Памела взглянула на деревянную табличку, болтавшуюся на ослиной повозке. В четвёртой строке чётко значилось: за одну плиту грушевого дерева — тридцать красных кристаллов.
Цены выросли больше чем вдвое! Неудивительно, что Виронка возмущена.
— В прошлый раз вы говорили то же самое! — с холодной усмешкой бросила Виронка. — Вы что, думаете, мы, демоны, идиоты? На этот раз всё подорожало в разы!
Лёгкий щелчок — и её белоснежная мантия соскользнула, обнажив плотно облегающие кожаные доспехи и необычайно тонкий шпагу.
Теперь уже все наёмники вокруг по-настоящему занервничали. Один за другим они выхватили оружие и окружили Виронку.
Хотя наёмников было человек двадцать с лишним и они стояли в несколько кругов, Памеле всё равно казалось, будто стадо овец окружило одинокого снежного волка. Серебристые волосы Виронки сверкали в лунном свете, а зелёные глаза были остры и ледяны — она и впрямь напоминала прекрасную и грозную королеву снежных волков.
Памела надеялась воспользоваться случаем, чтобы прикинуть, насколько различаются силы людей и демонов, но времени прошло слишком мало — Вигнейя уже примчалась на место происшествия.
Не задавая вопросов, она тут же рявкнула на Виронку:
— Ты тоже решила ослушаться моего приказа?!
«Её приказ? Какой ещё приказ?»
Мысль мелькнула в голове Памелы, и она тут же сообразила. Глаза её расширились от изумления, когда она уставилась на Вигнейю.
«Неужели даже в такой ситуации нельзя применять силу? У Вигнейи что, совсем мозги набекрень?..»
Очевидно, даже будучи преданной сторонницей Вигнейи, Виронка не собиралась сразу уступать.
Она колебалась на месте, сжимая свой клинок, но ярость в глазах постепенно угасала.
Вигнейя, видя, что Виронка не спешит убирать оружие, вспыхнула гневом и подняла посох, начав читать заклинание — причём целью была никто иная, как её собственная доверенная подчинённая.
Памела уже заметила презрительную ухмылку на лицах людей и поспешила прервать заклинание Вигнейи:
— Виронка просто недовольна ценами.
Как только Памела двинулась, Саймон немедленно отреагировал на действия своей повелительницы и встал перед Вигнейей с обнажённым мечом. По его виду было ясно: если Вигнейя произнесёт хоть ещё одно слово древнего демонического языка, его клинок обрушится на собственную мать.
В глазах Вигнейи мелькнуло раздражение.
Обращаясь к Памеле, она не сумела скрыть злости:
— Ваше Величество, это внутреннее правило южных демонов. Никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя использовать свою силу, чтобы угнетать слабых!
Памела чуть не фыркнула. Теперь она точно знала: у Вигнейи действительно что-то не так с головой.
Сама по себе фраза звучала вполне благородно, но ведь нужно же учитывать контекст!
Например, сейчас! Цены торговцев явно завышены. Разве Виронка пытается угнетать слабых? Конечно, нет!
Памела вдруг почувствовала жалость к южным демонам. Как же они вообще живут все эти годы под руководством такого «мудрого» лидера?
Не желая показывать раскол внутри демонов перед чужаками, Памела решила дать Вигнейе возможность сохранить лицо:
— Виронка уже прекратила сопротивление. Если бы она напала на этих людей, считая их слабыми, разве твоё нападение на неё не стало бы тем же самым?
Вигнейя запнулась и не нашлась, что ответить.
Взглянув на хмурого Саймона и на его повелительницу — могущественную и остроумную Королеву Демонов — стоящую за его спиной, она наконец медленно опустила посох.
Памела повернулась к Виронке и с удовлетворением отметила, что та уже успела убрать клинок в ножны.
Затем она бросила последний взгляд на торговца, наблюдавшего за всем с довольной ухмылкой, ничего не сказала и махнула Саймону с Вигнейей, чтобы следовали за ней.
Когда они уходили, до них донёсся голос торговца:
— Уважаемый господин, цена и так уже предельно справедлива! Как верно сказал ваш спутник, любая попытка снизить её — это просто издевательство над нами!
Глаза Памелы потемнели. Она переглянулась с Саймоном и поняла по его выражению лица, что он чувствует то же самое.
* * *
Саймон и Памела услышали последние слова торговца. Вигнейя, конечно, тоже не могла их не расслышать.
Однако её лицо оставалось невозмутимым, взгляд — прямым и спокойным, будто ей было совершенно всё равно.
Памела терпела, терпела — и не выдержала:
— Ты знаешь, что эти люди намеренно занижают цены?
Вигнейя повернулась к ней с искренним недоумением:
— Какое ещё занижение? Эти торговцы живут очень тяжело. Их постоянно обирают аристократы среди самих людей. Да, здесь им, может, и удаётся хорошо заработать, но большая часть прибыли всё равно уходит не им. Если они не смогут немного компенсировать свои потери здесь, им просто не выжить.
«…»
Памела с изумлением осмотрела голову Вигнейи и перевела взгляд на Саймона.
* * *
Молодому адъютанту, очевидно, тоже потребовалось несколько секунд, чтобы оправиться от поразительной щедрости матери. Его зрачки расширились, прежде чем он снова заговорил серьёзным, мрачным тоном:
— Ваше Величество, вы, наверное, считаете Вигнейю чересчур святой? Но позвольте напомнить: однажды она сама мне объяснила. Люди слишком слабы. Даже если мы отступим на десять тысяч шагов назад, они всё равно не смогут нам помешать. Так почему бы не делать вид, что ничего не замечаешь, и позволить им жить спокойно?
На лице Вигнейи снова появилась та странная, почти материнская улыбка:
— Как говорит госпожа Танья: «Отступи на шаг — и простор небесный откроется». Только так можно сохранить долгий мир.
— «Отступи на шаг — и простор небесный откроется?» — эхом повторила Памела.
Вигнейя, решив, что её убедили, улыбнулась ещё шире:
— Вам тоже кажется, что в этих словах госпожи Таньи заключена великая мудрость? Она произнесла множество подобных изречений. Госпожа Танья — не только величайший маг в истории демонов за последние пятьсот лет, но и самый мудрый из всех наших предков.
Памела уже не слушала болтовню Вигнейи.
По её спине пробежал холодный пот. Тонкая ткань рубашки прилипла к коже, будто обтянула её плёнкой, мешая свободно двигаться.
До этого момента Памела всегда считала, что её появление в этом мире — случайность. Она выбралась из Бассейна Королевы Демонов, но совершенно не помнила, как и почему оказалась здесь. Часть воспоминаний была стёрта, будто кто-то вырезал кусок из её сознания.
Этот вопрос она глубоко спрятала в сердце, а потом столько всего произошло — Саймон, Паси, южные демоны… — что она почти забыла о нём.
Но теперь, услышав эту знакомую фразу, старые сомнения вновь всплыли на поверхность.
Демонский язык отличался от родного, и выражение «отступи на шаг — и простор небесный откроется» звучало в нём крайне неестественно.
И неудивительно: демоны всегда почитали силу. Кто сильнее — тот и прав. В такой культуре идея уступки просто немыслима. Нормальный демон, как Паси, скорее ударит в лицо, чем станет отступать.
Памела даже сомневалась, есть ли в демонском словаре слово «отступление».
Что же тогда за тайна скрывается за рождением Королевы Демонов из Бассейна?
Неужели две предыдущие Королевы, как и она, попали сюда через игровой аватар?
И если они погибли, значит ли это, что они умерли навсегда… или вернулись в свой родной мир?
Мысли путались, как клубок ниток, и найти конец было невозможно.
Разгадать загадку сейчас не получалось, и Памела решила отложить её на потом.
Но зато она вдруг поняла: возможно, она ошибалась насчёт Вигнейи.
Может, та и не святая вовсе, а просто невероятно высокомерна?
Раз людьми можно пренебречь, зачем обращать внимание на их мелкие проделки?
Как сама Вигнейя сказала: люди слабы, и даже если демоны будут уступать им во всём, те всё равно не станут для них угрозой.
Это был совершенно новый взгляд на вещи.
Если бы южные демоны не имели к ней никакого отношения, Памела, конечно, не стала бы вмешиваться. Пусть Вигнейя делает, что хочет — её проблемы.
Но дело в том, что теперь Памела — Королева Демонов!
Королева всего демонического рода!
Южные демоны, пусть и не переехавшие в замок Королевы Демонов, всё равно находятся под её властью!
А значит, Памела не могла допустить, чтобы Вигнейя щедро раздавала чужие интересы.
Уступать?
Да никогда в жизни!
В демонском словаре такого слова нет! А если и было — с сегодняшнего дня она его вычеркнула!
Пусть в Тёмном мире и полно рудников, и добывать там легко, это ещё не повод позволять торговцам людей безнаказанно задирать цены!
Из уважения к девяностолетнему правлению Вигнейи Памела решила дать ей последний шанс:
— Если мы промолчим, цены будут расти и дальше. И, судя по всему, уже начинают.
— Пусть растут, — невозмутимо улыбнулась Вигнейя. — Вы, наверное, не знаете: те драгоценные камни, что так ценят люди, у нас в Тёмном мире валяются повсюду.
Глядя на её беззаботную улыбку, Памела мысленно нарисовала огромный красный крест на портрете Вигнейи.
* * *
Саймон, само провозгласивший себя первым подданным Королевы Демонов, едва Вигнейя ушла, тут же предложил Памеле:
— Если прикажете, я немедленно убью её. Без лидера южные демоны сами подчинятся вам.
Памела: «…»
Она была в шоке.
Она только что мысленно вычеркнула Вигнейю из списка потенциальных подчинённых, а Саймон уже готов убить собственную мать — да ещё и по собственной инициативе!
Памела внимательно посмотрела на него и убедилась: он абсолютно серьёзен. Она поспешно замахала руками:
— Пока не надо, пока не надо. В конце концов, она девяносто лет управляет южными демонами.
Произнося эти слова, Памела вдруг вспомнила выражение лица Виронки, когда та получила выговор от Вигнейи.
Её рука замерла в воздухе, а затем медленно опустилась:
— Ты ведь тоже недавно менялся с людьми. Считаешь ли ты нынешние цены справедливыми?
— Конечно, нет, — ответил Саймон без колебаний. — Не только дерево — всё подорожало вдвое, а то и больше. Особенно украшения, которые так любят демоны: их цена выросла втрое по сравнению с тем, что я видел раньше.
Памела невольно присвистнула. Цены взлетели выше, чем недвижимость в её родном мире.
— Ваше Величество боитесь, что, когда караван достигнет замка Королевы Демонов, цены поднимут ещё выше? — Саймон, угадывая её мысли, снова предложил: — За южных демонов я не ручаюсь, но если вы отдадите приказ в замке, ни один демон не захочет торговать с этими людьми.
Памела вдруг осенило.
Конечно!
Главное для неё — не южные демоны, а её собственный замок!
Пусть Вигнейя сама платит за своё великодушие. Но Памела не потерпит, чтобы её подданных так обманывали!
Приняв решение, она немедленно приступила к действиям.
Она торопилась опередить караван и вернуться в замок Королевы Демонов. Просто попрощавшись с Вигнейей, она уже собиралась уезжать, даже не взяв с собой нового талантливого мастера —
но это было невозможно.
Виронка, как бы ни злилась на Вигнейю, никогда не позволила бы своему возлюбленному уехать с Памелой.
Памела с тоской смотрела из окна экипажа на Кларенса, стоявшего в толпе. В сердце вздохнула:
«Мастер, потерпи ещё немного. Как только я разберусь с этим караваном, сразу освобожу тебя.
Когда ты приедешь в наш замок, сможешь делать всё, что захочешь, и использовать любые материалы. Ни один демон больше не посмеет нарочно топтать твои работы!»
Неизвестно, услышал ли Кларенс её мысли, но в последний миг, когда Памела уже отводила взгляд, этот мягкий и спокойный юноша вдруг обернулся к её экипажу и улыбнулся.
Затем пещерные демоны, тянувшие повозку, рванули вперёд, оставляя за спиной белоснежный Каменный район и таких же белых южных демонов.
Памела выпрямилась на сиденье и обернулась — прямо в глаза Саймону, который с грустью смотрел на неё.
Его взгляд заставил её поежиться.
— Саймон, почему ты так грустно смотришь? — натянуто улыбнулась она.
Саймон долго и пристально смотрел на неё, прежде чем медленно заговорил:
— У меня есть одна не очень приятная мысль, которую я хотел бы высказать Вашему Величеству…
— Тогда не говори, — перебила его Памела, даже не дав договорить.
http://bllate.org/book/8181/755526
Готово:
