С этими словами Гу Дань смягчил голос, вытянул руку и ладонью накрыл её мягкую макушку.
— Если тебе что-то не по душе — скажи. Я всё исправлю.
Му Хуа молчала.
Услышав это, она невольно разжала пальцы, и пирожное прямо с её ладони упало на низенький столик — видимо, она так и не оправилась от неожиданности.
Гу Дань, напротив, совершенно спокойно взял с блюдца пирожное и тут же засунул его ей в рот, попутно поправив выбившуюся прядь за ухом.
Заметив, что девушка замерла и лишь пристально смотрит на него, он нахмурился:
— Поперхнулась?
Му Хуа покачала головой и без особого интереса начала жевать сладкое, воздушное лакомство. Её тонкие пальцы постучали по столу, но через мгновение вдруг замерли.
Гу Дань тоже перевёл взгляд на неё, явно ожидая, что она заговорит.
— Дань-гэ, — наконец произнесла она, — ты что сейчас сказал? Что я могу попросить тебя обо всём — и ты изменишься?
С этими словами Му Хуа нарочито моргнула, выражая своё ожидание. В её глазах заиграли волны света, и это сбило Гу Даня с толку.
Он кивнул и тихо ответил:
— Ага.
— Тогда…
Му Хуа оперлась подбородком на ладонь и прищурилась:
— Дань-гэ, улыбнись?
Гу Дань промолчал.
Заметив, как её глаза всё больше наполняются надеждой, он в конце концов сдался и едва заметно приподнял уголки губ. Под её сияющей улыбкой он слегка улыбнулся.
Улыбка девушки стала ещё шире. Гу Дань ещё не успел перевести дух, как она вдруг наклонилась к нему. Аромат её духов коснулся его носа, а спадающая прядь волос даже задела тыльную сторону его руки.
В следующее мгновение его губы ощутили прохладную мягкость.
Её смеющиеся глаза оказались совсем рядом. Она приблизила губы, одной рукой оперлась на столик, а другой — прижала уголок его рта, искусственно создавая на его лице улыбку.
Дыхание Гу Даня мгновенно перехватило. Инстинктивно он обхватил ладонью её спину, но девушка уже заговорила:
— Вот так надо улыбаться. Так гораздо красивее.
Гу Дань опустил глаза. Перед ним двигались её губы — мягкие и соблазнительные. Судя по крошкам, оставшимся после пирожного, она даже не успела вытереть рот.
Цвет губ показался ему знакомым — это был тот самый оттенок помады, что он подарил ей в День фонарей.
При этой мысли лицо Гу Даня мгновенно залилось румянцем.
Сердце заколотилось.
Автор говорит: Гу Дань: (обиженно) Янь-Янь меня не любит QAQ
Му Хуа: (растерянно) Нет, это не так!
(Я, корчась в экзаменационном аду, всё равно выложила главу.)
Гу Даню казалось, что его маленькая соседка по детству совсем испортилась.
Он покраснел и растерялся от её кокетства, а она, напротив, с невинным видом склонила голову и улыбалась.
Гу Дань вдруг почувствовал раздражение.
Но, несмотря на это, он крепко поддерживал её, позволяя пальцам Му Хуа беззастенчиво шалить у него на лице.
Кончики её пальцев были мягкими, и прикосновение к уголку его рта казалось особенно нежным. Из-за того, что температура его тела была выше обычного, её прохладные пальцы постепенно согрелись и уже не казались такими холодными, как вначале.
Через некоторое время, видимо, устав играть, Му Хуа убрала руку и собралась было сесть обратно, но вдруг почувствовала давление на талию — её прижали к месту. Она инстинктивно потянулась, чтобы опереться на стол, но Гу Дань, словно предвидя это, слегка наклонился вперёд, одной рукой продолжая удерживать её за талию, а другой — уверенно принимая её в свои объятия.
Локоть девушки упёрся прямо ему в грудь — больно. Гу Дань, не изменившись в лице, одной рукой поддерживал её, а другой — большим пальцем аккуратно стёр крошки с её губ.
Му Хуа широко раскрыла глаза. Перед ней была крепкая грудь молодого человека, и она отчётливо слышала ритмичные удары его сердца. Подняв глаза, она словно заглянула в самую глубину его взгляда.
Сердце её вдруг дрогнуло, и на лице заалел румянец. Инстинктивно она отвела взгляд, но тут же почувствовала, как её подбородок бережно поворачивают обратно.
Гу Дань, похоже, решил с ней посерьёзному. Он терпеливо вытер все крошки с её губ, затем вытер палец о шёлковый платок и при этом не переставал смотреть на неё.
Пальцы Му Хуа дрожали. Она прикусила нижнюю губу, и в этот момент на её макушку легла ладонь, мягко её погладившая. Молодой человек, обнимающий её, тихо вздохнул. Поскольку они были очень близко, его тёплое дыхание коснулось её шеи, вызывая мурашки.
— Проказница.
Поправив сдвинувшуюся заколку в её волосах, Гу Дань опустил глаза и лёгким движением ткнул её в лоб.
— Я слишком тебя балую.
Му Хуа надула губы и уже собралась возразить, но Гу Дань снова ткнул её в щёчку, потом ещё раз и ещё — и, похоже, остался доволен.
— Очень мягкая.
Му Хуа промолчала.
Обижаешь!
Я сейчас устрою скандал!
Увидев, как выражение лица милой и послушной девушки постепенно превращается в раздражённое, Гу Дань приподнял бровь, надавил ей на плечи, заставляя сесть, и для порядка погладил по голове.
Му Хуа отвернулась с недовольным видом.
Я что, такая простая, что меня можно успокоить поглаживанием по голове?
Девушка надула щёки, скрестила руки на груди и отвернулась от него — явно обижаясь. Гу Дань едва заметно усмехнулся и опустился перед ней на одно колено.
Он двигался быстро, и Му Хуа даже не успела опомниться, как он уже оказался перед ней.
Она сидела на коленях, а Гу Дань, несмотря на то что был на одном колене, всё равно возвышался над ней. Наклонившись, он полностью заключил её в тень своего тела.
Му Хуа слегка испугалась и инстинктивно попыталась отодвинуться, но Гу Дань был быстрее — он обхватил её за талию и заставил посмотреть на себя.
— Куда бежишь?
Гу Дань тихо вздохнул, явно сбитый с толку, взял её руку и приложил к своему лицу.
Ладонь Му Хуа была маленькой, мягкой и нежной, пальцы — тонкими, ногти покрашены в нежно-розовый цвет, от них исходил лёгкий цветочный аромат, от которого взгляд Гу Даня потемнел.
Он крепко сжал её ладонь в своей, но почти сразу отпустил. Его пальцы дрожали, когда он положил руку на стол и слегка сжал кулак.
— Тыкай.
— А?
Му Хуа склонила голову и, глядя на молодого человека, который серьёзно стоял на коленях перед ней, снова растерялась. Её талию по-прежнему обнимала его рука, а под ладонью — тёплое лицо, которое становилось всё горячее, заставляя её сердце биться всё быстрее.
— Что?
Разве не договаривались, что будешь говорить больше? Почему опять всего два слова?
Это же непонятно!
— Разве ты не злишься?
Гу Дань вернул её руку обратно на своё лицо.
— Ты можешь ткнуть меня в ответ.
Помолчав немного, словно решив, что этого недостаточно, он добавил:
— Делай со мной всё, что захочешь.
Му Хуа промолчала.
Под её ладонью было лицо молодого человека, а сверху — его тёплая рука. Обе ладони были горячими, и её рука быстро согрелась, даже стала горячей.
Почувствовав, как её сердце бьётся всё сильнее, Му Хуа опустила глаза и встретилась взглядом с молодым человеком. В его глазах отражались её черты, и в глубине плавали волны света.
— Ты бы отпустил уже.
Она недовольно пошевелила зажатой рукой.
— Как я могу ткнуть, если ты держишь?
Гу Дань немедленно убрал руку и спокойно опустил её вдоль тела, явно давая понять: «Делай со мной что хочешь».
От этого выражения лица Му Хуа чуть не подавилась.
Это же нечестно!
— Тогда…
Му Хуа приподняла бровь, намеренно протянула звук и, с явным кокетством, приблизилась к нему.
— Я начинаю.
Гу Дань кивнул и вежливо ответил:
— Ага.
Му Хуа снова приподняла бровь, выпрямилась и многозначительно посмотрела на него. Затем резко бросилась вперёд.
Зрачки Гу Даня сузились. Он инстинктивно подхватил её маленькое тельце, продолжая стоять на одном колене. Лицо девушки с сияющей улыбкой мелькнуло перед ним, и её волосы щекотнули ему щёку.
— Янь…
Он не успел договорить, как почувствовал, как его волосы ослабли, и тёмные пряди рассыпались по плечам. Девушка с победным смехом в ухе, а кисточки её заколок щекотали ему ухо.
Гу Дань явно не ожидал такого поворота, но руки всё равно крепко держали Му Хуа, не позволяя ей упасть.
— Готово.
Му Хуа послушно вернулась на место, играя в пальцах с его тёмно-синей повязкой для волос, и с невинным видом повернула к нему зеркало.
— Дань-гэ, тебе очень идёт.
Гу Дань пошатнулся от удара — его маленькая соседка по детству застала его врасплох. Румянец уже подбирался к ушам и, казалось, готов был охватить всё лицо.
Он слегка сжал губы, наклонился к ней и лёгким движением постучал ей по лбу.
— Проказница.
Увидев, что девушка по-прежнему смотрит на него с невинной улыбкой, Гу Дань снова едва заметно улыбнулся. Радость в его сердце росла, и, несмотря на жар в лице, он не хотел уходить — хотел остаться рядом с ней и позволить ей шалить сколько угодно.
— Больше не злишься?
Му Хуа покачала головой и, улыбаясь, потянула его вверх.
— Нет.
Честно говоря, она и не злилась с самого начала.
Гу Дань послушно встал и позволил Му Хуа отряхнуть пыль с его колен. Затем он сел рядом с ней.
— Держи.
Она протянула ему повязку для волос и смущённо высунула язык.
— Возвращаю.
Гу Дань покачал головой и оттолкнул её руку.
— Если нравится — оставь себе.
— Нет.
Му Хуа настойчиво взяла его руку и вложила в неё повязку.
— Дань-гэ, лучше соберите волосы. Если выйдете таким, как есть… Третий брат меня отругает.
Му Чжи точно устроит скандал.
Гу Дань, конечно, понимал серьёзность положения. Он взял повязку и гребень, который подала ему девушка, и просто собрал волосы. Но вдруг словно вспомнил что-то важное — и побледнел.
— Повязка для волос — личная вещь, Янь-Янь. Тебе нельзя трогать вещи других мужчин.
Он помолчал и добавил:
— И у мужчин есть другие личные вещи — головной убор, нефритовая шпилька, перстень, платок… Всё это личное. Ты девушка, и тебе нельзя без разрешения трогать такие вещи — это плохо скажется на твоей репутации. Запомни.
— И нельзя больше так бросаться на людей. Ты уже выросла, в следующем году станешь совершеннолетней — не можешь вести себя, как в детстве.
— Запомнила?
Сказав всё это, Гу Дань посмотрел на неё и увидел лишь растерянное личико.
Гу Дань промолчал.
Он повторил:
— Запомнила?
— Запомнила.
Му Хуа надула губы и начала загибать пальцы:
— Но… я трогала только повязку Дань-гэ. Никогда не прикасалась к вещам других мужчин. И только с Дань-гэ так шалила. Разве это тоже нельзя?
Её чистые глаза наполнились влагой, она несколько раз моргнула и с надеждой посмотрела на него.
Слишком соблазнительно.
Гу Дань глубоко вдохнул. Конечно, он был рад такой открытой нежности с её стороны — даже почувствовал, как его «хвост» радостно завилял за спиной. Но на лице он сохранил серьёзное выражение.
— С другими — нельзя.
Затем он опустил глаза, его лицо смягчилось, и голос стал теплее:
— Но если это я… тогда можно.
Му Хуа склонила голову и засмеялась, и в её глазах заиграли искорки.
— Хорошо~
Гу Дань промолчал.
Это уже слишком.
Он вдруг вскочил и выбежал из комнаты, бросив лишь:
— Мне пора домой.
На выходе он даже споткнулся о порог.
Му Хуа промолчала.
Ого.
Переборщила с кокетством. Простите-простите.
Но, увидев, как обычно спокойный и сдержанный молодой человек так растерялся — особенно его покрасневшие щёки, — Му Хуа не смогла сдержать смеха.
Цайчжу, ставшая свидетельницей всей этой сцены, молча подлила Му Хуа чай. Помолчав, она всё же не выдержала:
— Если госпожа так расположена к господину Гу, почему бы прямо не сказать ему об этом?
Зачем так мучить друг друга?
— Потому что… нельзя сказать.
Палец Му Хуа замер на краю чашки. Она опустила глаза, скрывая в них глубокие эмоции, и уголки губ слегка приподнялись.
— Не хочу его подводить.
Цайчжу растерялась:
— Как госпожа может подвести? Вы так прекрасны!
http://bllate.org/book/6814/647967
Готово:
