трусишка: «Нет.»
Чэнь Гуанхуэй: «Госпожа Вэнь будет сниматься.»
Лу Трусишка: «Где?»
Там, где есть Ицюй, я, Лу Трусишка, обязан заявить о своём присутствии.
http://bllate.org/book/9148/832833
Готово:
