— Это значит, что кто-то хочет стереть род Фан с лица земли — и людей, и всё, что с ним связано, — сказал собеседник. Увидев, как лицо Сяочунь побледнело, он на редкость серьёзно добавил: — Возвращайся домой. Дело сделано, и теперь никто не в силах это изменить.
Сяочунь почувствовала, будто грудь сдавило тисками, а в сердце разлилась невыразимая тоска.
— Раз ты притворялась, значит, дорогу домой точно знаешь. Не стану тратить на это слова, — сказал он, понимая, что утешения не помогут. — У меня ещё задание. Девушка, прощай.
Когда Сяочунь подняла голову, перед ней уже оставалась лишь удаляющаяся маленькая фигура. Она собралась с духом и побежала обратно в поместье, чтобы всё рассказать Цянь Юань. Но беда редко приходит одна: добежав до задней улицы маркизского дома, она увидела, что во дворике Цзинъюань царит суматоха. Не решаясь войти, она спряталась в тени у стены и осторожно подкралась ближе. К её ужасу, в стене, выходящей на улицу, зияла огромная дыра. Сердце заколотилось, и она глубоко вдохнула несколько раз, пытаясь взять себя в руки. Вглядевшись внимательнее, она заметила дым над двориком. Покачав головой и потерев нос, она уловила в воздухе запах гари. Спрятавшись в углу, она услышала, как люди в саду докладывали друг другу: «Здесь госпожи нет», «На кухне тоже нет», «И в дровяном сарае нет». От страха и отчаяния Сяочунь присела в темноте, зажала рот рукой и тихо зарыдала.
Когда все ушли, Сяочунь быстро вытерла слёзы, огляделась — никого — и, пригнувшись, проскользнула в сад через пролом в стене. Глядя на чёрные обугленные останки, она всхлипывала. Она не верила, что госпожа могла просто исчезнуть. Подойдя к месту, где раньше стояла спальня, она опустилась на колени и начала разгребать обгоревшие балки. Внезапно её схватили ночные стражники и привели к маркизу.
Сяочунь рассказала Цянь Юань всё, что произошло той ночью, опуская лишь второстепенные детали. Закончив, она виновато опустила голову:
— Простите, госпожа, я виновата. Мне следовало сразу всё вам рассказать. Я не думала, что маркиз окажется таким безжалостным…
Цянь Юань сидела у жаровни и поманила Сяочунь ближе. Та, ничего не понимая, подошла, опустилась на корточки и подняла глаза на госпожу. Внезапно та щёлкнула её по лбу.
— Ой! — Сяочунь схватилась за лоб и с жалобным видом посмотрела на Цянь Юань.
— Ты ведь ничего не сделала дурного, так зачем всё время твердишь, что виновата? — Цянь Юань положила руки на бёдра и начала отчитывать служанку. — Если уж говорить о виновных, то это я. Я ничего не разузнала как следует и послали тебя туда без толку. Хорошо ещё, что ты сообразительная и сумела выбраться целой. Иначе мне было бы стыдно смотреть в глаза твоей матери!
— Госпожа, перед смертью мама просила меня хорошо служить вам. Поэтому я сделаю всё возможное, чтобы помочь вам и всегда останусь рядом, — сказала Сяочунь, глядя на Цянь Юань с полной решимостью. — Мама бы, наверное, похвалила меня за то, что я послушная и разумная!
— Ах ты, глупышка, — улыбнулась Цянь Юань.
— Нет, госпожа, вы опять надо мной подшучиваете!
Цянь Юань провела пальцем по носу Сяочунь и, глядя на ярко пылающие угли, тихо сказала:
— Рода Фан больше нет. Теперь у меня остались только ты и Цзиньсюань.
— Госпожа… — Сяочунь хотела сказать что-нибудь, чтобы развеселить её, но понимала: после всего случившегося Цянь Юань просто не сможет улыбнуться. Когда умерла её мать, она три дня ничего не ела и плакала без остановки. Если бы не госпожа, она, возможно, и не выжила бы.
— Кстати, — сказала Цянь Юань, вспомнив о Ду Цзиньсюане, — ни слова об этом перед Цзиньсюанем, поняла?
— Я всё слышал, — раздался детский голос. Ду Цзиньсюань стоял в дверях внутренних покоев, его личико было бледным, глаза — мокрыми. — Дедушка… он… — дальше мальчик не смог, и слёзы потекли по щекам.
Цянь Юань мысленно выругалась и посмотрела на Сяочунь. Та подошла ближе и тихо шепнула:
— Госпожа, вы забыли: у маленького господина были тёплые отношения с генералом. Именно генерал выбрал ему учителя боевых искусств.
Цянь Юань встала, чувствуя себя неловко. Она не решалась подойти ближе, боясь, что ребёнку станет ещё хуже. Но на этот раз Ду Цзиньсюань сам бросился к ней и, обхватив ноги, зарыдал:
— Мама, что случилось с дедушкой?
«Всё-таки он ещё ребёнок», — подумала Цянь Юань. Она осторожно отвела его руки, опустилась на корточки и обняла его, ласково поглаживая по спине:
— Ничего страшного. У твоего дедушки возникло недоразумение с кем-то, сейчас разбираются.
— Но Сяочунь сказала, что кто-то хочет уничтожить род Фан. Что это значит?
— Это просто злые слова, — ответила Цянь Юань, вдыхая запах молока в волосах сына. Её сердце постепенно успокоилось.
Сяочунь однажды рассказывала, что отец Фан был одним из основателей империи. Как генерал-основатель, он пользовался всеобщим уважением, и даже сам император всегда оказывал роду Фан особые почести. Брак Цянь Юань с Ду Лэйюанем был своего рода наградой за заслуги отца Фан. По слухам, изначально император собирался выдать за Ду Лэйюаня свою любимую принцессу, но, тронутый заслугами генерала Фан, пожертвовал счастьем дочери и передал эту честь Фан Жоцзюнь.
Хотя Цянь Юань в душе считала этот брак проклятым, из этого было ясно, насколько высоко император ценил отца Фан.
Но, как говорится, «служить государю — всё равно что сидеть рядом с тигром». Кто знает, что у него на уме? Возможно, он нарочно возвысил род Фан, чтобы потом сбросить его в пропасть.
Только что же заставило императора вдруг решить уничтожить их?
Двор Цинъюань находился далеко от главной кухни. Зимой, к тому времени как еду доставляли, она уже остывала и становилась несъедобной. Поэтому с наступлением холодов Ду Цзиньсюаня кормили в небольшой кухне во дворе.
Во время обеда няня Ли распорядилась расставить посуду на столе в передней комнате, а затем вошла пригласить Цянь Юань к столу.
Цянь Юань одела сына и вынесла его к столу. Окинув взглядом тарелки, она заметила, что обед сильно отличался от утреннего изобилия: всего лишь тарелка зелёных овощей, миска супа из ветчины и бамбука и небольшая керамическая пиала риса.
Положение дел ухудшилось довольно быстро. Хотя по сравнению с едой во дворике Цзинъюань это всё ещё казалось деликатесом.
Цянь Юань посадила Ду Цзиньсюаня на стул рядом с собой и, не глядя на няню Ли, взяла ложку, чтобы налить суп. Та, не выдержав, подскочила:
— Госпожа, берегитесь, горячо!
Цянь Юань молчала, не звала Сяочунь помочь и позволила няне Ли всё сделать самой. Когда та налила рис и суп, Цянь Юань попробовала суп и, найдя его свежим и вкусным, предложила ложку сыну:
— Пей супчик. Я уже попробовала — вкусно.
Личико Ду Цзиньсюаня скривилось — он явно не хотел есть.
— Маленький господин не любит суп? — спросила няня Ли, наклоняясь к нему.
Цянь Юань поставила ложку на стол и мягко сказала сыну:
— Если не будешь пить суп, останутся только овощи.
Услышав слово «овощи», мальчик нахмурился ещё сильнее.
— Сейчас на столе только эти два блюда, чтобы есть с рисом. Неужели хочешь есть просто белый рис?
Няня Ли побледнела и поспешила подойти к Цянь Юань:
— Госпожа, это не лень слуг! Просто на кухне почти нет продуктов. Как говорится: «Из ничего и умелая хозяйка не сварит кашу». Всё, что полагается по уставу, уже выдано. В этом месяце двор Цинъюань уже получил свою долю, и по правилам повторно просить нельзя.
— Месяц ещё не прошёл и наполовину. Неужели всё уже кончилось? — удивилась Цянь Юань. Она знала, что няня Ли только сегодня пришла, и проблема явно не в ней. Поэтому, хоть и злилась, внешне не показывала этого.
К тому же, один суп и одно блюдо — это, конечно, скудно, но для взрослого и ребёнка вполне достаточно, чтобы наесться.
— Госпожа, я, конечно, не должна говорить этого, но виновата во всём няня Чжао! Не хочу, чтобы на меня свалили чужую вину, — няня Ли опустила голову и, помедлив, сказала: — Она раньше кормилицей маркиза была, и уже давно в доме распоряжается, как хочет. Покойный отец моего мужа однажды счёл её поведение неприемлемым и отправил присматривать за гостевым двором Цинъюань. Кто бы мог подумать, что она устроится здесь на покой! Младшие служанки даже начали обращаться с ней, как с настоящей госпожой. Всё, что выдают для двора — еду, вещи, деньги — она забирает себе, для внуков или сыновей. Раньше здесь редко жили хозяева, так что недостача не бросалась в глаза. Все закрывали на это глаза, уважая её возраст. Но теперь, когда сюда переехал маленький господин, она всё равно не одумалась! Вот я и попала впросак — из-за неё теперь перед вами стыдно!
Цянь Юань заметила, как на лбу у няни Ли выступили капли пота. «Эта женщина честная, — подумала она. — Даже передо мной, нелюбимой госпожой, так переживает».
Она погладила Ду Цзиньсюаня по голове с сочувствием. Бедный ребёнок! Его родная мать так его подвела. Как он вообще выжил в этом дворе?
Неудивительно, что утром, услышав, что няня Чжао ушла на покой, мальчик тихо вздохнул с облегчением. Видимо, под надзором этой злой няни ему приходилось совсем туго.
— Теперь понятно, — улыбнулась Цянь Юань. — Я удивилась, почему завтрак и обед так сильно отличаются. Думала, раз маркиза нет, вы решили схалтурить.
— Госпожа, да как мы посмеем! Завтрак готовила личная повариха маркиза, и продукты она привезла свои.
«Значит, отец ест деликатесы, а сын довольствуется объедками, — подумала Цянь Юань. — И всё это — потому что мать не заботится о ребёнке».
— Прекрасный отец, — процедила она сквозь зубы.
Родители не любят друг друга — ладно. Но превращать ребёнка в орудие борьбы? Да у них обоих в голове не все дома!
После долгих обсуждений с Цянь Юань мальчик наконец выбрал, что хочет есть — яичный пудинг. Всё остальное на столе съела сама Цянь Юань.
После обеда она уложила Ду Цзиньсюаня вздремнуть. Едва он закрыл глаза, как в комнату вошла Сяочунь:
— Госпожа, учителя прислали мальчика узнать, когда маленький господин сможет вернуться к занятиям.
Ду Цзиньсюань тут же открыл глаза и с надеждой посмотрел на мать — в его взгляде читалось детское отчаяние: «Только не заставляй меня учиться!»
Цянь Юань почувствовала головную боль. Она, конечно, не хотела, чтобы ребёнок в таком возрасте нес непосильное бремя учёбы, но если она вдруг резко изменит своё отношение, не покажется ли это подозрительным?
— Госпожа, может, я пойду и скажу, что маленький господин ещё не оправился и ему нужно ещё немного отдохнуть? — предложила Сяочунь, видя, что Цянь Юань снова задумалась. С тех пор как госпожа ударилась головой во дворике Цзинъюань, она часто смотрела в пустоту. Сяочунь знала, как ей тяжело, но такое уныние было опасным.
— Ладно, скажи так, как предложила, — кивнула Цянь Юань и пощекотала нос сыну. — Доволен? Но помни: учиться — это хорошо. Как только поправишься, снова пойдёшь на уроки. Правда, я попрошу убрать те предметы, которые тебе пока не нужны. Будет полегче.
Уложив сына спать, Цянь Юань потянулась и направилась в устроенный тёплый уголок. Всю ночь она не спала, а утром пережила столько потрясений, что в висках стучало. Если сейчас не поспит, голова лопнет.
Войдя в маленький тёплый уголок, она повернула шею, сняла длинный халат и уже собиралась рухнуть на постель, как Сяочунь, держа в руках свёрток, подскочила и остановила её:
— Госпожа, вы хоть умоетесь?
— Да ну его! — Цянь Юань вырвалась из её рук и упала на подушку. — Я совсем измучилась…
Сяочунь вздохнула, отпустила её, открыла шкаф и положила одежду Цянь Юань внутрь. Подойдя к кровати, она сняла с госпожи обувь и носки, уложила ноги на постель, вынула из-под одеяла грелку, завернула её в платок и положила между ступней Цянь Юань, затем укрыла её одеялом и тщательно заправила края. После этого она вышла, прижимая к груди мокрые от снега одежду и обувь госпожи, чтобы постирать их.
Когда дверь закрылась, Цянь Юань почувствовала приятное тепло у ног и с облегчением вздохнула. Но тут же открыла глаза и, уставившись в балдахин, мысленно окликнула систему:
Цянь Юань: Чувствую, всё пропало. Любовь главного героя мне не светит.
Система: Цянь Юань-тян… ничего страшного, ты старалась изо всех сил.
В тоне системы было что-то странное — не просто подбадривание, а скорее виноватое утешение. Цянь Юань пошевелила пальцами ног и с сарказмом спросила:
Цянь Юань: Ты что-то от меня скрываешь?
Система: А? Никогда в жизни! Мы же партнёры в симбиозе, между нами должна быть прозрачная, как хрусталь, доверительность. Скрывать от тебя? Исключено! — хихикнула система глуповато.
http://bllate.org/book/7290/687527
Готово:
