Подойдя к арке у реки, Сюй Лу вдруг почувствовала резкий рывок за запястье — её дернули вперёд. В лицо ударило знакомое благоухание, и она даже не попыталась вырваться.
Цзян Цо втащил её в противоположный конец переулка и так сильно сжал запястье, что стало больно.
Он будто готов был взорваться от ярости, но сдерживался, опустив взгляд на неё. Его тёплое дыхание несло лёгкий, едва уловимый запах табака.
Из-за угла донёсся шорох шагов. Цзян Цо приложил палец к губам, давая знак молчать, и медленно повернул голову в ту сторону.
— Стой здесь и не двигайся, — тихо произнёс он.
Сказав это, он отпустил её и исчез в глубине переулка.
Сюй Лу постепенно расслабилась и потёрла место, где только что стискивали её запястье. Боль всё ещё не проходила. Она смотрела в ту сторону, куда он ушёл, и затаив дыхание ждала.
Ночь была тихой, без единого звука.
Неизвестно, сколько она простояла, пока ноги не одеревенели от усталости, но наконец раздался звонок. Его голос звучал уставшим, он слегка запыхался, но всё же понизил тон:
— Иди сюда, я у перекрёстка.
Сюй Лу прошла всего несколько шагов и увидела его стоящим посреди дороги. Казалось, он не был ранен. Он стоял, опустив голову, и курил. Кончик сигареты тускло светился — ярче всех уличных фонарей в этой ночи.
Цзян Цо поднял глаза и заметил её.
— Поймал? — тихо спросила Сюй Лу.
Цзян Цо затянулся и, чуть приподняв подбородок, кивнул в сторону:
— Пойдём посмотрим.
Он привязал того мужчину к недостроенному кирпичному дому на окраине улицы. Здесь было темно и безлюдно. Подойдя ближе, Сюй Лу увидела у входа нескольких незнакомцев — все высокие и крепкие, как скалы.
Один из них, заметив их приближение, усмехнулся и обратился к Цзян Цо:
— Неплохой выбор, братан.
Цзян Цо слегка улыбнулся и протянул пачку сигарет:
— Ещё одну?
Тот без колебаний взял сигарету и раздал по одной своим товарищам. По их виду было ясно — это люди из подполья.
— Ладно, заходите уже, — сказал один из них.
Цзян Цо машинально схватил Сюй Лу за запястье. Она инстинктивно попыталась вырваться, но он лишь сильнее стиснул её руку. Она бросила на него взгляд, а затем молча отвела глаза в сторону.
Внутри тёмной комнаты мужчина сидел, крепко связанный, прижавшись к углу стены.
Цзян Цо включил фонарик и осветил лицо под шляпой. Сюй Лу внимательно присмотрелась и сразу узнала — это был тот самый человек, который следил за ней в дождливую ночь на вокзале.
— Зачем ты за мной следил? — холодно спросила она.
Тот плотно сжал губы и не проронил ни слова.
— Это ты поджёг гостиницу? Хотел убить меня и замести следы? Я не знаю, на кого ты работаешь, но теперь ты в моих руках, — продолжала Сюй Лу.
Мужчина просто закрыл глаза.
— Тебя не пугает, что я отдам тебя в полицию?
Сюй Лу уже начинала терять терпение. Никакие угрозы и уговоры не заставляли его заговорить. Раздосадованная, она бросила взгляд на Цзян Цо — и в тот же миг их глаза встретились.
Цзян Цо отвёл взгляд и медленно присел на корточки.
Он наклонился ближе к пленнику и что-то тихо прошептал. Тот мгновенно распахнул глаза, ошарашенно уставился на Цзян Цо, затем перевёл взгляд на Сюй Лу, сглотнул и наконец выдавил:
— Я… я просто… брал деньги… за работу.
А, так он ещё и заикается.
Сюй Лу не ожидала, что он заговорит, и невольно посмотрела на Цзян Цо, всё ещё сидевшего на корточках. Он заметил её растерянность и нахмурился:
— Чего уставилась? Спрашивай уже.
Она тут же пришла в себя:
— Кто этот человек?
— Не… не знаю, — ответил заика. — Он… в маске… дал деньги… и велел… убрать тебя.
— Как с ним связаться?
Заика покачал головой.
— А если бы дело удалось? Как вы договорились?
— Деньги… сразу отдал… больше не видеться.
Сюй Лу фыркнула:
— Щедрый какой. Сколько он тебе дал?
— Две… две тысячи.
Сюй Лу вспыхнула от ярости и пнула его по ноге:
— За две тысячи готов убивать?!
Гнев не утихал, и она добавила ещё несколько ударов.
Когда она немного успокоилась, Цзян Цо опустил на неё взгляд.
Больше ничего полезного из пленника вытянуть не удалось. Они вышли из тёмной комнаты. Цзян Цо велел Сюй Лу подождать впереди, а сам остался поговорить с теми мужчинами у входа.
Через некоторое время он подошёл к ней.
— Что будет с этим человеком? — не удержалась Сюй Лу.
— Они сами разберутся, — ответил Цзян Цо.
— Почему не отдать в полицию?
Он пристально посмотрел на неё:
— Это будет плохо для тебя.
Вероятно, он боялся, что настоящий заказчик, почувствовав угрозу, решит действовать решительно — и тогда ей несдобровать.
— Где ты взял этих людей? — спросила Сюй Лу. — Они не похожи на порядочных.
Цзян Цо равнодушно ответил:
— Не твоё дело.
С этими словами он развернулся и пошёл вперёд. Сюй Лу, не получив желаемого ответа, последовала за ним и окликнула:
— Эй!
Он не обернулся.
Сюй Лу нахмурилась:
— Эти люди явно из криминала, не похожи на хороших парней. Что они с ним сделают? И разве у тебя есть деньги, чтобы нанимать таких? Что ты ему сказал, что он вдруг заговорил?
Она выпалила всё это подряд, но Цзян Цо резко остановился.
Сюй Лу не успела затормозить и врезалась носом в его руку. От боли она зажмурилась и потёрла переносицу, сердито уставившись на него, с открытым ртом, пытаясь отдышаться.
Цзян Цо холодно бросил:
— И что с того, что они из криминала? Я сам когда-то крутился там. Похож я на святого?
Его лицо вдруг потемнело, и Сюй Лу опешила.
Она не понимала, откуда взялась его злость, и растерянно спросила:
— Что с тобой?
Цзян Цо взглянул на неё, затем отвёл глаза в сторону. В его тёмных зрачках плясали искры гнева, но он сдержался. Через несколько секунд он снова посмотрел на неё и глубоко вздохнул:
— Да я, чёрт побери, псих.
Они стояли друг против друга посреди улицы. Свет фонаря падал на щёку Сюй Лу, окутывая её в тусклый ореол. Её глаза слегка блестели.
Цзян Цо одной рукой держался за ремень, другой провёл по подбородку.
Когда он нервничал, всегда так делал — либо закуривал новую сигарету, либо отворачивался, пряча выражение лица. Его кадык то и дело подпрыгивал, выдавая раздражение.
Сюй Лу не понимала, откуда у него столько злости. Если уж злиться, то ей — ведь он ни на один её вопрос не ответил, да ещё и хмурился, как грозовая туча.
Она не выдержала и подняла на него глаза:
— На что ты злишься?
Цзян Цо слегка втянул щёки.
— Это касается меня, разве я не имею права спрашивать? — продолжала Сюй Лу. — Вдруг эти люди переборщат и убьют его? Ты же не так давно знаком с ними, чтобы рисковать…
Цзян Цо перебил её:
— Ты хочешь сказать что-то конкретное?
Сюй Лу замолчала.
— Заботишься обо мне? — спросил он ледяным тоном.
Этот голос напомнил ей тот день, когда он хлопнул дверью и ушёл. Она снова онемела. Да, между ними всё ещё лежала эта пропасть.
Цзян Цо слегка повернул правую руку — и поморщился.
Когда он ловил заику, тот успел полоснуть его скрытым в рукаве ножом. Раньше он не обратил внимания, но теперь боль усилилась.
Нахмурившись, он опустил глаза.
Сюй Лу последовала за его взглядом и увидела на земле несколько капель крови, стекающих из-под рукава. Алый след заставил её вздрогнуть.
Она тут же забыла обо всём и потянулась к его руке. На предплечье зияла длинная рана — выглядело страшно, но он до сих пор ни звука не издал.
— Как ты так умудрился? — нахмурилась она, её лицо исказилось от тревоги.
В её голосе звучала искренняя обеспокоенность, и выражение Цзян Цо смягчилось. Он поднял руку и успокоил:
— Мелочь. Ничего страшного.
— Здесь есть больница?
— До ближайшего городка сто вёрст по бездорожью. Как думаешь?
— Ну хотя бы в посёлке должна быть амбулатория?
До ближайшего посёлка — полчаса езды, да ещё ночью по горной дороге. К тому же клиника может быть закрыта. Рисковать не стоило.
Цзян Цо молча смотрел на неё.
— Пойдём в гостиницу, — сказала Сюй Лу.
— Не надо, — ответил он.
Его голос стал тише, взгляд — отстранённее. Он поднял руку, бросил взгляд на кровь на земле, затем снова посмотрел на Сюй Лу.
— Ты теперь в безопасности. Мне пора возвращаться в отряд.
— Прямо сейчас? — удивилась она.
— Да.
Если ехать сейчас, до шахты он доберётся только к рассвету. Ночная дорога среди гор и оврагов — слишком опасна.
Сюй Лу вдруг поняла причину его холодности.
Он уезжает — и, скорее всего, они больше никогда не встретятся лицом к лицу. Она давно должна была это осознать и избегать подобных ситуаций.
Она вернула ему телефон и отступила на шаг.
— Я не убегала без причины, — сказала она уже спокойнее. — Сегодня вечером вышла, потому что Лань Тянь просил доснять кадр. Я не хотела попадаться на глаза убийце. Если это сорвало твои планы или доставило неудобства, приношу извинения.
Цзян Цо поднял глаза и слегка нахмурился.
Последние два дня он незаметно следил за этим типом. Тот оказался ловким и хитрым — ни в одном месте не задерживался дольше двух часов. Цзян Цо двигался осторожно. Узнав, что ночью тот собирается в дом терпимости, где давно приглянулась одна девушка, которую он даже хотел выкупить, Цзян Цо последовал за ним. Когда девушка собралась отблагодарить его, тот ушёл в туалет и долго не выходил. Цзян Цо заглянул — и понял, что у парня проблемы с потенцией.
Поэтому, присев перед ним, он тихо спросил:
— Слышал, у тебя есть возлюбленная. Останется ли с тобой, если узнает, что ты бессилен?
Этого Сюй Лу знать не следовало.
С земли поднялась пыль, ветер пронёсся между ними и растворился в ночи, оставив лишь смутные тени под фонарём.
Сюй Лу подняла голову:
— Журналистка Чжан звонила несколько раз. Я не брала трубку, чтобы избежать недоразумений. Тебе стоит перезвонить, а то она может чего-то надумать.
Цзян Цо медленно кивнул:
— Хорошо.
Едва он произнёс это, как в кармане зазвонил телефон, нарушая напряжённую тишину. Цзян Цо взглянул на экран — и Сюй Лу увидела имя: Сяодань.
Он бросил на неё короткий взгляд и отошёл в сторону, чтобы ответить.
Его голос был тихим. Неизвестно, что сказала собеседница, но он лишь кратко ответил:
— Завтра вернусь. Всё в порядке.
Сюй Лу стояла в нескольких шагах. Вдруг она осознала: они слишком долго были врозь — настолько, что уже не знали, как живёт другой. Если бы не угроза, он, вероятно, уехал бы ещё раньше.
Её возвращение в его жизнь явно не сулило ничего хорошего.
Он стоял к ней спиной, продолжая разговор. Раньше, когда она звонила ему, он всегда отвечал коротко — не любил говорить по телефону.
Сюй Лу не окликнула его. Она отступила ещё на пару шагов и развернулась, чтобы уйти.
Когда Цзян Цо обернулся, место, где она только что стояла, уже было пусто. Сяодань в трубке звала его несколько раз, прежде чем он очнулся:
— Всё, кладу трубку.
Он наспех перевязал рану и ночью выехал в Шаньчэн.
Хотя прошло всего несколько дней, Цзян Цо чувствовал себя выжженным дотла. Два часа за рулём, и глубокой ночью он остановился у круглосуточной заправки, чтобы купить сигареты.
Всю ночь он держался на никотине, выкуривая одну за другой.
К шести тридцати утра он добрался до пожарной части. В это время отряд как раз выходил на зарядку. Цзян Цо заехал прямо на плац и, припарковав машину, направился в казарму спать.
Чэн Юн подошёл сзади и, заглянув в комнату, увидел лежащего на кровати товарища.
— Куда пропадал? Выглядишь как выжатый лимон, — не удержался он.
Цзян Цо прикрыл лицо рукой и только хмыкнул.
— Щетина уже растёт, — заметил Чэн Юн. — Неужели всю ночь гнал?
— Ага.
— Сегодня в части спокойно. Выспись как следует. А потом сними эту рубаху — воняет так, что хоть вон беги. Чего так спешил возвращаться?
С этими словами он вышел и прикрыл за собой дверь.
Цзян Цо проспал до самого полудня.
Он сидел на кровати в майке, закурил — и будто прорвало затор в голове, принеся облегчение. Затянувшись, он принюхался к майке и поморщился — действительно воняло.
Докурив сигарету, он взял таз и пошёл в душ.
http://bllate.org/book/7001/661941
Готово:
