Стандарты парня…
Бум.
Сердце Сун Янь заколотилось так сильно, будто хотело вырваться из груди. Что имел в виду Шэнь Цзивэй?
Неужели он вот-вот признается ей в чувствах?
Но разве у него не было девушки?
— А? — вырвалось у него — низко, мягко и с лёгкой настойчивостью.
Сун Янь прижала руки к полке за спиной, пальцы судорожно впились в деревянный край. Она сама не понимала, почему вдруг захотела бежать.
Но сейчас она оказалась в крайне неудобном положении: спиной — к его руке, а перед собой — к его телу, которое всё ближе прижималось к ней.
Она отвела взгляд и нахмурилась:
— Какими бы ни были стандарты, уж точно не такие, как у господина Шэня.
— Почему же нет? — спокойно спросил Шэнь Цзивэй, и по его лицу невозможно было прочесть ни единой эмоции.
— Не подходим друг другу, — сухо ответила Сун Янь. Это была правда — ни по одному параметру они не подходили.
— Ты даже не пробовала — откуда знаешь, что не подходим? — голос Шэнь Цзивэя звучал мягко.
Сун Янь стиснула зубы и подняла на него глаза, полные обиды.
Он ведь уже имел девушку — зачем тогда дразнить её?
Все мужчины получают удовольствие от таких игр?
Она всегда считала Шэнь Цзивэя вежливым и уважительным человеком, не из тех, кто позволяет себе подобное. Но теперь, похоже, он ничем не отличался от остальных!
— Шэнь Цзивэй, тебе это действительно интересно? — холодно спросила Сун Янь, больше не желая продолжать разговор. Она попыталась оттолкнуть его: — Пропустите.
— Что именно «так»? Пока ты не объяснишь мне это, я тебя не отпущу, — Шэнь Цзивэй перехватил её руку и прижал к полке, не давая уйти.
Сун Янь разозлилась ещё больше и, подняв на него глаза, сдерживая бурю внутри, выпалила:
— Хорошо, скажу прямо. Ты помнишь, что говорил мне на вершине горы? Ты сказал, что если рядом есть девушка, никогда не будешь заводить отношений с другими.
— У тебя всё это время была девушка, но ты снова и снова флиртуешь со мной. Тебе это забавно? Я кажусь тебе игрушкой?
— Или, может, играть с чувствами девушек — для тебя повод для гордости?
— Ты понимаешь, что этим причиняешь боль не только той девушке рядом с тобой, но и мне? Или для вас обоих это вообще ничего не значит?
— Если так… Господин Шэнь, прошу прощения, но я всего лишь обычный человек. Мои обстоятельства тебе хорошо известны — у меня нет времени и сил на ваши игры.
Сун Янь сдерживала слёзы, выговаривая всё, что накопилось внутри. После этого в комнате воцарилась тишина.
Шэнь Цзивэй усмехнулся:
— Сказала всё?
Глядя на его улыбку, Сун Янь почувствовала себя глупо и жалко. То, что для неё было чем-то важным, для него, очевидно, было обыденностью.
— Да, — тихо произнесла она, стараясь сохранить спокойствие. — Я всё сказала. Теперь можно пройти?
Но Шэнь Цзивэй не собирался её отпускать. Сун Янь попыталась вырваться, но его хватка была железной — бесполезно.
Уйти? Возможно ли это вообще?
Конечно, нет.
Шэнь Цзивэй провёл рукой по уголку глаза, беззвучно вздохнул и мягко спросил:
— Когда у меня появилась «другая»? Откуда у тебя такие выводы?
Его голос звучал с лёгкой досадой, но в то же время невероятно нежно.
— Неважно уже. Как хочешь. Я всё высказала и больше не хочу иметь с тобой ничего общего, — сказала она, не желая продолжать.
— Книги, которые ты помог мне взять, я сама верну профессору Чжану. А ту рубашку… если ты не сможешь её носить, я возмещу убытки —
Не дождавшись окончания фразы, Шэнь Цзивэй одной рукой обхватил затылок Сун Янь и прижал её губы к своим. Его прохладные губы настойчиво терлись о её мягкие, не давая ни малейшего шанса вырваться.
Бах.
Мозг Сун Янь словно взорвался. Её глаза распахнулись, зрачки расширились, а всё тело покрылось мурашками.
Раз… два… три…
Через несколько секунд она начала тихо всхлипывать и толкать его.
Но это было бесполезно. Разница в силе слишком велика, особенно когда он и не думал её отпускать.
Наконец Шэнь Цзивэй отстранился, носиком нежно потеревшись о её нос, и, тяжело дыша, произнёс:
— Ты закончила, а я ещё ни слова не сказал. Как ты можешь уйти? А?
Она чувствовала себя униженной:
— Господин Шэнь, лучше расскажите это тем, кому интересно. Мне не —
Не успела она договорить — его губы снова прижались к её рту.
На этот раз он лишь слегка коснулся их и сразу отпустил, усмехнувшись:
— Теперь хочешь послушать? Или повторить ещё раз?
Сун Янь отвернулась, не желая на него смотреть, но сердце её стучало так громко, что, казалось, он должен был слышать.
Шэнь Цзивэй мягко повернул её лицо обратно к себе и тихо рассмеялся:
— Я рад, что твоя причина — в том, что ты думаешь, будто у меня есть кто-то. А не потому, что ко мне нет чувств.
— В последнем случае было бы гораздо сложнее, — добавил он. За несколько месяцев общения он немного узнал её характер: если Сун Янь решит, что не испытывает к кому-то чувств, переубедить её почти невозможно.
«Разве наличие другой девушки — не большая проблема?» — подумала она. Очевидно, у «больших людей» совсем другие представления о жизни.
Подожди!
Что он сказал про «не потому, что ко мне нет чувств»? У неё-то как раз и не было никаких чувств!
— Сун Янь, рядом со мной никогда не было других женщин, с которыми я бы вёл себя двусмысленно или близко, — серьёзно произнёс Шэнь Цзивэй и улыбнулся: — Ну, раньше не было.
Сун Янь снова отвела взгляд, не веря ему.
— Дай подумать, откуда у тебя такое впечатление… С того момента, как ты неделю назад стояла за дверью VIP-зала и не зашла внутрь? Из-за Шэнь Мяо? — спустя паузу спросил он.
— ? — Сун Янь посмотрела на него.
Фамилия Шэнь?
У неё возникло дурное предчувствие — неужели она ошиблась?
Шэнь Цзивэй, заметив её замешательство, улыбнулся:
— Шэнь Мяо — моя двоюродная сестра. Она на три года старше меня, работает журналисткой и замужем.
— На прошлой неделе она приходила в клуб, чтобы взять интервью о новом проекте моей компании.
— И какие теперь мысли? — спросил он.
— Какие… какие мысли? — растерянно пробормотала она.
— Как ты думаешь? — мягко улыбнулся он.
Сун Янь перевела взгляд, кашлянула и тихо сказала:
— Ой… Прости, я ошиблась. Ты хороший человек.
Шэнь Цзивэй явно был недоволен. Он легонько стукнул её по лбу:
— «Хороший человек»? Я прилетел из командировки, не раздеваясь, побежал в университетскую библиотеку, чтобы найти тебя… И всё это ради того, чтобы получить от тебя «карту хорошего человека»?
Сун Янь промолчала.
Она опустила глаза, не зная, что ответить на его настойчивый вопрос и не в силах избежать его взгляда.
В голове царил хаос, когда вдруг из кармана её куртки раздался звонок телефона, разрушив напряжённую и тревожную атмосферу.
— Я… я возьму трубку, — выдохнула она с облегчением и попыталась отстраниться.
Шэнь Цзивэй посмотрел на эту растерянную, краснеющую до корней волос девушку и кивнул, вежливо отступив на шаг.
Сун Янь, словно спасаясь бегством, выскользнула из его объятий и отошла в сторону, чтобы ответить.
Шэнь Цзивэй выпрямился и с лёгким смущением наблюдал за её поспешной фигурой.
Он плотно сжал губы. Разве его вопросы были так страшны?
Похоже, он её действительно напугал?
Хотя, честно говоря, он ещё ничего не сказал.
— Тётя Фэн, что случилось? С папой что-то не так? Как это возможно? — голос Сун Янь дрожал, слёзы навернулись на глаза. — Я сейчас же приеду! Вызвали «скорую»?
Повесив трубку, она даже не подумала о том, что только что происходило между ними. Она подбежала к Шэнь Цзивэю, вся в слезах, но стараясь сдержаться:
— Господин Шэнь, вы можете меня подвезти? С папой что-то случилось, он… он —
Шэнь Цзивэй, глядя на её заплаканное лицо, почувствовал острое сочувствие. Не дожидаясь окончания фразы, он крепко взял её за руку и решительно направился к выходу, спрашивая по дороге:
— «Скорую» вызвали?
— Тётя Фэн уже вызвала, — всхлипнула Сун Янь.
— Едем домой или в больницу? — спросил он. Сун Янь, захлёбываясь слезами, не смогла сразу ответить, и Шэнь Цзивэй принял решение за неё: — Домой. В это время «скорая» нас не обгонит.
— Назови адрес.
— Не волнуйся, всё будет в порядке, — твёрдо сказал он, крепко сжимая её руку.
Действительно, когда они приехали, «скорая» ещё не подоспела.
Сун Янь увидела отца, который судорожно дёргался на кровати, а тётя Фэн никак не могла его удержать.
Голова Сун Янь мгновенно опустела. Она задрожала всем телом, бросилась к кровати, схватила отцовскую руку и, не сдерживая слёз, закричала:
— Папа! Папочка, что с тобой? Посмотри на меня! Это Янь Янь! Папа, не надо так… Я боюсь!
— Сун Янь, успокойся. Сейчас главное — отвезти дядю в больницу, — Шэнь Цзивэй положил руку ей на плечо, затем повернулся к тёте Фэн: — Позвоните ещё раз, узнайте, где «скорая».
— Мы сами спустим дядю вниз.
Сун Янь, услышав его слова, постаралась взять себя в руки. Она понимала: нельзя паниковать. С трудом сглотнув слёзы, она решила сама нести отца, но Шэнь Цзивэй остановил её:
— Я сам. Сун Янь, принеси одеяло.
Она послушно выполнила просьбу.
Шэнь Цзивэй укутал отца в одеяло, чтобы смягчить судороги, затем легко поднял его на спину — тот был очень худым после долгого лежания — и, обернувшись к Сун Янь, мягко сказал:
— Возьми ещё одну тёплую куртку для дяди.
Она снова сделала, как просили.
Как раз когда Шэнь Цзивэй спускался с отцом по лестнице, подъехала «скорая». В машину могла сесть только одна сопровождающая — Сун Янь поехала вместе с отцом.
Весь её разум был сосредоточен на отце, всё остальное исчезло. Поэтому она даже не ожидала увидеть Шэнь Цзивэя уже в больнице — он стоял у входа, за ним следовали несколько пожилых врачей в белых халатах.
Очевидно, он заранее всё организовал.
Отца быстро увезли в реанимацию. Сун Янь, оцепеневшая и растерянная, стояла у дверей, не в силах ни о чём думать.
Шэнь Цзивэй смотрел на неё с болью: её глаза покраснели от слёз, лицо и нос — тоже, но она всё ещё пыталась казаться сильной. Он осторожно притянул её к себе:
— Не переживай, с дядей всё будет в порядке. Я уже проконсультировался с профессором Ху — ситуация полностью контролируема.
— Спасибо, — тихо сказала Сун Янь, прижавшись к нему и не отстраняясь.
Раньше она ничего не боялась. Даже когда отец лежал без движения и не мог с ней говорить, лишь одно присутствие его в комнате давало ей силы. Но сегодня, увидев его в судорогах, она почувствовала настоящий страх, беспомощность и усталость, какой не знала раньше. Еле слышно она поблагодарила Шэнь Цзивэя.
Тот сжал её чуть крепче и тихо сказал:
— Сун Янь, дяде нужно ещё немного времени. Сядь пока на стул и подожди его.
Она не ответила, лишь покачала головой. Хотела быть первой, кто увидит отца, когда его выведут.
Шэнь Цзивэй ничего не стал говорить и просто молча остался с ней у дверей.
Через час свет над реанимацией погас. Отца перевели в обычную палату.
Профессор Ху снял маску:
— Состояние пациента стабилизировано. Причина приступа — начавшаяся атрофия мышц. Ему необходима госпитализация для наблюдения и лечения.
Шэнь Цзивэй пожал руку профессору:
— Благодарю вас, профессор Ху. Распоряжайтесь по своему усмотрению.
— Вам не за что, господин Шэнь, — ответил тот.
Пока отца устраивали в палате, Шэнь Цзивэю позвонили. Он вышел, чтобы принять звонок.
Сун Янь сходила в туалет, а затем направилась к стойке медсестёр, чтобы узнать, где кабинет профессора Ху.
Она не хотела спрашивать у Шэнь Цзивэя о медицинских расходах — это было бы неловко — поэтому решила поговорить с профессором наедине.
— Профессор Ху, можно ли контролировать состояние моего отца? Будет ли атрофия прогрессировать? Он… — она хотела спросить: «Он проснётся?», но не осмелилась.
Боялась услышать не тот ответ. Многие врачи уже советовали ей смириться.
Но она не могла отказаться. Даже если оставался один шанс из тысячи, она хотела бороться.
http://bllate.org/book/8211/758499
Готово:
