Он сидел напротив Юньци, держа в руках стаканчик со льдом и американо. Ни один из них так и не решился снять маску: Сян Сюй боялся, что его узнают, а Юньци стеснялась своего уставшего вида.
В жизни Сян Сюя редко случались столь неловкие моменты, и он не знал, как благодарить человека, который его выручил. Его длинные пальцы крепко сжимали стаканчик с кофе, прежде чем он наконец выдавил:
— Спасибо… за то, что сейчас помогла.
Юньци легко махнула рукой:
— Да ладно, мы с тобой — оба потерпевшие.
Хотя перед ней был лишь парень в маске, виднелись только глаза, но и по ним было ясно — он точно красавец.
Помочь такому красавчику — настоящее доброе дело! Может, боги и небеса смягчатся и простят её, и тогда в первый же день работы ассистенткой Сян Сюй её уволит!
Сян Сюй подошёл к барной стойке, взял бумагу и ручку, написал номер телефона и протянул ей:
— Это мой контакт. За кофе я потом верну деньги.
Юньци хотела сказать, что не надо, но, увидев, как он явно не желает оставаться в долгу, просто сунула записку в карман.
Она провела весь день в кофейне, пустив мысли в свободное плавание, и осталась там до самого закрытия.
Не ожидала, что, сказав тому неудачнику «мы с тобой — оба потерпевшие», он действительно тоже оказался брошенным на свидании.
Теперь она смотрела на него с трёхкратным сочувствием.
Сян Сюй же вздохнул с облегчением: даже если все тщательно заготовленные фразы так и не пригодились, для него уже хорошо, что он вообще не увидел ту девушку.
Лёд в стакане давно растаял. Юньци уже в который раз нажимала кнопку питания, надеясь, что Чэн Юнь наконец прислал сообщение. Она уже всё решила: ну и что, что ей придётся быть ассистенткой Сян Сюя? Она выполнит своё пари! Но если Сян Сюй уволит её раньше, чем пройдёт три месяца, это всё равно будет считаться выполнением условия.
А если он упорно не захочет её увольнять — тогда она задействует все свои таланты «дивы» и постарается за три месяца всё у него испортить!
Сейчас ей хотелось домой, но она ушла в гневе и теперь ждала «ступеньки», чтобы вернуться. Неужели Чэн Юнь настолько рассердился, что больше не собирается её выручать?
Уже так поздно, а «ступенька» всё не появляется?
—
В первый рабочий день Юньци собрала хвост, надела светло-розовую укороченную футболку и джинсы с высокой посадкой, на ногах — белые парусиновые кеды, через плечо — маленькая белая сумочка на цепочке. Выглядела она свежо и энергично.
Подойдя к ресепшену в здании компании «Чэнци Энтертейнмент», она заметила, как сотрудница за стойкой оживилась:
— Здравствуйте! Вы пришли подписывать контракт?
Сегодня действительно ожидали новую артистку, и девушка решила, что перед ней именно она.
— А? Нет, — растерялась Юньци и кратко объяснила, кто она такая.
Ресепшн позвонила внутрь и, положив трубку, сказала:
— Юй-гэ сказал, что сейчас спустится.
Юй-гэ — это Чжоу Юй, менеджер Сян Сюя, известный как «золотой агент». Три года назад он сразу разглядел в Сян Сюе талант и с трудом переманил его к себе, лично занявшись его карьерой.
Сян Сюй оправдал ожидания: всего за три года он завоевал самую престижную награду в индустрии — «Золотой приз» за лучшую мужскую роль, и теперь был на пике славы.
Чжоу Юй быстро нашёл Юньци по описанию ресепшн. Он спешил и, направляясь к лифту, начал на ходу объяснять требования:
— Тебе нужно самой подойти в отдел кадров и подписать трудовой договор. Я сейчас вообще на взводе, чуть ли не лечу! А кроме стандартного договора, тебе ещё надо подписать отдельное соглашение о конфиденциальности — всё, что касается Сян Сюя во время твоей работы, нельзя разглашать… Ладно, там много пунктов, сама прочитаешь.
Юньци кивнула, но про себя подумала: трудовой договор она подписать не может — её контракт уже оформлен в юридической фирме. А вот соглашение о конфиденциальности, если там нет подвоха, можно подписать.
Чжоу Юй приложил карту к лифту и нажал кнопку двадцать второго этажа:
— Это карта доступа. Когда пойдёшь в отдел кадров, они тебе выдадут свою. Советую всегда носить с собой блокнот — работа ассистента непростая, многое нужно записывать, чтобы лучше с Сян Сюем сработаться.
Юньци согласилась, но про себя фыркнула: с кем сработаться? Она здесь только из-за пари! Вариант «хорошо сработаться» даже не рассматривался.
Лифт поднимался, и Чжоу Юй вдруг вспомнил ещё кое-что:
— Кстати, когда увидишь Сян Сюя, постарайся себя сдержать.
Юньци недоуменно посмотрела на него:
— Сдержать себя?
— Да, — вздохнул Чжоу Юй, полагая, что перед ним очередная поклонница, которая не устоит перед лицом Сян Сюя. — Не веди себя слишком… слишком восторженно. Не знаю, как ты вообще сюда попала, но раньше уже были такие, устроенные по знакомству, которые, увидев Сян Сюя, сразу готовы были на него накинуться…
Юньци заинтересовалась:
— И что потом?
— Какое «потом»? После этого их сразу увольняли, даже до отдела кадров не доходили! Слушай, если хочешь спокойно работать у Сян Сюя, веди себя прилично. Может, однажды и тебя назовут лучшей ассистенткой в индустрии.
«Уволили? Отлично!» — обрадовалась Юньци. Ведь если её уволят, пари будет считаться выполненным!
Мечтает она стать первой женщиной-юристом страны, а не «золотой ассистенткой» — пусть этот титул достанется кому-нибудь другому.
— У меня ещё один вопрос!
— Спрашивай.
— Я — сколько по счёту ассистентка у Сян Сюя?
Чжоу Юй прикинул:
— Ты, наверное, пятьдесят вторая.
Пятьдесят вторая?!
Значит, он уже сменил кучу ассистентов. Ещё одна — и ничего не изменится.
В голове Юньци начали крутиться планы, как при первой же встрече произвести на него самое ужасное впечатление.
Может, вести себя как фанатка-маньячка? Или прямо броситься на него?
Она уже представляла, как Сян Сюй с багровым лицом выгонит её за дверь, и уголки губ невольно приподнялись.
— Юй-гэ, — спросила она вслух, — а что Сян Сюй больше ненавидит: фанаток-маньячек или тех, кто прямо на него бросается?
Чжоу Юй не понял, зачем она это спрашивает, но чётко ответил:
— Оба варианта одинаково ненавидит!
«Отлично!» — подумала Юньци. Значит, надо совместить оба варианта и вызвать у него максимальное отвращение — тогда увольнение гарантировано.
Лифт остановился на двадцать втором этаже. В сумочке зазвенел телефон — два коротких вибрационных сигнала. Её старшая кузина Цзян Жань в самый последний момент, когда «дива» уже готова была включить режим полного хаоса, вернула её к образу послушного кролика:
[Цзян Жань: Наказание по пари — проработать у Сян Сюя ровно три месяца. Если тебя уволят раньше, это не засчитается. Дома тебя снова начнут сводить на свидания.]
[Цзян Жань: Кстати, пока ты будешь работать ассистенткой, свидания отменяются. Я уже договорилась с твоим братом.]
«…»
Чёрт! Кузина просто перекрыла один путь к спасению. Значит, остаётся только один вариант — испортить ему жизнь!
Радостное выражение лица мгновенно сменилось унылым, будто у мёртвого кролика. Три месяца работать ассистенткой у «врага» — это же современная версия «тело в лагере Цао, сердце с Лю Бэем»!
Чжоу Юй заметил перемену настроения и успокоил:
— Не волнуйся, Сян Сюй не злой и не съест тебя.
«Не съест, но будет мучить!» — подумала Юньци.
Из слов Чжоу Юя она уже поняла: Сян Сюй человек очень привередливый. Очевидно, ближайшие три месяца ей не поздоровится.
Остановившись у двери кабинета, Чжоу Юй постучал, а Юньци послушно встала за его спиной.
— Сян Сюй, твоя новая ассистентка пришла. Пусть пока ознакомится с обязанностями. Мне нужно на совещание, я пошёл.
Чжоу Юй умчался, и в кабинете остались только Юньци и Сян Сюй.
Она подняла глаза. Сян Сюя она видела сотни раз на афишах и в рекламе, но сейчас поняла: фотографии передают лишь внешность, но не его суть.
Живой он оказался куда эффектнее.
Особенно его миндалевидные глаза, в которых, казалось, отражалась вся глубина человеческих чувств.
Только… почему-то эти глаза казались ей знакомыми.
Сян Сюй приподнял бровь:
— Насмотрелась?
Юньци опомнилась и мысленно себя отругала: как можно так засматриваться на «врага»?
— Насмотрелась, насмотрелась, — неловко улыбнулась она.
Сян Сюй сделал пару шагов вперёд и протянул ей блокнот с ручкой:
— Раз насмотрелась, запиши мои требования. Этот блокнот всегда носи с собой — я могу в любой момент что-то добавить.
Юньци внутри завыла: сколько же у него требований, если даже блокнот нужно носить постоянно?!
Неудивительно, что за три года он сменил пятьдесят два ассистента — такую работу выдержит не каждый!
Она про себя повторяла: «Всё трудно в начале, всё трудно в начале…» Главное — пережить адаптационный период, а потом она уж точно справится с ролью ассистентки.
Раскрыв блокнот, она приняла вид внимательной ученицы:
— Хорошо, Сюй-гэ, говори.
Сян Сюй, довольный её послушным видом, начал:
— Первое: больше не смотри на меня так, как сегодня. Я знаю, что красив, но всё же сдерживайся.
«Кто вообще на тебя смотрел?!» — возмутилась она про себя. «Красив, конечно, но такой самовлюблённый — разве ему не дают по лицу?»
Юньци глубоко вдохнула и кивнула, после чего в блокноте появилась надпись: «самовлюблённый». Потом она решила, что этого мало, и добавила «слишком». А потом и вовсе дописала два восклицательных знака.
Сян Сюй, видя, как она усердно что-то записывает, продолжил излагать требования.
Когда он закончил, Юньци взглянула на свои записи. Там чётко значилось:
Слишком самовлюблённый!! Невыносимо самодовольный!! Мелочный зануда!! Тиран!
И ещё: «Почему он каждый день пользуется разными духами?! Неужели по запаху определяет, какое сегодня число?!»
—
Блокнот оказался шире её белой цепочки-сумочки. Она попыталась засунуть его внутрь, но безуспешно. Сян Сюй заметил логотип «Chanel» на сумке, перевёл взгляд на её наручные часы и понял: кроме резинки для хвоста, на ней, скорее всего, нет ничего дешевле пятизначной суммы.
Ясно — очередная «звёздная» поклонница, устроившаяся по связям.
Он покачал головой и позвал:
— Юньци.
Она резко подняла голову:
— Сюй-гэ, какие ещё указания?
Пусть быстрее выскажет всё — ей нужно составить план, как его довести до белого каления.
Сян Сюй посмотрел на её большие, невинные глаза:
— Самое главное правило ассистентки — быть незаметной. Договор о конфиденциальности лежит на столе. Прочитай. Если возражений нет — подпиши.
Юньци взяла документ, но, не успев прочитать и двух строк, услышала:
— Если есть возражения — не говори мне. Просто уходи.
«…»
Ясно: «Хочешь работать — работай, не хочешь — проваливай».
Сян Сюй — не подарок. Интересно, как Чэн Юнь вообще с ним дружит?
Условия договора были жёсткими, но большинство она могла терпеть. Кроме одного пункта:
«В течение действия договора сторона Б (Юньци) не имеет права состоять в фан-клубах кого-либо, кроме Сян Сюя».
Юньци ткнула пальцем с розовым лаком в этот пункт:
— Почему я не могу быть фанаткой кого-то ещё?
Сян Сюй бросил взгляд на договор:
— Чтобы не допустить шпионов от «вражеских» фан-клубов. Сама понимаешь, чем выше взлетаешь, тем больше врагов. Это мера предосторожности.
— А если «вражеская» фанатка скроет свою принадлежность и устроится к тебе? Ты сможешь распознать?
Сян Сюй уверенно ответил:
— Обычно такие фанатки — стойкие и преданные. Увидев этот пункт, они просто не подпишут договор. Так что всё очевидно.
Юньци внимательно перечитала фразу «в течение действия договора».
http://bllate.org/book/7599/711703
Готово:
