— Всем уйти, — велел император.
Дворцовые слуги молча опустили головы ещё ниже и, не поднимая глаз, начали пятиться к выходу. Только Су Инь осталась. Она дождалась, пока двери зала плотно закроются, и тихо заговорила:
— Ваше величество, не гневайтесь. Может, наложница Шунь и вправду нездорова?
Шэнь Сюаньнин лёгко усмехнулся:
— Ты сама веришь в это?
Затем устало покачал головой:
— Уже полгода я его не видел.
— Ваше величество дорожит братскими узами, — сказала Су Инь.
— Конечно, дорожу, — вздохнул Шэнь Сюаньнин.
— Но затаённый гнев разрушает эти самые узы, — мягко добавила она.
Он нахмурился и повернулся к ней:
— Что ты хочешь сказать? Говори прямо.
— Злиться про себя — бесполезно, — ответила она, тоже вздыхая и подбирая слова с особой осторожностью. — Притворяться, будто всё в порядке, тоже бессмысленно. Позвольте… позвольте мне съездить к принцу Чуну. Если удастся всё выяснить и забыть прошлое — прекрасно. Если нет — пусть ваше величество поступает так, как сочтёт нужным. Винить вас тогда будет некому.
Шэнь Сюаньнин долго смотрел на неё, а затем кивнул, чувствуя смешанные эмоции.
Она всегда придумывала какие-то хитроумные, но действенные решения и не раз помогала ему. Такая умница… если бы только она могла стать его императрицей! Но, увы, этого никогда не случится.
Прошло уже полгода с тех пор, как она рассталась с Чу Цзи, а он так и не открыл ей своих истинных чувств. Более того, с каждым днём его сердце становилось всё спокойнее и холоднее.
Постепенно он принимал эту реальность. Раз не может сделать её счастливой — лучше вообще не говорить о своих чувствах. По крайней мере, так он не заставит её тревожиться или растерянно метаться.
Он незаметно горько усмехнулся:
— Ступай. Что касается вдовы императора Вань… ты можешь говорить с ним откровенно обо всём, что знаешь. Но чётко дай понять: я ни за что не выпущу её из Запретного дворца.
— Я всё понимаю, — с лёгкой улыбкой ответила Су Инь, сделав реверанс. Она взглянула на его нахмуренный лоб и добавила: — Ваше величество, постарайтесь не волноваться.
— Хорошо, — с трудом улыбнулся он и серьёзно сказал: — Спасибо тебе.
·
Вечером того же дня Су Инь покинула дворец и вскоре прибыла в особняк принца Чуна.
Когда Шэнь Сюаньцзун услышал доклад: «Прибыла главная служанка из Зала Цяньцин», — он сильно занервничал, но всё же лично вышел встречать гостью и приветливо улыбнулся:
— Госпожа Су.
— Ваше высочество, — ответила Су Инь, опершись на руку служанки, чтобы сойти с кареты, и направилась внутрь особняка.
Она не спешила объяснять цель визита. Пройдя несколько шагов, Шэнь Сюаньцзун не выдержал:
— Что-то случилось?
Су Инь остановилась:
— Я приехала по повелению императора проведать наложницу Шунь. — Но тут же перевела разговор: — Хотя и его величество, и я прекрасно знаем, что со здоровьем у неё всё в порядке.
Лицо Шэнь Сюаньцзуна побледнело, улыбка исчезла, и он холодно уставился на неё:
— Тогда говори прямо, без обиняков.
Су Инь мысленно вздохнула. Перед ней стоял совсем другой принц Чун — не тот, которого она помнила. Не просто потому, что они не виделись полгода, а из-за явной настороженности и отчуждения в его взгляде. Раньше, общаясь с императором, он держался отстранённо лишь потому, что тот был государем, перед которым все трепетали. Но теперь в его глазах читалась обида и злость.
Су Инь почувствовала горечь в сердце, но ничего не сказала и продолжила идти вглубь сада. Шэнь Сюаньцзун молча следовал за ней. Она вошла в беседку и села. Он, усмехнувшись, спросил:
— И что же на самом деле задумал мой брат?
— Его величество хотел, чтобы я спокойно поговорила с вами, — откровенно ответила Су Инь. — Мне показалось, здесь, в беседке, будет легче.
Шэнь Сюаньцзун снова усмехнулся и тоже сел.
— Слышала, на днях вы с младшей дочерью семьи Ху отправились на прогулку? — мягко спросила Су Инь.
— Неужели брату стало слишком скучно править страной, и он решил следить за моими прогулками? — холодно бросил Шэнь Сюаньцзун, но, вспомнив, что она всего лишь посланница, смягчил тон: — Я не на тебя злюсь, но некоторые вещи…
— Ваше высочество, что именно вы услышали? — прямо спросила Су Инь.
Шэнь Сюаньцзун удивлённо посмотрел на неё.
— Его величество не посылал меня выяснять, общаетесь ли вы с семьёй Ху, — продолжила она. — Речь идёт о другом — о вдове императора Вань.
Лицо Шэнь Сюаньцзуна мгновенно стало мертвенно-бледным.
Он думал, что брат недоволен его связями с семьёй Ху, и даже не предполагал, что тот знает о его тайных встречах с матерью.
— Он знает… — прошептал он, глядя на Су Инь с неверием. — Он всё знал с самого начала! Он знал, что моя мать до сих пор в дворце!
Его величество всё это время молча наблюдал со стороны, скрывая правду, а теперь ещё и осмеливается требовать объяснений!
— Зачем такая злоба, ваше высочество? — спокойно спросила Су Инь, глядя ему в глаза. — Вы ведь уже знаете, что натворила вдова императора Вань в прошлом. Скажите честно: если бы на месте императрицы-вдовы оказались вы с императором, вы бы выжили?
— А если бы вы сами сидели на троне, как бы поступили? — добавила она, чётко выговаривая каждое слово.
Шэнь Сюаньцзун замер. Он стиснул зубы, сердито уставился на Су Инь, но долго не мог вымолвить ни слова.
— То, что вдова императора Вань до сих пор жива, — уже великое милосердие, разве не так? — искренне сказала Су Инь, не отводя взгляда.
В подобной ситуации никто не смог бы проявить большего милосердия — любая уступка могла стоить жизни.
— Прошу вас, подумайте, — добавила она.
Но вдруг Шэнь Сюаньцзун со всей силы ударил кулаком по каменному столу.
Су Инь вздрогнула:
— Ваше высочество!
— Он послал тебя, чтобы продемонстрировать своё великодушие?!
— Как вы можете так говорить! — голос Су Инь стал строгим. — Его величество посылает меня именно потому, что дорожит братскими узами и не хочет доводить дело до крайности. Ваше высочество, вы больше не должны общаться с семьёй Ху. Вы ведь прекрасно знаете, как его величество относится к ним…
— Я хочу, чтобы мою мать вернули! — перебил он сквозь зубы.
Су Инь запнулась, но быстро взяла себя в руки:
— Невозможно. Вдова императора Вань даже в Запретном дворце ведёт себя неспокойно. Его величество ни за что не выпустит её на свободу.
— После того как она выйдет, я не позволю ей больше совершать опрометчивых поступков.
Су Инь с досадой вздохнула:
— Ваше высочество, зачем вы сами себе лжёте? Думаете, вдова императора Вань согласится жить тихо и мирно?
— Ты ведь даже не видела её! — возразил Шэнь Сюаньцзун.
Су Инь промолчала — не потому что была убеждена, а потому что поняла: он добровольно закрывает глаза на правду.
— Я не встречалась с тайфэй, — терпеливо сказала она, — но слышала о ней многое. Я верю, что вы хотите лишь вывести её из заточения. Но для неё это, возможно, станет лишь первым шагом. А если, выйдя на свободу, она каждый день будет уговаривать вас свергнуть императора — как вы тогда поступите?
— Хватит! — резко оборвал он. В беседке воцарилась тишина. Наконец он тяжело выдохнул: — Она моя мать. Я обязан вернуть её.
— Не заставляйте его величество принимать суровые меры…
— Это он заставляет меня! — перекрикнул Шэнь Сюаньцзун. Они посмотрели друг на друга, и он добавил с горечью: — Возвращайся и передай брату: если он действительно дорожит нашими братскими узами, пусть отпустит мою мать.
·
— Ни за что.
Так ответил Шэнь Сюаньнин, когда Су Инь передала слова принца Чуна.
— Я и сама так думаю, — вздохнула Су Инь. — Даже мне ясно, что вдова императора Вань хочет не просто выйти из заточения. Просто принц Чун ослеплён чувствами и упрям.
— Он не ослеплён, он сам себя обманывает, — с горькой усмешкой сказал Шэнь Сюаньнин. Он бросил недочитанный мемориал на стол и потер переносицу: — Если он официально попросит разрешения жениться на дочери семьи Ху, я не одобрю, но и не стану винить его. Я даю ему ещё один шанс. Надеюсь, он поймёт, чего я от него хочу, и прекратит эти игры.
Если брат продолжит упрямиться, придётся принять меры против вдовы императора Вань. И тогда братские узы будут окончательно разорваны. До такого он не хочет доводить.
— Ваше величество, не злитесь. Лучше ложитесь отдыхать, — сказала Су Инь, подходя к столу и убирая мемориалы. Она взглянула в окно: — Уже поздно.
Когда она уезжала из дворца, было далеко за вечер, и дорога заняла немало времени. А он всё это время ждал, чтобы услышать ответ брата.
Су Инь тихо вздохнула. Увидев, что он всё ещё погружён в размышления и не двигается, она мягко толкнула его плечо:
— Ваше величество.
— Знаю, — коротко ответил он. — Сейчас лягу спать. Иди и ты отдыхай.
— Хорошо, — улыбнулась Су Инь, подошла к двери и позвала других слуг, после чего удалилась.
Шэнь Сюаньнин умылся и лёг в постель, но долго не мог уснуть. В груди то и дело поднималась горечь.
Он взошёл на престол в юном возрасте, и с тех пор многие, кто был ему близок, постепенно отдалились. Из всех, кто остался рядом, кроме матери, были лишь Су Инь и младший брат.
Хотя он всегда тревожился, что однажды брат восстанет против него из-за дела с вдовой императора Вань, он не ожидал, что это случится так скоро.
Шэнь Сюаньнин тяжело вздохнул и перевернулся на другой бок. Его взгляд упал на рукав.
На рукаве был вышит узор из облаков — это работа Су Инь.
Большинство его одежды, которую он носил ближе к телу, она шила сама. Он говорил, что не нужно тратить на это силы, но она упрямо не слушала.
Казалось, только она до сих пор не боится его, как все остальные.
Именно поэтому он ни за что не хотел причинять ей боль.
·
За пределами дворца Шэнь Сюаньцзун в темноте направился в Дом семьи Ху.
Он никогда раньше не приходил в столь поздний час, и Ху Сяо был крайне удивлён. Он провёл принца в главный зал и спросил:
— Ваше высочество, что-то срочное?
— Брат узнал, — мрачно сказал Шэнь Сюаньцзун.
Ху Сяо на миг замер, не понимая:
— Узнал что?
— Узнал о наших отношениях с вашей дочерью.
— А, — Ху Сяо облегчённо рассмеялся и хлопнул себя по колену: — Всего-то? Рано или поздно он всё равно узнал бы. Зачем так волноваться?
— Он также знает, что я поддерживаю связь с матерью, — медленно поднял глаза Шэнь Сюаньцзун. В его взгляде столько злобы, что по спине Ху Сяо пробежал холодок.
Тот нахмурился и задумался:
— Ну и что с того? Это совсем другое дело. Ваши отношения с вдовой императора Вань никак не связаны с помолвкой вашей семьи с нашей.
Шэнь Сюаньцзун сухо усмехнулся и небрежно откинулся на спинку кресла:
— А если мой брат откажет в разрешении на нашу свадьбу из-за этого, как вы тогда поступите?
— Что?! — Ху Сяо нахмурился ещё сильнее. — Вы хотите сказать, что его величество недоволен мной?
Он выглядел совершенно ошеломлённым. Шэнь Сюаньцзун едва сдержал желание рассмеяться.
Даже сейчас, находясь в ссоре с братом, он признавал: император куда умнее этого Ху Сяо. Тот знал только войну, ничего больше. Его высокомерие и дерзость не могли не вызывать подозрений у любого правителя, но он сам об этом даже не догадывался.
Ху Сяо громко хлопнул ладонью по столу:
— Нелепость!
Шэнь Сюаньцзун чуть приподнял брови и услышал, как тот начал мерить шагами зал:
— Я служил трём императорам! Мои заслуги на поле боя известны всему государству! Неужели он из-за какой-то вдовы из Запретного дворца осмелится так со мной обращаться?
Шэнь Сюаньцзун не знал, злиться ли ему на слова «вдова из Запретного дворца» или смеяться над простодушием Ху Сяо.
Но он подавил оба чувства, слегка улыбнулся и, вздохнув, подыграл ему:
— И я считаю, что брат ведёт себя несправедливо. Господин Ху, ваши воинские заслуги известны всей столице. Как он может из-за семейных дел так унижать вас?
— Именно! — Ху Сяо с мрачным лицом сел обратно. — Я и представить не мог, что дело дойдёт до этого. Неужели моя дочь недостойна стать вашей супругой?
http://bllate.org/book/7193/679159
Готово:
