— Бум! — Он, кажется, ударился во что-то. Лу Нюаньцзинь уже собиралась приподнять покрывало, чтобы проверить, всё ли с ним в порядке, как вдруг увидела, что свадебное покрывало уже поднято. Перед ней вплотную возникло красивое лицо Чу Фэна. В его глазах мелькало лёгкое опьянение, но больше всего — восхищение и нежность.
— Жёнушка, ты так прекрасна! — голос Чу Фэна прозвучал с игривостью, которой в обычное время не было. Очевидно, он был пьян. Глядя на его глуповатую улыбку, Лу Нюаньцзинь невольно рассмеялась:
— Но, муж, ты ведь пьян.
Чу Фэн аккуратно сложил свадебное покрывало, снятое весами, и положил его на тумбочку у кровати. Обернувшись, он увидел девушку в алых свадебных одеждах, сияющую улыбкой — именно такой она являлась ему во сне.
— Сяо Цзиньэр, мне кажется, я сплю, — прошептал он. Лу Нюаньцзинь хотела усадить пьяного мужа за стол, чтобы выпить чашу брачного вина, но он оказался совсем непослушным: прижался пушистой головой к её шее и начал тереться, будто огромный щенок, весь прилипнув к ней.
— Ты не во сне, муж, — мягко сказала Лу Нюаньцзинь, поправляя его голову и глядя прямо в глаза. В этот момент он вдруг стал совершенно другим: уже налил чашу брачного вина и пристально смотрел на неё. «Видимо, не так уж сильно пьян», — подумала она, принимая чашу. Он так послушно позволял ей умываться и вытирать руки, словно большой добрый пёс… Но стоило уложить его на кровать, как он тут же показал свой настоящий характер.
— Жёнушка, так спать неудобно! — пожаловался он, снова прижимаясь к ней, как человек-щенок.
— Пора спать! Сяо Фэнфэн, давай посмотрим, кто первым закроет глазки — тот и хороший малыш! — Чу Фэн, увидев, как она пытается усыпить его, как ребёнка, почувствовал, что в теле стало ещё жарче. «Хватит дразнить её», — решил он.
— Ааа! Сяо Фэнфэн, что ты делаешь?! — Чу Фэн внезапно перевернулся и оказался над Лу Нюаньцзинь. Только теперь она поняла, что этот хитрец её обманул. Где уж тут пьяный? В его глазах стояла полная ясность — и жар. Что до того, чем именно он пылал… Лу Нюаньцзинь, прочитавшая столько «романов», прекрасно понимала.
Оба впервые занимались этим делом. В целом, их «уровни мастерства» были примерно равны: Чу Фэн был самоучкой, а Лу Нюаньцзинь — теоретиком. Они прекрасно дополнили друг друга, и всё прошло удивительно гладко. Удовольствие, которое они испытали, описать невозможно.
..................
Чем счастливее был вчерашний вечер, тем сильнее сегодня болели поясница и ноги Лу Нюаньцзинь. Вспомнив, как Чу Фэн хвалил её за гибкость, она покраснела от стыда.
— М-м… — Слишком стыдно! Но… было же так приятно!
— Госпожа, силу надавливания регулировать? — Сячжу, массируя новой госпоже поясницу и ноги (это распоряжение самого генерала перед уходом), обеспокоенно спросила, не слишком ли сильно давит.
— Нет, всё отлично, — ответила Лу Нюаньцзинь, доедая сладкий восстанавливающий отвар, который приготовила Сячжу. Но тут же в голове снова начали всплывать вчерашние откровенные сцены, словно кинолента. Стоп… в голове?
— Жирок, ты… можешь это видеть? — Она вдруг вспомнила про этого малыша. Неужели она испортила ему детство? И сколько он вообще успел увидеть прошлой ночью?
— Э-э… Если ты имеешь в виду эти размытые квадратики, то да, вижу. А что? — Жирок удивился. С прошлой ночи вокруг него сплошная мозаика, ничего не разобрать, пришлось смотреть сериалы, чтобы скоротать время. Лишь сейчас, услышав вопрос Лу Нюаньцзинь, он задумался.
— Погоди, Нюаньнюань… Ты… ты… ты… Ты плохая взрослая! Больше не хочу с тобой разговаривать!
— Ай-ай, Жирок! Я же просто спросила! Жирочек, разве я не твой самый любимый человек?
— Нет! Уходи! Ты нечистая взрослая! Мне надо посмотреть «Телепузики», чтобы глаза отмыть!
Сколько бы Лу Нюаньцзинь ни звала его, он упрямо молчал. Зато теперь она могла не сдерживать свои мысли — раз малыш всё равно ничего не видит, думай о чём хочешь!
— Цюйцзюй, что там шумит? — спросила Лу Нюаньцзинь, доедая сладкий отвар.
— Госпожа, пришли госпожа Цинь и её племянница. Вам не стоит обращать на них внимания.
Это имя показалось знакомым… Госпожа Цинь? Неужели та самая тётка Чу Фэна, которая в оригинальной истории устроила скандал, «поймав» Лу Нюаньцзинь с любовником? Дальняя родственница Чу Фэна, овдовевшая через два года после замужества, вернувшаяся в столицу со всем своим приданым и имуществом мужа, живущая в загородном поместье рода Чу под защитой родового храма. Когда в доме Чу случилась беда, именно она шумела и требовала, чтобы старейшины рода вмешались и заняли дом Чу, из-за чего юному Чу Фэну пришлось уйти на войну, чтобы доказать своё право быть главой семьи. Одна из самых ненавистных ему людей. А потом, увидев, что он вернулся живым и покрытый славой, она тут же задумала выдать за него свою дочь. В общем, типичная жадная, тщеславная и хитрая «дворцовая интригантка».
…… Лу Нюаньцзинь и не ожидала, что эти двое так быстро заявятся.
Автор говорит: «Нюаньнюань: Дворцовые интриги? Пусть действует теоретик, прошедший частные уроки у госпожи Лу!
Чу Фэн: Не утруждайся, жена. Я одним ударом их выведу из игры!»
С моим умом не придумать никаких сложных заговоров. Есть ведь поговорка: «Уровень интеллекта автора равен уровню интеллекта главного героя»! Так что в следующей главе будет только сладость и счастье!
Спасибо, что дочитали! Буду очень рада вашим комментариям. В следующем мире мы перенесёмся в современность — вместе с боссом будем растить ребёнка! Если понравилось — добавьте в избранное! Целую! 💋
— Ты, наглая старая служанка! Бегом зови ту малолетнюю дурочку из рода Лу! Я хочу посмотреть, какую женщину жених нашёл нашему Фэну! Неужели она красивее и добрее нашей Шуанъэр? — едва Лу Нюаньцзинь подошла к переднему двору, как услышала резкий, злобный женский голос. Тон был неестественно высоким, в нём чувствовалась злорадная самоуверенность, от которой у Лу Нюаньцзинь зудело всё тело. Это был настоящий архетип злой родственницы из романов.
Она даже не смотрела — сразу поняла, что это та самая дальняя тётка Чу Фэна, Чу Сянцинь.
Ей ответил более спокойный, зрелый женский голос, полный достоинства и совершенно не подавленный напором противницы:
— Госпожа Цинь, вы бы лучше хорошенько пригляделись: это дом Чу, а не ваш дом Цинь. Нашу госпожу не может вызвать к себе кто попало. Прошу удалиться.
Фраза прозвучала без малейшего высокомерия, но в ней сквозило такое презрение, что оно, не пролив ни капли крови, прямо било в самое сердце Чу Сянцинь. Лу Нюаньцзинь понимала: даже если бы она ещё несколько лет тренировалась с матерью, ей не достичь такого уровня. Эта пожилая женщина, вероятно, была кормилицей Чу Фэна — та самая добрая няня, которая в оригинальной истории заботилась о Чу Шаньци.
— Няня Вэй, что за шум снаружи? — Лу Нюаньцзинь не видела смысла дальше слушать: сила противников была слишком неравной. Эта мать с дочкой — слабые соперницы. Пора выходить и собирать очки!
— Госпожа, — сказала Сячжу, громко объявляя о её появлении.
Все в зале поклонились. Лу Нюаньцзинь вошла и плавно опустилась на главное место. Её движения были грациозны и расслаблены, а лицо сияло такой красотой, что все невольно засмотрелись, будто на драгоценный камень. Она кивнула в ответ на поклоны, а няне Вэй одарила особенно тёплой улыбкой.
— Няня Вэй, в чём дело? — Лу Нюаньцзинь будто невзначай окинула взглядом троих «главных действующих лиц». Перед ней стояла няня Вэй — плотная, энергичная женщина, в глазах которой читалась забота, но при этом чётко соблюдалась граница между госпожой и служанкой. Эта женщина всегда внушала доверие, а в оригинальной истории она была настоящим спасением для Чу Шаньци — верная, справедливая и надёжная.
— Простите, что побеспокоили вас, госпожа. Это всего лишь незваные гости, — даже не представила их няня Вэй.
— Так вы — жена Фэна? Вы даже не знаете, кто я такая? Я — его тётка! Какая же это грубость со стороны ваших слуг! Так ли в доме Чу принимают гостей? — женщина не выдержала пренебрежения и повысила голос. С самого входа эта женщина не удостоила их даже взглядом! Вся в шёлках, как будто и вправду небесная фея! Чего важничает? Когда моя Шуанъэр станет женой Чу, я покажу этой женщине, кто есть кто!
— А, так вы тётка моего мужа? — Лу Нюаньцзинь сделала вид, что удивлена. — Странно, муж мне о вас не рассказывал. Но это и неважно. Что до гостеприимства… Я, честно говоря, не увидела ни капли гостевой вежливости с вашей стороны. Разве нормальные гости приходят ранним утром будить хозяев и устраивают истерики в чужом доме со своей дочерью?
Зная, что у неё в команде есть «игрок высшего ранга», Лу Нюаньцзинь не переживала за качество своих колкостей.
Цинь Шуанъэр с самого появления Лу Нюаньцзинь кипела от злости. Мать же обещала, что она выйдет замуж за кузена Фэна! А эта женщина перехватила её место! Всё, что должно было принадлежать ей — свадебный наряд, украшения… Каждая деталь на Лу Нюаньцзинь была из последней коллекции знаменитого магазина «Чжэньбаочжай». А на ней — ткань «Люйюньша»! Она столько просила мать купить, но та отказывала. Говорят, это редкая ткань из Западных земель, купить невозможно, только если очень повезёт. А у этой женщины весь наряд — из «Люйюньша»! Цинь Шуанъэр дрожала от ярости и стискивала зубы.
— Мешать вам спать? Ха! Уже полдень, а вы всё ещё не пошли в родовой храм клана Чу кланяться старшим! Пришлось моей матери лично прийти! Видимо, кузен Фэн даже не знает, что женился на такой ленивице!
Цинь Шуанъэр, вне себя от злости, выпалила эти едкие слова. Кузен Фэн наверняка не знает настоящего лица этой женщины! Эта лентяйка явно расточительна — как она вообще сможет управлять таким большим домом Чу? Мать сказала, что сегодня они пришли, чтобы кузен Фэн, тронутый старыми чувствами, согласился взять её в жёны второй женой. Как только она войдёт в дом, она обязательно проучит эту женщину!
— Эта девушка — кто она такая? Вы говорите о «кузене Фэне»? Это мой муж? — Лу Нюаньцзинь бросила на Цинь Шуанъэр презрительный взгляд. Эта девчонка просто… Фу! Наверняка завидует мне до чёртиков! — мысленно пожаловалась она Жирку.
— Да, да, кузен Фэн! Мы с ним росли вместе! — добавила та, краснея от смущения. Лу Нюаньцзинь закатила глаза: «Сначала саму себя обмануть, а потом уже других?»
— Какое совпадение! Значит, вы — моя двоюродная сестрёнка? Но, похоже, вы плохо знаете своего «друга детства». Ваш кузен не только знает, что я расточительница, он ещё и обожает, как я трачу его деньги! В его сердце я — единственная и неповторимая драгоценность. А вот женщин, которые экономят и не тратят его золото, он терпеть не может! Ведь зачем ему зарабатывать, как не для того, чтобы я могла тратить? Ой, как же стыдно говорить такие вещи! — Лу Нюаньцзинь нарочито кокетливо прикрыла рот ладонью, наблюдая, как лицо Цинь Шуанъэр, обычно такое «скромное», искажается от злобы. «Ха! Думаешь, я не вижу твоей жадности и зависти?»
Перед выходом она специально надела самые последние модели из всех магазинов, которые прислал Чу Фэн. Как только эта девчонка увидела её наряд, глаза загорелись алчным огнём. Не верить, что она завидует, было невозможно.
— Ты… ты… ты бесстыдница!
— Молчать, госпожа Цинь! Подумайте хорошенько, прежде чем говорить! Вы сейчас оскорбляете законную супругу генерала Чу, главную госпожу дома Чу! Вчера император лично пожаловал вашему мужу титул Генерала, Умиротворяющего Страну. Знаете ли вы, что за такие слова вас могут отдать под суд? — няня Вэй, как всегда, показала класс: одно предложение — и лицо Цинь Шуанъэр побелело как мел.
«Генерал, Умиротворяющий Страну?» — Лу Нюаньцзинь почувствовала, что теряет нить повествования. Разве этот титул не давали Чу Фэну в оригинале только после его гибели? Почему он получил его так рано?
— Это указ императора, который вчера зачитал церемониймейстер на вашей свадьбе, — пояснил Жирок. — Видимо, в оригинале было столько проблем, что императору было проще закрыть на всё глаза и даже не упоминать об этом. Титул «Генерал, Умиротворяющий Страну» равен второму высшему рангу и передаётся по наследству. Теперь ты — госпожа-маркиза!
— Это… Жирок, получается, я приношу удачу мужу?
— Э-э…
http://bllate.org/book/7276/686344
Готово:
