В груди Цзян Сицзи вспыхнул страх, но она старалась держаться вызывающе:
— Кто тебе такое сказал? Я готова прямо сейчас встретиться с ним лицом к лицу и всё выяснить! Да, Ли Чаншунь действительно приставал ко мне, но я ни разу не поддалась — даже в деревне, когда встречала его, всегда сторонилась. Не веришь — спроси хоть у кого в нашей деревне! Если хочешь расстаться, так и скажи прямо, зачем же вешать на меня чужие грехи? Я столько лет с тобой — разве ты до сих пор не знаешь, какая я?
Брат Ху, увидев её такую самоуверенную, на миг растерялся и с сомнением пробормотал:
— Правда?
— Конечно, правда! Если бы ты не упирался и согласился со мной пожениться, разве я ждала бы до сих пор? Мне уже почти двадцать! В деревне девушки моего возраста давно либо помолвлены, либо хотя бы начинают сватовство. А дома теперь даже мать смотрит на меня косо — каждый день придирается и ругает. Мне и так досталось сполна… Я еле вырвалась, чтобы найти тебя, а ты ещё и злишь меня! Ну почему со мной всё так плохо? Лучше уж я умру!
Цзян Нань прикрыла лицо руками и заплакала, изображая полное отчаяние.
Эта театральная сцена основательно оглушила Брата Ху. Он утешал её без малого полчаса и в конце концов пообещал массу унизительных и невыгодных для себя условий.
Увидев, что цель достигнута, Цзян Нань перестала рыдать, вытерла слёзы и спросила:
— Брат Ху, если кто-то обидел меня, ты поможешь?
Брат Ху как раз ломал голову, как бы её утешить, и, услышав этот вопрос, сразу же громко пообещал:
— Конечно, помогу! Моя девушка — и вдруг её обижают? Я обязательно за неё заступлюсь!
Он заверил, что, кто бы ни посмел обидеть Цзян Сицзи, он лично приведёт целую шайку друзей и устроит обидчику хорошую взбучку.
Но как только Брат Ху дал обещание, Цзян Сицзи вдруг стала смущённой и запнулась, не желая называть имя. Только после неоднократных уговоров она наконец прошептала два слова: «Цзян Нань».
Услышав женское имя, Брат Ху растерялся. Он ведь считал себя человеком с репутацией в местных кругах — как же теперь пойти и избить девушку? Что подумают люди?
Заметив его замешательство, Цзян Сицзи нахмурилась:
— Что, Брат Ху, решил слово не держать?
— Нет, просто… как я могу ударить девушку? — почесал он затылок. — Это же неправильно!
Цзян Сицзи так и взвилась от злости:
— Кто просил тебя её бить?!
Если не бить — то как отомстить? Брат Ху, привыкший решать всё силой, был в полном недоумении. Тогда Цзян Сицзи подошла к нему и что-то зашептала на ухо. Она ведь не собиралась ограничиваться простой дракой.
Чем дольше она крутилась в обществе, тем яснее понимала, чего лишилась из-за Цзян Нань. Ведь именно из-за неё пришлось бросить школу! Как Цзян Нань вообще смеет перед её матерью притворяться невинной, требовать, чтобы та для неё всё делала? Каждый день, проведённый Цзян Нань в доме Цзян Сицзи, усиливал её ненависть, пока та не взорвалась. Теперь она хотела, чтобы Цзян Нань сама испытала горечь отчисления из школы.
— Она живёт в нашей деревне. Завтра днём подожди её у школы и задержи хоть немного. Тогда она точно опоздает, учитель её отругает — и мне станет легче.
Узнав, что бить никого не надо, а лишь немного задержать девчонку по дороге в школу, Брат Ху облегчённо выдохнул и согласился. Это ведь не зазорно — защищать свою девушку.
Как только он дал согласие, уголки губ Цзян Сицзи тронула лёгкая улыбка. Она подробно описала внешность Цзян Нань, чтобы Брат Ху завтра не перепутал, а потом весело напевая отправилась домой.
Особенно ей нравилось, что завтра как раз будет экзамен по английскому. Если опоздать — Цзян Нань не попадёт в аудиторию. А когда всё вскроется, Цзян Сицзи просто будет отрицать свою причастность и укажет на Ли Чаншуня как на свидетеля. Так она одновременно испортит будущее Цзян Нань и упечёт Брата Ху за решётку. От одной мысли становилось приятно.
Цзян Нань и Цзян Бэй сдавали экзамены в одном пункте, но шли туда не вместе. За последнее время Цзян Нань хорошенько всё обдумала и решила, что вовсе не боится Цзян Бэй.
Раз Цзян Бэй сама безрассудно решила поступать в тот же год, пусть не обижается, что Цзян Нань использует её для своего продвижения. Ведь она-то отлично знает Цзян Бэй: та с утра до вечера торчит то в обувном магазине, то на рынке — какая уж тут учёба?
Сейчас Цзян Бэй злится и отказывается давать деньги — ну и ладно. Но если посмеет не заплатить за обучение и проживание в университете, Цзян Нань устроит такой скандал, что вся деревня узнает.
Люди ведь поверят ей: мол, Цзян Бэй из зависти не хочет платить за сестру, которая поступила в университет, потому что сама провалилась. Ведь Цзян Нань — студентка! А Цзян Бэй — всего лишь сумасшедшая, которая не смогла поступить и теперь завидует другим.
Тогда, даже если Цзян Бэй откажется платить, Цзян Нань найдёт односельчан, которые заставят её разделить имущество. Ведь она прекрасно знает, сколько денег Цзян Бэй накопила за эти годы. Пока они не разделились официально, всё это — общее имущество троих детей, включая старый дом в деревне.
Конечно, если она поступит, старый дом ей не нужен — всё равно работать будет в городе. Лучше получить побольше денег.
Можно будет ещё подбить Цзян Дуна отдать ей свою долю авансом. При мысли об этом стало радостно. Надо признать, Цзян Нань действительно мастерски умеет манипулировать людьми.
Цзян Нань была уверена, что первые экзамены прошли отлично, и с последним тоже не будет проблем. После дневного сна она зашла в гости к Лю Сянлань, пообедала и, напевая, направилась в пункт сдачи экзаменов. Цзян Сицзи, глядя на её радостную спину, злобно усмехнулась.
Брат Ху скучал, ожидая у дороги, ведущей из деревни Шанъян в школу. Чтобы не пропустить Цзян Нань, он даже не стал обедать и вышел заранее. Полуденное солнце палило нещадно, и он весь вспотел, стоя в тени дерева и доедая мороженое.
С двенадцати часов он ждал до двух, пока наконец не увидел девушку, подходящую под описание Цзян Нань. И это действительно была Цзян Нань.
Несколько дней назад она поссорилась с подругой, и отношения ещё не наладились, поэтому в школу шла одна. Увидев, как её перехватывает незнакомец, она забеспокоилась.
Брат Ху вызывающе бросил:
— Ты знаешь Цзян Сицзи?
Цзян Нань, испугавшись, поспешила ответить:
— Знаю, она моя двоюродная сестра.
— Тогда всё верно. Пойдёшь со мной.
Он схватил её за руку и потянул за собой.
Цзян Нань вздрогнула. Огляделась — вокруг никого. В полдень все дома спят, а остальные школьники давно вошли через главные ворота. Она осталась совсем одна.
Быстро сообразив, она жалобно спросила:
— А можно узнать, зачем?
— Ты обидела мою девушку, — нетерпеливо буркнул Брат Ху.
Цзян Нань закричала, что это несправедливо: мол, она всегда ладила с Цзян Сицзи и никогда её не обижала.
Брат Ху усомнился:
— Ты точно Цзян Нань?
Цзян Нань мгновенно сообразила и соврала:
— Нет, я Цзян Бэй. Цзян Нань ещё даже из деревни не вышла.
— Правда? — недоверчиво переспросил Брат Ху.
Цзян Нань, конечно, заверила его самым решительным образом. Однако Брат Ху не собирался так просто её отпускать и настоял, чтобы она подождала рядом, пока не появится настоящая Цзян Нань.
Цзян Нань повезло: вскоре показалась Цзян Бэй. Та тут же указала на неё, а сама воспользовалась моментом и незаметно скрылась.
Цзян Бэй холодно посмотрела на подошедшего Брата Ху:
— Тебе чего?
— Ты и есть Цзян Нань?
Цзян Бэй взглянула на него, как на идиота, и раздражённо ответила:
— Я Цзян Бэй.
— Тоже Цзян Бэй? А та, что только что убежала, тогда кто?
Брат Ху совсем запутался.
— Не верю, ты меня обманываешь!
Цзян Бэй, устав от его глупости, просто протянула ему свой экзаменационный билет:
— Вот, умеешь читать? Эта буква читается «Бэй», как в слове «бутон». Тебя разыграли, понял?
Брат Ху всё ещё не мог поверить, что его надули. Он начал кричать и требовать, чтобы Цзян Бэй сходила в школу и вывела оттуда Цзян Нань. Цзян Бэй закатила глаза и попыталась обойти его, но Брат Ху упрямо не отпускал её.
До начала экзамена оставалось совсем немного, а Брат Ху всё ещё не отпускал её. Цзян Бэй окончательно вышла из себя. Она резко вырвала руку и сердито спросила:
— Ты вообще понимаешь, что твои действия могут означать?
Брат Ху опешил. Какие ещё «действия»? Девчонка явно пытается его запугать.
Ну подумаешь, заставит одну школьницу опоздать — разве это преступление? В худшем случае строгая классная руководительница выскочит из школы и начнёт ругать его. Тогда он просто сбежит пораньше. Успокоившись, он ухмыльнулся и нагло заявил:
— Не пытайся меня пугать. Сегодня кто-то да опоздает — либо Цзян Нань, либо ты. Раз уж ты её знаешь, звони ей и вызывай сюда. Пока она не появится, ты сама не пройдёшь.
Цзян Бэй чуть не лопнула от возмущения:
— Она только что убежала и видела, как ты меня задержал. Думаешь, она выйдет, если я позвоню?
Брат Ху захлебнулся. И правда — на её месте он бы тоже не вышел. Хотя он и понял, что наделал глупость, но гордость не позволяла признать это. Он упрямо твердил:
— Всё равно звони!
— Я не буду звонить. И на твоём месте я бы уже давно убежала, — сказала Цзян Бэй, взглянув на часы. — Цзян Нань уже пятнадцать минут как в школе. Ты думаешь, она не вызовет помощь?
Цзян Бэй знала, что Цзян Нань вряд ли кому-то позвонит, но Брат Ху этого не знал. Его лицо побледнело. Хотелось уйти, но стыд не позволял. Он ведь уже полдня здесь торчит ради того, чтобы задержать Цзян Нань, а теперь какая-то девчонка заставит его уйти с позором? Об этом ещё и Цзян Сицзи узнает — начнётся новая истерика, и снова придётся её уговаривать.
Брат Ху метался между «уйти» и «остаться». Ещё десять минут прошло — у школьных ворот по-прежнему тишина.
Теперь он окончательно успокоился и с издёвкой процедил:
— Похоже, Цзян Нань помощи не вызовет. Значит, придумывай сама, как её сюда выманить — звони, пиши сообщение… Пока она не появится, ты не пройдёшь. В крайнем случае скажу, что просто ошибся — всё лучше, чем уйти ни с чем.
Цзян Бэй была вне себя от ярости. Увидев, что он устраивает истерику, она холодно усмехнулась:
— Ладно, сейчас позвоню.
Брат Ху удовлетворённо кивнул. Цзян Бэй скрипнула зубами и набрала номер:
— Алло, я сейчас у заднего входа школы Лянду №1. Меня блокирует какой-то хулиган и не пускает на экзамен…
Брат Ху сначала обрадовался, что она наконец звонит, но чем дальше слушал, тем больше паниковал. Он рванулся отобрать телефон, но Цзян Бэй ловко уворачивалась, быстро договорила всё до конца и положила трубку, позволив ему вырвать аппарат.
Брат Ху не ожидал, что она осмелится прямо при нём вызвать полицию. Ярость захлестнула его, и он занёс руку, чтобы ударить. Цзян Бэй громко крикнула:
— Ударь! Посмотришь, как тебя посадят!
От её крика Брат Ху немного пришёл в себя и злобно усмехнулся:
— Вызвала полицию? Думаешь, участок у тебя дома? Из-за такой ерунды они не приедут.
Его реакция рассмешила Цзян Бэй. Видимо, перед ней типичный юнец, ничего не смыслящий в законах. Она спокойно объяснила:
— А разбой — это ерунда?
Брат Ху посмотрел на телефон в руке — старенький «раскладушка» трёхлетней давности, который сейчас никому не нужен. Он отобрал его лишь для того, чтобы помешать вызову полиции. Услышав про разбой, он поспешно сунул телефон обратно и презрительно бросил:
— Кто вообще хотел твой телефон грабить? Такой аппарат мне и даром не нужен.
— Даже если ты вернул его, тебя всё равно арестуют на четырнадцать суток, — холодно сказала Цзян Бэй.
— Врёшь! Я же просто хотел, чтобы ты опоздала! Разве полиция будет заниматься такой мелочёвкой? Они бы тогда совсем с ума сошли! — насмешливо фыркнул Брат Ху. — Ты, наверное, от учёбы совсем одурела, раз думаешь, что полиция всем управляет.
— Полиция, конечно, не всем управляет. В обычный день, может, и не приехали бы. Но сегодня — ЕГЭ! Если они не приедут, а я опоздаю, об этом напишут во всех новостях. Не знаю, кто тебя подослал, но советую задуматься: тебя просто используют.
Цзян Бэй с жалостью посмотрела на него.
Лицо Брата Ху исказилось. В этот момент вдалеке послышалась сирена полицейской машины. Он мгновенно развернулся и пустился наутёк. Цзян Бэй взглянула на часы, сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Вскоре у ворот остановился полицейский автомобиль.
Два офицера вышли, кратко выяснили ситуацию и проводили Цзян Бэй в аудиторию, сказав, что остальное разберут после экзамена.
Пережив эту несправедливость, Цзян Бэй была вне себя от злости. В последние дни Цзян Нань вела себя тихо, и Цзян Бэй уже думала, что та повзрослела. Оказывается, просто ждала удобного момента!
Больше всего её злило не то, что Цзян Нань свалила вину на неё, а то, что даже не потрудилась сказать за неё хоть слово.
http://bllate.org/book/7048/665740
Готово:
