— Все слова утешения, по сути, пустая болтовня.
— А советы?
— Ты всё равно не послушаешь. Даже если и послушаешь — не сделаешь.
— Ну и ладно, всё равно скажи. Пусть просто прозвучит.
Ло Чжи, будто сдавшись под натиском подруги, спокойно посмотрела на неё.
Помолчав немного, тихо произнесла:
— Расстанься с ним.
Вечером, сидя в кабинете Тиффани и наблюдая, как ребёнок заучивает древние стихи, Ло Чжи вспомнила разговор с Байли после их выхода из KFC.
— Если бы я была на твоём месте, я бы рассталась.
— Да я же его не люблю! Как я могу быть тобой? Как могу тебя понять? Всё, что я говорю, — чистейшая чушь. Будь я на твоём месте, и если бы он из-за чьих-то слов «давай будем вместе» в ответ на моё признание написал просто «хорошо», а не «я тоже тебя люблю», я бы даже не начала с ним отношения!
— А я всё ещё тащусь за ним… Какой же я занудой стала. Ты, наверное, смеёшься надо мной, глядя со стороны.
— Я тебя прощаю, — пожала плечами Ло Чжи. — Всё-таки ты читаешь только тайваньские любовные романы. — Помолчала и добавила: — Невинные героини хоть и глупы, но обычно добры. Просто мне хотелось бы, чтобы тебе повезло так же, как им.
Байли с благодарностью посмотрела на неё:
— А если я и правда невинная, но не героиня? Что тогда?
Ло Чжи на мгновение опешила, потом закатила глаза.
— Кстати, — сказала она, когда они уже собирались расстаться, и вдруг окликнула Байли.
— Что?
— В следующий раз, когда будешь рассказывать кому-то историю или спорить с Гэби, поменьше упоминай старшую школу и побольше говори о хороших моментах этого года. По крайней мере, в своём собственном мире стань главной героиней — пусть даже в мелодраме. Всё лучше, чем быть прохожим.
Всё лучше, чем быть прохожим. Ло Чжи вспомнила свой дневник за выпускной класс. Её гордость проявлялась в мелочах: в записях упоминалось только одно имя — Шэн Хуайнаня. О его окружении она, кажется, не написала ни строчки.
Ещё одно субботнее занятие по введению в право. Ло Чжи сидела в привычном углу и в последний раз проверяла курсовую работу для сдачи.
Подняв взгляд к кафедре, она вдруг заметила у двери Чжэн Вэньжуй с кружкой в руке. Та положила работу на стол и вышла через левую дверь, чтобы налить воды.
Значит, она тоже выбрала юридический факультет.
На этом занятии в аудитории всегда толпа, поэтому Ло Чжи раньше не замечала присутствия Чжэн Вэньжуй.
Так и знала, что она появится.
Чжэн Вэньжуй шла, откручивая крышку кружки, как вдруг у двери столкнулась с поспешно входившим Шэн Хуайнанем — и облила его водой.
Правда, вода в кружке, кажется, была холодной?
Ло Чжи невольно улыбнулась — впервые за несколько дней по-настоящему. Шэн Хуайнаню, видимо, и впрямь суждено быть связанным с водой. Из трёх тысяч рек, какую же он выберет?
Щёки Чжэн Вэньжуй покраснели — даже издалека было заметно. Шэн Хуайнань, как всегда, вежливо улыбнулся, махнул рукой и направился к кафедре, чтобы сдать работу. Чжэн Вэньжуй осталась у двери, растерянно глядя, как он, даже не обернувшись, идёт искать место в задних рядах. Потом она опустила голову и вышла из аудитории.
Ло Чжи почувствовала лёгкое сожаление, но сочувствия не испытывала — если уж жалеть кого-то, то прежде всего саму себя. Разница между ней и Чжэн Вэньжуй лишь в том, что та открыто смотрит на него, а Ло Чжи умеет прятать направление своего взгляда.
А как же Цзян Байли?
Байли так и не объявила Гэби о расставании. Она просто крепко держала его за руку. Ей не безразличны чувства, она тоже мечтает о чистой и безупречной любви, но в реальности ей достаточно просто держать его за руку — неважно, о ком он думает.
«Когда ты умрёшь, похоронят тебя только со мной».
Ло Чжи почувствовала усталость от этих мыслей.
Она встала и пошла сдавать работу.
— Ло Чжи!
Рядом появился Чжан Минжуй и спустился по ступеням вместе с ней.
— О чём твоя работа? — спросил он.
— Про истоки брачных институтов в Средневековье. Тема хоть и на грани семейного права, но нашему профессору, кажется, нравится всякая околонаучная ерунда. А у тебя?
— А у меня — про конституции разных стран и их социальные системы… Всё это я скопипастил с «Байду» и «Гугла», просто немного причесал. Он вряд ли заметит — я с детства не умею писать сочинения.
Они подошли к ассистенту и передали работы. Тот формально пролистал работу Ло Чжи и театрально вздохнул:
— Ах, женщины…
Ло Чжи показала ему язык и широко улыбнулась.
— Ты его знаешь? — удивился Чжан Минжуй.
— Нет, — ответила она, снова становясь бесстрастной.
Чжан Минжуй нахмурился, глядя на неё. Женщины, честное слово, непостижимы.
Ло Чжи уже собиралась попрощаться, но Чжан Минжуй вдруг сказал:
— Можно я сяду рядом с тобой?
Она кивнула.
— Шэн Хуайнань, иди сюда! — громко позвал Чжан Минжуй.
Перед глазами Ло Чжи всё поплыло. Шэн Хуайнань, держа рюкзак, стоял в проходе, кивнул и, увидев её за спиной Чжан Минжуя, тепло поздоровался.
«Что за чёрт…»
Она так долго тренировалась быть спокойной, так упорно убеждала себя смириться, проглотить обиду и признать поражение…
И теперь это что такое? Неужели небеса решили её добить?
Ло Чжи снова посмотрела на вошедшую с кружкой Чжэн Вэньжуй и напомнила себе: «Ло Чжи, держи себя в руках. Ты же сама сказала — хватит».
Она вернулась на своё место, пересела на два сиденья глубже, оставив внешнее место у прохода для них двоих. Надела наушники, включила фортепианную музыку Дзё Хисаиси и удобно откинулась на спинку кресла, раскрыв недавно купленную книгу «Восемь миллионов способов умереть».
Чжан Минжуй и Шэн Хуайнань подошли, каждый достал ноутбук — «Мак» Шэн Хуайнаня и «Асус» Чжан Минжуя.
— Быстрее, быстрее! Надо отправить к двум часам дня! Ты тоже забыл? — торопливо раскрыл ноутбук Чжан Минжуй.
Вот оно что. Боятся сидеть в первых рядах и открыто включать ноутбуки — вдруг преподаватель прикрикнет. Ло Чжи горько усмехнулась.
— Я не знал, что задали домашку, — голос Шэн Хуайнаня звучал растерянно, почти по-детски мило.
— Ты последнее время совсем не в себе, — проворчал Чжан Минжуй.
Музыка, кажется, была слишком тихой. Ло Чжи увеличила громкость и уткнулась в книгу.
Каждый раз, когда ей было трудно сохранять хладнокровие, она читала детективы — быстро погружалась в сюжет и забывала обо всём на свете.
Вдруг Чжан Минжуй легонько толкнул её в плечо. Она сняла наушники.
— Ассистент проверяет посещаемость, — шепнул он.
В тот же миг ассистент громко произнёс:
— Ло Чжи!
— Есть! — подняла руку она и увидела, как тот хитро подмигнул ей, выглядя до ужаса пошловато — прямо как белка из «Ледникового периода». Она невольно рассмеялась.
— Неужели он в тебя втюрился? — спросил Чжан Минжуй. — Ещё при сдаче работ вёл себя странно, а теперь с такого расстояния подкатывает?
Она бросила на него многозначительный взгляд:
— Думай, что хочешь. Но не воображай, будто я такая же, как ты.
И снова надела наушники.
Шэн Хуайнань что-то сказал, но звуки утонули в музыке. Она не расслышала.
«Не услышала — значит, не судьба», — подумала она. «Небеса хотят мне добра».
Опустила голову и продолжила читать.
На перерыве Чжан Минжуй встал, потянулся и снова толкнул её.
— Что ещё? — раздражённо спросила Ло Чжи, как раз дочитывая захватывающий момент.
— Перерыв! Мы идём перекусить — утром не успели позавтракать. Принести тебе что-нибудь?
— Нет, спасибо.
— Тогда пойдём с нами прогуляемся. Сидеть всё время — вредно.
Шэн Хуайнань улыбался тепло, будто между ними ничего и не происходило.
И правда, ведь ничего и не было — если не считать её собственных чувств.
Эта улыбка, этот спокойный, привычный тон… Впервые за несколько дней Ло Чжи посмотрела на него и вдруг поняла: его улыбка и её собственное выражение лица в глазах других людей удивительно похожи. И от этого становится страшно.
Она перевела взгляд на Чжан Минжуя.
— Я за вами пригляжу за ноутбуками, — сухо сказала она и снова потянулась за наушниками.
— Ты… — начал было Чжан Минжуй, дёргая её за рукав.
— Да отстань! — раздражённо бросила она. — Наказываю тебя: купи мне «Воду с витамином С» и чипсы «Лэйс»! И не спорь — иди!
Чжан Минжуй открыл рот, не зная, что ответить, но Шэн Хуайнань уже улыбаясь увёл его за собой.
Они сделали всего шаг, как Шэн Хуайнань вдруг обернулся:
— Ло Чжи, какие чипсы взять?
Она молча уставилась на Чжан Минжуя.
— По одной пачке каждого вида.
В голове у неё снова заполнились образы улыбающегося Шэн Хуайнаня. Она захлопнула книгу, выключила музыку и просто сидела, глядя вдаль.
Пока над головой не обрушился целый шквал чипсов.
Оригинальные, томатные, барбекю, огуречные, пицца — пять огромных пачек. Шэн Хуайнань прислонился к стене и с улыбкой смотрел на неё, а Чжан Минжуй сверху сопел, глядя на неё ноздрями.
Она ничего не сказала, достала автоматический карандаш и начала прокалывать пачки одну за другой, выпуская воздух, пока они не сдулись.
— Ты что делаешь? — удивился Чжан Минжуй.
— Так в рюкзаке больше места остаётся.
— Умно, — сказал Шэн Хуайнань, жуя маленькую пачку огуречных чипсов.
— Да уж, умна настолько, что сама себе страшно, — ответила она, вспомнив героя одного из романов Дзюбао Дао.
— Доволен? — спросил Чжан Минжуй сверху вниз.
— Спасибо, — подняла она пачку чипсов в знак благодарности.
— Это не я… Это Шэн Хуайнань купил.
Она почувствовала, что прислонившийся к стене Шэн Хуайнань с нетерпением ждёт её реакции.
— Да ты что, скупой? — сказала она, игнорируя его. — Разве я просила покупать по одной пачке каждого вида?
— Да ты что, дурак? Кто же реально будет покупать по одной пачке каждого вкуса!
— Эй, ты на что намекаешь?! Кто тут дурак?!
Наконец вмешался Шэн Хуайнань, которого она до этого упорно игнорировала.
Но почему-то Чжан Минжуй сразу замолчал, а Ло Чжи и подавно не собиралась говорить.
Трое замерли в странном молчании. Кто-то ведь говорил, что в таких случаях над головой пролетают ангелы?
Она посмотрела на Шэн Хуайнаня. Его лицо слегка покраснело, глаза сияли, он выглядел смущённо, но всё равно упрямо смотрел на неё.
«Что это вообще значит?»
Она вдруг рассмеялась. Может, сцена показалась ей настолько нелепой, что она не могла сдержаться. Смеялась ярко, не обращая внимания на растерянность Чжан Минжуя, и, упаковав чипсы в рюкзак, прошла мимо двух замолчавших парней к задней двери.
— Ло Чжи, ты тоже на юрфак пошла?
Чжэн Вэньжуй. С кружкой в руке, вежливо улыбалась, но взгляд её скользнул за спину Ло Чжи.
Ло Чжи догадалась: Чжэн Вэньжуй, наверное, давно заметила, как иногда после занятий она выходит вместе с Шэн Хуайнанем и Чжан Минжуйем. Наверняка ей неприятно — ведь Ло Чжи знает о её чувствах, но при этом так близка с тем, кого та любит.
«Да и плевать. Какое мне до этого дело? Ты меня съесть не сможешь», — холодно подумала Ло Чжи.
— Ты тоже на юрфаке? — указала она на рюкзак. — Ага, потом как-нибудь поболтаем. Мне пора.
Прошло немало времени, прежде чем Ло Чжи осознала: она думала, будто сдалась, будто отпустила всё… Но на самом деле, с того самого момента, как она начала умышленно избегать Шэн Хуайнаня, она просто дулась. Просто капризничала.
Она оказалась настоящей занудой.
Занудство — это когда ты на самом деле обижен, но делаешь вид, будто всё понял и остыл.
http://bllate.org/book/8965/817313
Готово:
