Ци Жун принял решение: в этом задании он изгонит из себя все эмоции — те тяжёлые, грязные воспоминания, от которых ему уже тошно стало. Ему надоели эти колючие иглы, пронзающие мягкую плоть души, пока от неё не останется ни единого целого клочка.
Он ещё раз внимательно взглянул на спящего Фан Яо. Над головой юноши ярко горело число: 90 очков симпатии.
Ци Жун вызвал Систему №1 и активировал ускоритель времени. Всё только начинало прорастать, и, честно говоря, он уже не мог дождаться, чтобы увидеть мир через десять лет.
……………………………
Он проснулся в машине, одетый по официальному случаю.
Ци Жун выпрямился и начал просматривать события, произошедшие за время его отсутствия.
Пока его душа покидала тело, управление им временно перешло к Фан Чэну. Тот оказался не только способным, но и исключительно заботливым — как настоящий отец, он любил ребёнка даже больше, чем Ци Жун.
Сначала L-база начала массово расширять территорию и активно набирать специалистов. Лишь на второй год они обнародовали очищающее зелье.
Ли Шань повёл себя необычно: вместо того чтобы принимать ресурсы, которые другие базы готовы были поднести на блюдечке, он потребовал лишь заключить договор.
Согласно условиям, L-база должна была объединиться с другими базами и занять в союзе доминирующую позицию. Один из баз, почти истощённых до предела, согласился. Остальные упрямо стояли на своём.
Что до B-базы — как только другие базы разработали метод усиления способностей, они объединились и захватили её.
B-база погрузилась в хаос, но и остальные базы не были лучше. Тирания распространилась повсюду. Когда еды не хватало, обычные люди без сверхспособностей становились пищей.
И тогда снова заговорили о L-базе как о последней надежде. Худые, отчаявшиеся простолюдины и нереализовавшиеся носители сверхспособностей толпами двинулись к тому, что считали земным раем.
Раньше они лишь слышали, насколько процветает и справедливо управляется L-база, но теперь своими глазами увидели — это и вправду рай.
L-база не скупилась: приходили сколько угодно людей — принимали всех. Если не хватало жилья, просто расширяли границы. Где появлялось очищающее зелье, там возрождалась надежда.
Массовый отток населения сильно ослабил другие базы. Все попытки остановить бегство оказались тщетными. Поддерживаемые L-базой, внутри баз начались восстания. Всё больше лидеров свергали с постов.
Тех, кто поедал людей, ждала ужасная участь.
L-база поглотила остальных, значительно расширив сферу влияния.
На седьмом году разработали сыворотку против зомби. Многие, заражённые вирусом, смогли излечиться. После года или полутора лет карантина, если всё было в порядке, их допускали к обычной жизни.
Мрак апокалипсиса словно рассеялся. Тьма, окутавшая землю, была разорвана мечом, и яркий свет хлынул внутрь, испаряя все страдания.
Сегодня, спустя более десяти лет после начала катастрофы, все люди объединились и трудились, чтобы восстановить мир после бедствия.
Ци Жун увидел это и глубоко выдохнул. Хотя ему немного жаль, что он не участвовал в создании этого нового мира, результат всё равно прекрасен.
Выйдя из машины, он увидел окружённого людьми Ли Шаня. Тот утратил юношескую неопытность; годы власти придали ему величие. Раньше Ци Жун чувствовал себя наравне с ним, но за десять лет тот достиг устрашающего уровня силы.
Фан Чэн, один из основателей базы, сопровождал Ли Шаня для подписания новых договоров и дальнейшего расширения влияния.
Фан Чэн стал широко известен не только как носитель сверхспособностей девятого ранга со льдяной стихией, но и как отец юного гения-контролёра.
Фан Яо, один из первых, полностью излечившихся от вируса зомби, вырос здоровым. Проблема, которую Ци Жун когда-то так тревожился, была решена.
Скоро наступит восемнадцатилетие Фан Яо — это означает, что он станет совершеннолетним и задание в этом мире апокалипсиса официально завершится.
Уровень симпатии Фан Яо всё десятилетие держался на отметке 99 и так и не достиг максимума. Ци Жуну было немного досадно — без полных ста очков система получит гораздо меньше энергии.
Но, с другой стороны, это даже к лучшему — лишняя энергия у Системы №1 только провоцирует её на выходки.
Неожиданно, в момент, когда все поздравляли именинника и тот задул свечи на торте, Фан Яо взглянул на Ци Жуна и лёгкой улыбкой.
Над его головой вспыхнуло ярко-красное число: 100. Одновременно Система №1 сообщила: «Задание выполнено».
……………………………
Ци Жун переживал остаточные образы мальчика в сознании, не зная, что чувствовать.
Он покачал головой, отогнал сложные эмоции и полностью погрузился в следующий мир.
После привычного ощущения переноса Ци Жун оказался в третьем мире.
Система №1, точнее уже №1.5, была в восторге от хозяина. Второе задание вышло в ноль — вспомогательные функции потребовали много энергии, но высокий уровень выполнения компенсировал потери.
К тому же этот хозяин никогда не требует бонусов или отпусков. Кроме того, что он упрямый, непослушный, своенравный и бесчувственный, особых недостатков у него нет.
[Награда за задание: 1 500 000 юаней, 100 очков]
Ци Жун был равнодушен к награде, но удивился текущей обстановке.
Над ним — водянисто-голубой балдахин, на котором вышиты стройные бамбуки, будто готовые вырваться из шёлка.
Ци Жун некоторое время молча любовался этой вышивкой — такой изысканной красоты он ещё не видывал.
Он попытался встать, но вдруг чья-то белая рука легла ему на обнажённую грудь. Прикосновение плоти к плоти заставило его вздрогнуть.
Он повернул голову и увидел женщину в коротком лифчике, лежащую рядом. Что происходит?
Автор примечает: Больше никогда не буду глупить, ууу...
------------
Ци Жун никогда не был так близок к другому человеку. Он вздрогнул, будто его обожгло, — такое вторжение в личное пространство казалось оскорблением. Но он не знал, в какой ситуации находится, поэтому осторожно снял её руку и отодвинулся.
Увидев её одежду, Ци Жун замолчал. Значит, это древний мир?
— Ммм... — женщина простонала, открывая глаза. Её голос был полон соблазна.
Даже привыкший к красоте, Ци Жун должен был признать — она действительно прекрасна.
Её чёрные волосы, словно водопад, струились по изгибающемуся телу. Женщина игриво протянула руку, чтобы обнять его.
Резкий запах дешёвых духов заставил Ци Жуна нахмуриться.
Что за ситуация?
Он инстинктивно отстранился, накинул на неё шёлковое одеяло и отвернулся.
Женщина вскрикнула, высунулась из-под одеяла, растрёпанная, с томным взглядом и соблазнительной улыбкой, и попыталась сбросить покрывало.
— Не двигайся, — холодно бросил Ци Жун, показав жестом. Его лицо стало ледяным, и женщина испуганно сжалась, больше не шевелясь.
Ци Жун воспользовался паузой, чтобы встать с постели. К счастью, хотя верх был голым, штаны остались на месте. Он перевёл дух и начал исследовать память этого тела.
Это был новый навык, который он недавно освоил: тело всегда сохраняет какие-то воспоминания. Иногда глубже, иногда поверхностнее. Расслабившись, можно найти знакомые места.
Действительно, он попал в древний мир. Одеваясь, он вызвал систему, которая явно ленилась.
Согласно воспоминаниям, это место не было домом тела. Это был... бордель.
Ци Жун не имел предубеждений против людей определённой профессии — просто хотелось бы, чтобы этим человеком не оказался он сам.
[Просмотреть сюжет?]
Голос системы звучал вяло, будто ей было всё равно.
Система №1.5 чувствовала себя обиженной. Чтобы не вызывать сопротивления у хозяина, во втором мире она почти ничего не делала — кроме первого, где пришлось выдать много заданий. Из-за этого она получила энергию только за финальное завершение.
Она мечтала обновиться, но не хватило всего 0,05 единицы. Теперь она застряла между уровнями и чувствовала себя крайне неловко. Лучше бы тогда выдала побольше заданий... Или вообще не выбирала этого хозяина!
Разве не проще было взять послушного и доверчивого?
Ци Жун не обращал внимания на причуды системы. Он спокойно ответил в сознании:
— Просмотреть сюжет.
Перед ним развернулась картина этого мира. Он — младший сын семьи Чжао из столицы, Чжао Цзыфу, занимающий должность помощника церемониймейстера пятого ранга благодаря заслугам предков.
Он — знаменитый «ветреный» человек столицы. Только здесь «ветреность» — не комплимент.
Его распутство, разврат и праздность известны всем. Он ничему не обучен, зато мастерски умеет унижать законную жену ради наложниц, пить, играть в азартные игры и посещать бордели. Короче говоря, Чжао Цзыфу — отъявленный негодяй.
Ци Жун замер, застёгивая одежду, и просмотрел грязные воспоминания этого тела.
На этот раз персонаж серьёзно проверял его терпение. Такой тип людей был ему особенно отвратителен, а теперь он оказался в его теле.
Он посмотрел в медное зеркало на лицо среднего возраста с тёмными кругами под глазами — следствием постоянных оргий.
Это... сложно принять.
Руки дрожали, пока он одевался.
Неужели в эту эпоху чиновникам разрешено посещать проституток? У этого Чжао Цзыфу смелости хоть отбавляй.
Ци Жун безразлично взглянул на женщину, уже одевшуюся. Он не был распутником и не испытывал к ней ни малейшего интереса — скорее, избегал.
Женщина игриво попыталась приблизиться, но Ци Жун отстранился, сохраняя холодное выражение лица.
Хотя ещё вчера это лицо было полным похоти, женщина, привыкшая к подобному, сразу поняла намёк. Она отступила, и Ци Жун облегчённо выдохнул, положил на стол тяжёлый серебряный слиток, быстро оделся и вышел.
Было ещё рано, небо едва начало светлеть. Он находился во дворике. Значит, это частный бордель?
Слуга провёл его к задней двери, вывел из переулка, где уже ждала карета.
Подошедший Ци Жун разбудил дремлющего слугу, который тут же помог ему сесть. Выражение лица слуги не изменилось — видимо, такие поездки были обычным делом.
Хотя должность тела была невысока, пока семья не разделилась, он оставался членом дома маркиза Вэйюаня. Благодаря многовековому богатству, его образ жизни был роскошным.
Жаль, что старый маркиз Вэйюань, прославившийся доблестью, родил такого отпрыска...
Пока карета тряслась по дороге, Ци Жун продолжил прерванный просмотр сюжета. Изучив всех членов семьи Чжао, он перешёл к заданию.
Перед ним вспыхнули кроваво-красные буквы: «Избежать роковой развязки».
Какой роковой развязки?
Он углубился в сюжет.
Прочитав всё, Ци Жун мог сказать лишь одно: Чжао Цзыфу получил по заслугам.
В этом мире главной героиней стала его дочь. Но положение Ци Жуна оказалось ещё хуже: эта дочь уже переродилась и питала к нему глубокую ненависть, желая видеть его мёртвым.
И именно этого она добилась. Поднявшись по карьерной лестнице, став императрицей, а затем и вдовствующей императрицей, Чжао Юньшань отомстила отцу, который в прошлой жизни ради денег выдал её замуж за развратника, обрекая на страдания.
Она изощрённо мучила его, а в конце тайно отправила в могилу чашей отравленного вина. Его тело выбросили на кладбище для изгнанников.
Хотя с точки зрения философии сыновней почтительности это было величайшим кощунством, прочитав всё это, Ци Жун подумал лишь одно:
«Отлично».
http://bllate.org/book/7263/685536
Готово:
