В каждой школе найдутся парочка суперотличников — тех, чьи имена спустя годы, возможно, и не вспомнишь, но легенды о них и психологические травмы, нанесённые двоечникам, останутся навсегда. Одни только и знают, что учиться: одеваются немодно, носят очки с толстенными стёклами, будто днище от бутылки, не умеют общаться и выглядят настолько старомодно, что за них становится неловко. Другие же умеют и учиться, и отдыхать: красивы, со вкусом одеваются, почти не тратят времени на занятия, но при этом каждый раз занимают первое место. Таких хочется кусать от зависти.
Цзян Чао был именно из вторых.
— О… — улыбнулась Лу Ми. — Тебе что-то нужно?
Цзян Чао тут же вернулся к привычной сдержанности отличника и протянул Лу Ми математическую задачу.
— Ответ на эту задачу — то, что я хочу тебе сказать. Реши её.
Он схватил хохочущего Цзинь Сяогуана и умчался.
(x² + y³ – 1)³ = x²y³
«…………»
Лу Ми уже решила, что он пришёл признаваться в чувствах, а в итоге оставил задачу???
На лице у неё застыло выражение полного недоумения. Вот уж действительно — отличник, не как все.
Она тут же отложила в сторону сборник «Пять три» и усердно взялась за решение.
Откуда вообще эта задача? Для одиннадцатиклассников? Не выходит ли она за рамки школьной программы?
Как оказалось, двоечница и есть двоечница: она долго возилась, потом всё стёрла и начала сначала, но так и не смогла решить.
Мэн Юй удивилась:
— Что это за задача? Уравнение?
— Не знаю, наверное, функция? Надо строить график, но у меня ничего не получается. Видимо, я действительно безнадёжна.
— Да ладно! Зачем это учить! Пора на физкультуру.
Случилось так, что на этом уроке физкультуры одновременно занимались три класса: художественно-эстетический, международный и первый. Первый — экспериментальный класс, где учились лучшие ученики школы. Художественно-эстетический и международный, напротив, славились своим неприязненным отношением к учёбе. Поскольку их кабинеты находились рядом, а ученики обожали веселиться, они давно уже все друг друга знали. А вот с первым классом почти не общались. Так как учебный год только начался, учителя особо не напрягались — занятие превратилось в свободное время: можно было выбрать любой инвентарь и заниматься чем угодно.
Кто-то брал баскетбольный мяч, кто-то — волейбольный или скакалку, а кто-то вообще ничего не делал.
Это был любимый урок всех — можно было спокойно бродить по школьной территории.
Цзян Чао подошёл вместе с Цзинь Сяогуаном. На солнце его кожа казалась особенно белой, черты лица — изысканными. Большинство сверстников носили очки и выглядели несколько заторможенными, как и положено подросткам, но у него не было очков. Его глаза блестели, и когда он смотрел на кого-то, в них светилась искра. В сочетании с воспитанностью и осанкой он явно выдавал человека из обеспеченной семьи.
Его все считали школьным идолом.
— Это же Цзян Чао! — взволнованно заговорили Мэн Юй и Шу Я.
Шу Я добавила:
— Цзян Чао — мой идол. Если бы не школьный задира, он бы точно был первым красавцем школы.
— Да, когда выбирали первого красавца, ученики первого класса даже возмущались: мол, Цзян Чао тоже неплохо выглядит.
— Конечно, он уровня идола, но Цзи Чжи такой красавец, что его можно было бы отправить на кастинг в дорамы. С ним трудно сравниться.
— Какой же он белый! И черты лица такие изящные!
— Да ещё и отличник! Кстати, зачем он сюда пришёл?
Все обсуждали, как вдруг Цзян Чао подошёл к Лу Ми и спросил с улыбкой:
— Ты решила задачу, которую я тебе дал?
Все ученики трёх классов мгновенно уставились на Лу Ми.
А затем все разом перевели взгляд на игравшего в баскетбол школьного задиру.
Ведь сегодня на урок все пришли с новыми слухами: якобы между школьным задирой и Лу Ми снова вспыхнул роман.
На этот раз даже нашлись свидетели, видевшие их вместе в маленькой столовой.
Как же так? У Лу Ми уже новый объект для сплетен?
Действительно, красивым людям нелегко приходится! Приходится лавировать между разными слухами — такой груз не каждому под силу.
Лу Ми честно ответила:
— Слишком сложно, я не смогла решить… Может, ты просто скажешь ответ? Хотя… мои оценки и правда ужасны.
Цзян Чао кашлянул и тут же покраснел.
— Нет, наверное, задача и правда слишком сложная. Давай я дам тебе другую?
Лу Ми растерялась — она не понимала, почему вдруг отличник начал увлекаться тем, чтобы задавать ей задачи.
Но всё же машинально кивнула.
Отличник, видимо, был готов ко всему: он вытащил из кармана школьной формы записку и сунул ей в руки.
Ученики первого класса заулюлюкали.
Все прекрасно понимали эту двусмысленную атмосферу, наполненную розовыми пузырьками.
Отличник и двоечница — неплохая пара! Захватывающе!
Все уже мысленно разыгрывали целую драму: отличник помогает заблудшей двоечнице подтянуть учёбу и поступить в престижный вуз.
Как будто это живая копия истории Цзян Чжи Шу и Юань Сянцинь.
Свист и возгласы усилились. Первый класс, хоть и состоял из отличников, в такие моменты мог быть очень шумным. Ученики художественно-эстетического класса подхватили крики Цзинь Сяогуана, международный класс тоже собрался присоединиться… но вдруг Цзи Чжи со злостью швырнул баскетбольный мяч.
Все инстинктивно посмотрели на его лицо.
Никто не издал ни звука. Школьный задира рассердился — последствия будут серьёзными. По лицу Цзи Чжи было ясно: он готов кого-нибудь съесть заживо.
Забыли! Лу Ми — его предполагаемая девушка.
— Мне даже жалко Лу Ми стало, — тихо пробормотал кто-то из международного класса.
— Почему?
— Ну подумай: школьный задира и отличник. Оба невероятно хороши собой, оба из богатых семей. Хотя, конечно, задира выигрывает. Отличник — гений, в будущем поступит в топовый вуз и будет иметь блестящую карьеру. А задира — харизматичный, красавец до боли в глазах, да ещё и наследник состояния. Перед Лу Ми стоит неразрешимый выбор: кого бы она ни выбрала, второго будет не хватать. А если в будущем они поссорятся, она наверняка будет думать: «А что, если бы я выбрала другого? Может, всё сложилось бы иначе?»
После этих слов собеседник приуныл:
— Почему у меня никогда не будет таких проблем?
Все фыркнули и разошлись.
—
Е Си тоже всё видела. На её губах играла насмешливая улыбка. Этот Цзян Чао, хоть и отличник, но в лучшем случае средний по условиям. Семья Лу Ми — простая, и при знакомстве с родителями его точно сочтут недостойным. Если Лу Ми умна, ей стоит держаться за Цзян Чао — это, вероятно, лучшее, что она сможет найти в жизни.
Многие мальчики подходили к Е Си и спрашивали, не хочет ли она поужинать с ними вечером.
Е Си улыбалась в ответ.
Благодаря вырезанию талисманов одноклассники очень её полюбили. Несмотря на то что она только перевелась, все ей помогали: давали списать конспекты, показывали домашку, приглашали поесть и поболтать, так что она совсем не чувствовала себя чужой.
Многие мальчики ею восхищались.
В последнее время она ежедневно занималась практикой, и это наполняло её тело жизненной энергией. Энергия защищала её, улучшая кожу и придавая телу сияющую, бодрую ауру. Хотя черты лица остались прежними, внутренняя энергия преобразила её до неузнаваемости.
Издалека казалось, что она невероятно красива — красота исходила изнутри.
Е Си была очень довольна собой и даже не обращала внимания на Лу Ми, оказавшуюся внизу иерархии. Пока та не будет лезть на рожон, Е Си не станет с ней церемониться. Она улыбнулась одноклассникам и отправилась гулять по школьному двору.
— Лу Ми, открой-ка, что Цзян Чао тебе написал?
Лу Ми машинально кивнула и развернула записку:
«Возьми любое действительное число, прибавь к нему 52,8, умножь результат на 5, вычти 3,4343, умножь на 2 и вычти из полученного десятикратное значение исходного числа. Чему равен результат?»
Похоже, нужно найти неизвестное. Задача выглядела несложной.
Мэн Юй проворчала:
— Что это? Я думала, он признаётся в чувствах, а это снова задача? Зачем Цзян Чао тебе задаёт математические задачи? Может, он в тебя влюблён и хочет, чтобы ты подтянула учёбу и поднялась до его уровня?
Все засмеялись. Ведь они все двоечники и никто всерьёз не воспринял эту задачу.
Разошлись, шутя, что даже в выражении чувств отличники отличаются от обычных людей.
Ведь если Лу Ми улучшит оценки, разве она не будет сдавать экзамены в одном кабинете с Цзян Чао?
Такая извилистая тактика и хитрость — только у отличников!
—
С тех пор как начался урок физкультуры, лицо Цзи Чжи было мрачнее тучи. Вэй Чжэ и другие переглянулись — всё было ясно.
Раньше Вэй Чжэ лишь предполагал, но теперь поведение друга стало слишком странным. Многолетняя дружба позволяла понимать друг друга без слов.
Цзи Чжи никогда не обращал внимания на девчонок и ни разу не переживал из-за какой-нибудь девушки.
За ним гонялось множество поклонниц, многие мечтали провести с ним ночь, но он всех презирал.
Часто женщины спрашивали Вэй Чжэ, какой тип девушек нравится Цзи Чжи.
Вэй Чжэ и сам не знал. Какой же это человек без сердца может в кого-то влюбиться?
Но теперь, глядя на переменчивое настроение Цзи Чжи, он почувствовал: его друг вот-вот падёт.
Каким будет Цзи Чжи, если влюбится?
Пламя, хоть и сдерживаемое, но если в него плеснуть бутылку крепкого алкоголя, оно вспыхнет с новой силой.
В сердце Цзи Чжи горел огонь, но он держал его под контролем.
А теперь, казалось, рядом появилось вино. Вэй Чжэ даже представить не мог, что будет дальше.
— Слушай, Цзи Чжи, хочешь, я украду у неё эту записку?
— Не лезь не в своё дело!
— Цыц! Да ты совсем не честный. Признайся честно: эти слухи про тебя и Лу Ми не ты ли пустил? Иначе откуда они взялись?
Кто осмелится распускать слухи о школьном задире? Жизнь не дорога?
Пока в школе Хайчжун никто не был настолько смел. Цзи Чжи в ярости — это не шутки.
Только что закончилась игра в баскетбол. Цзи Чжи весь в поту. Девочки, прогуливая уроки, приносили ему полотенца и воду. Видимо, все знали, что сегодня у международного класса физкультура. Высокая стройная девушка с белой кожей подошла и звонко окликнула:
— Цзи Чжи!
Цзи Чжи даже не поднял головы.
Вэй Чжэ, боясь, что ей будет неловко, улыбнулся:
— Лян Цзин, ты сбежала с урока?
— Ага.
— В старших классах так расслабленно?
— Ничего страшного, я сказала, что иду в туалет.
Она протянула воду Вэй Чжэ и остальным.
Вэй Чжэ всё понял и передал бутылку Цзи Чжи, но тот холодно отвернулся.
Девушка не смутилась — она, видимо, давно привыкла к его холодности и не сводила с него глаз.
Только что закончилась игра, и пот стекал по чётко очерченному подбородку Цзи Чжи, придавая ему сексуальности.
После игры он надел светлый джемпер в стиле колледжа. У Лян Цзин был такой же. Она давно наблюдала за Цзи Чжи и долго за ним ухаживала — настолько долго, что успела подружиться со всеми его друзьями, списать его расписание на новый семестр, узнать, куда он ходит развлекаться, какие продукты любит, марку велосипеда и любимый бренд одежды.
Цзи Чжи носил вещи корейского дизайнера, которые продавались в Сеуле. Из-за того что их носил популярный актёр из дорамы, их приходилось выкупать через подпольных посредников. Лян Цзин связалась с несколькими закупщиками и купила ту же самую вещь. Цзи Чжи носил весеннюю новинку, и Лян Цзин догадалась, что он обязательно её купит, поэтому заранее заказала через посредника.
И точно…
Лян Цзин радовалась про себя: у неё и у Цзи Чжи одинаковый вкус. Быть чуть ближе к любимому человеку — уже большое счастье.
— Цзи Чжи, у тебя в выходные есть время?
— Нет.
Казалось, он раздражён. Цзи Чжи сердито швырнул полотенце на скамейку и без эмоций ушёл.
Лян Цзин побежала за ним:
— Эй, Цзи Чжи, я ещё не договорила…
— Сестра, сестра! — Вэй Чжэ быстро её остановил, прикрывая отступление друга. — Эй, эта вода очень вкусная! Где ты её купила…
—
Лу Ми шла в класс, бормоча про решение задачи. Надо ввести неизвестную — вроде бы несложно? Странно, почему Цзян Чао вдруг стал давать ей задания? Хотя отличник вроде бы приятный. У неё сейчас слабая база, но если подружиться с ним и иногда спрашивать совета, он, наверное, не откажет?
Лу Ми уже собиралась повернуть за угол, как вдруг столкнулась с кем-то.
Подняла глаза — Цзи Чжи холодно, как ножом, окинул её взглядом.
Она хотела уйти, но он преградил путь.
Повернулась — её толстовку с капюшоном кто-то схватил.
Лу Ми разозлилась:
— Эй, Цзи Чжи! Я же говорила, что терпеть не могу, когда кто-то хватает меня за капюшон!!!
Тот фыркнул, будто дразнил взъерошенного котёнка:
— И характерец-то какой.
— Я серьёзно! Отпусти меня.
Цзи Чжи не отпустил, а правой рукой вырвал у неё записку и, наклонив голову, прочитал:
— Цыц! «Возьми любое действительное число, прибавь к нему 52,8…»
Лу Ми почувствовала неловкость и попыталась вырвать записку, но он был слишком высок, поднял её над головой, и она, даже на цыпочках, не могла достать.
— Цзи Чжи!
Но Цзи Чжи вдруг наклонился, приблизился к её лицу и прошептал с двусмысленной интонацией:
http://bllate.org/book/8918/813556
Готово:
