Только что проснувшись и ещё не придя в себя, она не заметила, что вода холодная. Её желудок и без того был слаб — последствие прежних диет. От холода кишки свело судорогой, и от острой боли она опустилась прямо на пол.
— Ты совсем дурак, пьёшь ледяную воду! — выругался Гуань Ибэй и бросился к ней, чтобы подхватить на руки, но Шу Бай резко оттолкнула его ладонью.
Боль мгновенно прояснила сознание. Голос её прозвучал твёрдо и ледяно:
— Не смей меня трогать.
Гуань Ибэй застыл с руками, беспомощно вытянутыми в воздухе.
Линь Сяосяо, стоявшая рядом, молчала, но вдруг почувствовала странное сродство с ним.
Шу Бай не ненавидела его самого — она ненавидела, что он прикасался к ней руками, которые держали Чан Нин, ненавидела саму их связь. Она так сильно презирала Чан Нин, и всё же, узнав об их отношениях, не разорвала дружбу с Гуань Ибэем — это уже говорило о его особом значении для неё.
Линь Сяосяо всё понимала, но Гуань Ибэй, скорее всего, нет. Он, возможно, подумает, что Шу Бай отстраняется из-за предстоящей свадьбы.
Он стоял и смотрел, как Шу Бай, прижимая живот, медленно шла прочь, и в его глазах скапливалась невысказанная грусть. Линь Сяосяо смотрела на эту сцену с болью и досадой: ей было жаль его, но она злилась на его глупость.
К счастью, разочарование длилось недолго.
Как только Шу Бай вновь пошатнулась и чуть не упала, мужчина за её спиной, словно стрела, метнулся вперёд и, не дав ей возразить, аккуратно усадил её на ближайший диван.
У Шу Бай даже сил не осталось сердито взглянуть на него. Лицо её побледнело, и долгое время она молчала.
Гуань Ибэй всё так же стоял, прямой и неподвижный, будто благоговейная сосна.
Линь Сяосяо, обеспокоенная их состоянием, не выдержала и нарушила тишину:
— Эй, Гуань Ибэй, ты что, новую причёску сделал?
Гуань Ибэй с готовностью подхватил тему, взял зеркало с журнального столика и осмотрел себя:
— Красиво, да? Похож на У Яньцзуна?
Шу Бай сухо вставила:
— Скорее на швейцара из дома У Яньцзуна.
Раз она заговорила — значит, стало легче. Линь Сяосяо перевела дух, но снова пригляделась к его причёске. Ей показалось, или она действительно напоминает причёску Юй Цзиньгуй?
Шу Бай, уже пришедшая в себя, не стала возвращаться к случившемуся и лишь небрежно спросила:
— А что у вас там за шум рано утром?
— Ты про переезд?
— Ты переезжаешь?
— Не я. Цзиньгуй.
— Как так? Он же только что заселился в 5102!
Гуань Ибэй не знал подробностей. Мужчины не задают друг другу столько вопросов — если брат решил переехать, остаётся лишь помочь ему с вещами.
Когда за дверью снова послышался шум, Шу Бай подошла к входной двери, приоткрыла её и выглянула.
Прямо в глаза ей уставился Юй Цзиньгуй.
Он только что вышел из квартиры, держа в руке чемодан.
— Куда собрался? — спросила она.
— Забираю вещи, — ответил он с прежним спокойствием. — Доброе утро, жёнушка.
Кто вообще его жёнушка?
Шу Бай закатила глаза:
— Переезжаешь? Почему?
Он явно не ожидал такого прямого вопроса и на мгновение замешкался, не найдя подходящего предлога.
— Ты отказала мне в предложении руки и сердца и теперь чувствуешь неловкость, поэтому хочешь сбежать от меня? — холодно спросила она.
— Нет.
— Тогда почему?
— Потому что готовлю дом для нашей свадьбы.
— …
Юй Цзиньгуй слегка улыбнулся:
— Похоже, моя Байбай очень расстроена моим отъездом. Раз так, может, переберёшься ко мне заранее?
— Да не расстроена я… И кто вообще сказал, что я выйду за тебя замуж?
— В ту ночь ты сама села ко мне на колени. Неужели хочешь уйти без ответственности?
— Да замолчи ты! — прошипела она.
— Ничего, здесь только мы двое.
Едва он произнёс эти слова, как за его спиной раздался кашель. В дверях появился Чэнь Сыюй в майке и шортах и многозначительно кашлянул, давая понять, что им стоит следить за своими манерами.
Одновременно с этим дверь за спиной Шу Бай тоже распахнулась. Выглянули Линь Сяосяо и Гуань Ибэй. Линь Сяосяо, хитро прищурившись, сказала:
— Да, продолжайте, тут только вы двое. Мы любим наблюдать за таким «экспрессом».
Теперь у Шу Бай не осталось ни единого шанса на оправдание.
— Это не то… Подождите, я объясню! — запнулась она.
— Всё понятно, — сказала Линь Сяосяо. — Даже если скажешь, что играли в шахматы под одеялом, мы поверим.
— …
Ладно, теперь уж точно не отвертеться.
Она подозревала, что Юй Цзиньгуй нарочно всё устроил.
Подлый тип.
Шу Бай незаметно подошла к нему, встала на цыпочки и, почти касаясь губами его уха, прошептала так, чтобы слышал только он:
— Ты нарочно это устроил?
— А? Что ты сказала? — невозмутимо переспросил он.
Шу Бай скрипнула зубами и прошипела ещё тише:
— Ты такой пёс.
Юй Цзиньгуй серьёзно выслушал её и ответил:
— Ага, и я тоже тебя люблю.
— ???
Остальные трое выглядели совершенно ошеломлёнными.
— Ой-ой! — воскликнула Линь Сяосяо. — Они шепчутся какие-то сладкие слова! Пойдёмте, не мешаем.
— Да не такие это слова!.. — попыталась возразить Шу Бай.
После того как Юй Цзиньгуй ушёл со своим чемоданом, Шу Бай осталась одна в состоянии, когда даже река Хуанхэ не помогла бы отмыть её репутацию.
Как теперь объяснять, что между ней и Юй Цзиньгуй ничего не было и что она точно не говорила, будто любит его? Всё это — его инсценировка.
Друзья всё равно не поверят, так что объяснять было бессмысленно.
— Байбай скоро замужем, — вздохнула Линь Сяосяо. — Нам тоже пора задуматься.
Она многозначительно посмотрела на Чэнь Сыюя, но тот не проявил ни малейшего интереса.
Гуань Ибэй, прислонившись к стене, небрежно спросил:
— Бай, когда свадьба?
— А у тебя? — огрызнулась она.
— Хотелось бы в один день с тобой.
— Да брось! Только не в тот же день, что и Чан Нин.
Гуань Ибэй лишь усмехнулся и больше ничего не сказал.
Квартиры 5101 и 5102 снова вернулись к прежнему состоянию — по два человека в каждой.
Когда все уже собирались расходиться, двери лифта открылись, и к ним подошёл работник управляющей компании:
— Здравствуйте, здесь есть посылка для госпожи Шу Бай.
— Для меня? — удивилась она. — Я ничего не заказывала.
— Не знаю, просто передали вам. Посмотрите сами.
Это была небольшая плоская коробка.
— Может, подарок на день рождения? — предположила Линь Сяосяо и помогла снять яркую обёртку.
Перед ними оказалась изящная коробочка ручной работы.
На ней были надписи на японском.
А на картинке — шоколад.
Если Шу Бай не ошибалась, это был тот самый бренд, который она очень любила в детстве… и который подарил ей тот, кто потом её бросил.
Лицо её мгновенно потемнело.
— Кто это прислал?
Остальные трое, уже занесшие ноги в свои квартиры, тут же остановились и уставились на коробку.
Кроме Гуань Ибэя, остальные ничего не понимали.
Линь Сяосяо и Чэнь Сыюй не знали всей истории. Чэнь Сыюй и подавно — в школе он либо учился, либо играл, и никакие сплетни его не касались.
— Ну и что? Обычная коробка шоколада, — недоумевала Линь Сяосяо.
Действительно, всего лишь шоколад.
Просто случайно такой же, какой она так любила.
И просто случайно такой же, какой подарил тот человек.
Несмотря на годы, чувство разочарования, заполнившее тогда всё её сердце, вновь нахлынуло, и Шу Бай не могла вымолвить ни слова.
Она знала: это не совпадение.
Спустя столько времени увидеть именно этот бренд — крайне маловероятно.
Отправителя было нетрудно определить.
Тех, кто знал её адрес и знал историю с этим шоколадом, было не больше трёх: Гуань Ибэй, Чан Нин и сам тот человек.
Пальцы Шу Бай становились всё холоднее, кончики побелели и слегка дрожали. В конце концов, рука ослабла, и коробка с глухим стуком упала на пол.
Все сразу поняли: у этой коробки — тяжёлое прошлое.
— Ты чего? — попытался сгладить ситуацию Гуань Ибэй. — Если не хочешь есть, не надо так обращаться с едой.
В ту же секунду он поймал её пронзительный взгляд и замер, протянув руку к коробке.
— Не скажи мне, что это ты прислал? — прямо спросила она.
С виду — обычная коробка шоколада. Но на самом деле — целый пласт прошлого. Для Шу Бай появление этого предмета в спокойной жизни было насмешкой, напоминанием о том, что забывать прошлое нельзя.
Гуань Ибэй всё же поднял коробку и упрямо заявил:
— А если и я? Что такого?
Он прекрасно знал, что эти слова вызовут у неё ярость, но сказал их, не моргнув глазом.
— Думал, тебе понравится.
Он добавил это с таким видом, будто и правда ничего не понимал.
— Ну ты и крут, — с горечью усмехнулась Шу Бай. — Не ожидала, что мой самый трусливый младший товарищ однажды превратится в такого преданного мужа, который во всём покрывает свою девушку.
— Да, это я и прислал, — упорствовал Гуань Ибэй.
— Ты думаешь, что раз мы столько лет знакомы, наши отношения продлятся вечно?
Её слова прозвучали будто бы легко, но всем стало ясно: она едва сдерживается, чтобы не сказать прямо — «я с тобой больше не дружу».
Линь Сяосяо затаила дыхание, сочувствуя Гуань Ибэю, который снова и снова испытывал терпение Шу Бай. Она боялась, что однажды их дружба действительно разрушится.
Шу Бай захлопнула дверь 5101, отрезав себя от раздражающего лица снаружи.
Линь Сяосяо, медленно добравшись до прихожей, небрежно спросила:
— Так что всё-таки с этим шоколадом? Почему ты так разозлилась?
Шу Бай потерла переносицу, не зная, с чего начать.
Гуань Ибэй встречается с Чан Нин — наверняка уже знает кое-что от неё.
Линь Сяосяо пока ничего не знала, и как лучшая подруга, Шу Бай решила кратко всё рассказать.
Выслушав, Линь Сяосяо не удивилась, а лишь сочувственно вздохнула:
— Как же так можно…
Нет ничего хрупче девичьего самолюбия в юности.
— Не представляю, как ты тогда с этим справилась. У меня в школе от пары прыщей после насмешек одноклассника настроение портилось на неделю, — сказала Линь Сяосяо. — Многие считают такие шутки безобидными, но на самом деле они причиняют огромную боль.
По её мнению, тот, кто бросил Шу Бай, просто любил издеваться и наблюдать за чужими страданиями.
— Мне бы тогда тоже так думать — что это просто шутка, не стоит принимать всерьёз, — спокойно сказала Шу Бай. — В конце концов, какой парень полюбит толстую, некрасивую и капризную девчонку?
Теперь ей было понятно, почему Чан Нин использовала её как фон, чтобы выгоднее выглядеть самой.
Кто же не любит красивую, тихую и нежную школьную красавицу?
Просто Чан Нин не повезло — в школе она не нашла богатого наследника, а в университете среди множества красоток ей стало ещё труднее найти того, кем можно легко манипулировать.
— Так кто же прислал этот шоколад? — спросила Линь Сяосяо.
— Кто ещё может заставить Гуань Ибэя добровольно взять вину на себя, как не Чан Нин?
—
Подсылая подарок, пробуждающий самые неприятные воспоминания, а сама при этом сохраняя безмятежное лицо — это вполне в стиле Чан Нин.
Шу Бай не стала искать с ней разговор. Раз Гуань Ибэй хочет прикрыть свою девушку, пусть весь её гнев обрушится на него.
Кроме того, что на совещании она намеренно критиковала профессиональные качества Гуань Ибэя, после него она, сидя в главном кресле большого офиса, продолжала придираться к нему.
Ей осточертело, что каждый раз, когда она нападает на Чан Нин, он тут же встаёт на её защиту. Лучше уж сразу разобраться с ним — и проще, и меньше нервов.
— Что значит «пусть режиссёр сам решает»? Разве у тебя с Ваном не отличные отношения? — медленно и чётко спросила она. — Неужели так сложно устроить Сяосяо на роль?
— Учитывая общие условия, особенно учитывая недавнюю репутацию Сяосяо, она не подходит на главную роль.
— Ты учитываешь эти условия или мнение своей девушки?
Гуань Ибэй стоял перед ней в безупречном костюме, строгий и официальный. Ни в голосе, ни в движениях не осталось и следа прежней небрежности — он стал чужим и отстранённым.
http://bllate.org/book/7843/730068
Готово:
