Лянь Чжичжи молчала.
Она сдерживала раздражение и крикнула Лун Бо:
— Лун Бо! Создай огненный шар и подожги то дерево!
Лун Бо, чья способность до сих пор не находила применения, уныло бурчал себе под нос, но, услышав приказ, ответил:
— Сестра Чжичжи, бесполезно! Оно не боится огня!
— Да неважно! Просто сожги с него всю эту одежду!
Хотя он и не понимал, зачем это нужно, Лун Бо всё же последовал её указанию. Пламя вспыхнуло, яростно пожирая воздух, и вскоре от одежды, висевшей на дереве, не осталось и следа, хотя само растение осталось совершенно невредимым.
В тот же миг Лянь Чжичжи активировала «Новую моду». Над землёй возник мусорный контейнер, а над мутантной фикусиной засиял зелёный свет. После продолжительной борьбы фикус вместе со своими дыхательными корнями был засосан внутрь.
Главный противник был побеждён, но шум боя уже привлёк внимание всех растений на территории завода. Волна зелёной массы устремилась к ним. Лянь Чжичжи немедленно запустила «Гугуцзин» и взглянула на таймер — оставалось всего три минуты.
— Ветер крепчает — уносим ноги! — взмахнув рукой, скомандовала она. — У нас три минуты!
После стольких совместных сражений команда действовала слаженно. Услышав команду, все тут же подхватили сумки и бросились бежать. Растения застыли на месте, дрожа листьями на ветру, но ни одно не могло сделать ни шагу вперёд.
Эти три минуты безумного бегства завершились в тот самый момент, когда они достигли ворот завода. За их спинами растения внезапно ожили, листья зашуршали, словно шипя от ярости, но к тому времени команда уже вырвалась из зоны их досягаемости.
Пережив облегчение после опасности, все переглянулись. У кого-то на лице была царапина от острого края листа, у другого одежда превратилась в лохмотья от ударов дыхательных корней, а у третьего на голове торчали листья. Увидев друг друга в таком виде, все громко расхохотались.
Но добыча того стоила. На этом пищевом заводе производили разнообразные продукты: печенье, конфеты, лапшу быстрого приготовления… и любимый шоколад Цяньцянь. Правда, за летнюю жару он растаял, а потом снова застыл, приняв в упаковке причудливую форму, но в условиях постапокалипсиса это считалось отличной находкой.
Всё это добро сложили в багажник, и «УАЗ» вновь тронулся в путь.
Спустя два часа Лянь Чжичжи почувствовала лёгкое покалывание в ладони — перед ней материализовалось сразу несколько десятков конденсированных жемчужин.
— Ого! Столько? — удивилась она. Она знала, что «Новая мода» поглотила только один фикус, и по логике должна была получить лишь одну жемчужину, а не целую горсть.
Большинство жемчужин были низкого качества, но среди них выделялась одна — крупная, идеально круглая, с переливающимися слоями зелени: сосново-зелёная, изумрудная, оливковая, чайная… Она сияла, как самый чистый нефрит, и превосходила по красоте даже лучшие образцы драгоценных камней. Эта жемчужина, без сомнения, принадлежала самому фикусу, а остальные, более мелкие, — его дыхательным корням. Хотя корни и росли из одного ствола, каждый из них мог укорениться отдельно и стать самостоятельным растением, поэтому и образовал собственную жемчужину.
Как обычно, Лянь Чжичжи захотела разделить добычу между всеми, но на этот раз все единодушно отказались.
Бай Ян сказал серьёзно:
— Сестра Чжичжи, хватит нас баловать. У нас же есть руки и ноги! Смотри, я сам сегодня насобирал немало жемчужин.
Он вывернул карманы, показывая свою добычу.
— В будущем жемчужины станут только дороже. Даже если тебе самой они не нужны, оставь их на обмен за припасы. Мы сами справимся.
Остальные энергично закивали, и даже самая младшая — Цяньцянь — твёрдо отказалась брать хоть одну.
Лянь Чжичжи перевела взгляд на Тан Жуя. Тот лишь усмехнулся и бросил ей мешочек на шнурке. Она открыла его — внутри лежала целая горсть жемчужин самых разных оттенков: зелёные, фиолетовые, красные… и даже оранжевые, которых она раньше не видела.
Неизвестно, когда он успел собрать столько.
Он наклонился к ней и тихо произнёс:
— Подарок тебе.
Лянь Чжичжи чуть не выдала правду: «У меня же нет способностей, мне они ни к чему». К счастью, вовремя сдержалась. Она уже собиралась придумать повод для отказа, но, подняв глаза, встретилась с его взглядом — глубоким, как прилив, и неожиданно почувствовала, как сердце заколотилось.
— Всё моё — твоё, — добавил Тан Жуй. — Я готов отдать тебе всё, что имею.
Отказаться стало невозможно. Лянь Чжичжи спрятала мешочек и сказала:
— Если тебе что-то понадобится, просто скажи.
Тан Жуй прищурился и улыбнулся с таким довольством, будто только что вручил своей жене зарплатную карту — бедный, но счастливый.
Дорога длилась с конца лета до ранней осени, а затем и до поздней. Незаметно наступила зима. Воздух стал сухим и холодным, по утрам на пожелтевших листьях и земле лежал тонкий иней. По пути многие мутантные растения уже сбросили листву, и теперь их голые ветви, похожие на костлявые руки, раздирали высокое небо на неровные клочки.
С приближением зимы даже растения словно впали в спячку — они почти не проявляли агрессии. Иногда, даже проходя совсем близко, можно было не услышать ни звука.
Чем ближе они подъезжали к базе «Ноев Ковчег», тем отчётливее становились следы человеческой деятельности. На дороге встречались и другие машины, а ночуя, они порой сталкивались с другими группами выживших, но все держались обособленно, не вступая в контакт.
Многие шли пешком — в несочетающихся, рваных одеждах, с потрёпанными сумками за спиной, с растрёпанными волосами, скрывающими лица. Из-под прядей мелькали глаза, в которых трудно было различить — человеческие они или звериные. Машины проносились мимо, не останавливаясь, лишь поднимая пыль, которую путники вынуждены были глотать.
В постапокалипсисе люди давно избавились от бесполезных чувств — жалости и сострадания.
В один пасмурный зимний день, когда моросил мелкий снег, они наконец добрались до базы «Ноев Ковчег».
Её массивные ворота и стены из толстого металла были видны издалека. База напоминала неприступную крепость и внушала чувство безопасности одним своим видом.
У входа стоял стол, за которым сидел человек с блокнотом и ручкой, принимая новых прибывших. Перед ним тянулась длинная очередь. Вокруг, на любой свободной площадке, люди соорудили убогие укрытия из подручных материалов: фанеры, полиэтиленовой плёнки, старых одеял… Всё пространство вокруг базы было завалено мусором. Снег был слишком слабым, чтобы укрыть землю, и быстро превращался в грязную жижу под ногами толпы.
Из хибар доносились стоны, мольбы, плач — и среди всего этого — слабый детский плач.
Лянь Чжичжи нахмурилась. Это место вызывало такое же ощущение, как и погода — сырое и холодное.
Рядом с очередью кое-кто торговал. Те, кто добрался до «Ноева Ковчега», обычно обладали хоть какими-то навыками, поэтому ассортимент здесь был куда богаче, чем у базы с цветком-лицом.
Сюэ Сун обошёл рынок и вернулся с новостями:
— Все расплачиваются жемчужинами.
Действительно, конденсированные жемчужины быстро вытеснили натуральный обмен и стали универсальной валютой.
Видя, что очередь движется медленно, Лянь Чжичжи решила прогуляться по рынку.
Теперь она чувствовала себя настоящей богачкой и могла позволить себе быть разборчивой. Большинство товаров — еда, одежда, оружие — их группе не требовались, поэтому она лишь мельком просматривала прилавки. Но на одном из них её взгляд упал на упаковку амоксициллина.
Знакомый амоксициллин… Ведь именно с помощью одной упаковки этого антибиотика она когда-то проникла в команду Тан Жуя!
За всё это время лекарства были их главной проблемой. При ранениях они просто перевязывали раны чистой тканью и надеялись на лучшее. Повезло, что никто не заболел — иначе последствия могли быть катастрофическими.
Раз уж встретилось лекарство, нужно было запастись. После непродолжительного торга Лянь Чжичжи обменяла пять низкокачественных жемчужин на упаковку антибиотиков.
— Сестра Чжичжи! Быстрее! Скоро наша очередь! — замахала ей Цяньцянь.
Как только их группа появилась у ворот, на них устремились десятки любопытных и настороженных взглядов. Шестеро молодых мужчин, одна девушка и ребёнок — их внешний вид явно выделялся на фоне измождённых выживших. Особенно Цяньцянь: в постапокалипсисе дети были редкостью, да ещё и такие здоровые, румяные, будто не знающие нужды.
Мгновенно все начали пристально разглядывать их, пытаясь понять, в чём секрет их благополучия.
Человек за столом, явно уставший от бесконечного потока людей, безэмоционально зачитал стандартную инструкцию:
— Без способностей и старики с детьми не принимаются. Молодые и здоровые — в трудовой отряд. Обладающие способностями — продемонстрируйте их, после чего будете распределены по работам. Свои припасы не сдавать, но всё, что заработаете внутри базы, подчиняется её правилам распределения. Вопросы задавать не мне — обращайтесь к ответственным лицам после входа. Согласны — регистрируйтесь. Не согласны — уходите.
Команда переглянулась, и после едва заметного кивка Тан Жуя все по очереди назвали имена и продемонстрировали способности.
Чиновник уже собирался отказать девочке во входе, но Цяньцянь показала ветряную способность второго уровня. Затем Лун Бо продемонстрировал огненную способность второго уровня, Ду Чжун — призыв второго уровня, Бай Ян — растительную способность второго уровня. При этом чиновник слегка нахмурился: растительная способность в бою почти бесполезна. У У Туна — иллюзорная способность второго уровня, что, по его мнению, было неплохо.
Способности имели иерархию: боевые и защитные ценились выше, а такие, как растительная, обычно отправляли на тыловые работы. Лянь Чжичжи и не подозревала, что чиновник уже расставил их по рангам в своей голове.
Когда дошла очередь до Тан Жуя и Сюэ Суна, оба покачали головами:
— У нас нет способностей.
Лянь Чжичжи бросила на них быстрый взгляд. Сюэ Сун обладал способностью «прозрения» — полезной для сбора информации, но бесполезной в бою. В условиях базы, где царили интриги и подозрения, он разумно решил скрыть её.
А Тан Жуй… после приёма двух высококачественных жемчужин его способность достигла четвёртого уровня, и призываемые им существа становились всё мощнее. Он тоже предпочёл скрыть свои истинные возможности, чтобы не стать мишенью для завистников.
Где люди — там и интриги. Теперь им нужно было быть особенно осторожными и не выставлять напоказ все свои козыри.
— А ты? — нетерпеливо постучал ручкой по столу чиновник, обращаясь к Лянь Чжичжи.
Она только сейчас поняла, что осталась последней. Раскрывать свою двойную способность было бы безрассудно, поэтому она активировала «Новую моду» и втянула в неё небольшой сухой кустик вдалеке.
— Способность поглощения. Пока только первого уровня — могу втянуть одно растение. Но со временем обязательно улучшусь!
В глазах чиновника мелькнуло презрение. Он выдал им восемь бирок:
— Проходите.
Массивные ворота базы «Ноев Ковчег» медленно распахнулись, и их «УАЗ» под завистливыми взглядами толпы въехал внутрь.
Лянь Чжичжи испытывала смутное недоверие к этой базе — ей казалось, что те могут позариться на их припасы. Однако «Ноев Ковчег» оказался слишком богатым, чтобы обращать внимание на их старую машину. Их лишь направили на парковку и велели выгрузить свои вещи.
На парковке стояло множество автомобилей — внедорожники, военные джипы, все усиленные бронёй и сталью. По сравнению с ними их «УАЗ» выглядел особенно жалко.
К ним подошла энергичная женщина с хвостом:
— Я Хоу Цинь, отвечаю за тыловое обеспечение. Следуйте за мной — покажу ваши жилые помещения. Каждому выдадут комплект средств гигиены… О, — она заглянула в список, — Тан Жую и Сюэ Суну — не положено.
База явно проводила чёткое различие между обладателями способностей и обычными людьми.
http://bllate.org/book/9015/821804
Готово:
