Цяо Цяо не успела договорить, как уже сняла с головы два оберегающих артефакта, активировала их и смело бросилась навстречу ещё не упавшей небесной молнии.
В тот самый миг, когда артефакты соприкоснулись с молнией, Цяо Цяо немедленно приказала им взорваться, разнеся грозовой разряд в клочья.
Только теперь все вспомнили: сегодня Цяо Цяо вышла сражаться, увешав голову драгоценными заколками и золотыми шпильками — каждая из которых была артефактом.
Сначала все подумали, что она лишь демонстрирует И Сяосяо своё прежнее благоволение, будто напоминая, как некогда наставник и старшие братья по секте обожали её.
Эти артефакты, конечно, не могли выдержать небесное испытание грозой, но Цяо Цяо и глазом не моргнула — взрывала их без малейшего колебания.
Остаточная сила грозы обрушилась на обеих девушек, но даже вдвоём они могли выдержать удар.
Когда пришёл черёд пятой волны небесного испытания, на Цяо Цяо уже не осталось ни единого украшения-артефакта.
Она не стала доставать духовное оружие, а просто спряталась за спину И Сяосяо:
— Младшая сестра, теперь твоя очередь. Наставник любит тебя больше. Если мне не дал духовного оружия, то тебе уж точно дал!
Гу Чжэнцин не знал, то ли он не выдержал мощи грозы, то ли просто взбесился, — но вдруг изверг чёрную кровь и был прямо сражён молнией.
Даже под градом ударов он не мог не отвлекаться на И Сяосяо.
Цяо Цяо оказалась столь бесстыдной: она действительно спряталась за спиной И Сяосяо и без малейшего движения наблюдала, как та истекает кровью. На лице Цяо Цяо играла явная, самодовольная ухмылка.
Даже старейшины Секты Тяньцзянь-цзун нахмурились: это уж слишком нагло.
Ведь И Сяосяо приняла на себя столько ударов ради неё! Цяо Цяо не должна была радоваться чужому страданию.
Гу Чжэнцин на миг зажмурился, скрежетнул зубами, вырвал собственное бессмертное оружие, влил в него огромное количество демонической энергии, чтобы отразить молнию, и, лицо его почернело от ярости, бросил Цяо Цяо два гребня-артефакта:
— Гребни грозового света! Цяо Цяо, ты отражаешь молнии, а Сяосяо пусть набирает силы! Небесное испытание грозой усиливает мощь, если сталкивается с артефактами, пропитанными демонической энергией!
Пусть И Сяосяо восстановится — гребни хоть немного продержатся.
Но Цяо Цяо отказалась. Она молниеносно схватила артефакты и тут же активировала их демонической энергией, установив над собой и И Сяосяо защитный купол.
Две молнии тут же превратили гребни в пыль.
Гу Чжэнцин взревел от ярости:
— Цяо Цяо! Я убью тебя!!!
Он немедленно метнул несколько духовных артефактов, чтобы раздробить все молнии, нацеленные на И Сяосяо, а последний артефакт пустил прямо в сердце Цяо Цяо.
Но Цяо Цяо давно ждала этого. Она мгновенно бросила целую стопку высококлассных талисманов древесного доспеха, нарисованных на древе вуфун «Феникс-вода», и активировала их, отразив атаку.
Её голос прозвучал искажённо:
— Наставник, неужели ты готов пожертвовать всем ради этой грязной твари и оставить И Сяосяо умирать от ран?
Не успев договорить, она выхватила духовный меч и без малейшего колебания рубанула по еле держащейся на ногах И Сяосяо.
Убийственный огонь в её глазах был подлинным — в них читалось безумие, готовое увлечь всех в пропасть: умрём все вместе!
Гу Чжэнцин в ужасе понял, что у него даже времени нет проглотить лекарство. Он яростно заорал и метнул духовное оружие, чтобы защитить И Сяосяо:
— Подлая тварь! Ты посмела!!!
Цяо Цяо не только посмела — она готова была повторить это снова и снова.
Гу Чжэнцин тоже получил тяжёлые раны от небесного испытания и должен был собирать силы для следующей волны. У него просто не было возможности подойти и раздавить Цяо Цяо собственными руками.
На сей раз он даже ругаться не стал — лишь защитил И Сяосяо духовным оружием и попытался уничтожить Цяо Цяо на месте.
Но в этот самый момент Цяо Цяо остановилась.
Она подняла голову. На лице больше не было ни искажения от усилий, ни убийственного огня — лишь холодное спокойствие.
— Наставник, пришёл черёд шестикратного небесного испытания грозой. Хватит ли тебе демонической энергии?
Она говорила медленно, но руки двигались стремительно: в миг она достала духовное оружие, полученное от Юань Бинтуна, и, не щадя его, как прежде артефакты, тут же взорвала.
У Гу Чжэнцина не было времени на восстановление. У Цяо Цяо тоже не было времени — она ведь собиралась убить И Сяосяо.
Теперь роли поменялись: только И Сяосяо сидела в позе лотоса и медитировала, а Гу Чжэнцин и Цяо Цяо с трудом сопротивлялись последней волне грозы.
Защитные артефакты к этому моменту почти исчерпали свою силу. Взрывая их, можно было лишь с трудом отразить большую часть удара.
Цяо Цяо и И Сяосяо истекали кровью, но выражения их лиц стали похожи — обе безэмоциональны, без малейшей реакции.
Боль не убивает. Зачем кричать?
А если боль убивает — крик тем более бесполезен. Лучше сразу умереть и покончить со всем. Обе ненавидели делать что-либо бессмысленное.
Цяо Цяо продолжала взрывать духовное оружие с той же скоростью.
Восемь молний на двоих — шестнадцать единиц духовного оружия.
Сначала все переживали, что у Цяо Цяо не хватит артефактов, но, увидев, как она достаёт их без конца, начали сокрушаться.
Ведь это всего лишь небесное испытание для золотого ядра! А потрачено столько артефактов и духовного оружия… да их стоимость уже почти дотягивает до полубессмертного артефакта!
Сердце Юань Бинтуна болезненно сжалось: какая же это расточительница! Где тут скупость?!
Гу Чжэнцин немного перевёл дух, но гнев в его душе лишь разгорелся сильнее.
Чуть успокоившись, он понял: он, как и Лу Вэй, попался на уловку Цяо Цяо.
Она именно этого и добивалась — лишить его времени на восстановление и заставить погибнуть под ударами небесного испытания.
Даже если он выживет, тяжело раненный, снаружи уже поджидают столько могущественных мастеров — ему не выжить.
В глазах Гу Чжэнцина мелькнули то жестокость, то одобрение: сколько лет никто не заставлял его терпеть такой урон!
Ладно. Пусть культиваторы материка Юньчжэнь ещё немного потянут своё жалкое существование.
На лице его гнев не угасал, но внутри он уже полностью сосредоточился на последней молнии.
Серебристо-фиолетовая молния уже обрела чёрное сияние — это был фиолетовый гром небесный, толщиной с двух взрослых мужчин, обнявшихся. Прямой удар убил бы даже его без шансов на спасение.
Гу Чжэнцин стиснул зубы, последовав примеру Цяо Цяо: он вложил всю демоническую энергию в своё бессмертное оружие и громко выкрикнул:
— Взорвись!
— Плохо! — лица Чэнь Фу и других побледнели.
Даже Даосский Владыка Ху Сю мгновенно среагировала, подняв купол духовной энергии, чтобы защитить всех учеников.
Взрыв бессмертного оружия тут же разрушил оба купола У Цинчоу и демонический барьер Лу Вэя.
Мастера Внешних Трёх Областей тоже не стали наблюдать со стороны — все бросились вливать энергию в общий защитный купол.
Взрыв бессмертного оружия — редкость, и никто не осмеливался недооценивать его мощь. Огромная взрывная волна разлетелась во все стороны.
Чэнь Фу и остальные с трудом выдержали напор, лишь чудом сохранив целостность купола.
Гу Чжэнцин извергал чёрную кровь одну за другой — разрушение бессмертного оружия нанесло ему тяжелейшие раны. Последняя молния, хоть и ослабленная взрывом, всё равно обрушилась на него.
Он продолжал кашлять кровью, отбиваясь как мог.
Но никому не было дела до его жалкого вида — все с замиранием сердца смотрели на Цяо Цяо.
И тут все остолбенели.
Цяо Цяо и И Сяосяо сидели на чёрном железном диске, а головы и руки их поддерживали… чёрные железные прутья???
Что они задумали?
Не успели зрители понять, как последняя молния уже обрушилась.
Это был фиолетовый гром небесный, толщиной с две руки взрослого культиватора.
Тела девушек озарились серебристым светом. Многие не выдержали и отвернулись: при их уровне культивации и полученных ранах выжить было невозможно.
Но Гу Чжэнцин, изрыгая кровь и превратившись в обугленную фигуру с признаками распада демонической энергии, остался в живых.
А Цяо Цяо и И Сяосяо, хоть и страдали от боли, оказались… совершенно целы!
Цяо Цяо скривилась от мучений: железо проводит электричество, молния обязательно ударит сначала в них, а затем, используя чёрное железо как проводник, уйдёт в землю.
Но разве фиолетовый гром небесный так легко перенести?
На этот раз страдания от удара были несравнимы с теми, что она испытывала в воде из источника Безкорня.
Даже И Сяосяо не смогла сдержать стон — зубы не держались, боль пронзала всё тело.
К счастью, последняя молния их не убила. Небесное испытание, почувствовав это, тут же ниспослало дар Небес.
Обеих окутало тёплое, словно родниковое, сияние. Раны стремительно заживали, а духовная энергия начала расти и уплотняться.
Когда тучи рассеялись, большая часть ран уже зажила.
Оставались лишь слабость в меридианах и повреждения сознания от удара молнии.
Девушки продолжили сидеть с закрытыми глазами, укрепляя золотое ядро. Ведь впереди их ждало ещё испытание демоном сердца.
Если не преодолеть его, золотое ядро может не устоять.
А дальше им уже не требовалось участвовать.
Гу Чжэнцин лишь пострадал от побочного эффекта, поэтому у него не было испытания демоном сердца, но зато был дар Небес. Он быстро открыл глаза и встал.
Даосский Владыка Ху Сю холодно уставилась на него. Чэнь Фу с товарищами окружили Лу Вэя и Цзян Фаня.
Остальные старейшины занялись учениками, заражёнными демонической энергией, чтобы те снова не стали пешками этих демонических культиваторов.
— Гу Чжэнцин, Лу Вэй, Цзян Фань, вам не уйти, — холодно произнёс Чэнь Фу.
Гу Чжэнцин усмехнулся:
— И вы думаете, что четверо вроде вас смогут удержать меня?
Даосский Владыка Ху Сю фыркнула:
— Я ведь ещё не проходила небесного испытания. Не хочешь ли составить мне компанию?
Улыбка Гу Чжэнцина не дрогнула:
— С радостью, старейшина. Буду счастлив, если Секта Тяньцзянь-цзун последует за мной в могилу.
Лицо Ху Сю потемнело, но спорить она не стала.
Она поняла: Гу Чжэнцин пытается вывести её из себя, чтобы заставить открыть главный защитный массив секты.
— Тогда попробуй разрушить массив, оставленный Чжао Муцяо.
Гу Чжэнцин схватил Лу Вэя, запихнул ему в рот пилюлю и хлопнул по телу Цзян Фаня.
Под бдительными взглядами окружающих Лу Вэй и Цзян Фань завопили от боли, но их уровень культивации стремительно рос.
Лу Вэй быстро достиг уровня объединения, а Цзян Фань — поздней стадии выхода из тела. Однако на их телах уже проступали трещины.
Гу Чжэнцин неторопливо огляделся:
— Убью всех вас. Без стражей массив не устоит. Вы думаете, сможете меня остановить?
— Не тратьте время на слова! Он тяжело ранен. Вместе мы сможем его одолеть! — внезапно открыла глаза У Цинчоу, прервав медитацию. В её голосе звучала ярость.
Чёрная энергия с её тела исчезла, но розовый духовный огонь стал темнее — почти красным.
Гу Чжэнцин приподнял бровь: интересно, эта распутница умеет превращать демоническую энергию в огненный яд.
Он махнул рукой:
— Вы двое — против неё. Остальных я возьму на себя.
Лу Вэй и Цзян Фань молча переместились к У Цинчоу.
Даосский Владыка Ху Сю не могла легко вмешиваться в бой, поэтому заняла позицию рядом с Цяо Цяо и И Сяосяо, охраняя их от помех во время испытания демоном сердца.
Чэнь Фу и Ху Тянь в сопровождении старейшин секты медленно приблизились к Гу Чжэнцину.
Тот действительно был тяжело ранен, но всё ещё сохранял боеспособность.
Один удар мастера великого цикла мог уничтожить любого.
Он начал собирать демоническую энергию для мощнейшей атаки — казалось, вот-вот начнётся великая битва.
Но вдруг Гу Чжэнцин пошатнулся, лицо его исказилось от внутренней борьбы.
— Наглец! Ты смеешь претендовать на это тело?!
— Ты убил учеников моей секты и захватил моё тело! Всё, что не принадлежит тебе, должно быть возвращено!
Чэнь Фу и другие нахмурились, не решаясь приближаться.
Демоническая энергия в руках Гу Чжэнцина рассеялась в спешке. Он тут же окружил себя защитным барьером и сосредоточился на борьбе в своём море духовного восприятия.
Все наблюдали, как его лицо то мрачнело, то принимало выражение отчаяния. Стало ясно: это сам Даосский Владыка Ли Сяо, чья душа пытается вернуть контроль над телом, отобрав его у демонической сущности.
— Я подавлял тебя тысячи лет — подавлю и до полного рассеяния твоей души!
— Думаешь, дар Небес для культиватора такой же, как для демонов?
Гу Чжэнцин бросил яростный взгляд на погружённую в испытание демоном сердца Цяо Цяо и с ненавистью зарычал:
— Подлая тварь! Я сделаю так, что тебе и умереть спокойно не дадут!!!
Цяо Цяо не слышала его крика — она всё ещё была в плену испытания демоном сердца.
Это испытание напоминало иллюзорный массив, созданный И Сяосяо, но было реалистичнее и не столь мрачно — даже скорее наполнено тихой, глубокой грустью.
Мать-начальница приюта оставалась такой же нежной, повариха орала так громко, что звенели уши.
Люй Сыцяо и Чжу Чжу катались на инвалидных креслах, словно на санках, а дети играли в «самолётик» во дворе приюта…
Цяо Цяо знала, что всё это иллюзия. Знала, чего хочет. Понимала, что демон сердца бессилен против неё. Но всё равно не могла заставить себя разрушить эту картину.
— Цяо Цяо, на улице холодно, у тебя же желудок болит. Не уходи. Останься. Мама каждый день будет варить тебе кашу из проса.
http://bllate.org/book/8711/797139
Готово:
