— Дело в том, молодой господин, — методично объяснил Чарли, — состав и пропорции печенья мы давно расшифровали, но изделия, произведённые на машине, сильно отличались по вкусу от оригинала — всё пришлось списать. Тогда я нашёл ещё дюжину кондитеров и велел каждому вручную испечь партию по рецепту. Из-за этого и задержка вышла на несколько дней. Вот готовые образцы. Прошу вас продегустировать.
Лу Чанчуань внимательно оглядел выложенные тарелки — внешне печенье действительно очень напоминало оригинал.
Он взял первое попавшееся и откусил. Расслабленное выражение лица мгновенно сменилось ледяной гримасой. Он швырнул печенье обратно и перешёл к следующей тарелке.
Когда он в очередной раз с раздражением бросил кусок, Чарли про себя зажёг свечку за своё здравие.
Так продолжалось до шестой или седьмой тарелки, после чего Лу Чанчуань остановился и уставился на Чарли.
— Молодой господин, дело в том, что вручную приготовленная еда не может быть абсолютно одинаковой — всегда будут небольшие различия…
— Это, по-твоему, «небольшие различия»? Я сразу почувствовал разницу с первого же укуса!
— Молодой господин, большинство людей этого просто не заметит.
Лу Чанчуань прищурился:
— То есть ты предлагаешь мне обманывать людей?
— Юридически это не считается обманом, молодой господин.
Лу Чанчуань глубоко вдохнул:
— Если бы вы сделали вкуснее, чем у неё, я бы даже слова не сказал. Но ведь вы используете тот же самый рецепт, а получается хуже! И ещё имеете наглость подсовывать мне эту дрянь, чтобы я пошёл к ней с претензиями? Хотите, чтобы она надо мной посмеялась? Думаете, все такие, как ты, и ничего не чувствуют на вкус?
Он сердито окинул взглядом весь стол с печеньем и, резко развернувшись, зашагал прочь, но на полпути обернулся и рявкнул:
— Уберите всё это! Всё унести!
Его план был безупречен. В прошлый раз он провалился, потому что выбрал неверный подход: какая разница внештатному сотруднику до вывески кафе?
На этот раз он решил действовать напрямую — через продукт, созданный её собственными руками. Разобрать состав печенья и хлеба, с помощью точных расчётов восстановить формулу, а затем воспроизвести десерт по этой формуле.
Раз человек не регистрирует даже вывеску своего заведения, уж точно не станет оформлять патент на рецепт. Значит, он сможет опередить её, зарегистрировав патент первым, а потом явится к ней с готовыми изделиями — полностью идентичными по вкусу — и официальными документами.
Тогда она больше не сможет использовать этот рецепт.
Лу Чанчуань с нетерпением ждал момента, когда Чу Синь растеряется, возможно, даже умоляюще протянет руки, прося его смиловаться.
И тогда он спокойно даст ей понять, кто здесь держит всё в своих руках. Пока она не даст чёткое обещание никому не рассказывать о результатах генетического анализа, у него найдётся масса способов надавить.
Но, сколько ни планируй, никто не ожидал, что эти бездарные повара окажутся неспособны повторить рецепт даже с готовой формулой!
Прошло уже столько дней! Он почти забыл, как на самом деле пахнет то печенье!
Чарли махнул рукой, давая слугам знак убрать тарелки, и поспешил вслед за молодым господином.
— Молодой господин, вручную приготовленная еда принципиально не может быть абсолютно одинаковой. Да и мы ведь не знаем, какой именно марки муку и масло она использует.
Лу Чанчуань резко обернулся:
— Неужели наши бренды — не лучшие?
Голос Чарли стал тише:
— Возможно, именно потому, что мы используем слишком хорошие ингредиенты…
— То есть из лучших продуктов у нас получается хуже, чем у неё из обычных?
Чарли видел, что хозяин всерьёз разозлился, и промолчал, про себя думая: «Разве что ты такой привередливый. Мне-то все эти печенья кажутся одинаковыми».
Из молодого господина наглядно следовало: уметь есть и уметь готовить — совершенно разные вещи.
Он уже готовился принять гневный удар, как вдруг Лу Чанчуань внезапно остановился, будто что-то вспомнив.
Чарли тоже замер и, заглянув ему в лицо, опешил.
Вся злость с лица молодого господина исчезла. Более того — на нём появилось странное, почти радостное выражение.
Это обеспокоило Чарли, и он осторожно спросил:
— Молодой господин?
Лу Чанчуань прищурился, словно задавая вопрос самому себе:
— Ты хочешь сказать, мне придётся лично съездить в кафе и выяснить, какие именно ингредиенты она использует?
Чарли на мгновение замер в недоумении: «Я такого не говорил…» Но если молодому господину так удобнее думать — пусть будет по-его́му.
Он уже собрался поддакнуть, как вдруг Лу Чанчуань серьёзно кивнул:
— Ты прав. Мне действительно нужно выяснить, какие именно ингредиенты она берёт.
Чарли: «…Я такого не говорил».
Но раз уж решение найдено, Лу Чанчуань повеселел и решительно зашагал вперёд:
— Готовьте машину.
— Сейчас? — удивился Чарли, глянув в окно на тёмное небо. — Молодой господин, уже поздно. Может, завтра?
Лу Чанчуань посмотрел на часы и нахмурился:
— Какое поздно? Всего девять часов.
— Обычно пекарни закрываются около восьми.
Лу Чанчуань вспомнил, что Е Чу Синь действительно возвращается в колледж примерно в девять, и с досадой сказал:
— Ладно, тогда завтра.
Чтобы превратить чай в плотный студень, сохранив его натуральный вкус, первой мыслью Чу Синь было использовать агар-агар.
Агар-агар — это полисахарид, добываемый из красных морских водорослей. Он полностью натурален, бесцветен и безвкусен. При добавлении воды и сахара образует желеобразную массу и широко применяется как загуститель и стабилизатор.
Чу Синь отправилась в беспилотный супермаркет. Каждый товар на полке сопровождался подробным описанием, появлявшимся при лёгком касании пальцем.
Здесь агар-агар назывался «цайянь». Способ получения и основной состав совпадали с теми, что она знала.
Кроме того, Чу Синь обнаружила ещё один ингредиент — «сяо хантянь». Его также добывали из глубоководных водорослей и использовали как загуститель. По сравнению с агаром, точка плавления «сяо хантяня» выше — он начинает растворяться лишь при температуре около 100 градусов, зато делает это полностью, а полученный студень оказывается гораздо более устойчивым и плотным.
Оставалось выяснить, так ли он бесцветен и безвкусен. Чу Синь купила немного обоих.
Для приготовления чайного желе требовались только чай и агар, но Чу Синь хотела сделать вкус богаче и разнообразнее. Кроме того, она стремилась заменить сахар натуральной сладостью других продуктов.
Она достала из запасов сушёные цветки османтуса.
Османтус и улун — идеальное сочетание. Аромат османтуса насыщенный и соблазнительный, улун — мощный и насыщенный. Каждую осень, во время сбора свежих цветков, их смешивают с чайными листьями, чтобы те медленно впитывали аромат. Так рождается знаменитый улун с османтусом.
Чу Синь не собиралась делать именно такой чай — она лишь хотела использовать сладковатый аромат османтуса, чтобы смягчить горечь улуна и придать желе более многогранный вкус.
Попробовав «сяо хантянь», она сразу отказалась от агара. Желе из «сяо хантяня» не крошилось, его можно было брать палочками — оно стало похоже на настоящее мини-десерт.
Она влила только что заваренный, ещё горячий чай в кастрюльку с сушёными цветками османтуса, добавила «сяо хантянь» и довела до кипения. Когда загуститель полностью растворился, она выключила огонь и дала смеси остыть и застыть естественным путём.
Цвет старого улуна напоминал янтарь — прозрачный, сияющий. Рассыпанные внутри цветки османтуса придавали ему лёгкий золотистый оттенок.
Выглядело прекрасно, но вкус оказался неудовлетворительным. Сушёные цветки были менее сладкими, чем свежие, и не могли уравновесить доминирующий вкус улуна.
Свежий османтус сейчас недоступен — да и вообще, она не могла разрабатывать десерт, который можно продавать только в определённый сезон. Это противоречило требованиям Юй Сян.
Сохранить истинный вкус чая — лучший способ сделать это, кроме как пить его в чистом виде, — это чайное желе. Направление верное. Просто нужно найти ингредиент, который лучше сочетается с улуном.
Эта задача поставила Чу Синь в тупик. Она слишком мало знала об этом мире. С продуктами со столичной звезды ещё можно разобраться, но многие растения и животные с других планет не распространены по всей галактике — искать их просто негде.
Чтобы снять напряжение, на следующий день Чу Синь пришла на кухню очень рано. Не зная, с чего начать, она решила пока помочь Вэй Ся с выпечкой сегодняшнего дня.
— Есть ли что-нибудь сладкое, но без выраженного собственного вкуса?
Вэй Ся подумал:
— Морковь?
Чу Синь безмолвно воззрилась на него и уточнила:
— Добавлю: должно отдавать сладость в воду уже через две минуты варки.
— У нас на родине рисовая каша получается сладкой, — сказал Вэй Ся.
— Любая рисовая каша сладкая, — возразила Чу Синь и машинально спросила: — А откуда ты родом?
Вэй Ся взглянул на неё, будто собирался ответить, но в этот момент в кафе вошёл покупатель.
— Иди, я сама сделаю, — сказала Чу Синь.
Вэй Ся вытер руки и вышел из кухни.
У витрины с выпечкой стоял высокий Лу Чанчуань. Услышав шорох, он обернулся, узнал Вэй Ся и открыто показал недовольство.
Вэй Ся сразу вспомнил этого человека — того самого, кто в прошлый раз скупил всё в магазине. Он насторожился, но вежливо улыбнулся и подошёл:
— Чем могу помочь?
Лу Чанчуань кивнул в сторону кухни:
— А вторая где?
Вэй Ся:
— …Она занята.
Лу Чанчуань подошёл к столику и сел:
— Печенье и молочный чай.
Вэй Ся помедлил, но кивнул и вскоре принёс заказ.
Лу Чанчуань взял печенье и откусил.
Внешне оно ничем не отличалось от тех образцов, что он пробовал вчера вечером, но во рту ощущалось иначе. Неужели действительно дело в ингредиентах?
Он поманил Вэй Ся:
— Какой марки у вас мука?
Вэй Ся слегка удивился, но вежливо ответил:
— Обычно мы используем два бренда муки, оба из...
— Постой, — перебил Лу Чанчуань. — Это ты готовил?
— Иногда я, иногда другие.
— Это ты сегодня готовил? — снова спросил Лу Чанчуань, указывая на печенье.
— …Сегодня — не я.
Лу Чанчуань фыркнул:
— Если не ты готовил, откуда ты знаешь, какая мука использовалась? Где повар?
Вэй Ся мысленно закатил глаза, но улыбка на лице стала ещё фальшивее — теперь улыбался только уголок рта.
— На любой ваш вопрос я могу ответить.
— У вас что, такое отношение к клиентам? Если я считаю, что продукт некачественный, я имею право поговорить с поваром.
Вэй Ся кивнул:
— Хорошо, подождите немного.
Он вернулся на кухню, бросил взгляд на Чу Синь, ничего не сказал и начал фотографировать упаковки ингредиентов.
— Что ты делаешь? — спросила Чу Синь.
— Клиент хочет знать, какие у нас ингредиенты.
Чу Синь сразу занервничала. В ресторанном бизнесе два главных страха: проблемы с гигиеной и с качеством продуктов.
Она инстинктивно решила, что перед ней тайный инспектор, и приоткрыла дверь, чтобы выглянуть.
Увидев посетителя, она занервничала ещё больше — и растерялась.
— Этот человек невыносим. С тобой он не справится. Пойду я, — сказала она Вэй Ся и вышла, держа в руках противень с печеньем-«кирпичиками», оставив его в полном недоумении.
«Он не справился, а она — справится?»
Чу Синь не понимала, зачем Лу Чанчуань здесь, и решила действовать спокойно. Не торопясь приветствовать его, она сначала аккуратно разложила печенье в витрину.
Лу Чанчуань, увидев Е Чу Синь, сделал вид, что не замечает её, но краем глаза следил, как она расставляет выпечку. Когда она закончила, он постучал по столу:
— Эй, скажи-ка, каких марок у вас мука и масло для этого печенья?
Бровь Чу Синь чуть дрогнула. Сегодня он явно не собирался притворяться, будто не знает её.
Раз он ведёт себя нормально, она последует его примеру.
Она подошла и тихо спросила:
— Зачем ты сюда пришёл? Не говори, что купить печенье.
— А зачем ещё приходить в пекарню, если не за печеньем? — Лу Чанчуань откинулся на спинку стула и достал телефон. — Добавься ко мне в друзья.
Чу Синь на мгновение опешила — неужели ослышалась?
Лу Чанчуань, видя её замешательство, раздражённо бросил:
— Чего стоишь? Добавляйся! Отправишь мне марки ингредиентов. Я проверю, не контрафакт ли это.
…«Этот человек, наверное, псих».
Чу Синь не желала играть в его игры и не собиралась добавляться к нему:
— Если вам не нравится, покупайте в другом месте.
Лу Чанчуань, видя её нежелание, мысленно усмехнулся: «Хорошо притворяешься. А ведь совсем недавно каждый день писала мне сообщения — утренние и вечерние отчёты».
— Вы в сфере услуг. С таким отношением как удерживать клиентов? Шоколадное печенье сегодня явно отличается от прошлого. К тому же, по закону, заведения общественного питания обязаны раскрывать информацию об ингредиентах. Хочешь, чтобы я пожаловался?
Чу Синь не услышала последнего вопроса. Всё её внимание приковало слово «отличается».
Она настороженно посмотрела на него:
— Ты имеешь в виду, что сегодняшнее шоколадное печенье не такое, как в прошлый раз?
Лу Чанчуань удивился:
— Да, сегодня какао пахнет насыщеннее.
Чу Синь уставилась на него — и вдруг почувствовала прилив возбуждения.
http://bllate.org/book/8560/785647
Готово:
