Цзян Мо не удержалась и фыркнула, поражённая фантазией Чэнь Маньюнь:
— Учительница Чэнь, думаю, он точно не из тех, кто предпочитает мужчин.
Если бы это было иначе, зачем ему искать её в жёны? Он ведь не из тех, кого волнует чужое мнение.
— Ццц, пожалуй, ты права, — согласилась Чэнь Маньюнь и снова уткнулась в экран. — Лекция младшего товарища Хэ в эту пятницу. Пойдём вместе?
Вэй Чжун тут же откликнулся с энтузиазмом:
— Обязательно! Посмотрим, кто же этот «святой» такой.
— А вы, учительница Цзян?
Цзян Мо колебалась всего несколько секунд, но Чэнь Маньюнь не дала ей шанса отказаться:
— Пошли! Вживую он ещё красивее. Раз уж вернулся, хоть глаза отдохнут.
У Цзян Мо не было причин для отказа, и она согласилась.
Прошло ещё несколько минут, как Чэнь Маньюнь вдруг вскрикнула:
— Да ладно! Почему на лекцию нужно записываться?!
А через секунду — новый возглас:
— Тысячеместный зал уже полностью забит?! Нет-нет, надо срочно узнать, остались ли места для преподавателей!
Цзян Мо присвистнула и тоже перешла по ссылке. Действительно: все тысяча с лишним мест были серыми — регистрация закончилась мгновенно.
— Ууу… Секретарь сказал, что для преподавателей мест не оставили. Если хотим пойти — сами ищем способ, — расстроилась Чэнь Маньюнь. — Как я найду способ? Я же не знакома с преподавателями медицинского факультета. Вэй Чжун, а ты кого-нибудь знаешь?
Вэй Чжун покачал головой. Лицо Чэнь Маньюнь стало ещё грустнее. Она повернулась к Цзян Мо, но, взглянув на неё, тут же отвела глаза:
— Ладно, учительница Цзян, вы только недавно устроились, наверняка тоже никого не знаете.
Цзян Мо: «……»
……
Цзян Мо вернулась домой после работы. За дверью напротив — тишина. Очевидно, его ещё не было.
Хотя прошёл уже день и она провела несколько пар, всё равно чувствовала себя растерянной и неуверенной — будто всё происходящее ненастоящее.
Неужели всё получилось слишком легко?
Она долго сидела на диване, глядя на два свидетельства о браке, раскрытых на журнальном столике. Смотрела до тех пор, пока глаза не устали, и лишь тогда отвела взгляд.
Всё по-прежнему казалось нереальным.
Регистрация брака произошла внезапно, и множество вопросов так и осталось без решения: имущество после свадьбы, как сообщить тёте Мо и дяде Хэ, как строить их совместную жизнь. А сейчас особенно остро стоял вопрос жилья.
Женатый мужчина и женщина живут в квартирах напротив друг друга — звучит почти комично.
Но переезжать вместе, наверное, ещё страннее? И куда им вообще переезжать?
Цзян Мо понимала, что в одиночку не решит эти вопросы, и решила подождать его возвращения, чтобы всё обсудить.
Примерно в половине седьмого Хэ Синчэнь постучал в её дверь. Цзян Мо открыла — и успела заметить лишь мелькнувший уголок одежды за дверью напротив и услышать короткое:
— Иди помоги.
Цзян Мо переоделась и перешла к нему.
Его квартира ей уже была знакома — ничего удивительного.
Она остановилась у входа на кухню:
— Чем помочь?
Хэ Синчэнь аккуратно разложил продукты и обернулся:
— Что умеешь делать?
— Всему немного.
Эти слова, произнесённые спокойно и без пафоса, глухо ударили Хэ Синчэня в грудь.
Семнадцатилетняя Цзян Мо никогда не заходила на кухню. Она путала сахар с солью, соевый соус с уксусом, ничего не умела готовить — кроме как есть. А теперь говорит: «Всему немного».
Хэ Синчэнь прищурился и тихо сказал:
— Не надо. Иди садись, позову, когда будет готово.
— Ага.
Цзян Мо включила телевизор, чтобы в комнате был хоть какой-то звук.
Она не могла сосредоточиться и то и дело поглядывала на кухню. Хэ Синчэнь сосредоточенно разделывал мясо на разделочной доске.
Вдруг он поднял голову. Цзян Мо испуганно отвела взгляд и начала нажимать кнопки пульта как попало.
Менее чем через полчаса из кухни донёсся голос:
— Готово. Ешь.
Два блюда и суп — ровно на двоих.
Еда, приготовленная им, конечно, была безупречна на вкус. Цзян Мо молча ела.
Она ела медленно. Хэ Синчэнь закончил раньше и сел напротив. Цзян Мо боялась есть больше под его взглядом и стала пролистывать ленту в соцсетях — ту самую, которую уже видела бесчисленное количество раз сегодня.
Он думал, что она просила фото утром, чтобы выложить в соцсети, но сколько ни обновлял ленту — ничего не появлялось.
И сейчас, обновив ленту до последнего поста час назад, он снова не увидел ничего.
Хэ Синчэнь тихо вздохнул и зашёл в свой профиль, чтобы удалить заранее подготовленный пост.
Видимо, она ещё не готова объявить об этом публично. Ему нельзя торопить события.
После ужина настало время поговорить. Цзян Мо положила палочки:
— Мне нужно кое-что обсудить с тобой.
Хэ Синчэнь отложил телефон и посмотрел на неё:
— Говори.
— Мы и дальше будем жить здесь?
— Как хочешь. Или можем вернуться в Яй Юань, — Хэ Синчэнь на секунду замолчал. — Тот дом, где вы жили раньше, мы купили. Если захочешь вернуться — можем туда переехать.
Цзян Мо удивилась:
— Вы купили?
Чэнь Цзюнь тогда торопливо выставила дом на продажу и передала всё агентству. Цзян Мо не знала, кто стал покупателем.
Хэ Синчэнь кивнул:
— Есть ещё четырёхкомнатная квартира на улице Дасюэлу — там я жил раньше. Тоже можно. Конечно, если хочешь остаться здесь — останемся. Это удобно: рядом и с твоей, и с моей работой.
Цзян Мо почти не раздумывая ответила:
— Останемся здесь.
Переезд под одну крышу пока казался ей слишком странным. К тому же ей очень нравилась эта маленькая квартирка — единственное настоящее, что принадлежало ей, её опора.
Она серьёзно спросила:
— Может, нам составить соглашение?
Хэ Синчэнь слегка нахмурился:
— Какое соглашение?
— Ну, о совместном и личном имуществе, обязанностях… Сейчас у меня вообще ничего нет, за эту квартиру ещё ипотеку выплачиваю…
Голос её становился всё тише. Цзян Канпин оставил им с матерью немало имущества, включая большую квартиру-студию, но болезнь Чэнь Цзюнь съела почти половину. Последние годы она жила за границей, расходуя эти деньги, и давно уже осталась без гроша. Лишь благодаря строгой экономии и дополнительным заработкам ей удалось собрать первоначальный взнос.
В детстве она не задумывалась о деньгах, осознав их значение лишь во время болезни матери. Но сейчас понимала: деньги — вещь преходящая, человек уходит из жизни с пустыми руками.
Теперь у неё была небольшая сумма от университета на обустройство и стабильный доход, но по сравнению с ним это едва хватало на прожиточный минимум.
Она колебалась:
— Если ты…
Не договорив, она умолкла, потому что Хэ Синчэнь резко встал. Цзян Мо инстинктивно подняла на него глаза и встретила гневный, тёмный взгляд.
Он понизил голос:
— Цзян Мо, я тебе кажусь таким человеком?
Или… ты просто не думаешь о будущем?
Хэ Синчэнь опустил ресницы, скрывая эмоции.
Всё-таки первый день после свадьбы, а она уже так его выводит?
Ещё и соглашение — ищет пути к отступлению?
Ну и ладно.
В его голосе явно слышалась обида. У Цзян Мо вся смелость куда-то исчезла:
— Я не это имела в виду…
— А что тогда?
— Я… — пробормотала она. — Ладно, не будем подписывать.
Хэ Синчэнь фыркнул, достал из холодильника бутылку ледяной воды, сделал несколько глотков, вернулся и спокойно сел:
— Что ещё?
— А тётя Мо?
— Я найду подходящий момент, чтобы рассказать им. Ты подготовься, потом вместе поедем.
— Хорошо.
Хэ Синчэнь, видя, что она больше ничего не говорит, тихо усмехнулся:
— Всё?
Цзян Мо прикусила губу и тихо произнесла:
— Ты… не мог бы… на свою лекцию в пятницу… три места достать?
Голос был настолько тихим, что Хэ Синчэнь не расслышал:
— Что?
Цзян Мо повторила, на этот раз чётче:
— Мы… точнее, наши коллеги хотят послушать твою лекцию, но мест уже нет. Не мог бы помочь?
Услышав это, уголки его губ медленно приподнялись. Вся досада, накопившаяся минуту назад, мгновенно испарилась.
Ну и ладно. Она умеет.
Авторские комментарии:
Поздравляю наших малышей с новобрачной жизнью!
(Вторая глава сегодня в шесть вечера — подарок к свадьбе!)
(вторая часть)
Лекция начиналась в семь вечера в пятницу. В шесть Хэ Синчэнь спросил, не хочет ли она поужинать вместе — будут ещё два руководителя. Цзян Мо не захотела и сразу отказалась, решив пойти в столовую вместе с Вэй Чжуном и Чэнь Маньюнь.
В университете А было шесть столовых. Сегодня у них было достаточно времени, поэтому они отправились в кофейню второй столовой Западного кампуса — она находилась недалеко от Большого зала и отличалась приятной атмосферой.
Заказав еду, Чэнь Маньюнь спросила, где она достала билеты. Цзян Мо на мгновение замялась, но быстро перевела тему.
К счастью, Чэнь Маньюнь не стала настаивать и, поправив лицо, показала себе:
— Учительница Цзян, как мне сегодня макияж? Не слишком яркий?
Цзян Мо не смогла сдержать улыбки:
— Нет, совсем не яркий.
— Отлично! Говорят, Хэ Синчэнь не любит ярких девушек.
Цзян Мо удивилась:
— Говорят?
— Да! Однажды он так отказал одной красавице из университета. А потом одна девушка явилась к нему без макияжа — он даже задержал на ней взгляд, но отказал ещё жёстче. До сих пор никто не знает, какой тип ему нравится.
Цзян Мо подумала, что и сама не знает, какие девушки ему по душе. Когда она училась в Фуцзунской средней школе, рядом с ним были и уверенные, яркие, как Чжан Чэньчэнь, и жизнерадостные, открытые, как Чэн Ицинь, да и застенчивых красавиц хватало — но ни одна не привлекла его внимания.
Чэнь Маньюнь продолжила:
— Так что я выбрала золотую середину — должно сработать.
Вэй Чжун напомнил ей:
— Чэнь Маньюнь, у тебя есть парень.
Чэнь Маньюнь хихикнула:
— Если Хэ Синчэнь в меня влюбится, я тут же брошу его.
Подали заказанные блюда. Они едва начали есть, как со стороны лестницы донеслись шаги. Чэнь Маньюнь, сидевшая напротив, широко раскрыла глаза от изумления.
Цзян Мо обернулась и увидела Хэ Синчэня, поднимающегося по лестнице вместе с двумя людьми в костюмах — один из них оказался деканом Ци.
На этот раз, в отличие от предыдущей встречи на свидании, все встали и вежливо поздоровались.
Декан Ци представил их:
— Лао Чэнь, Сяо Хэ, это трое молодых преподавателей нашего факультета. — Особенно отметил Цзян Мо: — Цзян Мо, недавно пришла к нам, выпускница университета Э.
Взгляд Хэ Синчэня всё это время был прикован к ней. Цзян Мо почему-то сильно занервничала и, услышав слова декана, неловко кивнула с улыбкой.
Хэ Синчэнь заметил, как она сжала кулаки, и на мгновение в его глазах мелькнуло недовольство:
— Я знаю.
Все присутствующие удивились, включая Цзян Мо. Она невольно посмотрела на него и услышала его спокойный ответ:
— Мы соседи.
Цзян Мо разжала пальцы. Напряжение прошло, но в душе осталась лёгкая грусть.
Декан Ци рассмеялся:
— Какая удача!
Поболтав ещё немного, трое ушли и сели за стол неподалёку.
Чэнь Маньюнь, наконец пришедшая в себя, тихо спросила:
— Вы соседи??
— Да…
— Вот оно что! Неудивительно, что ты достала билеты. Учительница Цзян, ну ты и нехороша — такое важное событие скрываешь!
Хэ Синчэнь уже дал ей повод начать разговор, и Цзян Мо ответила без особого труда:
— Мы почти не общаемся.
— Ты что, дура?! — Чэнь Маньюнь тут же забыла о своём недавнем желании «бросить парня». — Такой кусочек небесного мяса прямо под носом, а ты его не берёшь?
Вэй Чжун вмешался:
— Не слушай её чепуху.
— Какую чепуху! Разве наша учительница Цзян не пара Хэ Синчэню? Да, у него внешность и карьера, но в Шанхае полно таких мужчин. А вот наша Цзян Мо — настоящая жемчужина! Иначе бы Лян Лаоши не стал так настойчиво сводить вас. — Чэнь Маньюнь перестала обращать внимание на Вэй Чжун: — Учительница Цзян, если захочешь за ним ухаживать, я подскажу пару приёмов.
— Не надо, мне не нужно за ним ухаживать.
Чэнь Маньюнь не поняла смысла этих слов, но уже достала телефон и начала пересылать Цзян Мо ссылки — целых десяток. Заголовки гласили: «Нет некрасивых женщин, есть только ленивые: три шага к сердцу идеального мужчины», «Как поймать идеального мужчину в свои сети».
— Я именно так за своего парня ухаживала — работает!
Цзян Мо не могла отказать такому энтузиазму и поблагодарила с улыбкой.
После ужина они вместе направились в Большой зал. Места, которые Хэ Синчэнь предоставил, оказались отличными — в центре первого ряда.
После недавнего разговора интерес Чэнь Маньюнь к нему заметно угас, и теперь она думала только о том, как помочь Цзян Мо.
В зале становилось всё больше людей, поднялся шум.
Лекции молодых выпускников проводились раз в неделю, каждый раз приглашали одного известного выпускника. Продолжительность — около полутора часов. На сцене стояли несколько столов и стульев.
Ровно в семь началось мероприятие.
Декан медицинского факультета Чэнь вышел на сцену, произнёс вступительное слово и сошёл вниз. Под софитами остался только Хэ Синчэнь.
Студенты были в восторге, громко переговаривались, щёлкали фотоаппаратами.
Цзян Мо только сейчас по-настоящему осознала, кем был этот человек в университете А — настоящей легендой.
Куда бы он ни пришёл, всегда притягивал к себе свет.
Он говорил много о медицинских терминах, которые Цзян Мо, как гуманитарию, были в основном непонятны, но она всё равно внимательно слушала каждое слово.
http://bllate.org/book/8248/761574
Готово:
