Жаль, что не удалось увидеть молодую и прекрасную девушку. Пока Сюй Тао ждала наверху, в душе она сожалела об этом, как вдруг с лестницы донёсся громкий топот и звонкий голос Чэн Си:
— Быстрее! Просите госпожу Сюй подняться!
Староста Чжоу спустился, чтобы пригласить её наверх. Она только сделала шаг, как её рукав сбоку потянула Фу Лояо. Сюй Тао обернулась и увидела тревожный взгляд подруги. Лёгким движением она похлопала её по руке и беззвучно прошептала губами:
— Не волнуйся.
Фу Лояо медленно разжала пальцы, но тихо добавила:
— Если что-то пойдёт не так — кричи.
Даже когда фигура Сюй Тао полностью скрылась из виду, брови Фу Лояо так и не разгладились. Она пристально смотрела на второй этаж, мысленно желая Атао удачи.
В отличие от напряжённой Фу Лояо, Сюй Тао пришла в квартал Пинкан не только по делу, но и с любопытством новичка, впервые попавшего в знаменитый особняк. На стенах лестничного пролёта висели картины и каллиграфические свитки, среди которых то и дело мелькали знакомые имена — любой из этих шедевров мог бы стать украшением целого собрания. А здесь их выставляли просто так, будто это было чем-то обыденным. Вот уж поистине эпоха процветания Тан!
Комната, в которую староста Чжоу провёл Сюй Тао, явно принадлежала женщине: всё в ней дышало изысканностью и изяществом. Даже при открытых окнах ароматы благовоний и румян не рассеивались, создавая в помещении атмосферу томной чувственности.
Чэн Си уже ждал внутри. После взаимных поклонов они уселись. Он старался держаться строго, но сидя на вышитом пуфе, выглядел всё же несколько небрежно:
— Госпожа Сюй, здравствуйте. По правилам приличия следовало бы встретиться у меня дома, но вчера дела задержали меня, и я не смог вернуться. Сейчас мне нужно спешить в академию, поэтому вынуждаю вас прийти сюда. Скажите, по какому делу вы сегодня пожаловали?
Сюй Тао слегка поклонилась:
— Простите за дерзость, но у меня к вам серьёзная просьба. Недавно я заметила, что вы запасли множество дорогих ингредиентов, значит, вероятно, знакомы с влиятельными людьми. Поэтому осмелилась обратиться лично.
— Мои предки занимались торговлей, и у семьи есть некоторые дела в Чанъани, — с улыбкой признал Чэн Си. — Неужели госпожа Сюй приглядела себе место для открытия ресторана?
Сюй Тао покачала головой с лёгкой улыбкой:
— Благодарю за доверие, господин Чэн. Я верю, что такой день обязательно настанет. Когда мой ресторан откроется, я непременно пришлю вам приглашение и устрою пир в вашу честь.
Раз «обязательно настанет», значит, не сегодня. Чэн Си уловил намёк:
— Говорите прямо, госпожа Сюй.
— Откровенно говоря, у меня возникла одна трудность, — Сюй Тао немного посерьёзнела и встала, чтобы выполнить глубокий поклон. — Скажите, вы имели дело с ломбардом «Лунцине» в квартале Юннин?
— «Лунцине»? Вам срочно нужны деньги? Я могу помочь найти способ.
— Благодарю за доброту, но дело не в деньгах. Один мой друг временно заложил там некую вещь, а теперь хочет её выкупить, но переговоры ни к чему не привели.
Чэн Си сразу всё понял:
— То есть ваш друг хочет найти владельца этого ломбарда и напрямую договориться с ним?
Как настоящий торговец, он одним словом угадал её замысел. Сюй Тао решительно кивнула:
— Именно так.
— Это… — Чэн Си изменил тон: больше не тот живой болтун, а человек, озадаченный проблемой. Он нахмурился и медленно раскрыл веер, начав неторопливо им помахивать.
Увидев его замешательство, Сюй Тао достала из-за пазухи письмо:
— Это рецепт юйцзяньмянь. Я хочу предложить его в качестве залога. Если дело удастся, то в день пира «Облаков в руках» вы сможете выбрать любой рецепт, и я не только запишу его для вас, но и бесплатно устрою целый банкет.
— Разве не ты сам, Чэн Эрлан, постоянно хвастался, что в Чанъани нет торговых дел, которые оказались бы тебе не по зубам? — раздался звонкий женский голос. На круглом столике появился поднос. — Так почему же теперь тебя смущает владелец какого-то захудалого ломбарда? Неужели…
Сюй Тао подняла глаза. Перед ней стояла красавица с золотистыми волосами и зелёными глазами. Та игриво улыбнулась ей, поставила перед ней чашку чая и, повернувшись спиной, фыркнула:
— Неужели ты, Чэн Эрлан, просто развлекаешься со мной?
Чэн Си быстро захлопнул веер и вскочил на ноги, подбежав к девушке:
— Сюэ-ниян, моё сердце чисто, как небеса и земля! Чего бы ты ни пожелала — я всегда исполнял. Разве я когда-нибудь обманывал тебя?
Сюэ-ниян обернулась и указала пальцем ему в грудь:
— Кроме этого случая, когда ты должен был просто составить мне компанию, разве я когда-нибудь просила у тебя чего-то? И всё равно, когда мне действительно нужна помощь, даже в таком пустяке, ты начинаешь отнекиваться! Убирайся вон!
Чэн Си поспешно схватил её за руку:
— Дело не в том, что я отказываюсь помогать… Просто… Ах! — Он повернулся к Сюй Тао. — Госпожа Сюй, банки и ломбарды в моём родном городе тесно связаны с чиновниками. В Чанъани же такие заведения, скорее всего, принадлежат семьям высокопоставленных сановников. Даже если удастся узнать владельца, простолюдину противостоять чиновнику — всё равно что бросить яйцо под колёса колесницы. Ваш друг точно всё обдумал?
Сюй Тао подняла глаза. Чэн Си смотрел на неё серьёзно, а Сюэ-ниян, слегка прикусив губу, тоже выглядела обеспокоенной. В голове Сюй Тао всплыл сон прошлой ночи.
Ей привиделась первоначальная хозяйка этого тела, стоявшая на коленях перед умирающим отцом. Дрожащей рукой он вручил ей завещание и велел беречь и передавать дальше то, что в нём содержится. Сейчас это завещание лежало у неё за пазухой, будто горячий уголь. Раз уж она заняла тело этой девушки, то обязана взять на себя и её долг.
Сюй Тао медленно, но твёрдо кивнула:
— Я всё объяснила своей подруге. Та вещь для неё бесценна. Она заложила её лишь в крайнем отчаянии, не ожидая подобных трудностей. К тому же, вина здесь не на ней — она лишь хочет вернуть своё. Разве в этом есть что-то неправильное? Она понимает, что нельзя напрямую бросать вызов власти, но стремится действовать осмотрительно и с умом.
Чэн Си кивнул:
— Раз всё продумано, я берусь за это дело. Как только будут новости, сообщу вам.
Сюй Тао перевела дух и двумя руками протянула ему рецепт юйцзяньмянь:
— Благодарю вас, господин Чэн. Вот рецепт юйцзяньмянь. Прошу принять.
— Это… — Чэн Си взял письмо и передал его молчаливой Сюэ-ниян. — Сюэ-ниян, разве ты не хвалила юньцзяньмянь на том пиру? Подарю тебе этот рецепт. Мне пора в академию, загляну к тебе в другой раз.
— Хоть совесть у тебя есть, — Сюэ-ниян взяла письмо, прикрыла рот ладонью и зевнула. — Весной так клонит в сон… Простите, не провожу.
С этими словами она откинула бусинную занавеску, обошла ширму и исчезла.
Чэн Си улыбнулся:
— Она дуется на меня, госпожа Сюй. Прошу не обижаться. Пойдёмте.
Они спустились вниз. По пути Сюй Тао сказала:
— Господин Чэн, не могли бы вы ещё об одном попросить?
Как только трое показались на лестнице, Фу Лояо тут же подбежала к ним. Чэн Си поклонился ей и, вскочив на коня, умчался в академию. Староста Чжоу предложил отвезти девушек домой, но Сюй Тао вежливо отказалась, сославшись на другие дела.
Вскоре у подножия лестницы остались только они вдвоём. Медленно шагая по брусчатке, Фу Лояо наконец спросила, как прошла встреча.
Сюй Тао только начала рассказывать, что Чэн Си согласился помочь, как сзади раздался женский голос:
— Госпожа Сюй, подождите!
Сюй Тао обернулась. Её окликнула служанка Сюэ-ниян.
Авторские примечания:
Много позже, однажды Сюй Тао вдруг спросила:
— Ты бывала в квартале Пинкан?
Тот человек медленно покраснел и покачал головой:
— Нет.
Сюй Тао почесала подбородок:
— Жаль. В первый раз, когда я туда пошла, увидела прекрасную девушку — такую грациозную и обворожительную. Жаль, только одну.
Тот человек: …Подожди, моя жена была в квартале Пинкан?!
Сюй Тао ослепительно улыбнулась:
— Мы просто предусмотрительны.
Служанка явно спешила: добежав до них, она тяжело дышала, а пряди волос выбились из причёски. Приложив руку к груди, она немного отдышалась и торопливо улыбнулась:
— Госпожа Сюэ-ниян испугалась, что вы уйдёте далеко, и велела мне поскорее спуститься. К счастью, я успела.
Сюй Тао улыбнулась в ответ:
— Что случилось?
Служанка двумя руками протянула деревянную шкатулку:
— Вы забыли важную вещь. Госпожа Сюэ-ниян велела вернуть её. К тому же весной она всегда чувствует усталость и не смогла проводить вас лично, поэтому положила сюда несколько мелочей для дам в качестве извинения. Если не понравится — можете выбросить или продать. Мне пора возвращаться к госпоже Сюэ-ниян. Прощайте!
Сюй Тао даже не успела отказаться — служанка сунула ей шкатулку в руки и, приподняв юбку, убежала.
— Эй! — Сюй Тао с недоумением посмотрела на Фу Лояо. Та первой пришла в себя:
— Ты что, даже не заметила, что потеряла вещь? Быстрее открой и проверь.
— Да я ничего не теряла… — Сюй Тао открыла замочек. Внутри лежала коробочка с косметическим кремом.
— Какой аромат! Какой именно? — Фу Лояо взяла крем и заметила под ним конверт. — А это что?
В тот же миг зрачки Сюй Тао расширились. Она схватила конверт — печать, которую она сама поставила, осталась нетронутой. Чтобы убедиться, она быстро распечатала письмо и вытащила листок. Да, это был тот самый рецепт юйцзяньмянь, который она написала собственноручно.
— Это… — Фу Лояо, увидев заголовок, тут же отвела взгляд и удивлённо посмотрела на подругу. — Почему Сюэ-ниян вернула тебе рецепт?
Сюй Тао покачала головой, осмотрев содержимое шкатулки: кроме письма и крема, там ничего не было. Она снова взглянула на конверт, и в голове всплыли слова Чэн Си о том, как Сюэ-ниян хвалила юньцзяньмянь.
Фу Лояо, видя, как подруга задумчиво смотрит на письмо, обеспокоенно спросила:
— Что делать? Может, вернём?
Хотя Сюй Тао и не понимала, зачем Сюэ-ниян вернула рецепт, она знала одно: если бы не реплика Сюэ-ниян, Чэн Си, возможно, и не согласился бы помочь. Она и так была ей обязана, а теперь долг стал ещё больше. Сюй Тао покачала головой и аккуратно спрятала письмо:
— Ничего страшного. Я лично зайду поблагодарить её. Времени ещё много — пойдём посмотрим посуду на западном рынке.
На следующий день занятия заканчивались после обеда. Все собирали вещи, как вдруг в класс вошёл студент из соседней группы и направился прямо к первой парте слева:
— Цуй Цинъе, в прошлый раз ты выиграл в состязании по сочинению стихов. Сегодня во второй половине дня состоится поэтический сбор — сразимся снова?
За партой поднял голову не кто иной, как тот самый юноша, что спрашивал у Сюй Тао дорогу у дома Чэнов:
— У меня сегодня днём другие дела.
— Именно так! — после того пира Чжао Пэнчэн автоматически записал Цуй Цинъе в свои товарищи и тут же встал между ними. — Нам нужно идти на восточный рынок за книгой, о которой говорил учитель. Некогда развлекаться.
— Ты… — студент покраснел, стиснул зубы и снова посмотрел на Цуй Цинъе. — Цуй Цинъе, в следующий раз на экзамене я обязательно победю тебя!
С этими словами он фыркнул на Чжао Пэнчэна и гордо ушёл.
— Этот Фан Юань проигрывает раз за разом, а всё равно не унывает, — подошёл Бай Саньлан. — Цуй, может, сходим вместе на западный рынок?
— Я… — начал было Цуй Цинъе, но тут раздался голос Чэн Си:
— Чжао Шиэрлан, Бай Саньлан, вы идёте на западный рынок за книгами?
— Да, — кивнул Бай Саньлан.
Лицо Чэн Си озарилось радостью:
— Я тоже!
Все повернулись к нему с недоверием. Кто-то даже засмеялся:
— Чэн Эрлан, неужели ты наконец одумался?
— Да ну вас! — махнул рукой Чэн Си. — Вам можно стремиться к знаниям, а мне нельзя? У меня серьёзное дело — нужны книги по законоведению!
«Законоведение?» — Цуй Цинъе замер, собирая книги.
— Кто знает, какие ещё странности придумал наш Чэн Эрлан, — покачал головой Чжао Пэнчэн, но тут же улыбнулся Цуй Цинъе. — Цуй, пойдём вместе. Утром учитель объяснял один отрывок, и у меня остались вопросы. Не поможете разобраться?
— Хорошо.
— Ты спокойно… — Чжао Пэнчэн уже готовился убеждать его дальше, но, услышав ответ, опешил. — А?
Цуй Цинъе только сейчас осознал, что согласился. Кончики его ушей незаметно покраснели:
— Разве мы не идём? Тогда пора.
— Идём, идём! — все, как один, бросились вести его, будто нашли драгоценность.
Сюй Тао давно уже жила здесь, но впервые попала на западный рынок. И правда, он оказался куда оживлённее, чем обычные кварталы. Лавки тянулись одна за другой, вывески разнообразились, продавалось всё на свете. Толпы людей теснились на улицах, среди них то и дело мелькали иностранцы с золотистыми или рыжими волосами, одетые в танскую одежду и свободно говорящие на литературном языке — настоящая гармония множества культур.
http://bllate.org/book/7896/734108
Готово:
