Она была мертвенной бледности, всё тело слегка дрожало, и она прислонилась к стене.
Гу Цинцзюнь лишь холодно взглянула на неё, а затем сказала Линь Хун:
— Пойдём.
Гу Цинцзюнь никогда не ждала благодарности от Гу Шуяо.
Линь Хун только сейчас заметила прижавшуюся к стене дрожащую Гу Шуяо и недовольно спросила:
— Ты что, заступалась за неё?
Гу Цинцзюнь промолчала, но Линь Хун всё равно сразу всё поняла.
Она резко толкнула Гу Шуяо, сердито бросила взгляд на Гу Цинцзюнь и застучала каблуками вперёд.
Ведь она защищала Гу Цинцзюнь! Если бы знала, что это та самая стерва Гу Шуяо, наверняка бы ещё и рукоплескала ей прямо на месте.
Цэнь Цзинъюй быстро подбежал к Гу Цинцзюнь и обеспокоенно спросил:
— Что случилось? Тебя не задели?
Гу Цинцзюнь подняла глаза и улыбнулась:
— Со мной всё в порядке.
Цэнь Цзинъюй внимательно осмотрел её с ног до головы и лишь тогда по-настоящему успокоился. Он крепко сжал её руку и сказал:
— Главное, что ты цела.
Гу Шуяо стиснула зубы, собралась с духом и яростно выпалила Цэнь Цзинъюю:
— Слушай сюда! Только что Гу Цинцзюнь чуть не ушла с этим мужчиной! Ради денег она готова на всё, ради контракта пойдёт на любые компромиссы и сможет быть с кем угодно!
Гу Шуяо холодно усмехнулась и с презрением посмотрела на Гу Цинцзюнь — она хотела посмотреть, будет ли этот мужчина по-прежнему любить её, узнав, какая она распутница.
Гу Цинцзюнь ледяным взглядом посмотрела на Гу Шуяо, а затем лишь слегка улыбнулась про себя: даже спасённая собака проявила бы больше благодарности, чем эта Гу Шуяо.
Взгляд Цэнь Цзинъюя мгновенно стал ледяным, его лицо потемнело, словно накануне бури.
— Повтори-ка ещё раз? — гневно уставился он на Гу Шуяо.
Гу Шуяо испугалась пронзительного взгляда Цэнь Цзинъюя, её тело снова прижалось к холодной стене, и она не могла унять дрожь.
Ни один мужчина не потерпит, чтобы его женщину оскорбляли другими мужчинами и оставался при этом равнодушным. Она сжала кулаки, собралась с храбростью и, стараясь скрыть дрожь в голосе, выдавила:
— Я говорю правду! Гу Цинцзюнь — женщина, доступная всем!
— Бах!
Резкий звук пощёчины эхом разнёсся по коридору. От удара ладонь Гу Цинцзюнь даже онемела. Она сердито уставилась на Гу Шуяо и медленно, чётко произнесла:
— Попробуй повторить ещё раз!
Гу Шуяо стиснула зубы, во рту остался привкус крови. Она насмешливо подняла голову и начала:
— Я…
Но дальше одного слова сказать не смогла. Взгляд Гу Цинцзюнь был полон такой угрозы и предупреждения, что сердце Гу Шуяо болезненно сжалось.
Гу Цинцзюнь сквозь зубы процедила:
— Я никогда не ждала от тебя благодарности, но я не потерплю, чтобы ты меня оскорбляла — ни единого слова!
Её решимость вызвала лёгкую улыбку на губах Цэнь Цзинъюя. Когда он снова посмотрел на Гу Шуяо, его взгляд оставался ледяным.
— Шуяо! — раздался встревоженный голос, и к ним подбежал Хэ Цзыхань.
Гу Шуяо тут же расплакалась и бросилась ему в объятия, будто нашла единственное место, где можно было излить всю боль. Она рыдала, как цветок груши под дождём:
— Цзыхань-гэгэ, ты наконец пришёл!
Весь её корпус слегка трясся в объятиях Хэ Цзыханя, и тот не мог не почувствовать жалости.
Он мягко погладил её по спине и ласково сказал:
— Всё хорошо, я здесь. Не бойся.
Хэ Цзыхань получил звонок от Гу Шуяо и сразу понял, что дело плохо, поэтому поспешил сюда.
Он и представить не мог, что Гу Шуяо вышла на деловую встречу ради компании «Чэнсинь» и даже пила алкоголь. Он даже начал винить себя за то, что сегодня днём нагрубил ей.
Гу Шуяо сквозь слёзы проговорила:
— Цзыхань-гэгэ, Цинцзюнь меня не обижала, правда нет!
Брови Хэ Цзыханя сошлись. Он с недоумением посмотрел на Гу Цинцзюнь.
«Чэнсинь» оказалась на грани банкротства именно из-за давления Цэнь Цзинъюя. Теперь Гу Шуяо вышла на переговоры ради контракта и случайно столкнулась с Гу Цинцзюнь — это не могло не вызвать подозрений у Хэ Цзыханя. Он даже начал думать, не причастна ли Гу Цинцзюнь к действиям Цэнь Цзинъюя против «Чэнсинь».
Гу Цинцзюнь не хотела даже комментировать лживые обвинения Гу Шуяо. Она лишь устало улыбнулась и провела рукой по лбу.
— Пойдём, — сказала она Цэнь Цзинъюю, взяв его за руку и даже не удостоив Хэ Цзыханя и секунды взгляда, будто тот был для неё полным незнакомцем.
Хэ Цзыхань нахмурился, глядя на Гу Цинцзюнь и Цэнь Цзинъюя. Особенно его ранило то, как Гу Цинцзюнь крепко держала руку Цэнь Цзинъюя — в её глазах светилась такая нежность, какой он никогда не видел, когда они были вместе.
— Цинцзюнь, — окликнул он её.
Гу Цинцзюнь не обернулась, лишь холодно бросила:
— Что?
Хэ Цзыхань сказал:
— Я хочу услышать твои объяснения по поводу сегодняшнего инцидента.
Гу Цинцзюнь сдержала гнев, повернулась и прямо посмотрела на Хэ Цзыханя:
— Неужели ты действительно думаешь, что я способна её обижать? — Она горько усмехнулась. — Я вообще никогда не воспринимала её всерьёз.
Слова Гу Цинцзюнь вновь разожгли в Гу Шуяо ненависть. Всё унижение, которое она пережила сегодня, однажды обязательно вернётся Гу Цинцзюнь сторицей.
Холодность Гу Цинцзюнь снова больно ударила Хэ Цзыханя в сердце. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.
Гу Шуяо всхлипнула, поправила волосы, закрывавшие лицо, и подняла глаза на Хэ Цзыханя:
— Цзыхань-гэгэ, пойдём.
Её щеку ранее ударил Ци И, а теперь ещё и Гу Цинцзюнь дала ей пощёчину. Щека сильно опухла, и на ней чётко проступали пять красных пальцев.
— Шуяо, что с твоим лицом? — обеспокоенно спросил Хэ Цзыхань.
Гу Шуяо тут же спрятала лицо за растрёпанными волосами, явно пытаясь что-то скрыть, и сдерживая слёзы, прошептала:
— Со мной всё в порядке, правда. Цзыхань-гэгэ, не спрашивай, пойдём, ладно?
Её упорное умолчание изменило отношение Хэ Цзыханя к Гу Цинцзюнь. В его глазах появился гнев.
Цэнь Цзинъюй резко потянул Гу Цинцзюнь за собой, загораживая её своим телом, и ледяным тоном заявил Хэ Цзыханю:
— Моя Нуаньнуань действительно её ударила, и та этого заслужила! Никто не имеет права сказать хоть слово против моей Нуаньнуань — никто, включая меня самого! Значит, она получила по заслугам!
Эти слова, словно огромный камень, упали прямо в сердце Гу Цинцзюнь. Её зрение на мгновение стало расплывчатым, но уголки губ всё шире растягивала улыбка.
Она — его женщина. Она — его Нуаньнуань.
Хэ Цзыхань замер на месте, не веря своим ушам. Эти четыре слова — «моя Нуаньнуань» — снова больно ранили его сердце.
Когда-то давно Нуаньнуань тоже была его Нуаньнуань.
Цэнь Цзинъюй чётко и внятно обратился ко всем присутствующим:
— Я предупреждаю вас в последний раз: моя Нуаньнуань — не та, о ком можно хоть слово сказать. Иначе вы заплатите за это дорогой ценой!
Он всегда держал своё слово!
Примеры — банкротство «Чэнсинь» и клана Гу — тому подтверждение.
Когда он снова посмотрел на Гу Цинцзюнь, его глаза наполнились нежностью. Он ласково погладил её по лбу и улыбнулся:
— Пойдём.
Гу Цинцзюнь энергично кивнула и даже не взглянула на Хэ Цзыханя. В её сердце больше не осталось места для него — совсем.
Хэ Цзыхань смотрел ей вслед, и в душе поднималось странное чувство, от которого становилось тревожно.
Линь Хун стояла у двери частного зала и с одобрением смотрела на Цэнь Цзинъюя. Она прислонилась к косяку и вздохнула:
— Гу Цинцзюнь, похоже, тебе невероятно повезло — такого парня разве сыщешь!
При этом она бросила взгляд на Бай Сяоцун, но та лишь молча опустила голову, сохраняя прежнее безразличное выражение лица.
Линь Хун покачала головой и усмехнулась. Она никак не могла понять Бай Сяоцун — почему та сама отдала любимого человека другим?
На её месте Линь Хун никогда бы так не поступила. Даже если бы всё закончилось разрывом после бурной страсти, она бы не пожалела — ведь хотя бы любила по-настоящему.
Изначально они собирались просто хорошо поужинать, но вместо этого в ресторане разыгралась настоящая мыльная опера. Ни у кого не осталось желания продолжать трапезу, и все четверо решили расходиться. Линь Хун рассчиталась, и они покинули заведение.
После Лицюй погода постепенно становилась прохладнее, особенно по вечерам — ночной ветерок уже не был таким ласковым, как летом.
Только выйдя из ресторана «Цуийвань», Гу Цинцзюнь почувствовала лёгкую прохладу и машинально потерла свободную руку.
Цэнь Цзинъюй тут же заметил это и сразу снял свой пиджак, накинув его ей на плечи.
Ощутив тепло от его одежды, Гу Цинцзюнь подняла глаза и улыбнулась, как влюблённая девушка, чьи глаза сияли от счастья.
Цэнь Цзинъюй нежно потрепал её по волосам и притянул к себе.
Чёлка Бай Сяоцун скрывала боль в её глазах. Увидев, как Гу Цинцзюнь доверчиво прижалась к Цэнь Цзинъюю, она почувствовала, будто её сердце пронзили иглой. Возможно, она действительно теряет свою Нуаньнуань.
Кроме Гу Цинцзюнь, все трое выпили. Линь Хун вызвала водителя и спросила Бай Сяоцун:
— Лао Бай, поедешь со мной?
Бай Сяоцун ответила:
— Я сама на такси поеду.
— Ты что, больше не живёшь у Линь Хун? — удивилась Гу Цинцзюнь.
Бай Сяоцун улыбнулась:
— Я уже нашла себе жильё и переехала.
Линь Хун закатила глаза:
— Ладно, мне всё равно. Я поехала.
Она помахала рукой в знак прощания. Гу Цинцзюнь тоже помахала:
— Осторожно по дороге!
— Знаю! — нетерпеливо бросила Линь Хун.
Едва она договорила, как мимо неё со свистом пронеслась спортивная машина. Линь Хун не успела увернуться и упала прямо на землю.
Гу Цинцзюнь испуганно вскрикнула:
— Линь Хун!
Гу Цинцзюнь немедленно отпустила руку Цэнь Цзинъюя и бросилась к Линь Хун. Она присела рядом и обеспокоенно спросила:
— Линь Хун, с тобой всё в порядке? Ты не ранена?
Бай Сяоцун тоже подбежала и встревоженно спросила:
— Нигде не ушиблась?
Линь Хун действительно сильно испугалась — сердце до сих пор колотилось.
«Чёрт, осмелился меня сбить? Сам ищи смерти!»
— Помогите встать, — сдерживая ярость, сказала она.
Услышав её бодрый голос, Гу Цинцзюнь немного успокоилась. Она помогла Линь Хун подняться:
— Посмотри, нет ли ушибов.
Цэнь Цзинъюй тем временем встал прямо перед спортивной машиной. Водитель, Цянь И, резко нажал на тормоз, уже готовясь ругаться, но, увидев перед собой мрачного Цэнь Цзинъюя, поспешно расстегнул ремень и выскочил из машины:
— Молодой господин Цэнь! Вы здесь?!
— Моё местонахождение тебя не касается, — ледяным тоном ответил Цэнь Цзинъюй.
От этих слов Цянь И задрожал, но всё же про себя пробурчал: «Такой человек, как Цэнь Цзинъюй, вряд ли когда-нибудь найдёт себе жену».
Линь Хун оттолкнула руки Гу Цинцзюнь и Бай Сяоцун и в ярости подошла к Цянь И сзади. Она изо всех сил пнула его ногой:
— Как смел сбивать меня?! Хочешь умереть?!
Цянь И не ожидал нападения. Его тело накренилось вперёд, руки замахали в воздухе, и он едва не упал прямо на Цэнь Цзинъюя.
— Молодой господин Цэнь, поддержи меня! — закричал он.
Цэнь Цзинъюй лишь холодно усмехнулся и изящно отступил назад.
Цянь И плюхнулся прямо на землю, от удара ладони онемели, и он едва не уткнулся носом в асфальт.
Гу Цинцзюнь не удержалась и фыркнула от смеха, но в душе уже сочувствовала Цянь И: разозлить Линь Хун — значит обречь себя на ужасные последствия.
Цянь И покраснел от стыда и встал. Гнев клокотал в его груди — за всю жизнь он ещё никогда не унижался так позорно.
Он отряхивал ладони и сердито уставился на Гу Цинцзюнь:
— Чего смеёшься? — затем огляделся и громко крикнул: — Кто меня пнул? Выходи сюда!
Гу Цинцзюнь тут же перестала смеяться и нахмурилась, но всё равно с трудом сдерживала улыбку.
Цэнь Цзинъюй подошёл к ней, взял за руку и ледяным тоном потребовал у Цянь И:
— Извинись!
Цянь И на мгновение растерялся. Он посмотрел на переплетённые руки Цэнь Цзинъюя и Гу Цинцзюнь и на секунду потерял дар речи.
Затем быстро перевёл взгляд на лицо Гу Цинцзюнь — он решил хорошенько рассмотреть ту, кто сумел околдовать обычно холодного и неприступного Цэнь Цзинъюя.
Он не успел как следует взглянуть на неё, как перед ним возникла разъярённая женщина.
http://bllate.org/book/8240/760756
Готово:
