Ши Фэй нахмурилась, стараясь вспомнить что-то важное, но ничего не приходило на ум, и она махнула рукой — ладно, забудем.
Она ещё немного понаблюдала за аукционом. За оставшееся время на торги выставили дюжину лотов. Алвин приобрёл бутылочку дорогого очищающего эликсира из запасов Светлого собора и два редких кристалла светлой стихии, потратив почти пять тысяч золотых.
Ши Фэй не удержалась:
— Сесил.
— Что?
— Ты тогда полностью вытянул из Алвина ту скверну?
Она имела в виду самое начало — когда они ловили троицу. Чтобы обезвредить Алвина, пятерного мага света, они расставили множество ловушек тёмной стихии, чтобы он не мог свободно черпать силу из окружающего мира.
Потом она велела Сесилу извлечь из него всю тёмную скверну. По идее, если уж за дело взялся вампир, не должно было остаться и следа.
Сесил подтвердил её мысли:
— Ни единой тени скверны не осталось. Я уверен.
В его голосе прозвучала почти незаметная обида:
— Ты сомневаешься в моих способностях?
Но Ши Фэй совершенно не заметила этой скрытой обиды. Она лишь подумала: если всё так, как он говорит, тогда странно...
— Зачем ему тогда столько средств для очищения от скверны? И посох светлой стихии, и эликсир, и кристаллы — всё это ведь именно для борьбы со скверной.
Сесил отмахнулся:
— Просто совпадение. Он же маг света, покупать такие вещи — вполне естественно.
Ши Фэй не знала, но за время аукциона появлялись и другие предметы светлой стихии. Например, браслет-артефакт, усиливающий сродство к свету. Однако Алвин даже не подал на него ставку.
Сесил нахмурился. Ему уже осточертел этот разговор об Алвине. Всё внимание Ши Фэй сосредоточено на ком-то другом — это его раздражало.
— Ладно, посмотрели — и хватит. Ты ведь ничего не покупаешь. Пойдём отсюда, нечего занимать место зазря.
…Ну ладно.
У Ши Фэй и впрямь не было особого желания что-то приобретать, поэтому она кивнула в знак согласия.
Брови Сесила тут же разгладились, будто тучи рассеялись, и всё его лицо засияло. От него так и веяло облегчением и радостью.
Ши Фэй почувствовала это. Она считала, что немного понимает Сесила. Здесь полно людей, повсюду витает аромат крови — для вампира это, наверное, пытка. Он уже из последних сил терпел ради неё, и теперь хочет уйти — вполне естественно.
Она подумала и решила:
— Время уже позднее. Вернёмся в гостиницу отдохнуть.
Сесил безразлично кивнул. Главное — подальше от Алвина, а куда идти — всё равно.
— Только сначала надо найти Мора, — добавила Ши Фэй.
Сесил резко остановился. Он вдруг всё понял.
И точно — в следующее мгновение он услышал, как эта проклятая женщина говорит:
— Малыш всё ещё у него. Интересно, как он там?
— Ни за что! — выпалил Сесил.
Ши Фэй удивилась:
— Почему?
Сесил поджал губы и недовольно буркнул:
— Ты забыла, что я не могу быть рядом с ним?
А, в этом дело. Ши Фэй облегчённо выдохнула:
— Думала, что-то серьёзное. Не волнуйся, я всё учла. Ночью вы вместе не останетесь.
Сесил немного успокоился.
Он ведь знал: у этой женщины с ним связь крепче, чем с каким-то выскочкой, которого она подобрала на дороге. Этот щенок не отнимет её у него.
Сесил с нарочитым равнодушием спросил:
— И как ты собираешься устроить этого малыша?
Ши Фэй озвучила продуманный план:
— Я сниму для тебя отдельную комнату. Две комнаты — подальше друг от друга. Я с малышом в одной, ты — в другой. Никто никому мешать не будет.
Сесил: «…»
Сесил: «???»
Сесил: «!!!»
Ради этого щенка ты хочешь меня от себя отстранить?
Сесил бушевал от ярости, у него даже голова пошла кругом.
Он больше никогда не будет разговаривать с этой проклятой женщиной.
Злость Сесила продлилась недолго.
Ещё до того, как они успели найти Мора, к ним сами подбежали возница и его невеста.
Маленького полузверёныша не было ни у Мора, ни у Моли. Ши Фэй уже начала догадываться, что случилось.
И её подозрения подтвердились, когда Мор в панике выкрикнул:
— Малыш… пропал!
Сесил: «!»
Как раз то, что нужно!
Противный щенок исчез! Глаза Сесила вспыхнули, и он изо всех сил сдерживался, чтобы не расплыться в улыбке. С трудом изобразив тревогу и обеспокоенность, он спросил:
— Как это случилось?
Ши Фэй бросила на него подозрительный взгляд, но ничего явного не заметила. Хотя что-то в его поведении казалось ей странным.
Однако сейчас важнее было найти малыша, и она отложила размышления о странностях Сесила.
— Что произошло? Где он пропал? Что было до этого? Где вы уже искали? — спросила она серьёзно.
Голова Мора будто опустела. Он потерял ребёнка, которого ему доверил сам лорд, и теперь был подавлен чувством вины, поэтому лишь бормотал что-то невнятное.
Моли закатила глаза, отстранила своего растерянного жениха и начала чётко объяснять:
— Сначала мы гуляли с малышом по торговой площадке. Потом стемнело, а вы всё не появлялись — вы же следили за Алвином и забыли про время.
Мы не хотели уходить далеко и сели в ближайшей таверне, чтобы подождать вас. Пили вино, а малыш сосал мёд — всё было спокойно.
Но он быстро съел весь мёд. Пока баночка была полной, он вёл себя тихо, а как опустела — начал капризничать, кусаться и вырываться. Силы у него — хоть отбавляй!
Мору пришлось отвести его обратно на площадку, чтобы купить ещё мёду. Но торговец уже ушёл — другие продавцы сказали, что он всё распродал и свернул лоток.
Малыш, видимо, обиделся или просто заскучал, и вдруг вырвался из рук Мора и убежал.
— Мы бросились за ним, — добавила Моли с досадой, — но он бегает быстро, да ещё и норовит юркнуть в любую щель. Через минуту его и след простыл.
— Мы всё испортили, — сказала она с горечью. — Нам стыдно перед вами.
Ши Фэй молчала некоторое время. Мор и Моли стояли, опустив головы, будто ждали приговора.
Но Ши Фэй не была так сердита, как они ожидали.
Она и сама знала: малыш дикий и своенравный. Да и виновата в первую очередь она — увлеклась наблюдением за Алвином и забыла о времени. Мор и Моли — обычные люди без магических способностей, им трудно удержать такого ребёнка. Сейчас не время выяснять, чья вина. Главное — найти малыша.
— Вы сказали, что долго водили его по торговой площадке? — уточнила Ши Фэй.
Мор энергично закивал:
— Да, да!
Но Моли уже поняла, чего хочет Ши Фэй:
— Мы обошли всю восточную часть, от аукционного зала до выхода.
— А сладости? — спросила Ши Фэй. — Где здесь продают сладости?
Моли удивилась:
— Сладости?
Да. Именно сладости.
Ши Фэй подозревала, что малыш сбежал из-за пристрастия к сладкому. Если мёд его успокаивал, значит, и другие сладости подойдут. Стоит расспросить продавцов сладостей — даже если малыша там нет, они наверняка видели, куда он побежал.
Так и оказалось. Обойдя почти всю площадку, они наконец нашли торговца молочными пирожными в восточном углу, у выхода.
— Вы про того мальчишку с собачьими ушами? — недовольно спросил толстый продавец. — Он сидел у моего прилавка и пускал слюни. Мне стало жалко, я дал ему пирожное. А он, видно, с ума сошёл — доел и начал требовать ещё, пытался отобрать товар, не слушал, когда его ругали, и не уходил, хоть тресни. Да ещё и денег не было! Просто беда.
Ши Фэй высыпала ему в руку горсть медяков:
— Простите. Этого хватит? Я заплачу за него. Куда он потом делся?
Продавец аж подскочил:
— Нет-нет, не надо! Один молодой человек уже заплатил за него.
Мор, несмотря на свою простоту, сразу понял: тот молодой человек — ключ.
— Кто заплатил? Как он выглядел? Куда они пошли?
— Эх, не помню уж, — вздохнул продавец. — Парень молодой, миловидный, очень юный на вид. Если уж искать приметы — лицо гладкое, совсем мальчишеское. А куда пошли… Кажется, он сказал, что возвращается в замок — там работает.
Сесил не выдержал:
— В замок? Какой замок?
Продавец посмотрел на него с недоумением:
— Какой ещё? Конечно, замок нашего лорда!
Сесил: «…»
Чёрт! Неужели от него не избавиться?
…
Из-за строительства ледяного города все дороги в округе были отремонтированы. Прямо из ледяного города проложили широкую каменную дорогу до замка, по обе стороны которой цвели полевые цветы — очень живописно.
Но путникам было не до красот. Юноша оглянулся на хвостик, бегущий следом, и почувствовал, как у него разболелась голова.
Хвостик был ростом ниже пояса, на нём болталась белая мужская рубашка, подол которой волочился по земле и был весь в грязи.
Сам малыш увлечённо облизывал пальцы. Облизав ладони, он принялся за тыльную сторону, а потом широко раскрыл рот:
— А-а-а!
Юноша вздрогнул и в отчаянии схватился за голову:
— Маленький божок, ты опять всё съел?!
Он был высоким и очень худощавым, а его светло-золотистые волосы ярко блестели в ночи. Это был Брук, повар из замка!
Брук тяжело вздохнул и остановился. Он повернулся к воющему малышу, и его захлестнула волна раскаяния.
— Не стоило мне идти в ледяной город, — бубнил он себе под нос. — Если бы я не пошёл, не увидел бы, как тебя гоняют торговцы. Если бы не увидел, не пожалел бы и не заплатил за тебя. Если бы не заплатил, не пришлось бы мне мучиться из-за твоего избалованного вкуса и бездонного желудка…
— Га-га! — малыш решил, что Брук играет с ним, и радостно захихикал, как утёнок.
Брук замолчал. Его отчаяние только усилилось.
Малыш снова захотел есть. Брук вынужден был остановиться и оглядеться в поисках чего-нибудь съестного.
Пока он шарил вокруг, малыш с любопытством семенил за ним и постепенно свернул с каменной дороги.
Брук сорвал ветку. Малыш в восторге бросился обнимать ствол дерева.
Брук собрался с силами и метнул ветку, как копьё. Малыш завизжал «ау-ау!» и помчался за ней, потом на четвереньках, задрав хвост, потащил обратно кролика, пронзённого веткой.
— Ау-у-у! — закричал он, глядя на Брука сияющими глазами.
Ешь кролика! Кролик вкусный!
Брук не понимал, что говорит малыш, но по его глазам уловил нетерпеливое требование.
Он вздохнул и покорно собрал с земли несколько веточек, сложил их в кучу, потом уставился на свой палец, надул щёки и изо всех сил напрягся…
И на кончике пальца у него вспыхнул крошечный огонёк.
http://bllate.org/book/7042/664984
Готово:
