С самого начала она приближалась к Се Фулюаню с корыстными целями.
Позже, увидев, что он в неё влюбился, окончательно превратила его в инструмент. Её тщеславие раздулось до предела, и ей полюбилось само ощущение, будто её любят.
#Се Фулюань — настоящая жертва!!#
Мин Яо-яо резко вскочила с него и бросила на Се Фулюаня взгляд, полный раздражения и отчаяния.
Вспомнив, как злодей в оригинале без памяти влюблялся в главную героиню, она возненавидела автора до глубины души.
Всё это — вина этого мерзкого автора!
Она снова открыла роман «Меч, низвергающий Дао» и яростно ворвалась в раздел комментариев, набирая гневный отзыв под своим аккаунтом с золотой меткой читателя:
[Жена Се Фулюаня]: Мерзкий автор, где ты? Вылезай немедленно — получи по заслугам!
Через мгновение подоспели её единомышленники:
[Чёрные фанаты]: О, вот и наша первая в списке! Ха-ха-ха-ха! Сегодня опять злая первая в списке!
— Да, это я. Снова пришла ругать мерзкого автора, — сдержанно ответила Мин Яо-яо, но в её словах чувствовалась горечь. — Кто же ещё виноват, если он написал такой хреновый конец? Пусть горит в аду.
В это самое время далеко отсюда автор, только что завершивший роман, спокойно наслаждался прохладным мороженым и лёгким ветерком, радуясь, что наконец деинсталировал приложение для чтения новелл. Вдруг он чихнул.
— А? — Он подозрительно огляделся. — Кто меня опять ругает?
Мерзкий автор удивился: — Не может быть. Я же так быстро закончил роман… Кто вообще успел за мной угнаться?
Но всё же, потратив 300 мегабайт трафика, он заново скачал приложение.
И сразу же увидел свежий комментарий от лидера списка.
Мерзкий автор: «……»
Он усмехнулся и отправил смайлик с собачьей головой, не удержавшись от колкости:
— Но я уже закончил роман, великий мастер. Если ты так силён, почему бы самому не переписать конец? /doge
Мин Яо-яо: «……»
Прочь, прочь, прочь, этот мерзкий автор!
Она резко выключила телефон и уставилась на Се Фулюаня своими лазурно-фиолетовыми глазами.
Она сама перепишет конец!
Далеко отсюда мерзкий автор снова чихнул: «Ай-йо!»
Се Фулюань заметил, как выражение лица Мин Яо-яо постоянно менялось, пока она читала в приложении: то улыбалась, то хмурилась, то злилась. Её длинные ресницы трепетали, словно маленькие веера.
Ему захотелось дотронуться до них.
Когда Мин Яо-яо выключила телефон и перевела на него свой пристальный взгляд, он не удержался:
— Что случилось?
Его голос звучал с лёгкой усмешкой:
— Это тоже то, что нельзя мне показывать? Как жаль.
Мин Яо-яо сердито уставилась на него.
Когда Се Фулюань попытался прикрыть ей глаза ладонью, она вдруг заметила под широким фиолетовым рукавом длинный шрам на его холодно-белой руке.
Хотя со временем след побледнел, всё равно было видно, насколько глубока и кровава была рана в своё время.
Этот шрам, должно быть, пронзил кость насквозь — иначе не остался бы таким стойким.
Мин Яо-яо замерла.
Она вспомнила: это из оригинального романа.
У злодея на руке действительно был такой шрам.
Его получили в годы кровавых боёв в Аду Крови, когда он ещё не обладал нынешней всемогущей силой и стал жертвой подлого нападения.
Се Фулюань слегка замер, пытаясь спрятать шрам, но она решительно остановила его движение.
Се Фулюань тихо усмехнулся.
Этот шрам сопровождал его много лет. Ощущение ледяного клинка, вонзающегося в плоть, давно стёрлось из памяти.
На пути к вершине власти он получал куда более серьёзные раны.
И всё же впервые за всю жизнь он хотел скрыть эту отметину от чужих глаз.
Возможно, просто не хотел, чтобы она плакала.
Ад Крови — название полностью соответствовало месту: ледяной, бездушный. Ещё страшнее зловещей атмосферы были демоны-насекомые, ползающие повсюду. Но страшнее даже их — человеческие сердца, исполненные лишь жажды убийства и злобы.
Мин Яо-яо вспомнила описание детства Се Фулюаня из «Меча, низвергающего Дао»:
— А-а-а-а! Больно!
— Чёрт возьми… Что это за демоны-насекомые?!
— Они… они идут сюда!
— Выживет только один! Подумай, кого выберет мир демонов! Все, кто слабее, умрут!
— Вам самим виноватым быть! Жить должен только я!!
Бесконечные стоны боли, крики, проклятия — всё это сливалось в один хаотичный гул, не дававший покоя ни на миг.
Ад Крови, восемнадцатый подземный уровень мира демонов, где отбирали новое Лезвие Ада, напоминал самый жестокий и бесчеловечный ад на земле.
Повсюду на полу стекала свежая, липкая кровь, источая удушливый запах.
И среди всего этого хаоса одинокий клинок выделялся странным образом.
Холодный белый кончик меча был покрыт кровью, а само лезвие прислонилось к стене.
Оно испускало слабое фиолетовое сияние и лёгкий, почти неземной аромат, будто предвещая несчастье.
Юноша с чёрными, как чернила, волосами и холодной, яркой родинкой под правым глазом казался совершенно чуждым этому аду. Его лицо от природы имело три доли отстранённости и безразличия.
Правая рука обнажала белую кость, но он не выказывал ни малейшего страдания.
Его голос звенел, как нефрит, и был таким же холодным, как энергия меча, но в нём чувствовалась странная цветочная нота, будто распускающийся фиолетовый цветок.
— Я уйду отсюда и заставлю всех заплатить за это.
Внезапно он поднял глаза. Его взгляд, острый, как у сокола, и не по годам пронзительный, будто пронзал сквозь стены Ада Крови и достигал самого высокого трона мира демонов за тысячи ли отсюда.
— Я верну всё, что принадлежит мне.
...
Кончик пальца, окрашенный в нежный зелёный — цвет ивы...
В оригинале этот шрам так и не зажил до конца.
Се Фулюань опустил взгляд и увидел, как девушка «тап-тап-тап» побежала к шкафу, снова перерыла все ящики и, как в прошлый раз, вытащила тюбик мази.
Она безапелляционно задрала ему рукав, обнажив старую, глубокую рану, некогда пронзившую кость.
На самом деле часть его силы уже вернулась.
Его собственная мощь была настолько велика, что даже капли этой силы хватило бы, чтобы легко оттолкнуть её, если бы он захотел.
Но он не двинулся.
Ужасающий, длинный шрам теперь открыто лежал под тёплым светом комнаты.
Се Фулюань слегка помедлил, затем направил в рану немного демонической энергии.
Старая боль вспыхнула с новой силой.
Он нарочно ранил самого себя.
Демоническая энергия безжалостно хлынула в шрам, вызывая мучительную боль внутри.
Эта энергия, не щадящая даже своего хозяина, встретив старую травму, словно обрадовалась возможности устроить настоящий хаос.
Он будто не чувствовал боли, спокойно наблюдая, как рана слегка дрогнула — и вновь раскрылась.
То, что уже зажило, снова заалело кровью.
Се Фулюань даже успел поразмышлять.
Почему он это сделал? В этом мире не существовало никого, кто мог бы причинить ему боль. Кроме него самого.
Разорвать зажившую рану.
— Потому что хотел увидеть больше милых, трогательных выражений на лице девушки.
Его появление в этом новом мире уже стало неожиданностью, а встреча с человеком, пробудившим в нём интерес, — тем более.
Хотелось смотреть на неё подольше.
Просто показалось интересно.
Внезапно зазвонил телефон.
Мин Яо-яо одной рукой держала мазь, зажав аппарат между плечом и ухом:
— Алло? Да, семья Мин, Мин Яо-яо.
— Мне нужны лучшие средства против шрамов из вашего национального медицинского центра… Да, спасибо. Самые эффективные.
— На счёт семьи Мин? Нет, на мой личный. Как можно скорее. Спасибо.
Она положила трубку, вздохнула, аккуратно положила телефон рядом и сосредоточилась на его ране.
В конце концов, она была богатой наследницей, хотя и весьма своеобразной — предпочитала «проходить мимо» большинству обязанностей богатой жизни.
Только что использовала связи семьи, чтобы найти номер мирового медицинского центра и заказать лучшую мазь — поступок, совершенно несвойственный её обычному поведению.
Увидев кровавый след на руке Се Фулюаня, она почувствовала, как сердце сжимается от боли.
В романе это были лишь слова — совсем не то же самое, что увидеть всё собственными глазами. Только теперь она поняла, насколько бледны и неадекватны оказались описания автора.
И… кровь снова пошла…
Неужели эта старая рана всё эти годы мучила Се Фулюаня и так и не зажила?
Мин Яо-яо чуть не расплакалась от жалости. Она собрала из дома четыре или пять разных мазей, сначала остановила кровотечение, потом осторожно нанесла лучшие средства против рубцов — слой за слоем, с невероятной заботой.
— Больно? — спросила она, подняв глаза.
И внезапно поймала его взгляд — тёмные, почти чёрные глаза с лёгкой насмешливой улыбкой.
Её щёки слегка порозовели:
— Э-э… То есть…
— Этим нужно пользоваться регулярно, — сказала она, вкладывая целую горсть тюбиков в его руку. — Здесь четыре или пять видов мазей против шрамов, самые передовые технологии. Там, откуда ты, такого нет, но здесь это может помочь.
Она подумала и показала пальцами цифру:
— Наноси два раза в день — обязательно заживёт.
Се Фулюань принял мази.
— Обязательно пользуйся! — настойчиво повторила Мин Яо-яо, явно переживая, что он проигнорирует её совет.
Се Фулюань улыбнулся:
— Почему?
Мин Яо-яо вздохнула:
— Такая красивая рука… Жаль, что на ней останется шрам.
Она аккуратно опустила рукав, прикрывая только что намазанную рану.
Конечно, в её чувствах была и личная привязанность… но не только она.
Рука Се Фулюаня напоминала мраморную скульптуру — идеальные линии мышц, ни слишком массивные, ни худощавые, как эталонный образец для студентов-художников.
Частично её мотивацией было просто неспособность видеть, как страдает произведение искусства.
А частично — её собственная симпатия к Се Фулюаню.
Мин Яо-яо смотрела на шрам под слоем мази и задумалась.
Ведь он всего лишь персонаж книги… Рано или поздно он напомнит ей, что всё это ненастоящее.
Прекрасный юноша тихо рассмеялся, будто доволен её ответом.
— Понял, — кивнул он. — Мне нужно кое-что сделать… — Он улыбнулся. — Мази я заберу.
Мин Яо-яо вдруг вспомнила.
В оригинале часто упоминалось, что Се Фулюань исчезал на несколько дней, и даже главная героиня не всегда могла его найти.
Дела в мире демонов требовали много времени.
Особенно сейчас, когда напряжение между миром демонов и праведными сектами мира культиваторов становилось всё острее.
Его занятость была вполне объяснима.
— Хорошо! — сказала она с лёгкой грустью и добавила: — В следующий раз куплю тебе телефон и одежду.
— До встречи, Яо-яо, — сказал он.
Мин Яо-яо моргнула и помахала рукой:
— Пока-пока!
Свет вспыхнул, и его фигура исчезла в открывшихся вратах.
Мин Яо-яо убрала за собой, достала телефон, сначала перевела деньги в медицинский центр, потом проверила свои рабочие планы.
Её талант был очевиден: ещё в старшей школе она стала дизайнером для брендов категории «синей крови» и «красной крови».
Поступив в университет Шанхая, она углубила знания в области дизайна одежды. Сейчас, будучи студенткой, она уже сильно отличалась от своих сверстников.
Термины «синяя кровь» и «красная кровь» изначально появились в модельной среде.
Существует шесть ведущих домов haute couture категории «синей крови» и восемь — «красной крови».
Учебное задание на апрель на тему «Белая роза» уже завершено, но теперь в её университетскую почту пришло новое задание на май.
Тема: «Цвет тоски».
Невероятно абстрактная формулировка — идей пока не было.
Одновременно в почту пришло письмо от Versace (одного из брендов «красной крови») с напоминанием о сроках сдачи эскизов для предстоящего показа.
Все мероприятия запланированы на май.
Она прикинула: сначала нужно завершить эскизы для Versace, а потом уже приступать к университетскому заданию.
Работы предстояло много.
Она оперлась на ладонь и решила сначала немного отдохнуть, заглянув в приложение, чтобы проверить развитие сюжета.
Открыла «Меч, низвергающий Дао — Версия с изменениями».
И тут же впала в ступор.
А? Почему линия отношений между главной героиней и главным героем выглядит иначе, чем в оригинале?
Эта сюжетная ветка ведь не должна была меняться…
Что происходит с сюжетом???
* * *
http://bllate.org/book/7682/717811
Готово:
