Сюань Цзиньюй принялась объяснять Фу Шуню:
— На самом деле, существует два способа получения масла из шу-доу. Первый — экстракция с помощью определённого вида нефти, но это явно неприменимо в нынешних условиях. Второй — метод прессования: пропаренные бобы подвергают давлению либо тяжёлыми грузами, либо деревянными колотушками. Суть в том, чтобы выдавить масло силой давления.
Фу Шунь выслушал князя и остался поражён:
— Так просто можно добывать масло?
— Именно так, — терпеливо ответила Сюань Цзиньюй. — Нужно построить побольше маслобоен и распространить этот способ повсюду. Тогда даже простые семьи смогут есть с маслом хоть раз в несколько дней.
Что до уксуса, то его приготовить ещё проще. Обжаренную пшеницу смешивают с остывшей кипячёной водой и помещают в чистую герметичную ёмкость на месяц — получится самый доступный зерновой уксус. Если выдержать год — будет старый уксус, а если три года — уже настоящий выдержанный уксус.
Вскоре за городом, в поместье Резиденции Молодого Князя, были построены маслобойня и уксусная мастерская. Уксусу ещё нужно было месяц настояться, но в тот же день, как только маслобойня заработала, из пропаренных шу-доу сразу же выжали масло. В поместье скопилось много бобов, которым некуда было деваться: даже если делать из них соевый творожок, всё равно не съешь. Теперь же нашлось отличное применение — на масло! А жмых, оставшийся после отжима, Фу Шунь тоже не стал выбрасывать. Получив разрешение князя, он пустил весь жмых на корм скоту.
Фу Шуню казалось, что князь обладает даром предвидения. Неужели тот заранее всё предусмотрел и именно поэтому приказал массово выращивать шу-доу в уезде Наньцан? Ведь эти бобы годятся и для масла, и для соуса, да ещё и урожай дают богатый — поистине первоклассная культура!
Свежевыжатое соевое масло быстро распространилось по домам уезда Наньцан через лавку при Уездном управлении.
— Вы слышали? — говорила Бянь Сяоцзюань. — В лавке Уездного управления появилось соевое масло! За одну монетку можно купить целую маленькую фарфоровую бутылочку!
Она часто помогала семье вести расчёты и была завзятой экономкой, отлично знавшей, где и как выгоднее покупать товары.
Гу Лин, сидевшая рядом, тоже заинтересовалась:
— Такое дешёвое масло продаётся? Может, сегодня после работы сходим купить немного?
Она с братом снимали небольшой дворик, где уже завели кухонную утварь, и иногда, когда выпадало свободное время, готовили сами. Масло им точно пригодится.
Так после работы несколько подружек из ткацкой мастерской отправились в лавку Уездного управления. Говорили, что поскольку масло — предмет первой необходимости и делается из дешёвых шу-доу, его можно покупать без разрешения, если брать в небольших количествах. Это сильно облегчило жизнь обычным людям.
Когда девушки пришли в лавку, там уже стояла очередь. Любопытствуя, они спросили у стоявших впереди и узнали, что все пришли за соевым маслом. Одна монетка — целая фарфоровая бутылочка! Такого дешёвого масла никто раньше не видывал — разве не надо спешить?
Девушки из ткацкой мастерской тоже встали в хвост. Когда дошла их очередь, они с любопытством заглянули внутрь: хозяин лавки брал специальный большой черпак, за одну монетку наливал полный черпак масла и через воронку переливал в принесённые покупателями баночки и бутылки. Масло было золотисто-прозрачным, ароматным и чистым, как вода. Хозяйки радостно обсуждали, какие вкусные блюда приготовят из него дома.
Соевое масло значительно разнообразило столы жителей уезда Наньцан. Раньше в течение всего года едва ли удавалось пару раз попробовать жирную пищу, а теперь и в соевую кашу, и в тушёные овощи стали добавлять несколько капель масла и соуса. Даже самая неумелая невестка теперь могла приготовить вкусное блюдо. А когда Сюань Цзиньюй в следующий раз прогуливалась по западному рынку, она с удивлением обнаружила, что уже появились лотки с жареными лепёшками и шашлычками из баранины!
Купив жарёную лепёшку и шашлычок, Сюань Цзиньюй обрадовалась — вкус оказался отличным! «Когда в следующем году вырастут перцы, — подумала она, — посыплю эту жарёную еду перечным порошком — соседские детишки будут плакать от зависти!»
Примерно в эти дни была построена и первая водяная мельница. Её возвели в деревне Ситоу, рядом с местным водопадом высотой около пяти метров.
В день открытия мельницы Сюань Цзиньюй тоже пришла посмотреть. Из нескольких деревянных досок собрали регулируемый водоспуск: количество досок позволяло контролировать поток воды. Сейчас доски открыли, и вода с высоты ударила по деревянному колесу. Один конец оси колеса был соединён с жерновом, и, когда колесо начало вращаться от напора воды, оно привело в движение и жернов. Один из крестьян осторожно подсыпал пшеницу в жернова, и вскоре из внутренней части мельницы посыпалась мелкая белоснежная мука, а снаружи оставались отруби.
Другой крестьянин проворно собрал муку и отруби раздельно маленькой метёлкой — ничего нельзя было терять: мука предназначалась людям, а отруби пойдут скоту.
Староста деревни Ситоу сиял от счастья: на такой мельнице достаточно двух-трёх человек, даже пожилых, чтобы следить за подачей зерна и сбором муки. А ведь теперь можно перемалывать по тысяче цзиней зерна в день! Сколько труда это экономит! Раньше приходилось либо использовать быка для каменной мельницы, либо ставить одного здорового работника — и тому, и другому требовался отдых. А вот водяной жернов работает без устали! Освободившиеся быки и работники могут заняться другими полевыми делами.
И главное — сегодня сам князь лично пришёл в деревню Ситоу осмотреть мельницу! Это же гордость всей деревни! С тех пор как молодой князь унаследовал титул, в округе появляется всё больше невиданного, жизнь становится всё лучше, и в глазах людей князь давно стал почти божеством. А теперь именно в Ситоу построили первую мельницу — разве не повод для гордости каждому жителю деревни?
На обед, чтобы угостить князя, господина Сун Дуна и господина Сюй Фу, деревня Ситоу устроила пир на весь мир. Сельский пир, хоть и простой, но со своим особым вкусом, понравился Сюань Цзиньюй.
После обеда она вместе с Сун Дуном и Сюй Фу отправилась осматривать новую ирригационную систему. Сначала вдоль полей выкапывали канавы, затем уплотняли грунт и покрывали его слоем цемента. Такие каналы оказались очень прочными — их не размывало даже сильным потоком. Эта новая система уже протянулась от реки Юйдайхэ до деревни Ситоу. По каналу постоянно текла вода глубиной около фута, и теперь крестьянам больше не нужно было ходить за водой за десятки ли. Достаточно было зачерпнуть ведро прямо из канала и сразу начать полив. Недавно распаханные поля с шу-доу, посеянные поздно, как раз успели воспользоваться этой системой орошения, и их ростки выглядели даже лучше, чем обычно.
Глядя на поля с шу-доу, Сюань Цзиньюй спросила:
— Когда можно будет собирать урожай?
— Отвечаю князю, — сказал Сун Дун, — примерно через пять–шесть дней.
Это как раз подходило ко времени. Незаметно уже наступила последняя декада сентября, погода стала прохладной, и Сюань Цзиньюй теперь каждый день выходила из дома в накинутом поверх одежды халате.
Скоро наступит её первая зима в этом мире, но, к счастью, зима обещает быть сытой. Раньше в уезде Наньцан каждый год зимой от голода умирали люди. Но теперь, после всех этих трудов, можно было вздохнуть спокойно: в этом году, по крайней мере, не придётся видеть мёртвых на дорогах.
Ся Сань, как обычно, молча следовал за Сюань Цзиньюй. Он ежедневно помнил приказ своего господина и неотступно находился рядом с князем. Но в этот момент к ним вдруг подбежал один из телохранителей.
Ся Сань нахмурился. Разве сегодня этот стражник не должен был оставаться во дворце? Однако он тут же заметил на плече стражника знакомого сокола — того самого, что использовался для связи с его господином!
Едва стражник подошёл к Ся Саню, сокол, будто понимая дело, взмахнул крыльями и перепорхнул к нему. Ся Сань снял с птицы трубочку с письмом, раскрыл её и почтительно подал Сюань Цзиньюй:
— Князь, это письмо от вашего господина.
Наконец-то от Пэй Юя пришло известие! В последние дни Вансыгуань был полностью заблокирован, и вся военная информация направлялась только в столицу. Все новости приходили оттуда: говорили, что левый цзяньвань хунну лично повёл восемьдесят тысяч войска и дошёл до Вансыгуаня. Гарнизон Вансыгуаня героически сопротивлялся. К счастью, за последние годы оборону укрепили, и численность войск была примерно равной. Сюань Цзиньюй ежедневно тревожилась за Пэй Юя, но не получала никаких вестей и не могла ничем помочь.
Что до военного начальника Люй Вэньхуа, оставленного Пэй Юем, то он со своими двумя сотнями солдат ежедневно патрулировал окрестности уезда Наньцан. Пока Вансыгуань держится, уезду ничего не угрожает. В итоге отряд солдат поймал лишь несколько банд разбойников. После этого число торговых караванов, проходящих через уезд Наньцан, резко возросло: купцы узнали, что за городом патрулируют войска, и теперь не боялись разбойников.
Сюань Цзиньюй раскрыла письмо и увидела чёткий, изящный почерк Пэй Юя с несколькими короткими строками: «…Хунну разбиты, Вансыгуань преследует остатки врага. Я в порядке, не беспокойся».
Какое облегчение! Сердце Сюань Цзиньюй словно сбросило тяжкий камень. Остальные, увидев выражение лица князя, сразу поняли: это добрая весть! Военная тайна — расспрашивать не стали. Именно поэтому Пэй Юй и написал так кратко.
Похоже, совсем скоро хунну отступят, и мирные дни вернутся. Сюань Цзиньюй с надеждой смотрела в будущее: пока нет войны, жизнь обязательно будет становиться всё лучше.
* * *
Наступил очередной урожайный сезон.
Благодаря оросительным каналам недавно освоенные земли становились всё плодороднее. Листья шу-доу пышно зеленели, а сами бобы выросли крупными и полными. В последней декаде сентября Уездное управление вместе с жителями деревень собрало последний урожай шу-доу, и теперь уезд Наньцан полностью обеспечил себя продовольствием на зиму. С учётом прошлогодних запасов каждая семья успела накопить достаточные запасы зерна.
После уборки полей наступила тишина, и крестьяне, привыкшие к постоянному труду, почувствовали себя немного потерянно — руки так и чесались что-нибудь посадить. К их удивлению, Уездное управление подумало о том же и раздало два вида семян овощей: одни назывались «китайская капуста», другие — «шпинат».
По словам чиновников, оба вида хорошо переносят холод и могут расти до глубокой зимы. Шпинат созревает уже через месяц, а капуста — через два. Если посадить их сейчас, до наступления морозов, можно успеть собрать урожай. Желающие могли прийти в Уездное управление и купить семена; кто не хотел — мог не сажать. Всё было на добровольной основе.
Семена китайской капусты и шпината стоили недорого — одна монетка за большой пакет. Поэтому большинство жителей деревень скинулись и купили по пакету. Те, кто не мог сидеть без дела, засеяли целую грядку, чтобы потом продавать излишки в городе. А те, кто предпочитал покой, посадили немного овощей во дворе для собственного потребления.
Был уже поздний осенний сезон. Сюань Цзиньюй сначала раздала семена шпината и китайской капусты, полученные из системы, а затем продолжила заниматься инфраструктурными проектами, в частности — развитием гидросистемы уезда Наньцан.
Чтобы улучшить жизнь людей, одних ирригационных каналов было недостаточно. Вода из каналов годилась лишь для полива, но не для питья — в ней слишком много ила и песка. Жители уезда Наньцан ежедневно ходили за чистой водой к прозрачным ручьям или родникам в горах — только такая вода после кипячения не вызывала болезней. Поэтому в каждой семье ежедневно кто-то тратил полдня на то, чтобы сходить за водой и принести её домой. Даже самые проворные тратили на это немало времени. Когда Сюань Цзиньюй впервые узнала об этом, она не могла поверить: ради простой питьевой воды приходится так мучиться?
Жителям города тоже было не легче. Во всём уезде Наньцан было всего два-три колодца, и каждый день перед ними выстраивались очереди. В заведениях, где воды требовалось особенно много, например в трактирах, слуги каждый день гоняли повозку к ручью за городом, чтобы привезти воду.
Пока погода ещё не стала слишком холодной и поля пустовали, настало идеальное время для работ. Сюань Цзиньюй решила создать команду колодцевиков и пробурить побольше источников питьевой воды в уезде Наньцан. Привозить воду из ручьёв и родников было слишком хлопотно; лучшим решением оставалось рытьё колодцев для доступа к подземным водам. В будущем подземные воды станут дефицитом, и тогда придётся копать колодцы глубиной двадцать–тридцать метров, чтобы добраться до воды. Но сейчас, когда подземные воды почти не использовались, даже в засушливом уезде Наньцан на глубине пяти–шести метров уже начинала сочиться свежая вода.
Так недавно закончившая строительство ирригационных каналов бригада осталась на месте, а Уездное управление дополнительно пригласило из города Чанду нескольких опытных мастеров по рытью колодцев. Впервые в истории бедного уезда Наньцан появилась команда колодцевиков.
Мастера обошли окрестности и выбрали подходящие места для колодцев. Затем рабочие взяли лопаты и начали копать. Изначально и горожане, и крестьяне думали, что пробьют один–два колодца, но чиновники Уездного управления, вооружившись картами, согласно плану наметили множество точек. В каждой деревне предполагалось вырыть по четыре–пять колодцев так, чтобы до ближайшего любой житель мог дойти не более чем за четверть часа. В городе колодцы планировалось расположить по улицам, чтобы и горожане могли за четверть часа добраться до воды.
http://bllate.org/book/8261/762491
Готово:
