Взгляд Сунь Юньгэ постепенно становился всё смелее — от украдчивых косых взглядов до открытого и прямого созерцания. Её голос прозвучал почти ласково:
— Простишь меня?
Сюй Е кивнул.
На лице Сунь Юньгэ тут же расцвела ослепительная улыбка.
Неужели он правда простил её всего лишь за одно объятие?
Какой послушный парень!
Сунь Юньгэ сама взяла его за руку:
— Давай не будем стоять на улице, зайдём внутрь.
Сюй Е покорно позволил ей вести себя за руку и последовал за ней в виллу. Его взгляд упал на их переплетённые пальцы, и уголки губ невольно приподнялись в улыбке.
Оказавшись в холле первого этажа, Сунь Юньгэ отпустила его руку, подошла к шкафчику, достала из него ключ и вложила его в ладонь Сюй Е. Её глаза весело блестели:
— Вот тебе ключ. Теперь ты сможешь заходить сам, не придётся больше ждать под дождём.
Сюй Е опустил глаза на ключ, лежащий у него в руке, и был поражён — он никак не ожидал, что она доверит ему ключ от виллы.
Сунь Юньгэ пояснила, стоя рядом:
— Раньше я давала ключ своей ассистентке Сяо И. А теперь ты и мой ассистент, и мой парень — самое время передать его тебе.
С этими словами она игриво подмигнула ему:
— Хорошенько береги его, не потеряй!
Сюй Е серьёзно кивнул:
— Обязательно буду беречь.
На лице Сунь Юньгэ расплылась довольная улыбка.
Теперь, когда напряжение спало, на неё обрушилась усталость после бессонной ночи — она зевнула и выглядела совершенно измотанной.
— Устала? — спросил Сюй Е.
Сунь Юньгэ энергично закивала:
— Вчера дописывала песню до четырёх утра.
Едва она договорила, как почувствовала тёплые пальцы, мягко массирующие её виски.
Сунь Юньгэ замерла от удивления — она никак не ожидала от него такой заботы.
Сюй Е продолжал массировать, и его тёплый, мягкий голос спросил:
— Легче стало?
Сунь Юньгэ машинально кивнула.
Он стал массировать ещё внимательнее.
Лицо Сунь Юньгэ постепенно покраснело и стало горячим.
Какой же он нежный и заботливый… Её чувства к нему, кажется, стали ещё сильнее.
Через десять минут Сюй Е прекратил массаж:
— Я пойду готовить. Ты пока отдохни, скоро обед будет готов.
Сунь Юньгэ радостно согласилась:
— Хорошо!
Сюй Е направился на кухню, а Сунь Юньгэ уселась на диван в гостиной. В голове снова всплыл образ Сюй Е, нежно растирающего её виски, и сердце запело, будто она съела целую банку сахара.
В этом лёгком и радостном настроении в голове Сунь Юньгэ внезапно возникли новые музыкальные фразы.
Усталость мгновенно исчезла, и она вскочила с дивана, помчалась к двери кухни, оперлась на косяк и высунула голову внутрь:
— Я сейчас поднимусь в музыкальную комнату! Как приготовишь — зови меня!
— Не переутомляйся, — мягко предупредил Сюй Е, занятый мытьём овощей.
— Не волнуйся, всё будет в порядке!
Сунь Юньгэ показала ему язык и стремглав побежала наверх.
Сюй Е проводил её взглядом, наблюдая, как она быстро скрывается на лестнице, и на его губах снова заиграла улыбка.
В этот момент зазвонил его телефон.
Он взглянул на экран — звонил Чан Юань. Едва Сюй Е ответил, из динамика раздался истошный вопль:
— Братец Е! Я прислал тебе больше пятидесяти сообщений, а ты ни на одно не ответил! Ты правда хочешь так жестоко со мной поступить?!
— Сейчас добавлю тебя в чат.
Услышав это, Чан Юань мгновенно замолчал и осторожно спросил:
— Правда?
— Правда, — коротко и чётко ответил Сюй Е.
Лицо Чан Юаня озарилось радостью, и он во весь голос закричал:
— Братец Е! Я знал, что ты не бросишь меня! Я...
Он не успел договорить — Сюй Е уже отключился, оставив Чан Юаня в полном оцепенении.
«Да, братец Е по-прежнему жесток... Но зато он всегда держит слово».
Чан Юань увидел, что его снова добавили в чат «Господа А-сити», и тут же застучал по клавиатуре:
[Братцы! Я вернулся! Вы меня не скучали?]
Чэнь Сюй: [А кто это? Не прикидывайся нашим другом без причины.]
Чан Юань: [...]
Ян Мунань: [Новичкам следует представиться, иначе мы будем звать тебя просто «Эй».]
Чан Юань: [...]
«Эти два бесчувственных камня! Теперь я окончательно понял их характер!»
...
Сунь Юньгэ поднялась в музыкальную комнату и сразу же принялась записывать только что пришедшую мелодию. Она напела несколько раз — получалось легко, плавно и красиво.
Её пальцы легли на клавиши рояля, и она сыграла эту фразу — звучание было великолепным.
Сунь Юньгэ удовлетворённо кивнула, взяла карандаш и начала дописывать партитуру.
Она полностью погрузилась в творческий процесс и даже не заметила, как Сюй Е вошёл в комнату. Только закончив черновик, она подняла глаза и увидела, что Сюй Е стоит рядом и смотрит на неё чистым, прозрачным взглядом.
Сунь Юньгэ вышла из рабочего состояния и улыбнулась:
— Ты давно здесь?
— Уже немного, — ответил он.
Сюй Е наклонился, обнял её сзади и положил подбородок ей на плечо:
— Обед готов. Пойдём есть.
Улыбка Сунь Юньгэ стала ещё шире.
«Он сейчас совсем как большой послушный пёсик», — подумала она.
И ей очень нравится такой милый и покладистый парень.
Если бы Чан Юань узнал, о чём она думает, он обязательно схватил бы огромный молот и хорошенько «просветил» бы Сунь Юньгэ.
А заодно содрал бы с Сюй Е всю эту сладенькую оболочку, чтобы она увидела, насколько чёрствым и холодным он бывает на самом деле!
Послушный? Милый?
Да никогда в жизни!
Чёрствость и расчётливость — вот его настоящее лицо.
Сунь Юньгэ закрыла тетрадь с нотами и встала:
— Пошли обедать.
Они спустились по лестнице вместе. Сунь Юньгэ незаметно протянула руку и взяла Сюй Е за ладонь. Краем глаза она заметила, как он слегка напрягся, а уши покраснели.
«Парень смущается!» — с восторгом подумала она.
За обедом Сюй Е положил кусочек говядины в её тарелку.
Сунь Юньгэ подняла на него глаза и увидела, что он выглядит немного неловко.
— Теперь, когда ты моя девушка, разве я не могу положить тебе еды? — спросил он.
— Конечно, можешь. Просто я сначала не сообразила, — улыбнулась Сунь Юньгэ. — Клади, сколько хочешь.
Лицо Сюй Е озарила сияющая улыбка, и он тут же начал активно наполнять её тарелку.
Раз уж парень такой старательный, Сунь Юньгэ, конечно же, не могла отставать — она тоже принялась накладывать ему еду.
Пережевав кусочек мяса, Сунь Юньгэ спросила:
— Как продвигается изучение учебника по пианино?
Сюй Е на мгновение замер:
— Почитал немного, но пока мало что понял.
Сунь Юньгэ кивнула:
— Учебник даёт лишь общее представление. Чтобы научиться играть, нужны ежедневные и упорные тренировки.
Она перевела тему:
— После обеда пойдём в музыкальную комнату — я лично тебя научу играть.
— Ты закончила писать песню?
— Эту — да. Сейчас вдохновение иссякло, новую не сочинить.
Несмотря на её слова, Сюй Е всё ещё колебался:
— Я не тороплюсь учиться. Не хочу отнимать у тебя драгоценное время.
Он сделал паузу и добавил с заботой:
— Не хочу мешать тебе творить.
Сунь Юньгэ не удержалась и рассмеялась:
«Как же он мил!»
— Написание песен зависит от вдохновения. Может, я просижу весь день в музыкальной комнате и ничего не напишу. А сейчас я уже закончила черновик — самое время отдохнуть, иначе мозг совсем высохнет.
Услышав это, Сюй Е наконец успокоился.
— Теперь не боишься, что я тебя обучу? — поддразнила она.
— Не боюсь, — ответил он.
Они переглянулись и улыбнулись друг другу.
После обеда они вернулись в музыкальную комнату. Сюй Е сел за рояль, а Сунь Юньгэ встала рядом и терпеливо объяснила ему расположение клавиш, попросив сыграть семь нот: «до ре ми фа соль ля си».
На этот раз Сюй Е справился без ошибок.
Сунь Юньгэ дала ему простую партитуру и велела проигрывать ноту за нотой. Когда он путался, она сама показывала, как надо.
Игра у него всё ещё получалась неуклюжей, но хотя бы без ошибок — прогресс по сравнению с предыдущим днём, когда он постоянно путал ноты. Но это простительно — он ведь только начинает.
Сунь Юньгэ с восхищением смотрела на его длинные и белые пальцы и мысленно поклялась: обязательно научит его играть, иначе такие руки — просто преступление не использовать!
Сюй Е играл медленно, нота за нотой, без плавности.
Сунь Юньгэ наклонилась к нему:
— Сейчас покажу, как эти ноты звучат вместе.
Сюй Е моргнул длинными ресницами и собрался встать.
Но Сунь Юньгэ мягко прижала его к стулу.
— Разве не собирался показывать? — удивился он.
— Конечно, — улыбнулась она.
— Как именно?
Едва он произнёс эти слова, как её руки легли поверх его ладоней. Она аккуратно взяла его пальцы и, следуя партитуре, плавно и уверенно проиграла мелодию.
Когда последняя нота затихла, Сунь Юньгэ случайно заметила его уши — они пылали ярко-красным.
Она решила подразнить его, подняла руку и щёлкнула по красному уху. Сюй Е вздрогнул.
— В музыкальной комнате жарко? — засмеялась она. — Почему у тебя уши такие красные?
Сюй Е промолчал, но уши стали ещё алее. Он опустил голову, ресницы дрожали — выглядел как обиженная маленькая женушка, которую обидели без причины.
Сунь Юньгэ внезапно почувствовала угрызения совести — ведь она всего лишь хотела пошутить!
Но парень оказался таким нежным, что её шалость превратилась в издевательство.
Она прочистила горло и приняла серьёзный вид:
— Продолжим занятия.
Весь остаток дня Сунь Юньгэ с максимальной отдачей обучала Сюй Е игре на рояле.
Вечером, когда Сюй Е собрался уходить, Сунь Юньгэ стояла у двери виллы:
— Давай я провожу тебя до квартиры.
— Нет, — сразу отказался он.
— Почему?
Сюй Е взглянул на тёмное небо:
— Уже поздно. Если ты проводишь меня, мне придётся возвращать тебя обратно.
— Я сама смогу вернуться.
Сюй Е решительно покачал головой:
— Нет. Ты слишком красива — одному тебе возвращаться небезопасно. Я не переживу.
Хотя он так чётко отказался, внутри у неё цвела радость.
«Все девушки любят, когда их называют красивыми».
Сунь Юньгэ прислонилась к двери и с нежностью смотрела, как он уходит.
Сюй Е тоже оглянулся и мягко напомнил:
— Больше не пиши песни ночью. Ты ещё молода, но постоянное недосыпание рано или поздно подорвёт здоровье.
Сунь Юньгэ сияла, глядя на него звёздными глазами.
Сюй Е смутился под таким пристальным взглядом и тихо спросил:
— Почему так смотришь?
— Сюй Е, — её голос звенел от смеха, — ты что, за меня переживаешь?
Лицо Сюй Е снова вспыхнуло. Он опустил голову и не осмеливался встречаться с ней взглядом.
http://bllate.org/book/8253/761887
Готово:
