Чэнь Мяо купила немного — всего лишь свитер и юбку. У Люй Ин денег было больше, и она приобрела примерно четыре комплекта одежды и ещё пальто. На самом деле Люй Ин хотела что-нибудь купить и для Чэнь Мяо, но знала, что та не примет подарок, поэтому промолчала.
Едва выйдя из магазина, девушки столкнулись с Чэнь Синь и Чжоу Ли.
Увидев Чжоу Ли, Люй Ин презрительно скривила губы.
Если бы её спросили, кого она ненавидит больше всего на свете, ответ был бы однозначным — мать Чэнь Мяо, Чжоу Ли.
В этот момент Чжоу Ли шла с младшей дочерью, держа в руках как минимум пять пакетов. На фоне этого один пакет Чэнь Мяо выглядел особенно скромно.
Чжоу Ли спросила дочь:
— Купила всё, что нужно?
Чэнь Мяо лениво буркнула:
— Ага.
Чжоу Ли:
— Тогда пойдём домой вместе.
Чэнь Мяо:
— Нет, я сама доберусь.
С этими словами она схватила Люй Ин за руку и потянула в противоположном направлении. Люй Ин бросила взгляд на Чжоу Ли и Чэнь Синь и не удержалась:
— Твоя мама купила твоей сестре лёгкий люкс. Противно!
Логотипы на пакетах были сразу узнаваемы. Чэнь Мяо промолчала — она давно привыкла к такому.
Люй Ин спросила:
— У тебя достаточно одежды? Может, ещё что-нибудь подберём?
Чэнь Мяо потянулась:
— Хватит. Пойдём лучше поедим горячего горшка?
— Отлично!
Девушки свернули в ресторанчик с горячим горшком.
Каникулы начались незадолго до Нового года, и вскоре наступило праздничное утро. В городе И. температура немного поднялась, стало не так холодно. В день кануна Нового года, днём, Чэнь Мяо, как обычно, помогала Чжоу Ли на кухне. Та то и дело командовала: «Сделай то, приготовь это». В какой-то момент Чэнь Мяо с силой воткнула нож в разделочную доску, повернулась к матери и раздражённо бросила:
— Если будешь дальше командовать, я всё брошу. Делай сама!
Чжоу Ли разозлилась от такого тона, но, подумав, сдержалась:
— Я позову твоего отца.
Она вышла из кухни и позвала Чэнь Цзинькана. Только тогда на кухне воцарилась тишина.
Праздничный ужин был готов ещё задолго до вечера. За столом собралась вся семья из четырёх человек. В этом году Чэнь Цзинькан раздал красные конверты поровну — без всяких предпочтений: и Чэнь Мяо, и Чэнь Синь получили одинаковые.
После ужина Чжоу Ли и Чэнь Цзинькан ушли в спальню, занятые чем-то своим. Чэнь Мяо, устроившись на диване, листала роман, взятый из библиотеки.
Чэнь Синь переключала телеканалы с помощью пульта.
Внезапно зазвонил телефон Чэнь Мяо. Она взяла его.
На экране высветилось имя: Гу Ицзюй. Чэнь Мяо замерла на мгновение, подавив все чувства, и, взяв трубку, весело произнесла:
— Босс Гу.
Голос Гу Ицзюя звучал лениво, с лёгкой усмешкой:
— Девочка, хочешь выйти и встретить Новый год вместе?
Чэнь Мяо поправила юбку и прижалась ближе к подлокотнику дивана. Она вспомнила прошлый год — как в канун Нового года пошла с ним встречать полночь. Тогда её сердце переполняла любовь, и она готова была кричать всему миру, что влюблена в Гу Ицзюя.
Теперь же она лишь улыбнулась и отказалась:
— Нет, не пойду.
На том конце наступило молчание. Через несколько секунд глухой голос Гу Ицзюя донёсся до неё:
— Ладно. С Новым годом.
Чэнь Мяо:
— С Новым годом.
Положив трубку, она вдруг почувствовала, как участился пульс. Глубоко вздохнув, она бросила телефон на стол и потянулась за стаканом воды. В этот момент её взгляд встретился со взглядом Чэнь Синь.
Чэнь Мяо сделала глоток и, приподняв бровь, спросила:
— Что?
Чэнь Синь, видимо, наблюдала за ней уже некоторое время. Теперь она поспешно отвела глаза и машинально посмотрела на свой телефон.
Её новый телефон — последней модели, маленький и красивый — лежал рядом, тихо и спокойно.
Чэнь Мяо проследила за её взглядом.
И вдруг всё поняла.
Она тихо фыркнула.
Ей очень хотелось спросить: «Ты ждёшь звонка от Гу Ицзюя?»
Но в итоге она промолчала, взяла роман и кружку с горячей водой и ушла в свою комнату.
Через час Люй Ин прислала сообщение, предлагая выйти вместе на счёт до Нового года. Чэнь Мяо неохотно переоделась. Когда она вышла в гостиную, там остались только Чжоу Ли и Чэнь Цзинькан, смотревшие «Весенний вечер» по телевизору.
Чжоу Ли бросила на дочь недовольный взгляд:
— Ты тоже уходишь?
«Тоже»? Значит, Чэнь Синь уже вышла.
Чэнь Мяо натянула пальто и мельком заглянула в комнату сестры. Дверь была открыта, но внутри никого не было. Она поняла: Чэнь Синь действительно ушла.
Увидев, что дочь её игнорирует, Чжоу Ли нахмурилась и раздражённо сказала:
— Если вернёшься слишком поздно, я не открою тебе дверь.
Чэнь Мяо бросила через плечо:
— Как хочешь.
И вышла.
Люй Ин ждала её на улице, сидя на маленьком электроскутере, в шляпе и длинном пальто. Увидев Чэнь Мяо, она сразу замахала рукой.
Чэнь Мяо села сзади:
— Езжай аккуратнее, а то скинешь меня!
Люй Ин засмеялась:
— Не боись!
Город И. — всего лишь третий по значимости город, и только в последние годы начал немного развиваться. Праздничных мест здесь немного, а традиционное место встречи на Новый год — Городская площадь. Поэтому все устремились туда, и узкая дорога превратилась в неподвижную пробку. Автобусы, всё ещё работающие, были забиты до отказа, и лица пассажиров, прижатых к окнам, вызывали жалость.
Зато на электроскутере передвигаться было удобно. Люй Ин ловко маневрировала между машинами и автобусами, оставляя их далеко позади.
— Круто! — воскликнула Чэнь Мяо, глядя на застрявшие автомобили и крепко обнимая подругу за талию.
Правда, они приехали немного поздно: парковка для скутеров и велосипедов уже была переполнена. Пришлось поискать, прежде чем найти место.
Люй Ин сняла шляпу и потянула Чэнь Мяо к колесу обозрения.
Сегодня, в канун Нового года, колесо не работало, но вокруг горели праздничные огни, и площадка была ярко освещена. Здесь уже собралась толпа людей, все смотрели на цифровое табло в центре площади. Люй Ин протолкалась сквозь толпу и остановилась у самого края.
В воздухе витали ароматы попкорна, сахарной ваты и молочного чая.
Люй Ин схватилась за перила и обернулась, чтобы что-то сказать Чэнь Мяо, но вдруг замерла:
— Я вижу твою сестру.
Чэнь Мяо только что устроилась на месте и теперь последовала за взглядом подруги. Действительно, у подножия колеса обозрения сидели Чэнь Синь и её подруга, обнявшись. Недалеко от них Чэнь Синь выглядела подавленной: губы не улыбались, она задумчиво смотрела куда-то вдаль.
Люй Ин вдруг ахнула:
— Гу Ицзюй!
Чэнь Мяо посмотрела туда, куда указывала подруга, и увидела Гу Ицзюя, сидящего на перилах и играющего в телефон. Рядом с ним стоял Чжао И, что-то ему говоря.
И взгляд Чэнь Синь был устремлён именно на Гу Ицзюя.
Чэнь Мяо цокнула языком и потянула Люй Ин за руку:
— Быстрее, скоро начнётся обратный отсчёт!
Люй Ин пробормотала:
— Твоя сестра ведёт себя странно… Она всё время смотрит на Босса Гу?
Чэнь Мяо промолчала.
Люй Ин добавила:
— Ты не хочешь поздороваться с ним?
Чэнь Мяо:
— Нет смысла. Будто не видим.
Люй Ин прищурилась, глядя на профиль подруги. С этой женщиной что-то не так.
Чэнь Мяо сжала перила. Сердце её билось быстрее обычного. То место, где сейчас сидел Гу Ицзюй, — именно там в прошлом году они вместе встречали Новый год. Тогда он стоял у неё за спиной, Чжао И — с другой стороны. Когда толпа сжималась, Гу Ицзюй хватался за треугольные перила, и она не раз оборачивалась, чтобы увидеть его чуть приподнятый подбородок и насмешливый взгляд, которым он смотрел на неё сверху вниз…
Тогда люди толкались, они стояли очень близко друг к другу… и её любовь росла с каждой секундой…
Когда на большом экране замигали цифры обратного отсчёта, кто-то ткнул Чэнь Мяо в плечо. Она обернулась и увидела улыбающегося Чжао И.
Тот протянул ей сахарную вату:
— От Босса Гу.
Лицо Чэнь Мяо вспыхнуло, она почувствовала неловкость. Она посмотрела в угол, где только что сидел Гу Ицзюй, — там никого не было. Затем перевела взгляд к подножию колеса обозрения: Чэнь Синь и её подруга всё ещё сидели там, и Чэнь Синь смотрела прямо на неё.
Чжао И постучал пальцем по её лбу:
— Он ушёл. Бери скорее, мне тоже пора вниз.
Чэнь Мяо машинально взяла сахарную вату. Чжао И зажал сигарету в зубах и, помахав рукой, сказал:
— Пока, девочка.
Голос Чэнь Мяо прозвучал хрипло:
— Пока.
Чжао И исчез в толпе и вскоре скрылся в лестничном пролёте.
Чэнь Мяо стояла, держа сахарную вату, и смотрела на неё, оцепенев.
Люй Ин рядом завистливо проворчала:
— Чёрт, они нас вообще заметили? Почему только тебе?
Да.
Даже Чэнь Синь не получила ничего. Та долго смотрела на розовую сахарную вату в руках сестры.
Когда на большом экране цифры сменились на «0»,
вся Городская площадь взорвалась криками: «С Новым годом!» — и этот рёв прокатился по всему городу. Розовая сахарная вата в руках Чэнь Мяо так и не растаяла.
Люй Ин тайком отщипывала от неё кусочки.
Наступил Новый год. До Единого государственного экзамена оставалось всё меньше времени.
Во второй половине десятого класса их класс изводил «демон-учитель», и все ученики погрузились в учёбу с головой. Чэнь Мяо прекрасно понимала, что у неё слабо с математикой, химией и физикой, поэтому специально попросила двоюродного брата Люй Ин стать её репетитором. Тот начал заниматься с ними обеими дополнительно, и Чэнь Мяо большую часть времени проводила в доме Люй Ин.
Дома всё внимание родителей было приковано к подготовке Чэнь Синь к экзаменам. Раньше они просто баловали старшую дочь, а теперь буквально держали её во рту, боясь, как бы она не простудилась или не устала. Даже если Чэнь Мяо шла по дому чуть громче обычного, Чжоу Ли тут же бросала на неё недовольный взгляд. Атмосфера в доме стала для Чэнь Мяо невыносимой.
Она собрала вещи и переехала к Люй Ин.
В июне прошёл общенациональный выпускной экзамен.
К Люй Ин приехали дедушка с бабушкой, и в их двухкомнатной квартире стало тесно. Чэнь Мяо пришлось вернуться домой. Через два дня, когда экзамены закончились, напряжение в семье немного спало.
По радостному выражению лица Чжоу Ли было ясно: Чэнь Синь сдала отлично.
Чэнь Мяо холодно наблюдала со стороны. Между тем Чэнь Цзинькан заболел, и теперь большую часть домашних дел, включая готовку, выполняла Чэнь Мяо.
Однажды
Чэнь Мяо ещё не до конца проснулась, как вдруг зазвонил телефон. Она протянула руку из-под одеяла, схватила аппарат и прижала к уху, сонно пробормотав:
Голос Чжао И, полный веселья, донёсся из трубки:
— Девочка, проснулась?
Услышав его голос, Чэнь Мяо вспомнила ту сахарную вату. Она промычала:
— Ещё нет.
Чжао И снова засмеялся, на этот раз с лёгкой хулиганской ноткой:
— Хочешь проводить Босса Гу? Он уезжает из города И.
В этот момент
Чэнь Мяо мгновенно пришла в себя и села на кровати. Её бретелька сползла, и она машинально поправила её. Сердце заколотилось.
— Он уезжает?
Чжао И:
— Да. Вчера закончились экзамены, сегодня он уезжает.
Чэнь Мяо крепко стиснула губы и запрокинула голову к потолку.
В голове мелькали только образы Гу Ицзюя — его выражение лица, его улыбка… и те слова, которые она услышала в ресторане в тот день.
За это время она многое поняла: Гу Ицзюй не плохой человек, просто она не его тип. Но если ему нравится такой тип, как Чэнь Синь, почему они не встречаются?
Чэнь Мяо не могла разобраться.
Чжао И спросил с улыбкой:
— Что случилось?
Чэнь Мяо сжала простыню так сильно, что костяшки побелели. Наконец она сказала:
— Чжао-гэ, я не смогу его проводить.
Чжао И помолчал и ответил:
— Хорошо.
Как только он произнёс это «хорошо», Чэнь Мяо поспешно повесила трубку. Телефон всё ещё лежал в её руке, когда она расплакалась — долго и безутешно. Внезапно телефон снова зазвонил. Она взглянула на экран: звонил Гу Ицзюй. Рука дрогнула, и аппарат чуть не выскользнул из пальцев. Она быстро вытерла слёзы и ответила.
Голос Гу Ицзюя звучал ниже обычного, но в конце имени «девочка» всё ещё слышалась та притягательная интонация:
— Девочка?
Чэнь Мяо сдавленно промычала:
— Ага.
Гу Ицзюй тихо рассмеялся:
— Я уезжаю. Учись хорошо, сдавай экзамены.
Чэнь Мяо долго молчала. Гу Ицзюй приподнял бровь:
— Девочка?
Чэнь Мяо сжала простыню и, собрав всю решимость, выпалила:
— Ты всё это время знал, что я тебя люблю?
После этого вопроса она перестала дышать.
На том конце не последовало ответа.
Чэнь Мяо горько усмехнулась:
— Но ты меня не любишь, поэтому всё время делаешь вид, что ничего не замечаешь.
Отлично. Она сама разорвала эту тонкую завесу.
Голос девушки стал резким, как меч.
Тишина на другом конце продолжалась. Когда Чэнь Мяо уже начала выходить из себя,
Гу Ицзюй наконец произнёс:
— Девочка, учись хорошо, сдавай экзамены.
Чэнь Мяо крикнула:
— Катись!
Бах! — она швырнула трубку.
Едва она положила телефон, дверь распахнулась. На пороге стояла Чэнь Синь, растрёпанная и растерянная. Сёстры смотрели друг на друга. Чэнь Мяо резко вытерла слёзы тыльной стороной ладони и вызывающе бросила:
— Почему не постучалась?
http://bllate.org/book/8437/775876
Готово:
