Цзи И смотрел на неё, и глаза его светились.
Она с трудом выдавила ответ:
— Подумаю.
В его улыбке мелькнуло что-то иное —
мгновение замерло, словно смешав разочарование с надеждой. Взгляд чуть отстранился, но тут же вернулся.
Он кивнул и снова стал прежним — солнечным и беззаботным:
— Ладно, подумай хорошенько.
***
В самый разгар дня, когда в парикмахерской почти нет клиентов, Чэнь Цзинь безжизненно свесилась с кресла и, как обычно, болтала обо всём на свете.
Тема у неё всегда одна и та же:
— Почему Хэ Яояо постоянно влюбляется в тех, кого уже кто-то любит?
Она уже готова была превратить Сань Юань и Лу Чжицяо в современных Чжу Иньтай и Лян Шаньбо, а Хэ Яояо — в злобную Ма Вэньцай. Наговорившись до хрипоты, она наконец добилась хоть какой-то реакции от матери.
— А сам-то Лу Чжицяо какой?
— Нормально выглядит, второй в классе по учёбе, родителей нет, характер странный.
Мать фыркнула:
— Если парень неплохой, может, тебе и самой попробовать?
— Ты что, с ума сошла? — Чэнь Цзинь выпрямилась. — С таким характером я буду жить хуже смерти!
— Красивый, умный, да ещё и сирота… Пусть уж будет вспыльчивым. Не может же он всё сразу иметь!
Чэнь Цзинь раздражённо поморщилась:
— Да не в этом дело! Мам, мне ещё рано думать об этом. Ты не могла бы прекратить?
— Какое «это»? Это всё реальная жизнь!
Чэнь Цзинь ткнула ногой в пол и нахмурилась:
— Мне ещё учиться надо.
Мать презрительно хмыкнула:
— Учёба? Зачем? Лучше замуж удачно выйти. Знаешь, у меня в техникуме была одноклассница — вышла замуж за строителя, а теперь у неё сколько денег…
Чэнь Цзинь раздражённо цокнула языком и встала, намеренно громко заскребя ножками стула по полу, чтобы заглушить слова матери.
Как раз в этот момент её взгляд упал на человека за стеклянной дверью — и тот, к её удивлению, смотрел прямо на неё.
После двух секунд немого обмена взглядами незнакомец развернулся и пошёл прочь.
Чэнь Цзинь опешила, но тут же бросилась следом.
— Ху Шиъи?
***
Ху Шиъи выглядела неловко и растерянно, не зная, что сказать.
Чэнь Цзинь, напротив, была радушна и потянула её обратно в салон:
— Ты чего бежишь? Я ведь не людоедка! Пришла постричься?
Ху Шиъи молча кивнула.
Она не ожидала увидеть здесь Чэнь Цзинь.
Стрижка — дело простое, но Ху Шиъи долго собиралась с духом, прежде чем решиться прийти сюда.
Появление Чэнь Цзинь словно иглой прокололо её надутый шарик решимости.
Весь тщательно продуманный план рухнул. Гордость и стыд сковали язык, и внутри салона она смогла лишь тихо пробормотать:
— Просто немного укоротите.
Чэнь Цзинь взглянула на неё, потом локтем толкнула, давая понять, чтобы молчала, и громко крикнула:
— Мам, какой ей стрижку сделать?
Мать оценивающе осмотрела девушку:
— У тебя и так короткие волосы, особо не разгуляешься. Но зато лицо хорошее, подбородок острый… Может, сделать чёлку по-девичьи?
Ху Шиъи что-то невнятно промямлила.
— Отлично! Делаем чёлку по-девичьи! — Чэнь Цзинь приняла решение за неё.
Ранее тщательно зачёсанные вверх пряди снова мягко упали на лицо.
Из-за прыщей на лбу она не могла носить чёлку, но теперь свободно ниспадающие пряди удачно скрыли полноту щёк.
Когда причёска была готова, Чэнь Цзинь восхищённо ахнула и чуть не захлопала в ладоши:
— Вот теперь ты красавица! На День нации точно всех сразишь наповал!
Ху Шиъи всё ещё чувствовала себя неловко, прикоснулась к новым коротким прядям, слабо улыбнулась и, опустив голову, полезла за кошельком.
Чэнь Цзинь заглянула ей через плечо.
Спустя мгновение она вдруг вскрикнула, словно открыла Америку, и вырвала кошелёк из рук подруги:
— Это ты?!
Она указывала на фотографию в прозрачном кармашке.
Ху Шиъи опустила глаза:
— …Это ещё в средней школе…
— Какая красотка! В какой ты школе училась? Ты была королевой красоты?
Ху Шиъи не ответила, вернула кошелёк, расплатилась и, всё так же опустив голову, быстро вышла.
Звон колокольчика на двери звонко прозвенел.
Её уходящая фигура казалась надменной и одинокой.
Чэнь Цзинь скривила губы.
Фотография мелькнула лишь на миг, но в памяти остался прежде всего нынешний, не слишком удачный облик Ху Шиъи.
***
Третье октября.
Сань Юань, как обычно, провела весь день в библиотеке.
Завтра у неё назначена встреча с Цзи И — посмотреть фильм, но до сих пор она не решалась заговорить об этом с бабушкой.
Даже не спрашивая, она знала: бабушка точно не разрешит.
Нужно было найти более убедительный повод.
Но, как говорится, «в тёмном лесу найдётся просека» — вечером, когда она всё ещё колебалась, раздался звонок от Хэ Яояо.
Было уже десять часов, и Хэ Яояо осторожно спросила:
— Сань Юань, вы с Лу Чжицяо помирились?
Сань Юань сидела на стуле и прислушивалась к звукам за стеной.
Оттуда то и дело доносился громкий смех тёти Лу Чжицяо — видимо, она смотрела что-то забавное по телевизору.
Сам Лу Чжицяо, как всегда, молчал.
Сань Юань подумала и ответила:
— Не знаю.
Она действительно не знала.
Когда Лу Чжицяо злится, а когда мирится — решает он сам, единолично.
Ей, по сути, ничего не оставалось делать.
Если помирятся — хорошо, не помирятся — тоже ладно.
Хэ Яояо протяжно «о-о-о» протянула.
Видимо, она колебалась, но спустя паузу тихо спросила:
— А… ты приготовила подарок на день рождения Лу Чжицяо?
Сань Юань опешила:
— У него день рождения?
— Да. — Хэ Яояо говорила медленно. — Завтра. Я сначала не хотела тебе говорить.
Эта девчонка…
Сань Юань усмехнулась.
Завтра…
Четвёртое октября.
Сань Юань кивнула в трубку, но не произнесла ни слова.
Хэ Яояо, не услышав ответа, снова заговорила:
— Я договорилась с Лу Чжицяо завтра сходить на выставку технологий.
— А как же пикник?
— Я сама загорелась идеей пикника, но Лу Чжицяо не хочет, так что отменила.
Сань Юань улыбнулась:
— Надеюсь, вам завтра весело будет.
— …Ты придёшь?
Голос Хэ Яояо замер на мгновение:
— Там будут не только мы с Лу Чжицяо, но и другие одноклассники. Всей компанией.
Завтра…
Сань Юань долго думала, но в итоге согласилась:
— Хорошо.
***
После звонка она вышла из комнаты и села на диван рядом с бабушкой.
— Бабушка, завтра я хочу сходить на встречу с одноклассниками.
Бабушка оторвала взгляд от телевизора, взглянула на неё и тут же нахмурилась.
— Встреча? Ты что, совсем учиться разучилась? Школьница, а всё о развлечениях думает! Нехорошо это!
Она махнула рукой, решительно отвергая просьбу:
— Нет!
Каждый разговор с бабушкой Сань был напряжённым.
За две фразы настроение портилось окончательно, и в душе копился гнев.
Сань Юань сложила руки на коленях.
— Бабушка, завтра день рождения Лу Чжицяо.
Губы бабушки дрогнули — она уже собиралась отказывать снова.
Но Сань Юань опередила её:
— Вы помните, как у вас было солнечное ударение? Кто вас тогда ухаживал? Тётя Лу. А когда вы упали и сломали ногу — кто вас в больницу нёс? Дядя Лу.
Она говорила спокойно, почти как на переговорах.
— Вы же сами знаете, какая тётя Лу Чжицяо. В день рождения она и так не устроит скандала — разве что поздравит. А родители Лу Чжицяо столько для вас сделали… Теперь их нет, а у сына день рождения. Я обязана выкроить время. Иначе получится, что я нарушаю ваше любимое правило: «За каплю воды отплати целым источником». Это будет неблагодарность.
«За каплю воды отплати целым источником» — эту фразу бабушка постоянно твердила Сань Юань, напоминая, что именно она её растила.
Теперь же Сань Юань использовала её же слова против неё, и бабушка почувствовала себя неловко.
Она раздражённо махнула рукой:
— Ладно, иди! Ещё и поучать меня вздумала! Невоспитанная! Я что, запрещала?
Следующие минуты, вероятно, будут посвящены бессмысленным нравоучениям о «уважении к старшим», но Сань Юань уже не хотела слушать — у неё были дела. Она встала.
— Тогда, бабушка, я завтра вернусь поздно. — Она улыбнулась и направилась в свою комнату. — Ужинать дома не буду.
Она закрыла дверь.
Несколько фраз вроде «Я всё равно твоя старшая!» просочились сквозь щель.
Сань Юань, однако, была в прекрасном настроении. Она вытащила из папки с рисунками стопку плотной бумаги формата четверть листа и бросила на стол.
Затем даже напела пару строчек, достала перо и линейку.
В завершение отправила Цзи И сообщение:
[Завтра я не пойду в библиотеку. Встретимся вечером.]
19
Она работала до самого рассвета.
Сань Юань провела в постели всего два-три часа и всё это время пребывала в полусне. Когда встала, казалось, будто ступаешь по облакам.
Октябрь не был холодным, но утром всё же прохладно.
Из-за бессонницы она чувствовала себя неважно, чихнула и открыла шкаф.
Одежды у неё немного, да и бабушка не одобряет яркие наряды, так что в гардеробе почти не было ничего жизнерадостного.
Покопавшись, она нашла белое платье и накинула поверх него светло-голубую джинсовую куртку.
Даже хвостик, обычно собранный в «метёлку», она распустила, оставив только верхнюю часть волос, собранных в маленький хвост.
Она успела добраться до торгового центра прямо к открытию, купила кое-что и отправилась к месту встречи.
Пришла она вовремя — ни рано, ни поздно. Хэ Яояо и Лу Чжицяо уже ждали.
Увидев Сань Юань, Хэ Яояо первой помахала рукой, а Лу Чжицяо лишь медленно перевёл на неё взгляд.
Хэ Яояо тоже старательно нарядилась.
На ней было красное клетчатое платье с бретельками, по краю горловины — девичьи кружева. Волосы, как обычно, не были собраны, но начиная с середины пряди были аккуратно завиты.
От природы она была хороша собой, а сегодняшний наряд добавил её образу кокетливой привлекательности, отчего взгляды прохожих невольно задерживались на ней.
Хэ Яояо окинула Сань Юань взглядом и сладко улыбнулась:
— Твоё платье очень красивое.
Сань Юань не привыкла к таким комплиментам и лишь улыбнулась в ответ:
— Ты тоже прекрасно выглядишь.
Лу Чжицяо, казалось, думал о чём-то своём. Его опущенный взгляд дрогнул.
В уголках губ мелькнула едва уловимая усмешка.
Но как только Сань Юань посмотрела на него, он тут же спрятал улыбку, отвёл лицо и проигнорировал её приветствие.
Через десять минут начали подтягиваться остальные одноклассники.
Они приветливо поздоровались с Хэ Яояо и Лу Чжицяо, а Сань Юань встретили возгласом:
— О, Сань Юань!
Ей было немного неловко, но она спокойно приняла их удивление.
Весь путь она улыбалась.
Выставка технологий была международной, и в ней участвовало восемь павильонов, каждый из которых был забит новейшими разработками со всего мира.
Осмотр одного павильона занимал больше часа.
Настроение у Сань Юань было хорошее, но сил почти не осталось.
Она терпеть не могла толпы, а здесь было полно народу. Вскоре, зажатая со всех сторон, она почувствовала жар и усталость.
Целый день она зевала. Пока одноклассники участвовали в интерактивах, она ждала снаружи с их вещами.
Так, останавливаясь то и дело, они осмотрели три павильона, и было уже половина второго дня.
Компания нашла место в зоне отдыха.
Перекусив булочками, Сань Юань почувствовала сильную сонливость.
Ей не хотелось больше идти, и она сказала остальным, что останется здесь.
Остальные, полные энергии, отправились дальше.
В четвёртом павильоне находился популярный аттракцион — ветровая труба. Компания специально оставила его напоследок. Осмотрев весь павильон, они направились к закрытой капсуле, напоминающей космический корабль, и встали в очередь.
Одновременно в аттракцион могли зайти до пяти человек. Сань Юань не пришла, так что их как раз хватало.
Подобные экстремальные развлечения всегда в моде у молодёжи, и Хэ Яояо не была исключением.
Она стояла рядом с Лу Чжицяо в очереди.
Не удержавшись, она подняла на него глаза и кокетливо улыбнулась:
— Лу Чжицяо, тебе страшно?
Лу Чжицяо не ответил.
Его взгляд был устремлён вперёд, но без фокуса.
Хэ Яояо окликнула его по имени ещё раз, и только тогда он вздрогнул и вернулся в реальность.
— Что?
http://bllate.org/book/8526/783293
Готово:
