Их госпожа, будучи всего лишь женщиной, возвела его на трон и изводила себя ради его Поднебесной, страшась, как бы он не пострадал от старого пса — канцлера. А он, подлец, раньше то и дело её подозревал, а теперь уставился на неё такими приторными глазами, что хоть лопни от злости!
— Лиули, Дом Маркиза Нинъань действительно держит собственную армию — это факт. Любой, кто взойдёт на тот трон, неизбежно будет опасаться меня, — Су Нно не гневалась, лишь вынула руку из воды и похлопала служанку по тыльной стороне ладони. — Ничего страшного. Пока он не может причинить твоей госпоже вреда.
Под водой её стан был изящен, но лицо выглядело усталым.
— Принесла ли ты всё, что нужно?
Лиули замялась, всё больше тревожась.
— Принесла, госпожа. Скажите, неужели император раскрыл ваше женское происхождение? Иначе зачем срочно вызывать вас обратно, не наказав и даже проявляя такую любезность?
На этот раз в Байчэне госпожа действовала открыто и решительно — император хотя бы должен был разгневаться! Но вместо этого всё вышло наоборот.
Она видела, как мужчина лично подаёт женщине воду для полоскания после трапезы, лишь однажды — ещё при жизни старого маркиза, когда он так заботился о своей супруге.
Вспомнив старого маркиза, Лиули невольно упрекнула его в трёх грехах.
Тот ведь упрямо держал армию лишь потому, что прежний император тоже когда-то питал чувства к маркизе. При этом он и вовсе не собирался бунтовать — просто хотел досадить старому императору.
Не желал показывать слабость, чтобы тот не воспользовался предлогом и не выдал её замуж за одного из своих сыновей. Поэтому и заставил госпожу столько лет притворяться мужчиной.
Посторонние этого не знали, но они-то прекрасно понимали.
Перед смертью прежний император специально добавил: «Дом Маркиза Нинъань держит собственную армию».
Только Чэн Няо, нелюбимый новый император, не знал, что прежний император не успел договорить вторую половину фразы.
Прежний император и старый маркиз были близкими друзьями с юности. Какая там «собственная армия» — ведь это сам император всё позволял!
Он хотел сказать: «Дом Маркиза Нинъань держит собственную армию, но не имеет намерений бунтовать — можно использовать».
Увы, император умер слишком быстро, и теперь её госпоже пришлось страдать.
— Лиули, не болтай глупостей. Лекарства и маскировка Линь Аня безупречны — ничего не случится, — Су Нно выбралась из воды, протянув руки, чтобы Лиули помогла ей надеть белое нижнее бельё. Лишь полностью переодевшись, она неторопливо прошла за ширму и устроилась на мягком ложе, взяв в руки книгу. Поверх белого надела ещё и чёрную рубашку.
Если она не ошибается, Чэн Няо непременно явится к ней.
Раньше они не раз ночевали вместе в этой пристройке императорского дворца. Мальчишка каждый раз приходил, задерживался ненадолго и уходил, хотя и не знал, зачем.
Наверное, хотел подражать учёным и поэтам, которые спят бок о бок с друзьями-единомышленниками. Каждый раз получал отказ и уходил, повесив нос, но в следующий раз всё равно являлся вновь.
Да уж, совсем глупый.
Хоть и страшно её подозревает, всё равно лезет к ней, будто ребёнок, жаждущий конфеты.
Су Нно и представить не могла, что её величайший секрет уже был раскрыт в прошлой жизни.
Та тень, что умерла вместо неё, тоже была женщиной, очень похожей на неё фигурой. Её отец заранее подготовил эту подмену — золотой кокон для спасения дочери.
— Ано, хватит читать, — внезапно раздался голос, и большая рука вырвала книгу из её пальцев. Прекрасное лицо приблизилось вплотную к её лицу.
Жилка на лбу Лиули радостно задрожала, но прежде чем она успела вспыхнуть гневом, Цюань Шэн увёл её в сторону.
Су Нно внешне оставалась спокойной, небрежно откинувшись назад, умело скрывая удивление.
— Твоя служанка хочет убить императора? — Чэн Няо улыбался, его чёрные глаза жгли Су Нно, пока он, согнувшись, смотрел на неё сверху вниз. — Ано слишком полагается на моё расположение.
— Ваше Величество, я не смею, — Су Нно опустила глаза. Она знала, что он не станет делать из этого дела, но на лице всё же проявила редкую покорность. — Слуга кланяется перед Вами. Да здравствует Император!
— Хе-хе, — смех Чэн Няо вырвался из груди, и он рассмеялся вслух. — Ано, дорогая, ты устала в пути. Не сиди на этом ложе — иди отдохни в спальню, я побуду рядом.
— Не осмеливаюсь утруждать Ваше Величество. Пусть Лиули войдёт.
Су Нно не смотрела на него — он уже выпрямился. Ей и правда было ужасно утомительно, и сил на игры с ним не осталось.
— Разве игра на цитре Лиули лучше моей? — Чэн Няо даже возгордился. Ведь в мире не более трёх людей, чья игра на цитре превосходит его.
Хотя он и не знал, почему Ано так любит именно эту мелодию.
В народе ходили слухи, что у Ано странная привычка перед сном — ей обязательно нужен звук, особенно любима «Мелодия очищения сердца».
Он знал об этом и даже ревновал, когда она позволяла другим сопровождать её в постели, но никогда не опускался до того, чтобы самому остаться с ней.
На самом деле Ано не знала: и в прошлой, и в этой жизни он всегда надеялся, что она попросит его остаться.
Но теперь это неважно. Раз Ано не просит — он придёт сам.
Как и ожидалось, Су Нно не отказалась, а сразу направилась к постели.
Лиули сначала бушевала от злости, метаясь взад-вперёд у дверей, но как только из комнаты донёсся звук цитры, она сразу успокоилась. Долго вздыхала, наконец сдавшись:
— Ладно, ладно… Всё это роковая связь.
Цюань Шэн тоже перевёл дух с облегчением: «Слава небесам, слава небесам… хотя бы играет на цитре».
Когда Чэн Няо играл у окна, он чувствовал себя по-настоящему спокойно и умиротворённо. После стольких дней перерождения наконец-то ощутил твёрдую почву под ногами.
Он даже порадовался, что, хоть и раздражался раньше, когда Ано просила других сопровождать её в постели, всё же держал цитру в этой пристройке.
Теперь может быть рядом с ней, пусть даже через тонкую перегородку.
Когда Су Нно снова открыла глаза, музыка уже стихла, но человек у окна остался.
— Ваше Величество, канцлер и главнокомандующий прибыли. Ждут в императорском кабинете, — доложил Цюань Шэн, опустив голову. Ему было горько на душе.
Его господин несколько дней подряд отменял аудиенции, ссылаясь на болезнь, а теперь ещё и вызвал молодого маркиза во дворец. Те двое, несомненно, пришли с жалобой.
По его мнению, молодой маркиз куда лучше этих двух министров — по крайней мере, он никогда не беспокоил императора делами, когда тот болен.
Хотя на самом деле болезнь императора давно прошла.
— Пусть уходят. Не хочу их видеть, — лицо Чэн Няо потемнело. Он знал: те двое наверняка уже узнали и пришли жаловаться на Ано.
В прошлой жизни он поверил им и постепенно отдалился от Ано. Если в этой жизни снова даст себя обмануть, то зря проживёт ещё раз.
— Ваше Величество, канцлер и главнокомандующий — важнейшие сановники государства. Вы уже несколько дней не выходите к подданным. Вам следует принять их, — иначе эти двое лис неизвестно чего наделают.
Су Нно за ширмой поправила слегка расстегнувшуюся одежду и вышла из-за занавеса, чтобы надеть сапоги.
— Я потревожил тебя? — спросил Чэн Няо, взгляд его стал глубоким, но Су Нно, опустив голову, этого не заметила. Лишь надев сапоги, она подняла глаза:
— Нет, я сама проснулась. Сколько сейчас времени? Как долго канцлер и главнокомандующий ждут?
Она взглянула в окно — закатное сияние уже озаряло двор.
— Милорд, уже час петуха. Канцлер и главнокомандующий ждут почти час. Ваше Величество не позволял нам приближаться, поэтому я осмелился доложить, — Цюань Шэн не смел уговаривать императора, лишь с горечью смотрел себе под ноги.
Почему он не смотрел на Су Нно? Ему ещё хотелось какое-то время служить при дворе, а не быть сосланным куда-нибудь за дерзость.
Су Нно потерла виски, не ожидая, что проспала так долго. Она почувствовала, что настроение Чэн Няо изменилось, но не знала, что случилось в её отсутствие — неужели канцлер и главнокомандующий так его обидели, что он уже несколько дней не выходит и не принимает никого?
Ей было неприятно, но она всё же мягко сказала:
— Ваше Величество, Поднебесная важнее всего. Не упрямьтесь.
Чэн Няо молча смотрел на неё, пока она не договорила. Затем подошёл, взял с ширмы верхнюю одежду и накинул ей на плечи.
Су Нно хотела сама взять одежду, но в конце концов смягчилась и позволила ему. В последний раз она видела такое выражение лица у него сразу после смерти прежнего императора.
— Что с вами? — спросила она необычно нежно, будто утешала расстроенного ребёнка.
— Боюсь, не сдержусь и убью их, — Чэн Няо прижал её к себе, голос стал мрачным.
В прошлой жизни, перед смертью, он узнал, что начальник его императорской гвардии давно перешёл на сторону канцлера и главнокомандующего. Он лишь приказал арестовать человека, но те исполнили приказ как «казнить на месте».
Хоть он и знал теперь, что тот человек выжил, всё равно не мог простить. Хотелось вонзить меч в этих двоих, чтобы утолить ненависть.
Су Нно замерла, бросила взгляд на Цюань Шэна и увидела такое же изумление на его лице. Значит, её догадка верна.
За все годы знакомства она никогда не видела у него такой ярой жажды убийства.
— Ваше Величество, неужели они сделали что-то, чтобы разгневать вас?
— Они хотят убить тебя.
Это прозвучало ни с того ни с сего, и Су Нно, конечно, не поверила. Она похлопала Чэн Няо по спине и всё же подыграла ему:
— Ваш слуга хоть и тронул их людей, но убить меня они не посмеют. Да и смогут ли? Сейчас они не осмелятся вступить в конфликт с Домом Маркиза Нинъань. Ваш слуга командует пятьюдесятью тысячами солдат.
Цюань Шэн сначала обомлел от слов императора, а теперь и вовсе онемел от слов молодого маркиза.
Как можно так открыто говорить о собственной армии? Милорд, вы что, совсем безрассудны?
Су Нно хотела проверить его, но Чэн Няо действительно почувствовал облегчение.
Да, сейчас они ещё не отдалились друг от друга, а у Ано есть армия. Канцлер и главнокомандующий не только не посмеют тронуть её, но и вынуждены будут уважать.
— Я понял, Ано. Если в будущем кто-то от моего имени захочет арестовать тебя, поднимай армию и иди на престол. Я никогда не подпишу приказа на твою казнь. Если кто-то скажет иное — веди войска прямо ко мне и разберёмся лицом к лицу. Хорошо?
Только не используй их замысел против меня. Не заставляй меня мучиться по ночам.
— Ваш слуга не смеет, — тихо рассмеялась Су Нно. Она знала: между ними непременно настанет тот день. Такое обещание она не могла принять.
Хотя она и не понимала, почему он вдруг возненавидел канцлера и главнокомандующего, это лишь облегчит ей дела. Теперь ей не придётся церемониться с этими двумя лисами. Если бы не ради укрепления его трона, она давно бы просто убила их обоих — зачем тратить время на игры?
Как и ожидалось, он отпустил её.
— Приготовься, Цюань Шэн останется здесь. В императорской кухне уже приготовили ужин. Я скоро вернусь, — Чэн Няо улыбнулся с трудом, но глаза его были невероятно нежны.
Он потрепал Су Нно по голове и вышел из спальни.
Пусть судьба и даровала ему шанс вернуться на пять лет назад, но канцлер и главнокомандующий всё ещё сильны. Двигаться надо осторожно, по плану.
Нельзя позволить Ано сейчас вступить с ними в открытую борьбу. Ему даже придётся лицемерить перед ними.
Если бы всё решалось одним ударом меча, как можно было бы искупить все их преступления?
Он не забыл: тело, которое привезла гвардия, было без правой руки.
А тот, кто примчался на коне во главе армии, имел пустой рукав.
Когда его фигура исчезла, лицо Су Нно стало ледяным. Она пристально посмотрела на Цюань Шэна:
— Что происходит?
Цюань Шэн упал на колени, выражение лица стало серьёзным:
— Милорд, с тех пор как император перенёс высокую температуру, он отменил аудиенции и больше не виделся с чиновниками. Откуда эта жажда убийства — не знаю.
— Было ли что-то необычное в его поведении в последнее время? — Су Нно спокойно села за стол и налила себе чай, но не пила, лишь задумчиво теребила чашку.
— Нет, — быстро замотал головой Цюань Шэн, на лице появилось уместное недоумение. В душе же он думал: «Было! Конечно, было нечто странное! Каждую ночь звал имя милорда, да так отчаянно, что у меня зубы сводило».
http://bllate.org/book/6833/649804
Готово:
