И без того прелестная девушка в расцвете юности после всех приготовлений стала настолько неотразимой, что глаз невозможно было отвести. Густые чёрные волосы, снежно-белая кожа, изящные брови — будто два листочка ивы, под ними — большие влажные глаза, а ниже — тонкий, словно выточенный из нефрита, носик. Щёчки слегка румянились от нежного румянца, а губки, покрытые вишнёвой помадой, выглядели такими сочными и нежными, что их невольно хотелось укусить.
Высоко в небе сияла ясная луна, а над головами прохожих распускались яркие фейерверки, заставляя людей останавливаться и восхищённо ахать, любуясь этим волшебным зрелищем. Айцзяо тоже подняла голову, глядя на сверкающие огни, и невольно улыбнулась — настроение сразу улучшилось.
Сяо Хэн машинально повернул голову и замер, разглядывая профиль девушки. Её белоснежная, изящная шея напоминала отполированный кусочек нефрита, и от этого у него даже руки зачесались.
А вдалеке Сяо Юйти, держа в руке фонарик в виде золотого слитка, с удивлением смотрела на своего брата.
Сяо Юйти была любимой младшей дочерью в Доме Герцога Цзин. Сегодня она вышла на улицу, тщательно принарядившись. На ней был плащ из шелковой парчи цвета вишни с изумрудным узором, а на голове — шапочка с заячьими ушками, делавшая её крошечной и озорной. Рядом с ней стояли двое — брат и сестра из рода Тан: Тан Мули и Тан Му Чжэнь.
Сяо Юйти поспешила к Сяо Хэну и окликнула его:
— Брат?!
В её голосе звучало полное изумление. Она прекрасно знала, что её брат терпеть не может шумных сборищ и никогда не выходит в праздничные ночи, особенно в ночь Шанъюаня. А вот она сама обожала веселье и часто гуляла вместе с деревянным Таном и двоюродной сестрой Чжэнь.
Сяо Юйти взглянула на двух девушек и мальчика рядом с братом и стала ещё более озадаченной.
Айцзяо поспешила пояснить:
— Шестая барышня, это мои младшие брат и сестра.
Сяо Юйти кивнула, но в душе всё ещё терзалась сомнениями.
— Двоюродный брат Хэн, — окликнула Сяо Хэна Тан Му Чжэнь, и на её миловидном личике заиграла улыбка.
Тан Му Чжэнь была умной девушкой. Взглянув на эту картину, она невольно подумала, что они выглядят почти как одна семья. Она знала, что двоюродный брат Хэн всегда был холоден и сдержан и редко когда проявлял интерес к кому-либо, особенно к молодым девушкам. Внутренне она обрадовалась. Эта девушка была поистине красива, как цветок, и обладала редкой внешностью, но, увы, происхождение её было слишком низким — в лучшем случае она могла рассчитывать лишь на роль наложницы.
Однако…
Наложница — тоже неплохо. По крайней мере, бабушка перестанет твердить ей об их с братом Хэном свадьбе. Ей уже семнадцать, а она до сих пор не вышла замуж не потому, что влюблена в двоюродного брата, а просто потому, что не хочет выходить замуж вовсе. Но бабушка уверена, что она без памяти влюблена в брата Хэна. Пока он был в отъезде — всё было спокойно, но как только он вернулся, каждый её визит в Дом Герцога Цзин сопровождался напоминаниями о том, как им с братом Хэном «суждено быть вместе». Из-за этого она теперь и вовсе старалась реже бывать в особняке.
Сяо Юйти сказала:
— Старшая бабушка и мама сейчас в таверне «Ипиньцзюй». Раз уж ты вернулся, брат, почему бы не заглянуть к ним? Старшая бабушка сегодня всё время о тебе вспоминала.
Сяо Хэн нахмурился, явно не желая идти.
Айцзяо же тут же предложила:
— Наследный принц, идите. Я пока погуляю с Цинцин и Айюем.
Сяо Хэн подумал и кивнул:
— Хорошо. Я оставлю с вами Чжу Шэна.
Как только Сяо Хэн ушёл, Айцзяо сразу почувствовала себя свободнее и повела брата с сестрой смотреть уличные представления.
Посмотрев немного, Цинцин повернулась к Айцзяо и сказала:
— Сестра, я хочу вишнёвых пирожных.
Завтра брат с сестрой уезжали, и Айцзяо готова была исполнить любое их желание. Она ответила:
— Хорошо, я схожу купить. А вы стойте здесь и никуда не уходите.
Затем она наклонилась к Айюю:
— А ты, Айюй, чего хочешь?
Мальчик поднял голову:
— Я хочу жареных каштанов.
— Хорошо, — улыбнулась Айцзяо и потрепала его по голове. Потом обратилась к Чжу Шэну: — Чжу Шэн-да-гэ, не могли бы вы приглядеть за моими братом и сестрой? Я быстро схожу за угощением и сразу вернусь.
Чжу Шэн кивнул.
Айцзяо отправилась в лавку и купила пакетик вишнёвых пирожных и пакетик жареных каштанов. Когда она расплачивалась, вдруг вспомнила, что наследный принц тоже любит сладкое, и купила ещё один набор. Держа бумажные пакеты в руках, она пошла обратно вдоль набережной и вдруг заметила, что множество девушек запускают в реку лотосовые фонарики. Ей тоже захотелось присоединиться, и она купила себе один.
Когда пришло время писать желания, первое она написала без раздумий, а над следующими двумя долго колебалась, прежде чем наконец поставить точки.
Красивый лотосовый фонарик скользнул по воде и вскоре слился с сотнями других, превратив поверхность реки Минцзао в сияющую галактику, усыпанную звёздами — бескрайнюю и туманную, словно дымка.
Айцзяо немного постояла, любуясь этим зрелищем, но потом вспомнила о брате и сестре и поспешила обратно.
Повернувшись, она вдруг увидела перед собой высокого мужчину, который, судя по всему, давно за ней наблюдал. Она уже собралась что-то сказать, но в следующее мгновение он схватил её за запястье и потянул в кусты.
Айцзяо опомнилась лишь спустя мгновение и растерянно подняла глаза на мужчину перед собой:
— Наследный принц… ммм…
Но он даже не дал ей договорить.
С силой прижав её к стволу дерева, он страстно поцеловал её.
☆
Губы мужчины были горячими и мягкими, и от этого поцелуя у неё перехватило дыхание.
В голове Айцзяо зазвенело, и всё вокруг будто стерлось. Она ощущала лишь то, как он жадно целует её, будто хочет проглотить целиком. Она понимала, что должна оттолкнуть его, а не позволять так себя целовать. Но когда она наконец собралась с духом и уперлась ладонями ему в грудь, он вдруг стал нежнее.
Айцзяо удивилась, но в этот момент он слегка прикусил её губу:
— Ммм…
Как он… как он посмел?
Она никогда раньше не целовалась с мужчинами и не знала, каково это — но сейчас, когда он прижал её к дереву, она поначалу испугалась от его грубости, а потом постепенно расслабилась. Во рту у него был сладкий привкус, наверное, от сладостей. От него пахло лёгким ароматом бамбука — знакомым и родным. Его широкий плащ распахнулся и обволок её целиком, передавая тепло его тела, отчего её собственное стало горячим.
Прошло немало времени, прежде чем наследный принц наконец ослабил объятия. Айцзяо судорожно глотала воздух, сердце её бешено колотилось. Хотя вокруг было темно, она почти наверняка знала, как сильно покраснело её лицо. Пока она тяжело дышала, наследный принц вдруг опустил голову и прижался лбом к её лбу. Она подумала, что он снова поцелует её в губы, но этого не случилось.
Он лишь нежно целовал её лоб, брови, глаза.
Его губы, сначала прохладные, теперь пылали огнём.
Его нос касался её носа, их прерывистое дыхание переплеталось — поза была слишком интимной. Она хотела опустить голову, но он вдруг снова склонился и прильнул к её губам, на этот раз без страсти, лишь нежно очерчивая их контуры. Айцзяо казалось, что её сердце вот-вот выскочит из груди.
Когда поцелуй закончился, она так смутилась, что не смела на него взглянуть.
Но тут раздался тихий смешок, и его большая рука ласково потрепала её по голове. Тогда она всё же подняла глаза.
Хоть и было темно, она чётко видела его сияющие чёрные глаза. В них отражались не только фейерверки, вновь вспыхнувшие над рекой Минцзао, но и её собственное растерянное лицо.
Айцзяо не знала, что делать.
Сяо Хэн ласково провёл пальцами по щеке девушки, потом взял её за руку и тихо, хрипловато произнёс:
— Пойдём.
Айцзяо растерянно коснулась собственного лица — оно горело. Она не знала, как сейчас выглядит, но всё же решилась сказать:
— Наследный принц, давайте… давайте немного подождём, прежде чем возвращаться.
По крайней мере, пока не спадёт румянец.
Это полностью соответствовало желаниям Сяо Хэна.
Он слегка сжал её ладонь и с удовольствием улыбнулся. Раз она не оттолкнула его, значит, в душе она тоже к нему неравнодушна. Возможно, её пугает его статус, но это не беда — главное, что она не сопротивляется.
Весь день он был рассеян. Глядя на её миловидную фигурку, он мечтал хорошенько «побаловаться» с ней. Только что он чуть не потерял контроль над собой. Но теперь, когда она всё поняла, зачем ему скрываться?
Они немного походили вдоль набережной, а потом вернулись.
Увидев брата и сестру, Айцзяо поспешно вырвала руку из его ладони.
Сяо Хэн почувствовал пустоту в ладони и нахмурился — ему стало неприятно.
Цинцин, заметив Сяо Хэна, удивилась, а потом, увидев, что у сестры пустые руки, спросила:
— Сестра, а мои вишнёвые пирожные?
Айцзяо опешила — она совсем забыла об этом.
…Они упали на землю в кустах.
— Я… — начала она, не зная, что сказать.
Рядом Сяо Хэн тут же приказал Чжу Шэну:
— Сходи и купи ещё раз.
·
Вернувшись в особняк, Сяо Хэн понимал, что, возможно, перестарался, и собирался как следует утешить девушку, когда та придёт к нему служить. Она ещё так молода, неопытна — наверняка сегодняшнее событие её напугало.
Но, несмотря ни на что, он был счастлив.
Теперь он больше не будет колебаться.
Услышав стук в дверь, он сказал:
— Войди.
Но когда вошёл Чжу Шэн, лицо наследного принца недовольно нахмурилось.
Чжу Шэн сразу понял, о чём думает его господин, и, поклонившись, доложил:
— Наследный принц, Айцзяо сказала, что чувствует себя неважно и сегодня, вероятно, не сможет вам служить.
Неважно?
Сяо Хэн замер. Сначала он испугался, не заболела ли она, но потом вдруг кое-что понял и нахмурился ещё сильнее. Он даже не взглянул на Чжу Шэна, лишь махнул рукой, отпуская его.
Чжу Шэн поспешно удалился.
Сяо Хэн подумал: он хотел сегодня всё честно объяснить ей, но она нарочно избегает его. Раньше, при её характере, она никогда бы не посмела так поступить. Но в последнее время он сознательно смягчался, проявлял доброту — и она, почувствовав это, стала менее напуганной… но, видимо, и более смелой — дошло до того, что осмелилась отказать ему.
Однако, вспомнив их недавнюю близость, Сяо Хэн невольно улыбнулся.
А в павильоне «Сияющая луна» Айцзяо была в полном смятении.
Цинцин заметила странное поведение сестры и спросила:
— Сестра, что случилось между тобой и наследным принцем Сяо?
Айцзяо подняла глаза и встретилась взглядом с проницательными глазами сестры, но ничего не ответила. Как она могла рассказать об этом Цинцин? Она ведь служанка — даже если её господин ведёт себя вольно, она не имеет права возражать. Тем более что она была отправлена госпожой герцога в павильон Цзи Тан Сюань именно для того, чтобы стать наложницей наследного принца.
Айцзяо нахмурилась. Если бы она не поступила в Дом Герцога Цзин служанкой, то после такого поступка мужчина обязан был бы взять на себя ответственность. Но ведь наследный принц — её господин, а господин имеет полное право проявлять близость со своей служанкой — это считается вполне естественным.
Увидев, что сестра молчит, Цинцин вдруг спросила:
— Сестра, а что с твоими губами?
Губы?
Айцзяо вспыхнула и бросилась к туалетному столику. На улице было темно, и она не разглядела, но теперь всё было ясно: наследный принц так усердно её целовал, что губы немного опухли. Она коснулась их пальцем и слегка нахмурилась.
Цинцин, умная девочка, сразу всё поняла. Зная, какая у сестры стыдливая натура, она не стала больше расспрашивать, а послушно легла спать. Но в душе ей было неприятно: «Наследный принц Сяо производит впечатление благородного джентльмена, но в душе, видимо, всё же мужчина — увидел красивую девушку и не удержался».
Айцзяо тоже легла, но долго не могла уснуть. А когда наконец заснула, ей приснился странный сон — не только то, что случилось ночью с наследным принцем, но и нечто ещё более интимное.
Проснувшись, она покраснела от стыда.
Но Айцзяо не знала, что Сяо Хэну этой ночью приснился сон, куда более откровенный, чем её собственный.
·
На следующий день Айцзяо провожала брата и сестру. Экипаж уже ждал у ворот, но ей было невыносимо тяжело расставаться. Сяо Хэн на этот раз не пожалел подарков — нагрузил воз.
Айцзяо напутствовала брата:
— Учись хорошо. Если будет время, я снова приеду навестить тебя.
http://bllate.org/book/6689/637052
Готово:
