Он только что сказал «рог» — неужели имел в виду, что она должна лежать спокойно, а он вылечит её с помощью своего рога?
Но ведь у него нет культивации! Как тогда он может исцелять раны культиватора на стадии золотого ядра? И если его рог так силён, почему он не лечит собственные раны?
Неужели маленькое чудовище вовсе не человек… или же это исцеление требует огромной платы?
Эта мысль пронзила сознание Санье. Она больше не могла ждать. Медленно открыв глаза, девушка подняла руку и попыталась оттолкнуть руку Цзи Чуаня.
Но ничего не вышло.
Санье: «…………» С каких пор у этого чудовища такая сила?
Цзи Чуань крепко держал её за запястье, прикрывая узкие глаза. Сияние двух драконьих рогов постепенно угасало. Его длинные ресницы слегка дрожали, а в душе бушевало раздражение.
Всё из-за того, что эта человеческая девчонка только что нарочно приняла такой соблазнительный вид и спросила, хочет ли он хоть ненадолго уйти с ней…
Вспомнив её слова, Цзи Чуань почувствовал, как его плавники неловко задрожали, и плотно сжал губы.
Для такого существа, как он, муки периода Принятия Облика преследовали его уже более десяти лет. Он почти привык к этой боли — будто она стала частью самого дыхания. Но сейчас, услышав слова Санье, ему показалось, что даже самые глубокие раны в костях начали затягиваться.
Страдания периода Принятия Облика стремительно ослабевали, почти полностью исчезая.
На смену им пришло сильное, почти непреодолимое желание быть ближе к ней.
Тысячелетний драконёнок, всю жизнь проживший в одиночестве, не понимал, что всё это значит. Он не знал, что переживает ключевой момент прорыва в некую таинственную сферу.
Перед лицом внезапных перемен Цзи Чуань совершенно растерялся.
Когда он наконец пришёл в себя, то уже прижимал Санье к постели. А первоначальное восклицание «рог» прозвучало скорее как детская просьба →_→
Лицо прекрасного драконёнка покраснело до кончиков ушей. Ощутив лёгкий толчок со стороны Санье, он наконец обрёл рассудок и осторожно отпустил её. Каждое место, где их тела соприкоснулись, теперь горело, будто его опалили Пламенем Бездны, и это ощущение было невыносимо ярким.
Сердце бешено колотилось, заставляя дыхание учащаться.
Санье была взволнована. Проверив своё состояние, она обнаружила, что раны почти зажили. Увидев, как маленькое чудовище дрожит всем телом, девушка решила, что он страдает от боли, и, не обращая внимания на растрёпанный наряд, обеспокоенно спросила:
— Как ты себя чувствуешь?
— Очень больно?
Она сжала его большую ладонь и направила в него поток ци.
Чудовище лишь подняло на неё красные от смущения глаза и покачало головой.
Убедившись, что с ним всё в порядке, Санье наконец перевела дух.
Она провела рукой по волосам, вспомнив его дыхание вплотную к себе, и почувствовала, как уши залились румянцем.
— Спасибо тебе, — мягко сказала она, глядя на Цзи Чуаня. — Мне… намного лучше.
Она запнулась:
— Я думаю… давай уйдём вместе. А там решим, что делать дальше. Хорошо?
Цзи Чуань не ожидал таких слов. Его прекрасные глаза широко распахнулись, и лишь через некоторое время, встретившись с её серьёзным взглядом, он вернул себе дыхание и ответил послушной, нежной улыбкой. Подавляя в себе растущее желание полностью завладеть ею, он тихо кивнул.
…
Пока Санье и маленькое чудовище готовились к отъезду, на горе Чжэнъюэ:
Сан Цинцин с изумлением смотрела на стоявшего перед ней Старейшину Лэй Юэ и более десятка культиваторов.
— Цинцин, это молодые господа и даосы из города Санфу, которые хотят немного потренироваться с тобой в фехтовании, — сказал Старейшина Лэй Юэ.
Сан Цинцин крепче сжала клинок «Льюй». Она прекрасно понимала: это всего лишь предлог. На самом деле эти культиваторы ищут себе будущих супругов. Все они были в списке, который учитель показал ей вчера.
Если она не ошибается, все эти люди должны были прийти к Санье, а не к ней!
Старейшина Лэй Юэ заметил её замешательство и недовольно нахмурился:
— Твоя старшая сестра ещё не оправилась от ран. Я подумал, что твои навыки меча значительно улучшились, поэтому привёл их к тебе.
Сан Цинцин была вне себя. У неё уже был возлюбленный — Синъе. Даже раньше она никогда бы не взглянула дважды на этих мужчин, чья цель изначально была Санье.
Однако, увидев предостерегающий взгляд Старейшины Лэй Юэ, она нехотя согласилась.
Но она не ожидала, что «тренировка» быстро превратится в унижение. Сначала культиваторы вели себя вежливо, но, заметив её слабость, один за другим начали насмехаться. Их взгляды сводили её с ума.
— И это всё? — хмыкнул один лысый культиватор после единственного выпада и развернулся, чтобы уйти. — Девушка Цинцин, ты даже десятой доли Санье не стоишь. Я ухожу.
Перед таким разочарованием и презрением других Старейшина Лэй Юэ, получивший подарки, предпочёл закрыть глаза и не заступаться за внучку.
Сан Цинцин, проигрывая в мастерстве и силе, молча терпела это унижение.
С каждым новым взглядом разочарования её ненависть к Санье росла.
Ведь все они пришли ради Санье! Из-за ранений старшей сестры ей приходится выступать вместо неё и терпеть такое позорное обращение.
Она слабее Санье, её талант скромнее, и даже внешность не сравнится с красотой сестры. Но разве это её вина? Почему все замечают только сияние Санье и не видят её, Сан Цинцин, и её усилий?
Даже тот, кого она любит, готов стать слугой Санье.
Когда все ушли, Сан Цинцин, истощённая, рухнула на землю.
Она впилась пальцами в почву и, глядя в сторону горы, где жила Санье, едва сдерживала ревнивую злобу.
— Цинцин, — раздался голос позади.
Девушка обернулась и увидела, что Старейшина Лэй Юэ вернулся и смотрит на неё с разочарованием.
От этого взгляда ей стало трудно дышать.
— Прадедушка, и вы тоже считаете, что я хуже старшей сестры?
Старейшина Лэй Юэ вздохнул:
— Ты всего лишь на уровне Совершенствования, как можешь сравниваться с Санье, достигшей стадии золотого ядра?
Он погладил её по голове:
— Зачем тебе мериться с ней? Разве стоит обращать внимание на человека, которому осталось недолго жить?
— Но, прадедушка…
— Ты забыла, что я тебе говорил? — холодно усмехнулся Старейшина Лэй Юэ. — Я уже рассказал тебе половину плана относительно Санье.
Сан Цинцин почувствовала, как сердце её забилось быстрее.
— Вы имеете в виду…
— Да, — кивнул Старейшина Лэй Юэ. — Немного изменил детали. После смерти Санье я передам её духовный корень тебе.
— У тебя уже есть водный духовный корень от Сань Дая. Если добавить к нему грозовой корень Санье, ты станешь обладательницей двойного небесного духовного корня.
Старейшина Лэй Юэ довольно улыбнулся, будто духовный корень и золотое ядро Санье уже были в его кармане.
Сан Цинцин, которая, судя по всему, знала о своём водном корне от Сань Дая, немного успокоилась, но всё же сказала:
— Прадедушка, оставьте Санье в живых.
Старейшина удивился, но всё же добродушно согласился:
— Ты добрая, Цинцин. Пусть будет так.
Настроение Сан Цинцин заметно улучшилось. Ни она, ни Старейшина Лэй Юэ не заметили, как в его тени появился крошечный предмет в форме драконьего рога, который записал весь их разговор и верно передал информацию своему хозяину.
Цзи Чуань, спокойно сидевший на летательном артефакте вместе с Санье, почувствовал сообщение от своей тени. Он поднял длинные пальцы и холодно усмехнулся. Его прекрасное лицо окутала ледяная злоба.
— Что случилось? — спросила Санье, разрушив последнее здание на горе и управляя летательным артефактом, чтобы ускорить отлёт от города Санфу.
В ответ она получила лишь застенчивую улыбку и смущённое покачивание головы.
Санье смягчилась. Укрепив защитный экран от ветра, она достала несколько духовных фруктов и положила их Цзи Чуаню на колени.
— Мы направляемся к одному уединённому заливу. Поживём там какое-то время.
Уединённый залив?
Практически все моря, соединённые с Семью Восходящими Морями, находились под совместным управлением рода драконов и клана русалок.
Маленькое чудовище взяло в руки сочный красный фрукт, полный ци, и в его сознании всплыли мрачные воспоминания —
воспоминания о том, как его гнали и преследовали веками. Это были далеко не самые приятные воспоминания.
В глазах русалок и драконов он, существо, похожее и на русалку, и на дракона, заслуживал лишь быть высушеным на солнце до состояния «драконьего паека».
На его губах появилась насмешливая усмешка, контрастирующая с шрамами на щеке. Цзи Чуань выглядел мрачно и жестоко.
Его ногти незаметно удлинились и впились в бедный фрукт, окрасив ладонь соком.
Цзи Чуань поднёс руку ко рту и облизнул пальцы, невольно устремив взгляд на Санье, сосредоточенно управляющую летательным артефактом. Его взгляд медленно скользнул по её прямой спине и остановился на белой, хрупкой шее.
Сердце, наполненное мраком, вдруг озарила тёплая солнечная полоса.
С его точки зрения были видны мягкие черты её лица и алые, сочные губы.
Сладкий сок на пальцах наполнил рот, заставив всё тело драконёнка дрожать. Его узкие глаза неотрывно следили за Санье.
— ? — Санье почувствовала на себе жгучий взгляд и обернулась, чтобы посмотреть, что происходит. Но в тот же миг её глаза встретились с откровенным, алчным взглядом Цзи Чуаня.
Он, словно очнувшись, покраснел до корней волос и поспешно спрятал руки за спину, виновато опустив голову.
— ?? — Санье заметила его блестящие рога, влажные губы и раздавленный фрукт на летательном артефакте. Ей показалось, что здесь что-то не так.
Сердце на миг замерло. Санье поспешно отвела взгляд, чувствуя, как лицо её горит, а кровь течёт быстрее обычного.
Хотя только что увиденная картина выглядела… странно, Санье тут же нашла оправдание для маленького чудовища:
«Наверное, он просто не знает, как правильно есть фрукты, поэтому так испачкался».
А то, что он виновато опустил голову, наверняка потому, что испачкал летательный артефакт и одежду.
С этими мыслями тревожное чувство исчезло, как пылинка на ветру. Санье вздохнула с облегчением и мягко сказала:
— Не переживай. Одним заклинанием чистоты всё уберём. Не нужно себя винить.
Цзи Чуань: «…………»
Он посмотрел на её покрасневшие уши, чувствуя одновременно горечь и веселье.
Подобрав раздавленный фрукт, он оперся левой рукой на щеку, а правый глаз, полный эмоций, уставился на Санье, сдерживая внезапный порыв сердца.
Скорость летательного артефакта была средней, но благодаря ци Санье он двигался значительно быстрее, чем на обычных кристаллах ци.
Они долго летели, и когда небо начало темнеть, а на горизонте собрались тучи, Санье взглянула на тихо сидевшего позади Цзи Чуаня, который ни разу не пожаловался, и решила поискать поблизости гостиницу для отдыха.
Они уже покинули центр города Санфу и оказались на окраине. Если продолжать путь, то два дня подряд им не удастся найти место для ночёвки.
Хотя раны маленького чудовища не угрожали жизни и выглядели страшнее, чем были на самом деле, Санье не хотела заставлять его страдать на этом простом летательном артефакте.
Вообще-то, культиватор и алхимик уровня Санье должна была владеть гораздо лучшим летательным средством. Но так как обычно она предпочитала лететь сама, не обращая внимания на погоду и условия, у неё просто не было подходящего артефакта.
http://bllate.org/book/8106/750028
Готово:
