— Всё кончено. Тебе стоит волноваться за рану, — сказала Лю Цинь и тут же приложила ватную палочку к уху Мэн Ин. Лишь тогда нахлынула острая боль, и та слегка вздрогнула. Лю Цинь не отводила глаз от её мочки.
— Такая красивая мочка… Если рана плохо заживёт, будут проблемы. Да и вообще, по-моему, тебе нужно в больницу…
— Не надо.
Мэн Ин снова закрыла глаза и откинулась на спинку дивана.
— Главное, чтобы подводка не размазалась.
— Как ты можешь думать только о подводке? Рана же…
Телефон Лю Цинь непрерывно звонил. Она знала: звонят, чтобы рассказать, что произошло с Мэн Ин на банкете, но так и не брала трубку. Ей хотелось, чтобы та сама что-нибудь сказала, но Мэн Ин молчала. Лицо её по-прежнему было бледным, но уже не таким растерянным, как вначале, и слёз больше не было. Это прекрасное лицо выглядело совершенно спокойным.
Обработав рану, Лю Цинь взяла телефон и ушла в ванную, чтобы ответить.
На другом конце была подруга из их круга, тоже присутствовавшая на банкете:
— Слушай, а какое отношение Мэн Ин имеет к старшей дочери семьи Ян?
— Какая ещё старшая дочь семьи Ян? — нахмурилась Лю Цинь.
Подруга объяснила. Лю Цинь на мгновение замерла, а потом холодно рассмеялась:
— Какое отношение? Никакого. Все давно знают, что Мэн Ин не из богатой семьи, она не «золотая девочка», да и с двумя сёстрами Ян вообще ничего общего не имеет. А если уж на то пошло, ваша «старшая дочь» — не подарок: замужем, а всё равно крутится рядом с молодым господином Сюй, вернее, президентом «Хуа Ин». Пусть её муж носит зелёную шляпу!
Подруга на том конце хихикнула. Все и так всё понимали, но Лю Цинь прямо высказала вслух. На самом деле лишь немногие знали, что молодой господин Сюй — президент «Хуа Ин». Эта подруга узнала об этом только сегодня вечером и сразу побежала пересказать Лю Цинь. Она также знала, что молодой господин Сюй дружит с двумя дочерьми семьи Ян, и теперь всё встало на свои места. В конце она лёгким тоном спросила:
— А у вашей Мэн Ин с президентом «Хуа Ин»… есть какие-то связи?
Лю Цинь усмехнулась и резко ответила:
— Никаких связей. Они даже не знакомы и никогда не разговаривали. Сегодняшний поступок Мэн Ин — целиком из-за провокации Ян Тун. Та издевалась над ней, заставив надеть тот же макияж, что и её сестра. Кто бы это стерпел?
Соперничество между Ян Тун и Мэн Ин давно вышло на поверхность, поэтому объяснение Лю Цинь звучало правдоподобно. Действительно, первая, кто появился в таком макияже, выглядела эффектно, а вторая легко становилась объектом насмешек. Услышав всё, что хотела, собеседница повесила трубку.
Лю Цинь некоторое время постояла в ванной, слушая гудки, а затем вышла.
После этого разговора она уже понимала, что происходит с Мэн Ин. Подойдя к дивану, она положила руку на плечо подруги:
— Мама мне однажды сказала: девочку нужно воспитывать в достатке — давать ей достаточно любви, материальных благ и конфет, чтобы в будущем она не убежала с мужчиной из-за одной конфеты или кусочка торта.
— У тебя не было ни любви, ни материальных благ, ни конфет, но теперь ты можешь всё это заработать и купить сама. Если кто-то тебе недоступен — не стремись к нему. Не мучай себя. Ты — Мэн Ин, единственная в своём роде.
Единственная в своём роде.
Из уголка глаза Мэн Ин скатилась слеза.
Лю Цинь вздохнула:
— Хочешь чего-нибудь поесть?
— Нет, мне нужно побыть одной.
— Хорошо.
Лю Цинь взяла салфетку, вытерла глаза, подхватила сумочку и направилась к двери:
— Если что — звони.
— Хорошо, — тихо и спокойно ответила Мэн Ин.
Дверь закрылась.
Бах! Квартира погрузилась в тишину. Мэн Ин обхватила колени руками и продолжила сидеть, прислонившись к спинке дивана.
*
Чёрный «Хаммер» остановился у подъезда жилого комплекса. Фары погасли, внутри машины вспыхнул тусклый оранжевый огонёк. Окно опустилось, и Сюй Дянь в серебристой оправе поднял взгляд на далёкое здание. На восемнадцатом этаже горел свет, окно было открыто, и занавеска развевалась на ветру.
Он медленно затягивался сигарой, но подниматься наверх не собирался.
В этот момент рядом остановился серебристый седан. Из него вышел мужчина в белом халате с медицинской сумкой и бросил взгляд на «Хаммер».
Сюй Дянь чуть приподнял подбородок в знак приветствия.
Тот кивнул в ответ и быстро скрылся в подъезде, вошёл в лифт.
*
В квартире царила тишина. Мэн Ин захотелось включить телевизор, но она передумала. Мысли всё ещё путались, но она уже успокоилась. Вдруг раздался звонок в дверь.
Она вздрогнула и машинально встала, но тут же поняла, что слишком напряжена, и сжала край дивана, прежде чем подойти к двери.
Если это он — вызову полицию.
У двери зазвонил звонок снова — чётко и размеренно. Мэн Ин заглянула в глазок. За дверью стоял элегантный мужчина, но не Сюй Дянь. Он поднял телефон, на экране которого было написано:
«Лю Цинь прислала меня. Боится, что рана загноится.»
Мэн Ин горько усмехнулась.
Как она могла подумать, что это он? Глупо до невозможности. Она спокойно отошла на два шага и открыла дверь. Мужчина в белом халате улыбнулся:
— Меня зовут Ли Яо, можете называть меня доктор Ли. Позвольте осмотреть вашу рану.
— Со мной всё в порядке, — сказала Мэн Ин и пошла наливать воду. Доктор Ли поставил сумку, улыбнулся и поманил её к себе. Мэн Ин села на диван. Ли Яо наклонился и осмотрел рану. Когда она рванула серьгу, серебряный стержень оборвался, поэтому мочка лишь растянулась, но не оторвалась полностью. Предыдущее лечение было поверхностным. Теперь доктор Ли смочил ватку лекарством и аккуратно ввёл его прямо в прокол.
Мэн Ин резко втянула воздух и схватила его за рукав.
Ли Яо улыбнулся, незаметно высвободил руку и сказал:
— Ничего страшного. Чтобы правильно обработать рану, нужно хорошенько всё прочистить. Не бойтесь.
Мэн Ин кивнула, успокоилась и, стиснув губы, опустила голову, терпя боль.
Вскоре обработка закончилась, и доктор нанёс новое лекарство. Оно действовало сильнее, чем то, что нанесла Лю Цинь, — вызывало онемение, почти парализующую боль.
— Спасибо вам, доктор Ли. Не ожидала, что придётся вас беспокоить.
Мэн Ин наблюдала, как он укладывает инструменты обратно в сумку.
— Сколько с меня?
Ли Яо наклонился, раскладывая таблетки на столе:
— Немного. Но раз уж предлагаете — возьму. Только не говорите об этом Лю Цинь.
— Хорошо, — Мэн Ин достала телефон и перевела деньги.
Ли Яо закрыл сумку и указал на таблетки:
— Обязательно примите их, иначе ночью поднимется температура. Примите перед сном.
— Спасибо, — сказала Мэн Ин, забирая лекарства, и проводила его до двери.
Она стояла, пока двери лифта не закрылись за ним.
*
Поднялся ветер, развевая белый халат Ли Яо. Он подошёл к заметному «Хаммеру» и, наклонившись, посмотрел на Сюй Дяня, который сидел в машине, покуривая сигару и играя с телефоном.
— Всё сделано, — сказал Ли Яо.
Сюй Дянь кивнул.
— Она ещё добавилась ко мне в вичат.
Палец Сюй Дяня замер на экране, но через мгновение он усмехнулся:
— И что?
Ли Яо пристально посмотрел на него, покачал головой и выпрямился:
— Ладно, я пошёл.
Сюй Дянь не ответил.
Серебристый седан завёлся и уехал. Сюй Дянь сжал сигару, прищурился и неторопливо затянулся. Через некоторое время он снова поднял глаза на здание — на восемнадцатом этаже занавеска всё ещё колыхалась. Он долго смотрел, потом отвёл взгляд и открыл вичат.
Чат с Мэн Ин.
Ни одного сообщения от неё.
Сюй Дянь немного посмотрел, затем перешёл в вэйбо. После обновления ленты он увидел, что она только что репостнула рекламу сериала «Девять небес».
Мэн Ин (V): Линъяо — глупая девчонка.
@Официальный аккаунт «Девять небес»: Посмотрите, как красива наша Линъяо в этом образе!
Вичат пискнул несколько раз.
Чжоу Ян: Поднялся?
Чжоу Ян: Вижу твою машину… и тебя самого у подъезда. Не решаешься зайти?
Сюй Дянь: Ха.
Он ещё раз глянул на вэйбо, завёл двигатель и уехал. Скоро начнутся съёмки «Звёздной империи» — она всё равно должна будет явиться.
*
Проводив Ли Яо, Мэн Ин всё ещё не могла уснуть. Вдруг пришло сообщение от Лю Цинь с просьбой репостнуть фото из «Девять небес». Увидев образ Линъяо после превращения — в алых одеждах, — Мэн Ин почувствовала, как сердце сжалось. Во время съёмок эта сцена, где Линъяо видит, как Цанлунь вместе с феей Ди, казалась ей пределом возможного: ревность, безумие, бурлящие эмоции — играть это было невероятно трудно. А теперь, когда всё случилось в реальности, боль оказалась вдвое сильнее.
Она быстро сделала репост и написала короткую фразу. Затем достала ноутбук. Проиграть — это одно, но проиграть, не зная правды, — совсем другое.
Она вошла на хакерский форум, используя аккаунт, одолженный у Сюй Цинь.
Создала пост:
«Ищу информацию о семьях Сюй и Ян из Личэна. Особенно интересует молодой господин Сюй.»
Вскоре пользователь с ником * прислал сообщение:
«Отправляю. Нужна информация именно о молодом господине Сюй и двух дочерях семьи Ян?»
Он словно читал её мысли. Мэн Ин нахмурилась и ответила:
«Да.»
«Жди.»
Через минуту пришёл архив. Мэн Ин спросила:
«Сколько стоит?»
*: «Бесплатно. Бери.»
Пользователь сразу вышел из сети.
Мэн Ин помедлила, вышла с форума и распаковала архив.
Внутри были фотографии, схемы связей, детали, важные события, перемены — всё собрано.
Она начала просматривать.
Прошло больше двух часов.
Она увидела лицо Ян Жоу. Та была хрупкой, миловидной, но предпочитала яркий макияж — особенно удлинённые стрелки. Ещё Мэн Ин узнала, что красная серёжка Ян Жоу — не серёжка вовсе, а родинка, похожая на неё. При этом Мэн Ин горько усмехнулась.
Ага.
Она всего лишь дешёвая копия. У неё никогда не вырастет такая родинка.
Ян Жоу, Сюй Дянь и Ян Тун росли вместе с другими юными господами и девушками из высшего общества. У Сюй Дяня всегда было много поклонниц, но к Ян Жоу он относился мягче, чем к другим. Из-за учёбы Ян Жоу с средней школы жила в доме Сюй, и они буквально ходили рука об руку. Она часто прислонялась к его плечу, разговаривая с ним. Когда родители Сюй уезжали, он заботился о ней, а она — о нём: приносит лекарства, варит кашу. Они пережили вместе смерть матери Ян Жоу и деда Сюй Дяня, поддерживая друг друга. Особенно трогательно было, как Ян Жоу взяла его за руку на похоронах деда — это уже переходило границы дружбы.
Когда Ян Жоу должна была выйти замуж за наследника семьи Ли, Ли И, Сюй Дянь так и не смог забыть её — даже на свадьбу не пошёл. Но отправил ей в подарок «Роллс-Ройс», о котором она давно мечтала.
Хлоп!
Мэн Ин захлопнула ноутбук и рассмеялась.
Смех становился всё громче. Говорят, Сюй Дянь холоден и равнодушен, но ведь самые «холодные» люди оказываются самыми страстными — просто ты не та, кому он дарит эту страсть.
Мэн Ин.
Мэн Ин…
Мэн Ин…
Она встала и пошла в ванную. Сняла длинное алое платье, включила душ и позволила горячей воде обжигать кожу. Вода покраснела её тело, а татуировка розы на спине будто ожила и готова была распуститься.
Сквозь шум воды едва слышалось пение:
«Не смею оглянуться, неловко краду взгляды,
Тайком пытаюсь заговорить, не находя покоя,
Пробую пожелать спокойной ночи —
Так пусто и больно.
Шепчу себе:
Моя любовь к тебе слишком очевидна,
Я словно клоун, кружащийся на месте,
И снова и снова страдаю…»
Едва слышно…
«…Но стоит пережить этот день —
Я начну любить себя чуть больше.
В моём мире тебя больше не будет…»
Через полчаса дверь ванной открылась. Пар вырвался наружу. Мэн Ин вышла, завернувшись в полотенце. Капли воды стекали по её белоснежным ногам, оставляя следы на ковре. Она сняла с антресоли чемодан, поставила его на пол и начала складывать вещи — одну за другой.
http://bllate.org/book/8706/796660
Готово:
