Мэн Жуань сердито сверкнула на него глазами и двумя пальцами ущипнула его за затылок.
— Ну когда же ты, наконец, очнёшься?
Хотя… даже если и не очнётся — впрочем, ничего страшного.
Она убрала руку, тихонько прислонилась лбом к его спине и продолжила напевать.
Последнее, что она запомнила об этой ночи, — как невероятно сладко звучала «Сладость».
***
На следующее утро Шэнь Дуо и Мэн Жуань провожали Ли Хао и остальных до автовокзала.
Мэн Жуань положила в рюкзак Ли Хао печенье, присланное Ян Гуаном, и наказала:
— Если что — сразу звони мне. Обязательно будь осторожен. Как только вернёшься в Бэйцзин, дай знать.
— Ладно, — отозвался Ли Хао. — А ты уж…
— Сестрёнка Жуань! — вдруг вмешалась Чжан Шуя. — Обязательно пришли мне те фотографии, которые вы делали! Я хочу выложить их в соцсети и похвастаться!
Мэн Жуань улыбнулась:
— Конечно, пришлю.
Сказав это, она перевела взгляд.
Фотограф Шэнь Дуо разговаривал с Цяо Шань.
О чём именно — неизвестно, но разговор быстро закончился: Цяо Шань надулась и пошла к Ян Шао, велев ему нести её сумку.
Вот уж точно маленькая принцесса.
Мэн Жуань предпочла не смотреть и снова перевела взгляд — прямо на Цяо Кана, который как раз направлялся к ней.
— …
Через десять минут все сели в автобус.
Мэн Жуань и Шэнь Дуо вернулись в машину и поехали обратно в Сицзян.
Она достала телефон и написала Чжан Шуе в WeChat, спрашивая, не расстроилась ли Цяо Шань.
[Чжан Шуя]: [Она прямо в автобусе устроила истерику! Её брат даже не пытается её успокоить. Если бы не Ян Шао, который всё ещё готов с ней возиться, мы бы все сошли с ума от неё /пока/]
В этот момент Мэн Жуань уже не решалась комментировать.
Она попросила Чжан Шую присматривать за Ли Хао: ведь на этот раз у неё возник конфликт с Цяо Каном, и она боялась, что между ними может вспыхнуть ссора.
[Чжан Шуя]: [Сестрёнка, не переживай! Только не забудь прислать фото~ Целую!]
Отложив телефон, Мэн Жуань повернулась и уставилась на Шэнь Дуо.
— Что случилось? — спросил он.
Мэн Жуань надула губки и беззаботно усмехнулась:
— Да так, ничего особенного. Просто Цяо Шань чем-то недовольна и в автобусе капризничает. Ты ей что-то такое сказал?
Несправедливо.
На самом деле та девушка сама подошла попросить его WeChat.
— Попросила WeChat? — Мэн Жуань удивлённо моргнула.
Шэнь Дуо кивнул:
— Чтобы я мог отправить ей фотографии.
— А-а… — Мэн Жуань отвернулась к окну и подумала про себя: «Надо будет тоже так делать — хочу чей-то WeChat, просто фотографирую и потом отправляю фото. Какой же примитивный способ! Неужели этот Деревянный Болван не понимает?»
— Девушка, конечно, симпатичная, но характер у неё… — фыркнула Мэн Жуань. — Хотя…
— Что Цяо Кан тебе сказал?
Откуда в её голосе такой холод?
— Ты чего? — Мэн Жуань повернулась к нему. — Я же в тот раз за столом так грубо с ним обошлась, как мы теперь можем быть вежливыми?
Шэнь Дуо промолчал.
Он вспомнил, как в первый же день они обменялись WeChat, и резко нажал на тормоз на красный свет.
Мэн Жуань чуть не вылетела вперёд и не поняла, откуда у него вдруг взялся этот гнев.
— Цяо Кан подошёл ко мне и спросил, зачем я его заблокировала в WeChat. Что мне было отвечать? — Мэн Жуань скривилась. — Не сказать же прямо: «Ты мне противен»?
Хотя, по сути, именно это она и выразила: «Ты не уважаешь моих друзей — значит, мы не можем быть друзьями».
…Заблокировала?
Шэнь Дуо слегка прикусил губу, уголки глаз чуть приподнялись.
— Я попросил того парня обратиться к Ли Хао за фотографиями, — ответил он на её прежний вопрос.
— …
Загорелся зелёный, и машина плавно тронулась.
Мэн Жуань подумала про себя: «Этот Деревянный Болван и правда не так уж глуп — мог бы и сам попросить».
Она напевала себе под нос и ответила на сообщение от «ведьмы Су».
— Кстати, — вспомнила она самое главное, — когда ты мне пришлёшь фото? Надо будет ещё обработать?
— В магазине дела, — сказал Шэнь Дуо. — Постараюсь вечером прислать.
Мэн Жуань кивнула:
— Занимайся своими делами, не торопись.
Машина остановилась в привычном месте за городом.
Шэнь Дуо торопился обратно в магазин, и Мэн Жуань не стала его просить подвезти — пошла домой сама.
По дороге она вспомнила, что дома почти не осталось фруктов, и решила заглянуть на прилавок тётушки Фэнь.
Проходя через переулок, она услышала знакомый голос.
— Да что же вам нужно?! Мы же просто одолжили машину — разве это преступление? Вы совсем рассудка лишились!
Это была тётушка Фа.
— У нас тут нет никаких «справедливых» или «несправедливых» — у нас только деньги. Сегодня последнее предупреждение: быстро платите! Иначе сами знаете, что будет!
Когда двое мужчин ушли, тётушка Фа без сил опустилась на корточки и заплакала, закрыв лицо руками.
Мэн Жуань подошла и протянула ей салфетку.
— Тётушка Фа, не переживайте, — сказала она. — Всё обязательно разрешится.
Видимо, та слишком долго держала всё в себе.
Увидев сочувствие, тётушка Фа больше не сдерживалась и начала выговариваться:
— У нас и старик есть, и дети малые… Отец моего мужа восемь лет прикован к постели… Восемь лет! А сын только поступил в университет — везде нужны деньги. Вся надежда — на этот маленький ресторанчик… Я просто не знаю, что делать!
Мэн Жуань погладила её по спине, тоже переживая.
Вчера она слышала от Ян Гуана об этом деле и думала, что эти люди просто отвратительны — настоящие змеи подколодные!
— Теперь они ещё говорят, что Цзецзы нашёл какую-то поддержку и хочет подать на вас в суд! Говорят, раз машина оформлена на дядюшку Фа, то он и несёт ответственность. Если вы не отдадите деньги, полиция вас найдёт… Мисс Мэн, как же так…
Мэн Жуань нахмурилась:
— Они хотят подать в суд на дядюшку Фа?
Тётушка Фа кивнула.
— Да это же полный бред! — воскликнула Мэн Жуань. — Согласно «Закону об ответственности за причинение вреда», при заимствовании автомобиля…
Она осеклась на полуслове и решительно подняла тётушку Фа:
— Не волнуйтесь. Пойдёмте в ресторан, расскажите мне всё подробно. Хотят идти по закону? Пусть идут! Невежды!
Тётушка Фа не верила, что какая-то девчонка сможет что-то изменить.
Но в глазах Мэн Жуань так ярко горел огонь, что невольно вселял надежду.
***
Посетители бежали из ресторана, как от пожара.
Тётушка Фа даже не успела никого остановить и поспешила внутрь.
В зале, кроме двух угрожающих типов, сидел ещё один — в очках, с видом интеллигента.
Он сидел прямо на стуле, а по бокам от него стояли те двое.
Очкарик заговорил первым:
— Господин Лю, вам лучше отдать деньги. Иначе, если дело дойдёт до суда, вы проиграете — машина записана на вас.
Дядюшка Фа задрожал от злости и уже собрался крикнуть, но Мэн Жуань спокойно произнесла:
— А по какому именно закону владелец несёт ответственность в такой ситуации?
В ресторане воцарилась тишина.
Все трое мужчин уставились на Мэн Жуань.
Один из них — лысый — что-то шепнул очкарику на ухо, после чего широко ухмыльнулся.
Дядюшка Фа, повидавший многое в жизни, сразу сказал:
— Мисс Мэн, это не ваше дело. Идите домой.
В этот момент из-за стойки выскочил Ян Гуан и встал перед Мэн Жуань.
— Эй, это вы зря, — сказал лысый. — Кто пришёл, тот и гость. Девочка, останься, поговорим. Если пойдёт дело хорошо, познакомлю тебя с нашим боссом Луном!
Босс Лун?
Мэн Жуань где-то уже слышала это имя.
Не успела она подумать, как снова заговорила:
— Хотите идти по закону — наймите адвоката. А посторонним лучше не мешать, иначе мы вызовем полицию.
Ого, у девчонки духу хватает.
Очкарик поправил очки:
— Я и есть адвокат.
У дядюшки и тётушки Фа сердца ёкнули.
— Правда? — Мэн Жуань похлопала Ян Гуана по плечу и подошла ближе. — Покажите, пожалуйста, свои документы и доверенность от клиента.
Очкарик замялся, на лице мелькнула тревога.
Мэн Жуань сразу поняла: человек явно не тот, за кого себя выдаёт.
По закону дядюшка Фа в этой ситуации на сто процентов выиграет.
Просто обычно не хотят тратить время и нервы на такие очевидные дела.
— Я пришёл сюда из уважения, чтобы урегулировать вопрос миром, — сказал очкарик. — Если не сотрудничаете, не вините нас потом. Суд разорит ваш бизнес.
Тётушка Фа уже готова была заплакать и подумала: «Может, и правда заплатить?..»
Мэн Жуань бросила ей многозначительный взгляд.
Тётушка Фа нахмурилась и проглотила слова.
— Уважаемый адвокат, — спросила Мэн Жуань, — по какой именно статье вы собираетесь подавать в суд? Согласно «Закону об ответственности за причинение вреда» или «Пояснениям Верховного народного суда по рассмотрению дел о компенсации ущерба от дорожно-транспортных происшествий», какую именно норму нарушил мой доверитель?
Последние слова она произнесла тихо, но с такой силой, что все замерли.
Дядюшка и тётушка Фа переглянулись: «Девчонка, кажется, знает, о чём говорит!»
Трое мужчин тоже были ошеломлены. Лысый заикаясь пробормотал:
— Какая ответственность? Какая компенсация? Ты что-то сама выдумала!
Мэн Жуань усмехнулась:
— Я вру или нет — спроси у своего «адвоката». Или… ты и сам знаешь, что он не адвокат?
Лицо очкарика исказилось.
Такая явная паника выдала его с головой.
Ян Гуан набрался смелости:
— Вы думали, мы ничего не понимаем в законах? Кто тут на самом деле невежда!
— Точно, — подхватил дядюшка Фа. — Если я нарушил закон, так скажите — какой именно?
Ситуация резко изменилась.
Трое, которые ещё минуту назад были уверены в победе, теперь растерялись и покраснели, не зная, что сказать.
Очкарик встал и громко хлопнул по столу:
— Ну что, будете платить или нет? Учтите, если попадёте в руки босса Луна, вам не поздоровится!
— Да пошёл ты! — раздался голос с порога.
Мэн Жуань обернулась.
Чжу Цзиньдун, Гао Сюань и Эрхэй стояли в ряд, заложив руки за спину.
Ян Гуан тут же встал в строй — получился «Сицзянский F4»?
Нет, F5.
А вожак шёл позади.
Шэнь Дуо подошёл к Мэн Жуань и своим высоким телом полностью закрыл её от посторонних глаз.
— Опять ты! — лысый пнул стул ногой.
Шэнь Дуо невозмутимо взглянул на очкарика — взгляд был острым, как клинок.
Тот невольно сделал полшага назад.
Ранее трёх их товарищей уже отправили за решётку именно этим человеком. Босс Лун строго наказал не связываться с ним, но Цзецзы предложил хорошие деньги…
— Ломайте, — сказал Шэнь Дуо. — Сегодня, если не разнесёте всё до основания, никто из вас отсюда не выйдет.
Эти слова одновременно бросали вызов врагам и вселяли уверенность в своих.
Лысый уже собрался броситься вперёд, но очкарик его остановил:
— Ты забыл, что сказал босс Лун?
— Но… — нахмурился лысый. — Но они же не пускают нас!
— Хотите уйти — пожалуйста, — выступил вперёд Гао Сюань. — Только подпишите бумагу: обязуетесь больше не помогать Цзецзы вредить этим людям и не посылать сюда других. Если нарушите — вывесим ваше обещание по всему Сицзяну, чтобы все знали, какие вы подонки.
…
Между молотом и наковальней.
Трое остались ни с чем.
Тётушка Фа принесла бумагу и ручку. Очкарик начал писать расписку.
Несколько раз он не знал, как пишется слово, и совещался с лысым… И это называется «адвокат»?
Мэн Жуань отвела Шэнь Дуо в сторону и тихо спросила:
— Но даже если они не придут, Цзецзы найдёт других. Что делать?
— Завтра я с Гао Сюанем поговорю с Цзецзы, — ответил Шэнь Дуо. — Думаю, проблема решится.
Значит, по-своему, по-законам подпольного мира.
Главное — чтобы дядюшке и тётушке Фа не пришлось страдать.
Даже если дело дойдёт до суда, Мэн Жуань считала, что лучше уладить всё полюбовно — тянущийся процесс станет для них тяжёлым бременем.
Она кивнула:
— Делай, как считаешь нужным.
Расписка была готова, инцидент исчерпан.
Очкарик злобно уставился на Шэнь Дуо:
— Следите за собой! Не дай вам бог попасть в руки босса Луна — тогда узнаете, что такое боль!
— Ждём не дождёмся! — крикнул Чжу Цзиньдун. — Вали отсюда!
Трое, ругаясь, ушли.
Мэн Жуань перевела дух и подошла утешить тётушку Фа.
Проходя мимо одного из уходящих, она вдруг почувствовала, как чья-то липкая рука скользнула ей по талии и быстро двинулась вверх…
http://bllate.org/book/8622/790658
Готово:
