Значит, принимать роды должна была женщина с более высоким уровнем культивации. Однако по всем Шести Мирам таких богинь — обладающих и достаточной силой, и опытом — набралось бы едва ли несколько. Перебрав всех возможных кандидаток, она остановилась лишь на двух.
Первая — её мать, ушедшая в отшельничество в горах Цзыюнь.
Вторая — Небесная матрона.
Мать, скорее всего, больше не ступит на гору Куньлунь, поэтому она решила обратиться к Небесной матроне. Но месяц назад Ий Сюй заявил, что сам примет у неё роды.
Тогда она подумала: помощь при родах — всего лишь направление божественной силы для выведения драконьего яйца из чрева, задача эта вряд ли окажется сложной. Так она и согласилась.
Но теперь, когда срок почти настал, её внезапно охватила паника.
— Я прочитал немало книг, — тихо произнёс Ий Сюй. — Похоже, это не так уж трудно.
То есть он считал, что справится.
Бин У тяжко вздохнула:
— Ладно.
И протянула руки, чтобы обнять его.
— Что случилось? — удивился Ий Сюй и инстинктивно отстранился от её живота. Хотя он знал, что драконье яйцо защищено прочной скорлупой, неуязвимой ни для клинков, ни для огня, всё равно тревожно было видеть, как она носит такой огромный живот.
Лицо Бин У побледнело.
— Начинаются схватки. Отнеси меня наружу.
Яйцо было слишком велико, чтобы рождаться в человеческом облике, а внутри дворца Люйшань не хватало места для того, чтобы её драконий хвост мог свободно метаться. Поэтому заранее подготовили специальное место для родов.
Услышав эти слова, Ий Сюй испугался и тут же поднял её на руки, быстро направляясь к выходу.
Автор: Ий Сюй: «Хитрость с притворным безразличием удалась!»
Бин У: «Хитрость с притворной слабостью удалась!»
Автор: «Наконец-то я не задолжал главу!»
В северо-восточном углу дворца Юйцин находился небольшой белый нефритовый бассейн шириной около шести чи и высотой до пояса. Посреди него бил источник живительной воды. Когда-то принцесса Яоинь, выйдя замуж, лично перенаправила сюда поток из источника в горах Цзыюнь. Пока существовал этот источник, живительная вода в бассейне никогда не иссякала.
Источник живительной воды был хаотическим сокровищем, способным воскрешать мёртвых и возвращать плоть костям. Конечно, это касалось лишь простых смертных. Для богов же источник служил лишь средством укрепления духа и восполнения жизненных сил — своего рода целебным эликсиром.
Когда принцесса Яоинь только поселилась во дворце Юйцин, все местные боги хоть немного, но получали пользу от этого источника. Принцесса была щедрой и не жалела его.
Однако однажды она узнала, что благодаря воде из источника лотос Цинлянь, будучи земным бессмертным, вознёсся до уровня небесного бессмертного. С тех пор источник был запечатан и больше не предоставлялся богам дворца Юйцин.
После ухода принцессы Яоинь источник живительной воды, вместе со всеми её сокровищами, достался маленькой принцессе.
Именно поэтому это место идеально подходило для родов.
Ий Сюй вынес Бин У из дворца Люйшань и одним движением мысли мгновенно переместился в Чжуцзыу, где находился источник. Пройдя сквозь густую рощу фиолетового бамбука, он достиг цели.
Рядом с нефритовым бассейном уже расчистили большое пространство, застелив его мягким ковром из облаков, и зажгли благовония Цинлин.
Ий Сюй осторожно опустил Бин У на ковёр. Она всё ещё хмурилась, стиснув зубами побледневшие губы, и сердце Ий Сюя сжалось от тревоги.
— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил он, проводя рукой по её ледяно-холодному лицу, покрытому испариной. Его пальцы невольно задрожали.
Бин У почувствовала тупую, пульсирующую боль внизу живота и простонала.
С этим стоном её тело ниже пояса превратилось в драконий хвост — длинный, прозрачно-ледяной, который беспокойно терся о ковёр.
Став драконом, она почувствовала, что боль немного утихла. Заметив, что Ий Сюй всё ещё стоит рядом на коленях, она разозлилась:
— Ты собираешься просто сидеть и смотреть? Драконье яйцо само что ли вылезет?
Ий Сюй мгновенно пришёл в себя. Правой рукой он развёл в стороны заранее приготовленные флаконы с различными эликсирами, аккуратно расставив их перед ней, затем глубоко вдохнул и подошёл к её драконьему чреву. Положив ладони на выпуклость, он начал медленно направлять яйцо вниз, вливая божественную силу.
Бин У резко втянула воздух сквозь зубы и впилась пальцами в мягкий ковёр. Под ней уже появились два драконьих когтя, разрывавших ткань ковра. Одновременно она тоже направляла свою божественную силу, помогая ему продвигать яйцо понемногу вперёд.
День сменился ночью, ночь — днём. Прошли сутки.
Сначала Бин У ещё могла помогать, но теперь даже стонать не хватало сил. Она протянула руку, схватила один из флаконов, откупорила его и влила содержимое себе в рот. Выпив целебную воду, она еле слышно прохрипела:
— Ну как, скоро? Ты вообще справишься?
Ий Сюй не прекращал своих действий и успокаивающе сказал:
— Почти готово. Ещё немного потерпи.
Ему самому было нелегко: слишком много силы — рисковал повредить ей, слишком мало — яйцо двигалось черепашьим шагом. Ему потребовалось немало времени, чтобы найти нужный баланс.
Бин У ещё немного постонала, потом вдруг спросила:
— Ты точно можешь? Почему так долго? Неужели я стану первой драконихой в Шести Мирах, погибшей при родах?
Ий Сюй поморщился:
— Что за чепуху несёшь? Если сил хватает, лучше помогай мне своей силой.
— Сил нет. Быстрее делай, — ответила она. С тех пор как она поняла, что меньше двигается — меньше болит, она упрямо отказывалась шевелиться.
Наконец, когда на востоке снова занялся рассвет, яйцо наконец появилось.
Увидев драконье яйцо с тёмно-золотыми узорами Дао, Ий Сюй с облегчением выдохнул, и его напряжённая спина расслабилась.
Четыре великих зверя родились из Хаоса, и их кровь чрезвычайно редка. Поэтому всякий раз, когда рождается божественный зверь, его защищают природные узоры Дао. У яйценосных божественных зверей, таких как драконы и фениксы, эти узоры проявляются прямо на скорлупе. Если на яйце имеются такие узоры — значит, это несомненно божественный зверь.
Ий Сюй бережно поднял яйцо двумя руками, и уголки его губ невольно приподнялись в улыбке.
Тем временем Бин У тоже перевела дух и одним движением мысли превратила драконий хвост обратно в ноги. Она ждала, что он сейчас подойдёт и покажет ей яйцо, но прошло немало времени, а он всё не шёл.
Она приподнялась, чтобы посмотреть, и увидела, как обычно невозмутимый, всегда сдержанно улыбающийся человек теперь глупо ухмыляется, словно одурманенный. Впервые увидев его таким, она не смогла отвести глаз.
Но слабость после родов нахлынула вновь, и она снова опустилась на спину.
— Эй, — кашлянула она, чтобы привлечь внимание этого растерявшегося от радости человека, — покажи мне яйцо.
Ий Сюй очнулся и, держа яйцо, быстро подошёл к ней. Увидев её измождённое лицо, радость в его сердце поутихла, сменившись тревогой и сочувствием.
Бин У взяла яйцо и прижала к себе, не желая выпускать.
Ий Сюй смотрел на эту картину, и его сердце растаяло от нежности. Он обхватил её за шею, помогая сесть, и, обнимая её и яйцо одновременно, тихо и нежно спросил:
— Боль ещё есть?
Бин У, прижимая к себе яйцо, совершенно забыла о двух днях мучительной боли. На её лице сияла искренняя радость.
— Жаль, что ему ещё пятьсот лет сидеть в скорлупе.
И тут же добавила с тревогой:
— Ты должен как можно скорее его вывести!
Ий Сюй улыбнулся и кивнул:
— Хорошо.
Бин У вдруг вспомнила что-то важное и повернулась к нему, настороженно спросив:
— Ты не посмеешь плохо обращаться с ним! Если при выведении ты сэкономишь силы, это повлияет на его будущие способности.
Ий Сюй лёгким щелчком стукнул её по лбу:
— Это ведь и мой ребёнок. Разве я стану с ним плохо обращаться? О чём ты только думаешь?
Бин У настаивала:
— Ты не должен плохо обращаться с ним только потому, что он из рода ледяных драконов!
Это яйцо казалось ей до боли знакомым — ведь когда-то она сама вылупилась из точно такого же. Значит, внутри наверняка ледяной дракон. Чтобы убедиться в его будущем, она обязана была уточнить.
В конце концов, отношения между ледяными драконами и инь-драконами были особенными: за миллионы лет их союз стал единственным.
Бин У тогда ещё не знала, что все драконы вылупляются из одинаковых яиц. Лишь когда яйцо наконец раскрылось, она с глубоким разочарованием приняла этот факт.
Ий Сюй не знал, откуда она так уверена, что внутри именно ледяной дракон, но всё равно кивнул в знак согласия.
Оценив, что время подошло, он мягко спросил:
— Отнесу тебя в источник освежиться, а потом отправлю обратно в дворец Люйшань на закрытую практику?
— Хорошо.
Вернувшись во дворец Люйшань, Бин У всё ещё не выпускала яйцо из рук.
Ий Сюй уговорил её:
— Тебе пора начинать закрытую практику. Как только ты выйдешь, сразу увидишь его.
Бин У подняла на него глаза:
— Ты быстрее начинай выводить яйцо. Без лени!
— Если ты не отдашь мне яйцо, как я его буду выводить? — усмехнулся Ий Сюй. У смертных говорят: «После родов три года глупости». Неужели у богов то же самое? Если у смертных девять месяцев беременности дают три года глупости, то у неё пятьсот лет беременности — это полторы тысячи лет глупости?
Подумав об этом, он обнял её вместе с яйцом и лёгким поцелуем коснулся её переносицы:
— Начинай практику скорее, тогда и выйдешь раньше. А то, как раз, когда ты выйдешь, он уже сможет принять человеческий облик.
Бин У наконец неохотно передала ему яйцо:
— Ладно, я пойду на практику.
Во дворце Люйшань уже подготовили тёплые покои, застеленные редкими травами: девятицветной травой, пурпурной духовной травой, цветами Юйчэнь и лианами Ломяо. Воздух здесь был насыщен живительной энергией и бурлил жизнью.
Ий Сюй вошёл в покои, одной рукой прижимая яйцо к себе. Широким взмахом рукава он установил вокруг помещения защитный барьер. Затем, сосредоточившись, превратил нижнюю часть тела в серебристо-белый драконий хвост.
Покои, хоть и не были тесными, всё же не могли вместить истинную форму инь-дракона. Ий Сюй ограничил длину хвоста тремя чжанами и начал процесс выведения яйца.
Тем временем, в Зале Всех Наук небесного дворца
Цзинь Юй нахмурилась, глядя на стоящего перед ней человека:
— Опять просишь отпуск? Да ещё на столько дней!
Цзинь Цзюэ, старший принц Небесного владыки, хоть и не был завален делами, но и свободного времени у него не было. Поэтому дела Зала Всех Наук постепенно перешли к Цзинь Юй. Теперь она не только преподавала, но и ведала всеми внутренними вопросами и назначениями в зале.
Естественно, она не любила тех, кто постоянно просил отпуск.
Мо Яо легко помахал веером из перьев и загадочно произнёс:
— Принцесса, разве ты забыла, какой сегодня день?
Цзинь Юй прикинула в уме, но не вспомнила никаких важных событий:
— Какой день?
Мо Яо многозначительно ответил:
— Прошло уже пятьсот лет… Принцесса Бин У, вероятно, уже родила драконий зародыш. Ий Сюй стал отцом! Разумеется, я хочу поздравить его.
Цзинь Юй без раздумий отрезала:
— Тогда тебе лучше подождать ещё пятьсот лет, прежде чем просить отпуск.
Увидев его недоумение, она пояснила:
— Драконы не как ваши лисы. У вас рождаются детёныши, а у драконов сначала яйцо, и чтобы оно вылупилось, нужно ждать сотни лет. Сейчас ты всё равно ничего не увидишь. Приходи через пятьсот лет.
Мо Яо расхохотался:
— Именно сейчас и надо идти! Через пятьсот лет останется только выпить свадебное вино.
Цзинь Юй растерялась:
— Какое там веселье?
Мо Яо понизил голос:
— Говорят, самцы драконов сами выводят яйца?
Цзинь Юй кивнула, но недоумение в её глазах только усилилось:
— И что в этом странного? Меня и моего брата выводил отец. Всё в порядке! Хотя, конечно, не все самцы драконов этим занимаются — дело требует терпения, и многие не хотят. Обычно ждут, пока самка придёт в себя и сама начинает выводить яйцо. Ведь драконьи яйца могут храниться тысячи лет без вреда. Учитывая чувства Владыки Цаншаня к моей кузине, он наверняка сам займётся этим. Не волнуйся.
Мо Яо задумчиво протянул:
— М-м, я никогда не видел, как это делают. Очень хочу посмотреть.
Он дружил с Ий Сюем много лет и был крайне любопытен, как тот будет с этим справляться.
— … — Цзинь Юй безмолвно посмотрела на взволнованного Мо Яо и всё же одобрила его просьбу об отпуске.
**
Мо Яо преподавал массивы и за эти годы много изучил в этой области. Благодаря своей лисьей крови он добился в этом деле больших успехов.
Пробив барьер, он вошёл и сразу увидел картину, от которой расхохотался до слёз:
— Ха-ха-ха-ха!
В тёплых покоях, наполненных живительной энергией и редкими травами, посреди комнаты на циновке из пурпурной звёздной травы сидел бог с холодным лицом и чёрными волосами. Сверху он выглядел как безупречно красивый молодой господин в белых одеждах.
Но если посмотреть ниже — виднелся серебристый хвост, обвивающий яйцо. Увидев, как его обычно сдержанный и немногословный друг серьёзно занимается выведением яйца, Мо Яо не смог сдержать смеха.
Ий Сюй прикрыл лицо ладонью и с досадой спросил:
— Как ты сюда попал?
http://bllate.org/book/7082/668536
Готово:
