Возможно, именно из-за исчезновения Сун Вэйси Су Жань сейчас была особенно взволнована:
— Так я и должна всё бросить? Просто позволить Гу Дунчэну увести Сун Вэйси?
— Успокойся, — сказал Тан Цзычу. — Я понимаю, как ты себя чувствуешь, но паника сейчас бесполезна. Вернёмся домой — вместе придумаем, что делать.
Су Жань прикрыла лицо ладонями и несколько раз глубоко вдохнула. Тан Цзычу был прав: терять голову нельзя. Главное — сохранять хладнокровие.
Когда он увидел, что она постепенно приходит в себя, Тан Цзычу произнёс:
— Пойдём, я отвезу тебя домой.
Су Жань кивнула и молча последовала за ним. Он отвёз её в дом Линя и рассказал обо всём Линь Шэньхуаню.
Пока они разговаривали, Су Жань молчала. Её взгляд был рассеян, будто она думала о чём-то далёком. Линь Шэньхуань помахал рукой у неё перед глазами:
— Жаньжань.
Только тогда она очнулась, опустила голову и собралась с мыслями:
— Всё в порядке.
Линь Шэньхуань обеспокоенно сказал:
— Если тебе плохо, поднимись наверх и отдохни. Не переживай из-за Вэйси. Если его действительно увёл Гу Дунчэн, то, зная его характер, он вряд ли причинит мальчику вред — у него наверняка есть другие планы. А если Вэйси похитили торговцы людьми… не волнуйся, я обязательно найду его. Лучше всего сначала проверить записи с камер наблюдения в супермаркете.
Су Жань лишь кивнула, не произнеся ни слова. Её лицо по-прежнему оставалось бледным и напряжённым.
После ухода Тан Цзычу она поднялась наверх, но не легла отдыхать. Вместо этого она снова набрала номер Гу Дунчэна. Она была абсолютно уверена: это сделал именно он — никто другой.
Даже самые отчаянные торговцы людьми не осмелились бы похищать ребёнка в переполненном супермаркете, где повсюду камеры.
К тому же Гу Дунчэн уже говорил подобные вещи. Ведь Вэйси — её жизнь, и, уведя его, он нанесёт ей сокрушительный удар. Он чётко заявил, что «игра ещё не окончена». Он так ненавидит семью Сун, что давно утратил всякое человеческое чувство и точно не остановится сейчас.
На этот раз Гу Дунчэн ответил на звонок:
— Су Жань, хочешь узнать правду? Приезжай ко мне домой. Но помни: приходи одна. Никого с собой не бери. Иначе не обессудь. И не пытайся меня перехитрить. В прошлый раз я был невнимателен, поэтому людям Му Чучэна удалось увести Тянь Ми. Но теперь такого не повторится. Да, семья Му могущественна, и Му Чучэн — человек не простой. Но не забывай: сейчас семья Сун полностью в моих руках. Ты прекрасно знаешь, какое положение занимает семья Сун в Аньчэне. Семья Му — одна из великих, но и я не из тех, с кем можно шутить. Если ты снова попытаешься втянуть Му Чучэна в это дело, ты об этом пожалеешь.
С этими словами он повесил трубку.
Су Жань накинула пальто, положила телефон в карман и вышла из дома. После аварии здоровье Линь Шэньхуаня так и не восстановилось до конца, и врач настоятельно рекомендовал ему ложиться спать пораньше. Поэтому, хотя было ещё не слишком поздно, он уже ушёл отдыхать.
В последнее время Су Жань и так спала плохо, а теперь, когда Вэйси пропал, о сне не могло быть и речи.
Она села за руль и поехала к дому Гу Дунчэна. Нажав на звонок, она стала ждать у двери. Гу Дунчэн подошёл и открыл. На нём были тёмные брюки и шелковая рубашка того же цвета, верхние пуговицы которой были расстёгнуты. От него слегка пахло алкоголем — очевидно, он только что пил.
Он приоткрыл дверь и отступил в сторону:
— Проходи.
Су Жань колебалась. Гу Дунчэн презрительно фыркнул:
— Испугалась? Тогда уходи.
Он уже собирался захлопнуть дверь, но Су Жань резко прижала её ладонью. Несмотря на страх, она понимала: у неё нет выбора. Глубоко вдохнув, она шагнула внутрь.
Гу Дунчэн указал на диван:
— Садись.
— Не нужно, — отрезала Су Жань. — Скажи прямо: чего ты хочешь?
Гу Дунчэн усмехнулся:
— Куда ты торопишься? Раз уж пришла, давай посидим, поболтаем.
— О чём нам с тобой разговаривать? — Су Жань с отвращением смотрела на него. Она могла стоять здесь и разговаривать с ним только ради Сун Вэйси. В противном случае у неё не хватило бы терпения даже на минуту!
Гу Дунчэн коротко рассмеялся, но вдруг резко оборвал смех и холодно, с нажимом произнёс:
— Я повторяю в последний раз: садись.
Су Жань стиснула зубы и села напротив него.
Увидев, что она наконец повиновалась, Гу Дунчэн снова улыбнулся. На журнальном столике уже стояли два бокала: один — с вином, другой — пустой. Он налил вина в пустой бокал и протянул его ей:
— Выпей со мной.
— Гу Дунчэн, тебе это доставляет удовольствие? Ты псих? Тебе кажется, будто весь мир виноват перед тобой? А ты сам подумай, что натворил?
— Конечно, весело! Почему нет? — Гу Дунчэн развёл руками и сделал глоток вина. — Смотреть, как вы все мечетесь в панике… Не представляешь, какое это наслаждение! Ха-ха-ха…
— Тебе правда весело? — Су Жань горько усмехнулась. — Гу Дунчэн, ты лжёшь. Я вижу, как у тебя кровоточит сердце. Ты утверждаешь, будто Тянь Ми тебе безразлична, но на самом деле ты её очень любишь. Именно поэтому ты пошёл на такое — заставил её пристраститься к наркотикам, лишь бы удержать рядом. Гу Дунчэн, тебе и правда жаль себя. Ведь даже Тянь Ми, которая когда-то любила тебя больше всех на свете, теперь ненавидит тебя всей душой. Она никогда тебя не простит. Всю жизнь будет ненавидеть… А-а-а!
Су Жань вскрикнула от боли: Гу Дунчэн вдруг вскочил с дивана и схватил её за волосы.
— Продолжай, — прошипел он.
Су Жань чувствовала, будто её кожу головы вот-вот оторвут. От боли у неё навернулись слёзы. Гу Дунчэн выглядел по-настоящему ужасающе, но она не испытывала страха — она знала: чем больше она будет бояться, тем сильнее он обрадуется.
— Я сказала: ты обречён на вечное одиночество! Ты никогда больше не получишь ничьей любви!
201. Это соглашение о разводе
Гу Дунчэн ещё сильнее дёрнул её за волосы, но уголки его губ по-прежнему изгибались в улыбке:
— Повтори ещё раз.
— Гу Дунчэн, ты больной! Отпусти меня! — Су Жань прижала руку к голове и яростно уставилась на него.
Гу Дунчэн расхохотался, но всё же ослабил хватку. Су Жань, получив свободу, тут же отползла на другой конец дивана:
— Тебе срочно нужен психиатр.
Гу Дунчэн взял бокал с вином и сделал глоток, всё ещё улыбаясь:
— Скажи-ка, разве ты пришла сюда не затем, чтобы умолять меня? А теперь ведёшь себя так — боишься, что я больше не позволю тебе увидеть Сун Вэйси?
Сердце Су Жань сжалось. Она знала: Гу Дунчэн не отпустит Вэйси просто так. У неё не было выбора.
С того самого момента, как он вколол Тянь Ми наркотики, Су Жань поняла: этот человек давно сошёл с ума от ненависти.
Он ненавидел семью Сун более двадцати лет — с самого детства. Всё это время он скрывал свою злобу, никому не показывая истинных чувств. Годы подавленной ненависти окончательно исказили его разум. Теперь, получив шанс отомстить, он точно не отступит.
— Знаешь, в чём вы с Тянь Ми похожи? — Гу Дунчэн словно разговаривал сам с собой и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Обе упрямы, как ослы…
Он фыркнул:
— Не понимаю, зачем вы так упорствуете?
Су Жань не было никакого желания вести с ним светские беседы. Она лишь холодно смотрела на него.
Закончив монолог, Гу Дунчэн перевёл взгляд на Су Жань:
— Скажи честно, между мной и Тянь Ми всё кончено? Она больше меня не любит?
— Нет. Она никогда больше не полюбит тебя. Потому что ты этого не заслуживаешь!
Гу Дунчэн, конечно, испытывал к Тянь Ми чувства, но что с того? Он совершенно не знал, как беречь её. Чтобы удержать любимую женщину рядом, он прибегал лишь к жестоким и леденящим душу методам.
Ни один нормальный мужчина не способен на такое по отношению к женщине, которую любит. Только Гу Дунчэн.
Его «любовь» к Тянь Ми была извращённой, болезненной — в этом не было сомнений.
Услышав слова Су Жань, Гу Дунчэн какое-то время молчал, а затем громко рассмеялся.
Су Жань не понимала, над чем он смеётся.
Наверное, все психопаты такие.
«Пусть лучше напьётся до смерти, — подумала она, — тогда я смогу обыскать дом в поисках Вэйси». Хотя она и понимала, что шанс найти мальчика здесь крайне мал, но не хотела упускать ни единой возможности.
Однако Гу Дунчэн, судя по всему, обладал железной печенью. Он продолжал наливать себе вино бокал за бокалом, но в его глазах по-прежнему читалась ясность — алкоголь никак не влиял на него.
— Гу Дунчэн, что тебе нужно, чтобы отпустить Вэйси?
— Встань на колени и умоляй меня. Может быть, тогда я и подумаю.
Гу Дунчэн кивнул подбородком.
— Правда? — спросила Су Жань.
— Правда. Вставай на колени, — повысил голос Гу Дунчэн.
Су Жань горько усмехнулась:
— Ты же сам знаешь, что тебе нельзя верить. Но если тебе так хочется поиграть — я готова. Гу Дунчэн, ты обязательно умрёшь мучительной смертью. Это твоя судьба…
— С нетерпением жду этого момента. Но кто же станет моим палачом? Сун Тинъюй, наверное, надолго отправится за решётку. Даже если суд признает его виновным лишь в непредумышленном преступлении, ему всё равно предстоит провести за решёткой несколько лет. А когда он выйдет, Аньчэн уже будет совсем другим городом. Сун Тинъюй останется ни с чем — как он сможет со мной сражаться?
— Даже если у него ничего не останется и ему придётся начинать всё с нуля, он всё равно победит тебя!
— Ты, видимо, очень веришь в Сун Тинъюя.
— Почему бы и нет? Он мой муж.
— Муж? Ха-ха-ха… — Гу Дунчэн расхохотался, потом вдруг схватил её за руку, прижал к дивану и провёл пальцем по её бледной щеке: — Я знаю, как сильно Сун Тинъюй тебя любит. Для него на свете важны только ты и Сун Вэйси. А что, если ты его предашь? Как, по-твоему, он себя поведёт? Сойдёт с ума? Сломается? Почувствует, каково это — быть преданным самым близким и доверенным человеком… Такое ощущение он точно должен испытать…
У Су Жань возникло дурное предчувствие. Она начала отчаянно вырываться, но Гу Дунчэн был слишком силён — он крепко прижимал её к дивану.
— Что ты собираешься делать?
Гу Дунчэн расстегнул пуговицы её пальто, уголки губ изогнулись в опасной улыбке:
— Как думаешь, что я хочу? Ты когда-нибудь была с кем-то, кроме Сун Тинъюя? Хочешь попробовать, каково это?
— Гу Дунчэн, ты извращенец! Сумасшедший! Отпусти меня!
— Су Жань, разве ты думала, что после всего этого я тебя отпущу? Ты ведь сама пришла сюда сегодня вечером — разве не была готова к такому? Как ты думаешь, я легко позволю тебе увести Сун Вэйси?
Гу Дунчэн расстегнул все пуговицы её пальто и бросил его на диван. Затем принялся стаскивать с неё свитер.
Су Жань, отчаявшись, потянулась к бутылке на журнальном столике — если бы ей удалось схватить её, она бы с размаху ударила этого монстра по голове.
Но Гу Дунчэн, похоже, предвидел её замысел. Он резким движением смахнул всё со стола.
Бутылки, бокалы, фрукты — всё разлетелось по полу с громким звоном.
Теперь Су Жань было ещё труднее дотянуться до стола. Осколки стекла валялись повсюду, и она не знала, как теперь справиться с этим безумцем!
Даже крепко прижимая руки к свитеру, она не могла помешать ему стащить его с неё. Он уже начал расстёгивать её нижнюю водолазку. Су Жань лихорадочно соображала, но в голове стояла пустота. Отчаяние охватывало её всё сильнее.
— Ты просто монстр! Как ты мог так поступить с Тянь Ми, которая когда-то так тебя любила…
Едва она выговорила эти слова, как руки на её теле вдруг ослабли.
Су Жань мгновенно откатилась подальше, поправила одежду и встала напротив дивана. Она нагнулась, подняла осколок разбитой бутылки и сжала его в кулаке. Если Гу Дунчэн снова двинется к ней, она без колебаний вонзит стекло ему в тело.
Но Гу Дунчэн лишь откинулся на спинку дивана и смотрел на неё. В его взгляде больше не было прежней жестокости.
Он выглядел задумчивым, будто размышлял о чём-то важном.
http://bllate.org/book/7926/736259
Готово:
