Сказав это, она слегка улыбнулась и протянула руку, чтобы пожать его ладонь, лежавшую на столе.
— Ты уже отлично справляешься, — сказала она. — В последнее время всё больше людей либо принудительно прекращают приём лекарств, либо просто перестают ходить за ними. Мои коллеги постоянно тебя хвалят.
Сюэ Шань недоумённо посмотрел на неё, будто не понимая, за что его вообще можно хвалить.
— Вернувшийся блудный сын дороже золота, — произнесла Чэнь И.
Помедлив пару секунд, Сюэ Шань тихо усмехнулся, но тут же задумался о другом.
— В последнее время действительно стало гораздо больше тех, кто прекращает приём или перестаёт приходить за лекарствами? — спросил он у Чэнь И.
Она кивнула.
— А тебе самой не приходилось из-за этого попадать в неприятности?
Чэнь И уже закончила есть и вытянула салфетку, чтобы вытереть рот.
— Пока нет, — ответила она.
На лице Сюэ Шаня появилось обеспокоенное выражение.
— Пока? Значит, раньше бывало?
Чэнь И не хотела, чтобы он волновался, и не стала рассказывать о том, что происходило с ней ранее. Она лишь сказала:
— В нашей профессии иногда обязательно встречаются те, кто ищет повод для конфликта. Но посмотри: я же цела и невредима стою перед тобой? К тому же в нашем медпункте круглосуточно работают камеры наблюдения и дежурят охранники. Всё в порядке.
Медпункт, возможно, и безопасен, но как насчёт мест за его пределами? Ряд домиков для сотрудников не имеет ворот и напрямую соединён с внешним миром — туда может зайти кто угодно. По наблюдениям Сюэ Шаня, в этих домиках постоянно проживало всего четверо-пятеро сотрудников, все женщины. Если бы что-то случилось, даже позвать на помощь было бы некому.
Чэнь И слегка потрясла его за руку.
— Не волнуйся, правда.
Увидев, что его лицо по-прежнему омрачено, она добавила:
— Если вдруг что-то случится, я сразу вызову полицию. Обещаю.
Отделение полиции Яли находилось на центральной улице посёлка, более чем в двух километрах от медпункта. При настоящей чрезвычайной ситуации помощь не успела бы прибыть вовремя.
Заметив, что он молчит, Чэнь И ещё раз сжала его ладонь и повторила:
— Сюэ Шань, не переживай за меня. Правда.
В голове Сюэ Шаня вдруг мелькнула мысль. Он взглянул на Чэнь И, но тут же подавил её.
В конце концов он сказал:
— Вечером запирай дверь и не выключай телефон.
— Хорошо, сэр, — ответила Чэнь И.
Редкая шутка заставила Сюэ Шаня улыбнуться. Он поднял руку и нежно провёл пальцами по её волосам — движение было одновременно мягким и полным сочувствия.
Они находились в ресторане, в общественном месте. Хотя за другими столиками сидело всего пара человек, такой интимный жест всё равно оказался неожиданным для Чэнь И. Её уши мгновенно залились румянцем.
После еды они расплатились и вышли на улицу. Сюэ Шань проводил её через дорогу и дождался, пока она войдёт в здание кабинета метадоновой заместительной терапии, только потом сел на мотоцикл и уехал.
По дороге домой он размышлял о Чэнь И, когда вдруг зазвонил телефон. Управляя мотоциклом одной рукой, он другой полез за смартфоном.
Увидев на экране знакомый одиннадцатизначный номер, он резко нажал на тормоз, и мотоцикл остановился у обочины.
Этот номер он никогда не сохранял в контактах — он знал его наизусть.
Не раз он с трепетом и страхом набирал его сам и не меньше боялся, когда тот появлялся на экране.
Телефон продолжал вибрировать, и Сюэ Шань нажал кнопку приёма вызова.
Из динамика донёсся глубокий, низкий голос:
— Алло, Ашань.
Закатное солнце освещало его сбоку, окутывая тёплым светом.
— Дедушка Цзи, — тихо произнёс он.
Авторская заметка:
Когда писала воспоминания из того эпизода, бесконечно слушала саундтрек из фильма «Перл-Харбор» — «Tennessee». В итоге расплакалась. Можете послушать.
Последний раз он разговаривал с дедушкой Цзи год назад — тогда ему нужно было оформлять документы, чтобы забрать Тонтон из детского дома.
Сейчас, стоя в лучах тусклого закатного света и услышав голос дедушки Цзи, Сюэ Шань внезапно почувствовал, будто время повернуло вспять.
Семь лет назад, тоже в такой же вечер, окрашенный наклонными лучами солнца, он впервые получил звонок от дедушки Цзи.
С того самого разговора вся его дальнейшая жизнь кардинально изменилась.
— Ну как ты, Ашань? Как девочка? — голос дедушки Цзи вернул его в реальность.
— Всё хорошо, спасибо, что спрашиваете, — ответил Сюэ Шань.
Тот помолчал немного, а затем неожиданно спросил:
— Шайи сказала, что у тебя появилась девушка?
Сюэ Шань тихо «мм»нул в ответ.
Дедушка Цзи рассмеялся:
— Это замечательно. Очень даже неплохо.
Сюэ Шань промолчал, не зная, что ответить, и услышал следующий вопрос:
— Говорят, она врач?
— Да, работает в кабинете метадоновой заместительной терапии, — честно ответил Сюэ Шань.
Дедушка Цзи ничуть не удивился — Цюму Шайи уже всё ему рассказала. Он просто хотел уточнить некоторые детали.
— Её зовут Чэнь И? Чэнь — с иероглифом «ухо-восток», И — как «свободный полёт»?
Подозрение начало расти в груди Сюэ Шаня, и он нахмурился.
— Дедушка Цзи, она…
— Не волнуйся, — мягко перебил его дедушка Цзи. — Просто вспомнил одну знакомую из прошлого. Тоже звали Чэнь И. Вот и решил уточнить.
Сюэ Шань на мгновение опешил.
— Знакомую?
— Да. Когда я только начинал работать, встретил одну девочку.
Прошлое вновь ожило в памяти дедушки Цзи, и он тяжело вздохнул:
— Прошло уже двадцать лет…
Это был второй год его службы. Один зимний день он запомнит навсегда.
Ночью выпал сильный снег, и температура резко упала. Он весь день просидел в участке, разбирая бумажные дела, и у него болела спина. Он уже собирался прилечь на диван, чтобы немного отдохнуть, как вдруг коллега ворвался в кабинет с криком: поступил звонок — в деревне убийство.
О каком отдыхе теперь можно было думать? Он схватил куртку и вместе с коллегой помчался на место происшествия.
За двадцать лет службы он видел множество дел намного более жестоких и кровавых, но так и не смог забыть ту картину: во дворе крестьянского дома, рядом с телом, спокойно сидела маленькая девочка, вся в крови.
Дело быстро раскрыли. Девочку отправили к единственному оставшемуся родственнику — бабушке, и они стали жить в доме для престарелых.
Следующие три года, в каждую свободную минуту, он навещал её в доме престарелых: покупал одежду, игрушки, книжки со сказками, говорил, чтобы она хорошо училась, слушалась и выросла достойным человеком.
Потом его перевели в отдел по борьбе с наркотиками, он женился, завёл семью, и забот стало ещё больше. Он всё реже стал навещать девочку, а со временем и вовсе перестал.
Лишь в 2008 году он узнал, что два года назад дом для престарелых в Юйане полностью сгорел, и бабушка девочки погибла в том пожаре.
Он связался со знакомыми, чтобы узнать, что стало с девочкой, и обрадовался, узнав, что она поступила в университет и уехала учиться в другой регион.
Ему очень хотелось снова с ней связаться, но он не знал, помнит ли она его. А в те годы он был полностью погружён в расследование крупного трансграничного дела о контрабанде наркотиков и просто не мог отвлечься. Этот вопрос снова отложился.
А потом одна за другой начали происходить разные события, и он окончательно забыл об этом.
Вчера Шайи упомянула это имя, и ему потребовалось некоторое время, чтобы образ той маленькой девочки снова возник в памяти.
Он немедленно проверил информацию о медпункте в Яли и о Чэнь И — всё совпало.
Слушая слова дедушки Цзи, Сюэ Шань всё сильнее сжимал телефон в руке. Его сердце будто натянули на струну, и каждое слово старика заставляло её дрожать, приводя чувства в полный хаос.
Он невольно вспомнил лицо Чэнь И, её спокойную улыбку, то, как она без тени горечи рассказывала ему о смерти родителей и бабушки, как во время наводнения сказала, что он — хороший отец.
Её семья была разрушена наркотиками, её отец погубил всё своей зависимостью… А она всё равно выбрала именно его.
Сюэ Шань отключил звонок и долго стоял на месте.
***
Прогноз обещал ночью небольшой дождь, но уже к семи часам прогремели два раската грома, и начался ливень.
Этот внезапный дождь смягчил летнюю жару и постепенно успокоил сердца.
Когда Чэнь И вышла с работы, дождь уже почти прекратился. Лёгкий ветерок развевал мелкие капли, превращая их в туманную дымку.
Она прикрыла голову руками и побежала к своему домику.
Но, пробежав совсем немного, она вдруг ощутила странное предчувствие и остановилась, обернувшись назад.
Под навесом уже закрытого магазинчика на противоположной стороне дороги стоял чёрный мотоцикл.
Было слишком темно, чтобы разглядеть, есть ли там кто-то, но Чэнь И направилась прямо к тому мотоциклу сквозь дождевую пелену.
И тогда она увидела силуэт человека, стоявшего под деревом — чёрная одежда сливалась с ночью.
— Сюэ Шань? — тихо окликнула она.
Мужчина медленно обернулся, и в темноте их взгляды встретились.
Чэнь И подошла ближе и наконец разглядела его черты лица.
Как долго он здесь стоял? Почему не взял зонт? Волосы и одежда промокли насквозь — что он вообще делает?
— Ты меня ждал? — спросила она.
Она потянулась, чтобы взять его за руку, но вдруг заметила, что в пальцах его опущенной руки зажата сигарета. Огонёк уже почти догорел, и тонкая струйка дыма медленно поднималась вверх.
— Ты меня ждал? — повторила она чётко и ясно. — Сколько уже стоишь?
Сюэ Шань молча смотрел на неё. В голове крутилось слишком много слов, но ни одно не находило выхода.
Чэнь И взяла его за другую руку. Ладонь была ледяной — это тревожило её.
Раз он не хочет говорить — она не будет спрашивать. Просто будут стоять здесь вместе, молча. Этого достаточно.
Мужчина медленно обнял её, прижимая к себе, и прошептал:
— Чэнь И…
Она прижалась щекой к его широкому плечу и обвила его талию руками.
— Ничего страшного. Если не хочешь говорить — не надо.
Объятия становились всё крепче. Она снова ощутила тот самый знакомый, успокаивающий запах.
***
Чэнь И вышла из ванной с сухим полотенцем в руках.
Подойдя к письменному столу, она протянула ему полотенце:
— Вытрись. Волосы совсем мокрые.
Сюэ Шань сидел на стуле. Его взгляд был на уровне её груди — передняя часть её рубашки промокла от дождя.
Видя, что он не шевелится, Чэнь И забрала полотенце и начала энергично вытирать ему голову.
— В следующий раз так не делай, — сказала она, вытирая. — Не приходи больше без предупреждения и не стой, как дурак, под дождём. Посмотрим, стану ли я тогда вообще с тобой разговаривать.
Он наконец произнёс вторую фразу за этот вечер:
— …Прости.
Чэнь И опустила полотенце и посмотрела на него сверху вниз:
— За что именно?
Он снова замолчал. Спустя мгновение он обнял её за талию, согнул спину и прижал холодное лицо к её животу.
Такой Сюэ Шань вызывал у неё боль.
В тишине она услышала его голос:
— Я брошу это, Чэнь И… Ради Тонтон, ради тебя… Я брошу…
Он повторял эти слова снова и снова, будто их нельзя было выразить достаточно.
Чэнь И молча слушала, нежно поглаживая его влажные короткие волосы. Грудь её слегка дрожала.
— Конечно бросишь. Я верю в тебя.
За окном ветер стих, дождь прекратился. Эта ночь, далёкая от городского шума и неоновых огней, была необычайно тихой.
Под холодным белым светом лампы Чэнь И взяла его лицо в ладони, некоторое время смотрела в глаза, а затем наклонилась и поцеловала его холодные губы.
Пусть путь вперёд будет трудным и неопределённым — она верит в него. Она пойдёт рядом, не страшась ничего, бросая вызов самой судьбе.
***
После дождя погода постепенно похолодала. Казалось, осень в этом году пришла раньше обычного.
20 августа у коллеги Сяо Фана была свадьба. Банкет проходил в ресторане в уездном центре. Все свободные сотрудники медпункта пошли на торжество, Чэнь И — в их числе.
Зазвучала музыка, началась церемония, и зал взорвался аплодисментами.
На фоне тёплой романтической мелодии Чэнь И смотрела на молодожёнов на сцене и посылала им самые искренние пожелания счастья.
Свадебные церемонии обычно следуют одному и тому же сценарию. После всех обязательных этапов настал черёд последнего — «ловли букета».
У сцены быстро собралась группа незамужних девушек, которые с надеждой и весельем кричали невесте:
— Бросай мне! Бросай мне!
Чэнь И сидела за столом с несколькими коллегами — все они были замужем. Увидев, что она не собирается участвовать, они в шутку стали уговаривать её присоединиться. Чэнь И лишь улыбнулась и покачала головой.
http://bllate.org/book/7023/663491
Готово:
