Двое шли вдоль берега реки Линчуань. По её поверхности одна за другой плыли разноцветные бумажные фонарики, бесконечным потоком уносясь вниз по течению, и от этого зрелища казалось, будто попал прямо в Млечный Путь.
Ся Вэйлань опустила на воду фонарик в виде собачьей головы и ещё один — с весёлой улыбкой. Быстрая вода мгновенно подхватила их, покачивая, ввела в общий поток светящихся огоньков, и те всё дальше и дальше уплывали прочь.
Глядя на удаляющиеся фонарики, Ся Вэйлань сложила ладони вместе, закрыла глаза и с невиданной доселе искренностью прошептала:
— Небесный Владыка, если Ты действительно видишь мою молитву, пожалуйста, передай мои благословения тем, кого я люблю. Хотя они сейчас очень-очень далеко отсюда…
Она долго что-то бормотала себе под нос, затем открыла глаза и тайком взглянула на Си Луаня, который задумчиво смотрел на ночное небо. Быстро снова зажмурившись, она продолжила:
— И ещё… пусть мой учитель обязательно обретёт в этой жизни достойную развязку… Умоляю…
Будто в ответ на её просьбу, в тот самый миг, когда Ся Вэйлань в последний раз открыла глаза, над далёким горизонтом раздался протяжный гул, и на чёрном небосводе вспыхнул ослепительный свет, который тут же взорвался сотнями разноцветных фейерверков — каждый ярче и великолепнее предыдущего.
Толпа вокруг радостно закричала. Огни праздничных салютов отражались на лицах людей, и каждое из них сияло счастьем.
Шёпот толпы был заглушён треском фейерверков, но при этом казалось, будто он звучит прямо у самого уха. Даже тонкий серп луны словно приподнял уголки губ и с нежностью склонился над этим коротким мигом человеческого счастья.
Ся Вэйлань радостно потянула Си Луаня за рукав и, прыгая от восторга, закричала:
— Ух ты! Учитель! Мне так весело!
— А?
Ся Вэйлань сложила ладони рупором у рта и, почти подпрыгивая, протянула во весь голос:
— Я ска-за-ла, учи-тель! Твоей ученице очень весело!
— И, смеясь, начала бегать кругами вокруг него.
Брови и глаза Си Луаня мягко изогнулись, уголки губ приподнялись, а в его взгляде, отражавшем сияние фейерверков, читалась нежность. Он тихо прошептал:
— Учитель тоже.
После праздника фонариков Си Луань и Ло Шуй тщательно обыскали весь город Линчуань, но ничего подозрительного не обнаружили. Уже собирались возвращаться в Клан Даоянь, как вдруг случайно подслушали разговор нескольких нищих в тени у стены:
— Ты видел? Из дома городского правителя опять вынесли труп, — сказал один из них, тыча в бока соседа испорченной половинкой булочки.
— Ещё бы! С тех пор как старший сын правителя заболел, из особняка каждый день вывозят мертвецов — прямо на восточную окраину города.
— Верно, верно! — подхватил третий. — На днях я там мочился и видел, как кто-то сжигал тела! Самое страшное — мне показалось, будто эти трупы ещё двигались!
— Неужто городской правитель практикует какие-то запретные ритуалы, чтобы обменять чужие жизни на жизнь своего сына?! — воскликнул кто-то с ужасом.
— Фу! — сплюнул один из нищих. — Выходит, жизнь знатного юноши — это жизнь, а остальные — трава под ногами?
— Да уж, так оно и есть!
— Хватит! — оборвал их старик с мутными глазами, но чёткой речью. — Хотите жить — замолчите немедленно!
Его слова вызвали панику, но, убедившись, что поблизости никого нет, нищие снова обнаглели:
— Да кому мы нужны! Кто вообще обратит внимание на нас?
Остальные забормотали что-то вразнобой, но больше никто не осмелился упоминать о странных делах в доме городского правителя.
Лёгкий ветерок колыхнул белые одежды человека, притаившегося в тени.
«Семья Лань из Линчуаня?.. Учителю ведь были дружеские отношения со старым правителем».
Си Луань вернулся и кратко рассказал Ло Шую о подслушанном, поручив ему собрать подробную информацию. Сам же решил лично нанести визит семье Лань.
«Семья Лань из Линчуаня?..» — Ся Вэйлань на миг задумалась. Почему-то это звучало знакомо…
Она не могла вспомнить, где именно встречала упоминание о них в романе «Хроники мести бессмертного», но, глядя на серьёзное лицо учителя, чувствовала: дело неладное. Поэтому она принялась умолять взять её с собой, и, к её удивлению, Си Луань, немного подумав, согласился.
Когда они подошли к особняку семьи Лань, массивные багряные ворота оказались наглухо закрыты.
В Линчуане всегда царили порядок и безопасность — люди не запирали дома даже ночью. Но сейчас, хотя день ещё не закончился, ворота правителя заперты. Это внушало подозрение.
Си Луань, держа Ся Вэйлань за руку, постучал. Вскоре из-за ворот выглянул слуга. Увидев Си Луаня, чьё присутствие источало неземное величие, он не посмел медлить и, согнувшись в почтительном поклоне, спросил:
— Чем могу служить, бессмертный господин?
Си Луань вежливо ответил:
— Будь добр, доложи своему хозяину: Си Луань из Клана Даоянь желает нанести визит.
Имя Клана Даоянь было известно повсюду. Слуга так перепугался, что еле выдавил ответ и бросился внутрь, думая про себя: «Вот тебе и перемена ветра! Сам даосский владыка явился в нашу глушь! С тех пор как заболел старший сын, в доме одни беды да странности…»
Прошло совсем немного времени, и из ворот выбежал средних лет мужчина в синей хлопковой одежде с вышитыми узорами. Судя по виду, это был управляющий. Он весь вспотел, будто бежал всю дорогу, и, подойдя к гостям, учтиво произнёс:
— Даосский владыка Си Луань! Правитель уже ожидает вас в главном зале. Прошу следовать за мной.
Си Луань последовал за управляющим, и чем глубже они продвигались в особняк, тем сильнее росло его недоумение. Ведь ещё снаружи он ясно ощутил плотную ауру зловещей иньской энергии, а теперь, внутри, её словно и не бывало.
Ся Вэйлань тоже внимательно осматривалась. Она обычно не запоминала географические названия в романах — максимум имена главных героев и пары второстепенных персонажей. Но раз название «семья Лань из Линчуаня» вызывает у неё смутное воспоминание, значит, эта семья упоминается в «Хрониках мести бессмертного» не раз.
Правитель уже ждал в главном зале. Его лицо было измождённым, брови нахмурены. Услышав шаги, он обернулся и, принуждённо улыбнувшись, направился навстречу:
— Даосский владыка Си Луань! Давно не виделись!
Затем его взгляд упал на девушку в белом, стоявшую рядом с Си Луанем:
— А это…?
— Моя ученица, — мягко ответил Си Луань.
После коротких приветствий Си Луань сразу перешёл к делу:
— Слышал, старший сын тяжело болен. Есть ли улучшения? Может, чем-то помочь?
Упоминание сына тут же омрачило лицо правителя. Он выглядел совершенно измотанным, но вежливо отказался:
— Благодарю за доброту, даосский владыка, но недуг сына слишком заразен. Не осмеливаюсь беспокоить вас. К тому же состояние уже немного улучшилось — опасности, думаю, нет.
Си Луань молча отпил глоток чая.
Правитель собрался было что-то добавить, как вдруг Ся Вэйлань застонала, прижимая руки к животу:
— Ой! Живот так болит!
Си Луань нахмурился и потянулся проверить её состояние, но Ся Вэйлань быстро схватила его за руку, подмигнула и громко заявила:
— Учитель, не волнуйся! Наверное, сегодня что-то не то съела!
— И снова застонала, изображая боль.
Правитель с недоумением посмотрел на неё, потом многозначительно кивнул управляющему.
Тот тут же понял намёк и подошёл к Ся Вэйлань:
— Молодая госпожа, позвольте проводить вас.
(Подразумевалось: в уборную.)
Управляющий отвёл Ся Вэйлань и стал ждать неподалёку, не проявляя особой настороженности. Ся Вэйлань пробыла внутри недолго — запах был невыносимый — и тут же выскочила наружу.
Она свернула в первый попавшийся переулок между зданиями. Ночь становилась всё темнее, и Ся Вэйлань понятия не имела, где оказалась. В особняке царила странная пустота — за всё время она не встретила ни одного слуги. Правитель явно нарочно отговаривал учителя входить в дом. Значит, здесь что-то скрывают.
Незаметно она вышла к небольшому пруду и увидела у воды какое-то движущееся пятно. Подойдя ближе, она различила ребёнка лет трёх — пухленького, румяного, с пухлыми щёчками. Малыш упорно сжимал в кулачках маленькую золотую рыбку и, не замечая Ся Вэйлань за спиной, лепетал:
— Рыбка… рыбка… рыб-бка…
Внезапно рыбка вырвалась и прыгнула обратно в пруд.
Ребёнок широко раскрыл глаза и уставился на место, где исчезла рыбка:
— Рыбка… рыбка…
— Потом встал и, пошатываясь, двинулся вслед за ней прямо к кромке воды. Его пошатнуло, и он вот-вот должен был упасть в пруд.
Ся Вэйлань схватила его за рубашку и оттащила на два метра от воды:
— Толстячок! Ешь поменьше!
Этот малыш, судя по одежде, явно был младшим сыном правителя. Что за странности творятся в этом доме, если за трёхлетним ребёнком никто не присматривает?
Малыш, кажется, даже не понял, что только что избежал беды. Увидев Ся Вэйлань, он тут же переключил на неё всё своё внимание. Поднявшись с земли, он засунул пухлый кулачок в рот, ресницы захлопали, и он с трудом выдавил:
— Не… толстый… не толстый…
— Говорит, что не толстый?
Ся Вэйлань хитро прищурилась:
— Ты и есть толстячок! Маленький толстячок!
— Не… толстый…
— Толстый!
— Не… не толстый…
— Толстый!
Малыш рассердился:
— Не… не толстый… толстый… толстый!
Ся Вэйлань расхохоталась:
— Вот! Это ты сам сказал, что толстый! Не я!
— Не… я… толстый… не толстый… толстый…
Ребёнок запнулся, потом обиженно плюхнулся на землю, надул губы и заревел так громко, что его нежный детский голос превратился в настоящий визг.
Ся Вэйлань зажала уши. «Надо сматываться, пока меня не обвинили в издевательстве над ребёнком», — подумала она и уже собралась уходить, как вдруг прямо перед собой увидела пару холодных, отстранённых глаз.
Перед ней стоял юноша лет двенадцати–тринадцати в серо-зелёном шёлковом халате. Его волосы были аккуратно собраны в высокий узел, осанка — безупречно прямая. Черты лица ещё не до конца сформировались, но уже сейчас было ясно: перед ней красавец, способный свести с ума целые страны.
Как только юноша подошёл, малыш, всхлипывая и вытирая нос рукавом, жалобно позвал:
— Второй брат…
— И протянул к нему руки, просясь на руки.
Юноша легко поднял его и начал терпеливо успокаивать — совсем иначе, чем смотрел на Ся Вэйлань.
Ся Вэйлань виновато потерла нос. «Всё, меня поймали за руку. Теперь точно буду считаться обидчицей детей».
Малыш тут же начал жаловаться:
— Второй брат… она… она говорит, что Юнь-Эр толстый… а Юнь-Эр не толстый…
Юноша погладил его по спинке и мягко произнёс:
— Не толстый… Юнь-Эр не толстый… А она — самая толстая.
«Самая толстая» особа: «…»
Ся Вэйлань подняла глаза на юношу и задумалась.
По законам романов, такой красавец непременно должен быть важным персонажем. Семья Лань… семья Лань…
Внезапно она вспомнила!
Главный герой «Хроник мести бессмертного» ведь зовётся Лань Лихао! Она торопливо посмотрела на его пояс — и точно: там висел багровый нефритовый жетон с изображением дракона.
Это и был главный герой! Такой жетон — его визитная карточка, ошибиться невозможно!
В романе главный герой появлялся уже в Клане Даоянь, сирота, чья семья была уничтожена до единого. Весь сюжет развивался вокруг клана, и почти не упоминалось о его родном доме. Неудивительно, что Ся Вэйлань не сразу узнала его.
Она ошеломлённо смотрела на юношу, который всё ещё утешал малыша.
«Так вот как! Я хотела держаться подальше от главных героев, а вместо этого не только встретила его раньше срока, но ещё и обозвала его младшего брата толстячком — причём при нём самом?!»
Ся Вэйлань подумала, что лучше прыгнуть в этот пруд и утонуть.
Ся Вэйлань поняла: такое недоразумение нельзя оставлять без объяснений — перед ней же главный герой!
Она кашлянула и начала:
— Послушайте… всё не так, как вы думаете…
— Что случилось с младшим братом?!
http://bllate.org/book/7058/666497
Готово:
