Чжу Ся, закутанная в маску до самых глаз, моргнула:
— Ты… как ты вдруг вернулся?
— Мама сказала, что завтра едем к твоим родителям, — спокойно ответил Фу Чэнсюань. Его взгляд скользнул по пакету с едой в её руках. Он слегка нахмурился, но всё же подошёл и взял заказ.
— Голодна?
Странное ощущение — будто её застукали, когда она тайком дома заказала еду, а родители поймали на месте преступления. Чжу Ся потрогала нос и невнятно «м-м»-нула, после чего послушно последовала за Фу Чэнсюанем, словно хвостик.
В лифте стояла такая тишина, что даже дыхание казалось громким.
Под маской Чжу Ся чувствовала лёгкое удушье и хотела глубоко вдохнуть, но сочла это слишком неловким и просто опустила голову, стараясь терпеть.
Неожиданно Фу Чэнсюань заговорил первым:
— Вечером плохо поела?
Инстинктивно Чжу Ся ответила:
— Нормально.
Морепродукты были свежими, мясо на гриле — нежным, а заправка для салата — особенно вкусной.
Фу Чэнсюань кивнул и, когда двери лифта мягко распахнулись, спокойно произнёс:
— Это заведение действительно неплохое. В следующий раз схожу с тобой куда-нибудь ещё.
Чжу Ся удивлённо подняла глаза. Откуда он вообще знал, где она ужинала?
Едва ступив из лифта, она внезапно осенила: ой, ведь платила его картой!
Значит… Чжу Ся медленно подняла взгляд и уставилась на широкую спину мужчины.
Он приехал домой ради визита к её родителям… или чтобы припомнить ей расходы?
Автор примечает:
Хотя глава и короткая,
если сложить две короткие — получится длинная!
Сегодня вечером в девять часов будет обычное обновление~
На деле оказалось, что человек, заключивший сделку на девятизначную сумму, вовсе не заботится о таких мелочах.
Фу Чэнсюань вошёл в квартиру, поставил пакет с едой на обеденный стол и сразу направился наверх.
Чжу Ся проводила его взглядом, пока он не скрылся за дверью главной спальни на втором этаже, и лишь тогда смогла немного расслабиться.
Она сама не понимала почему, но, хоть Фу Чэнсюань и не был груб, ей почему-то было страшновато рядом с ним.
Наверное, потому что в этом мужчине совершенно не чувствовалось человечности.
Тихо вздохнув, Чжу Ся села за стол. Вместо того чтобы с жадностью распаковать еду, она оперлась подбородком на ладони и косо взглянула на журнальный столик в гостиной.
Обычно она ела заказанную еду именно там — устраивалась на полу перед журнальным столиком, включала какой-нибудь лёгкий шоу-проект и наслаждалась раками и шашлыками. Было просто райское наслаждение!
Но теперь… Чжу Ся отвела взгляд и тяжело вздохнула.
По тому, как Фу Чэнсюань сразу занёс еду в столовую, она поняла: он, скорее всего, не разрешает есть где-либо, кроме столовой.
Аппетит мгновенно упал наполовину. Глядя на острые шашлыки, усыпанные перцем, она помолчала и подумала: «Ну ладно, раз уж купила — не стоит тратить впустую».
В этот момент дверь наверху вдруг открылась.
Фу Чэнсюань спускался по лестнице с кофейной кружкой в руке. Проходя мимо столовой и видя, что Чжу Ся ещё не притронулась к еде, он небрежно спросил:
— Не вкусно?
Чжу Ся смущённо улыбнулась:
— Нет, просто ещё не начала.
Фу Чэнсюань кивнул и направился к кофемашине у барной стойки.
«Поздно пить кофе. Неужели он не собирается спать?» — подумала Чжу Ся.
— Тебе предстоит работать допоздна? — спросила она.
Фу Чэнсюань кивнул:
— Ещё кое-что нужно доделать.
— Понятно, — с готовностью предложила Чжу Ся. — Ты голоден? Может… поешь со мной? Кажется, я слишком много заказала, да и аппетит пропал.
— Нет, — ответил Фу Чэнсюань. Умело приготовив кофе, он прошёл мимо стола, бросил взгляд на ярко-красные и жирные закуски и почти незаметно нахмурился.
Его губы чуть шевельнулись, будто хотел что-то сказать, но, взглянув на молодое, белоснежное лицо Чжу Ся, он промолчал.
«Дети, наверное, любят такую всячину», — подумал он и, уходя, лишь бросил:
— Ложись пораньше.
Чжу Ся мгновенно уловила все эти мелкие движения и, проанализировав их, пришла к выводу: Фу Чэнсюань её презирает.
Более того — он презирает её раков и шашлыки!
Как же это возмутительно!
Чжу Ся высунула язык вслед мужчине, уже поднимающемуся по лестнице. Но в тот самый момент, когда он поворачивал за угол, он слегка обернулся — и их взгляды встретились.
Чжу Ся замерла, но тут же натянула мягкую улыбку:
— Точно не хочешь попробовать? Я правда слишком много заказала.
Фу Чэнсюань покачал головой и исчез на втором этаже.
Чжу Ся надула губы: «Кому вообще нужно, чтобы ты ел!»
…
Через час на столе валялись пустые шпажки и панцири раков. Коробка от раков была пуста — осталась лишь лужица соуса на дне.
Чжу Ся неторопливо вытерла руки и губы влажной салфеткой. Она уже собиралась спокойно убрать всё, как вдруг со второго этажа донёсся шум — и дверь спальни распахнулась.
Чжу Ся мгновенно бросила салфетку и принялась убирать остатки ужина. От волнения всё путалось в руках, и она чуть не опрокинула соус.
— Ай! — тихо вскрикнула она.
Фу Чэнсюань услышал и посмотрел вниз. Чжу Ся инстинктивно подняла глаза — и снова их взгляды встретились.
Мужчина безразлично окинул взором разбросанные останки ужина. В ушах Чжу Ся эхом прозвучало трёхмерное стерео: «Я, кажется, заказала слишком много, да и аппетит вдруг пропал… пропал… не… голодна… больше…»
—
Честно говоря, Чжу Ся захотелось умереть.
Она написала Чжао Шуъю: [Фу Чэнсюань разведётся со мной из-за того, что я слишком много съела?]
Чжао Шуъю ответила без обиняков: [Кроме этого, он ещё может развестись с тобой из-за того, что твоё образование ниже его, заработка меньше и зрелости недостаёт.]
Чжу Ся: […Отойди, мне нужно отдохнуть.]
Рот сказал «отдыхать», но уснуть никак не получалось.
Когда она наконец начала клевать носом, желудок вдруг пронзила острая боль. От боли её всего покрыло потом.
У неё даже сил не осталось включить свет. В полубессознательном состоянии она нащупала телефон и, собрав последние силы, набрала номер Фу Чэнсюаня.
Фу Чэнсюань как раз завершил последний проект и собирался выключить свет, как вдруг зазвонил телефон. Увидев имя Чжу Ся, он провёл пальцем по экрану и только поднёс трубку к уху, как услышал крайне слабый голос:
— Спаси… меня!
Фу Чэнсюань, человек с железной дисциплиной и строгими принципами, чуть не подумал, что она шутит. Но его первой реакцией всё же стало встать и пойти к соседней комнате. Постучав трижды и не получив ответа, он понял — дело серьёзное.
Он толкнул дверь. На кровати, свернувшись креветкой, лежала девушка. Длинные волосы рассыпались по подушке, а при свете коридорного светильника на её лице блестел тонкий слой пота.
Лицо Фу Чэнсюаня изменилось. Он быстро подошёл и тихо окликнул:
— Чжу Ся.
Сознание Чжу Ся уже мутнело. Она, словно хватаясь за соломинку, протянула белую руку и ухватилась за ворот его рубашки.
На ней была лишь тонкая ночная сорочка. При движении тонкие бретельки соскользнули с округлых плеч, обнажив прямые ключицы и манящий вырез.
Лишь когда из горла девушки вырвалось тихое «больно…», Фу Чэнсюань накинул на неё одеяло и бережно поднял на руки.
Его голос был тихим и низким, с едва уловимой дрожью:
— Чжу Ся, потерпи.
Он неумело и неловко пытался успокоить её:
— Сейчас поедем в больницу. Будь хорошей.
Помолчав, добавил:
— Хорошей.
Девушка нахмурилась. Её лицо утратило здоровый цвет. Неизвестно, услышала ли она его слова, но, когда они выходили из дома, она слегка прижалась щекой к его груди и прошептала:
— Так больно…
—
Запах древесных духов растворился под резким запахом антисептика. Чжу Ся недовольно поморщила нос и открыла глаза.
Перед ней была ткань серых домашних брюк. Она замерла, затем подняла голову и уставилась на чётко очерченную линию подбородка мужчины.
Он почувствовал её взгляд и опустил глаза:
— Очнулась?
Чжу Ся поняла, что находится у него на руках, и попыталась вырваться. Сверху донёсся его голос:
— Мы ещё не дошли до кабинета. Не двигайся.
Она наконец осмотрелась.
Они находились в больничном коридоре и спешили к нужному отделению.
Было поздно, и большинство сопровождающих уже спали на скамейках. Шаги Фу Чэнсюаня были тихими, но быстрыми.
Заметив одеяло на груди, Чжу Ся вспомнила, что на ней всего лишь тонкая сорочка, и кончики ушей мгновенно покраснели.
Фу Чэнсюань ничего не заметил. Дойдя до места, он сразу направился к врачу, который уже ждал их.
Чжу Ся смутилась и захотела встать, но, как только её белые пальцы ног коснулись пола, она вспомнила, что забыла обуться.
Больничный пол был далеко не чистым.
Растерянно перебирая пальцами, она инстинктивно посмотрела на Фу Чэнсюаня.
Всего один взгляд — и мужчина молча сел на стул, усадил её себе на колени, словно маленького ребёнка.
Уши Чжу Ся стали ещё краснее.
—
Врач, главный специалист отделения, оказался молодым мужчиной и, судя по всему, знакомым Фу Чэнсюаня.
Белый халат сидел на нём так, будто он актёр из романтической дорамы. На переносице поблёскивали золотистые очки в тонкой оправе, а улыбка открывала за стёклами игривые миндалевидные глаза.
Чжу Ся перевела взгляд на его бейдж: Шао Куй.
— Ого, Фу-сюй, ты притаил настоящую жемчужину! — поддразнил Шао Куй.
Фу Чэнсюань был не в настроении шутить:
— Посмотри скорее.
— Хорошо, — усмехнулся Шао Куй и медленно перевёл взгляд на Чжу Ся. — Сколько тебе лет, малышка?
Боль пронзала живот, и Чжу Ся быстро выпалила основную информацию:
— Двадцать один, женщина, без серьёзных заболеваний в анамнезе.
— Не спеши так, — улыбнулся Шао Куй. — Что болит?
— Живот.
— Что ела вечером? — Шао Куй потянулся, чтобы приподнять одеяло и осмотреть живот, но, едва приподняв край, остановился и многозначительно взглянул на Фу Чэнсюаня. — Хотя для меня мужчины и женщины — одно и то же, некоторые могут быть против.
С этими словами он вышел и через минуту вернулся с женщиной лет сорока.
Женщина осмотрела Чжу Ся быстро и деловито, бросила: «Острое расширение желудка» — и ушла.
Ни Чжу Ся, ни Фу Чэнсюань, будучи дилетантами в медицине, не поняли, что это значит. Оба нахмурились и вопросительно посмотрели на Шао Куя.
— Что это значит? Серьёзно? — очень обеспокоенно спросила Чжу Ся.
— Да нормально, — усмехнулся Шао Куй. — Острое расширение желудка — это просто…
Он намеренно затянул паузу, наблюдая, как Чжу Ся широко раскрыла глаза, а брови Фу Чэнсюаня сошлись на переносице.
— Проще говоря, ты объелась.
Чжу Ся: «…»
Блин.
Жить не хочется!
Лицо Чжу Ся окаменело. Она резко спрятала лицо в грудь Фу Чэнсюаня, решив умереть прямо здесь.
И плевать на всякие условности между мужчиной и женщиной.
Фу Чэнсюань тоже не ожидал такого поворота, но, вспомнив вечерние заказы, после долгой паузы сказал:
— Похоже, действительно много.
Чжу Ся: «…………»
Замолчи, пожалуйста!
Автор примечает:
Вот и глава.
Простите, простите!
Раздаю красные конверты!
История с «острым расширением желудка» закончилась тем, что Чжу Ся стала жевать таблетки «Цзяньвэй Сяоши Пянь», как конфеты.
В машине она не смела смотреть на Фу Чэнсюаня. Поджав ноги на заднем сиденье, она сидела, укутанная в одеяло, и хрустела таблетками — точь-в-точь как белка, тайком поедающая зерно.
Фу Чэнсюань взглянул в зеркало заднего вида на эту «белку». Её поведение ничем не отличалось от малышей в детском саду по соседству.
Чжу Ся почувствовала его взгляд, подняла глаза и встретилась с ним в зеркале. Медленно протянув из-под одеяла тонкую белую руку с округлыми плечиками, она предложила:
— …Хочешь?
Вероятно, ей было немного холодно — кожа слегка порозовела.
Фу Чэнсюань на миг замер. Только сейчас он осознал: перед ним не просто девчонка, младше его на несколько лет, а его законная жена.
Его тёмные зрачки стали ещё глубже, эмоции невозможно было прочесть. Через мгновение он спокойно сказал:
— Не надо.
Прежде чем отвести взгляд, добавил:
— В каждой таблетке — три части яда. Меньше ешь.
Чжу Ся тихо «охнула» и снова спряталась под одеяло.
На самом деле ей уже почти не было больно, но таблетки показались вкусными. Поэтому она ещё немного посмотрела на них и продолжила хрустеть: «крак-крак».
—
Прошлой ночью они заснули поздно, поэтому утром, когда Чжао Шуъю позвонила и предложила сходить на косметологические процедуры, Чжу Ся с трудом выбралась из постели. Зажмурив один глаз, она наугад натянула платье и куртку и выбежала из дома.
Чжао Шуъю уже ждала внизу в машине. Чжу Ся, еле живая от сонливости, залезла в салон и тут же уснула.
http://bllate.org/book/9022/822627
Готово:
