Венди:
— Жил-был мальчик по имени Питер Пэн, который не хотел взрослеть. Он улетел на остров, где обитали пираты, — на Остров Нетландию.
Капитан Крюк:
— Наверное, ему там здорово веселился.
Венди:
— Да, но ему было одиноко.
Капитан Крюк:
— Одиноко? Значит, ему нужна Венди. А зачем именно она ему?
Венди:
— Ему нравится слушать мои сказки.
Капитан Крюк:
— Какие сказки?
Венди:
— «Золушка», «Белоснежка», «Спящая красавица».
Капитан Крюк:
— Любовные истории?
Венди:
— И ещё приключения, где добро всегда побеждает зло.
Капитан Крюк:
— В конце каждой сказки обязательно следует поцелуй… Поцелуй. Выходит, у него всё-таки есть чувства. Он испытывает к тебе чувства.
Тем временем Питер Пэн касался всё более холодеющего тела феи Тинкербелл и, проливая слёзы, шептал заклинание — веру — чтобы пробудить её.
Небо внезапно потемнело, дети почувствовали его веру и вместе с ним закричали:
— Я верю в фей! Я верю! Я верю!
Фея ожила, но в тот же миг капитан Крюк столкнул Венди за борт — прямо в море.
Все огни погасли, сцена погрузилась во тьму.
Маленькие зрители в зале были совершенно заворожены: кто-то невольно вздохнул, а несколько девочек даже тихонько всхлипывали.
На сцене капитан Крюк вдруг пробормотал себе под нос:
— Почему я не услышал всплеска?
У детей снова вспыхнула надежда, и они не отрывали глаз от сцены. И действительно — вспыхнул свет, и на сцене стояли Питер Пэн и Венди.
Дети, которых держал в плену капитан Крюк и которые сидели в углу, радостно закричали. Зрители в зале подхватили их возгласы, и атмосфера достигла апогея.
На сцене началась схватка между Питером Пэном и капитаном Крюком, а дети и юные актёры, игравшие пиратов, тоже вступили в драку.
Свет софитов сфокусировался на Питере Пэне и капитане Крюке.
Капитан Крюк зловеще усмехнулся:
— Я знаю, кто ты такой.
Питер Пэн гордо ответил:
— Я самый крутой герой.
Капитан Крюк презрительно фыркнул:
— Нет, ты жалкое создание.
Питер Пэн не мог поверить своим ушам:
— Я? Жалкое создание?
Капитан Крюк продолжил:
— Она собирается уйти от тебя.
Лицо Питера Пэна исказилось от боли.
Капитан Крюк настаивал:
— Твоя Венди уйдёт. Зачем ей здесь оставаться?
Питер Пэн посмотрел на другой конец сцены, где Венди сражалась с пиратами, и на его лице отразилась грусть.
Капитан Крюк насмешливо произнёс:
— Что ты можешь ей дать? Ты всего лишь ребёнок. Она скорее вырастет, чем будет с тобой. Посмотрим-ка, что я сейчас вижу… Прекрасная Венди сидит в детской комнате, окно наглухо закрыто.
Питер Пэн в ярости воскликнул:
— Я открою его!
Капитан Крюк:
— Окно замуровано.
Питер Пэн:
— Я позову её по имени!
Капитан Крюк:
— Она тебя не слышит. Не видит. Она забыла тебя.
Питер Пэн в отчаянии закричал:
— Нет! Хватит! Не говори больше…
Капитан Крюк:
— А ещё я вижу… Кто-то занял твоё место. Его зовут муж.
Питер Пэн был подавлен и, побеждённый, рухнул на пол.
Капитан Крюк направил клинок прямо к его горлу:
— Ты умрёшь в одиночестве, без любви, как и я.
Он занёс меч, чтобы нанести смертельный удар.
Венди бросилась вперёд, схватила правую руку Крюка и, рыдая, закричала:
— Нет!
Капитан Крюк с силой отшвырнул её на пол, и она оказалась рядом с Питером Пэном.
Капитан Крюк торжествующе провозгласил:
— Тишина! Венди, любимая Питера Пэна, прощается с ним.
Венди оперлась на плечо Питера Пэна, её глаза блестели от слёз:
— Питер, прости… Мне обязательно нужно повзрослеть. Но вот тебе это.
Она протянула сжатый кулак. Капитан Крюк тут же схватил её руку, сверкая глазами.
Венди пояснила:
— Это всего лишь напёрсток.
Капитан Крюк отпустил её и громко расхохотался:
— Глупышка! Ступай. Милая, отдай свой драгоценный напёрсток ему.
Венди наклонилась к уху Питера Пэна и тихо прошептала:
— Это твоё. Навсегда твоё.
Она обеими руками взяла его лицо.
И дети на сцене, и маленькие зрители в зале затаили дыхание, ожидая самого трогательного момента.
Все, кто смотрел «Питера Пэна», знали, что дальше Венди должна подарить ему свой первый поцелуй.
Сяо Лань дрожала всем телом. Что делать? Как быть? По задумке режиссёра напёрсток должен был лежать у неё в нагрудном кармане, но когда Чэнь Линьфэн только что с силой швырнул её на пол, напёрсток выкатился и закатился куда-то.
Она вспомнила репетиции: дети явно разочаровались, задавая вопросы — ведь здесь должен быть поцелуй! Особенно Сяо Мань, для которого этот фильм был самым любимым, а эта сцена — самой заветной. Он тогда опустил голову и тяжело вздохнул.
Теперь все смотрели на них. Сяо Лань держала лицо Сунь Синланя в своих ладонях, её глаза покраснели от волнения, и крупная прозрачная слеза скатилась прямо на щёку Сунь Синланя.
Сунь Синлань с удивлением смотрел на близкое прекрасное личико. Её ресницы были длинные, густые и изогнутые, теперь мокрые от слёз; её чёрные глаза, наполненные влагой, казались особенно ясными и глубокими. Её распущенные волосы спадали вниз, несколько прядей коснулись его щёк — щекотно, приятно и пахло нежным ароматом.
В этот миг в его сердце словно что-то проросло, и ровный, спокойный пульс вдруг участился.
Сяо Лань не хотела видеть разочарование в глазах детей, не желала, чтобы у Сяо Маня в последний день рождения осталось чувство незавершённости. В ней вдруг родилась отчаянная решимость — пусть даже брат выгонит её из дома, она сделает это.
Её лицо медленно приблизилось к лицу Сунь Синланя, их дыхания переплелись. Она закрыла глаза, слёзы скатились по щекам, и её мягкие губы нежно коснулись его губ.
Сунь Синлань машинально закрыл глаза.
Её губы были такими мягкими, с лёгким сладковато-горьким привкусом — вкусом слёз. Раньше, в детстве, он часто пробовал свои собственные слёзы — они всегда были горькими, солёными и горькими. Отчего же её слёзы чуть сладковаты? Очень странно.
Он молча размышлял об этом, затем медленно открыл глаза и стал смотреть в потолок зала. В его взгляде читались растерянность и недоумение, но ещё больше его смущало то, что он не чувствовал ни отвращения, ни гнева — наоборот, в душе теплилась лёгкая радость.
Чэнь Линьфэн и Цао Сюань на сцене остолбенели, а потом испугались: «Всё пропало! Синлань сейчас взорвётся!»
С тех пор как они его знали, он никогда не допускал подобной близости с девушками. Сяо Лань устроила настоящий переполох! Если Синлань рассердится, это будет настоящий катаклизм — снеговая лавина или цунами! Даже если бы сейчас шло прямое телевизионное включение, он бы просто развернулся и ушёл.
Однако почти полминуты Сунь Синлань не подавал признаков жизни. А маленькие зрители в зале уже взорвались громом аплодисментов, некоторые даже свистели от восторга.
Венди поднялась на ноги. Капитан Крюк опомнился, схватил её и злобно уставился на неё, а потом перевёл взгляд на Питера Пэна.
Питер Пэн лежал на полу, его белоснежное лицо постепенно заливалось румянцем, который стремительно расползался по шее и рукам.
Два мальчика из приюта, игравшие братьев Венди, сообразительно закричали:
— О, это вовсе не напёрсток!
— Это её первый поцелуй!
Зал взорвался аплодисментами, многие дети вскочили с мест и закричали от восторга.
Цао Сюань, игравший фею Тинкербелл, подлетел и ткнул Чэнь Линьфэна — тот наконец вспомнил, что должен сказать свою реплику.
Капитан Крюк:
— Боже мой, Питер Пэн, ты весь красный!
Свет софитов вспыхнул прямо на лице Питера Пэна.
Его кожа была такой белой, что под ярким светом он покраснел до кончиков пальцев.
Питер Пэн вдруг рассмеялся — его красивые миндалевидные глаза превратились в лунные серпы. Улыбка получилась настолько обаятельной и очаровательной, что он с криком вскочил на ноги и вновь бросился в схватку с капитаном Крюком.
Капитан Крюк упал в море и стал добычей акул. Этот идеальный финал вызвал у зрителей бурю аплодисментов — все встали со своих мест.
Спектакль завершился на высокой ноте.
Сунь Синлань и Сяо Лань стояли в центре сцены и кланялись зрителям. В этот момент из зала раздался голос мальчика:
— Венди правда уйдёт от Питера Пэна?
Сунь Синлань молчал, погружённый в свои мысли. Сяо Лань сделала шаг вперёд и мягко улыбнулась:
— Нет. Если Питер Пэн не хочет взрослеть, Венди останется с ним ребёнком. Если он захочет повзрослеть, Венди станет с ним взрослой.
Этот ответ, конечно, расходился и с фильмом, и с реальностью, но для этих детей он был самым лучшим.
Сунь Синлань очнулся, его чёткие брови слегка нахмурились. Он повернул голову и посмотрел на Сяо Лань. Та улыбалась, наблюдая, как дети ринулись на сцену.
Сяо Лань знала, что Сунь Синлань смотрит на неё, но не осмеливалась встретиться с ним взглядом. Сегодня она поступила слишком дерзко, и ей было неловко, хотя она ни о чём не жалела.
Дети, которые не успели выйти на сцену во время спектакля, теперь все разом бросились туда и обступили Сунь Синланя, Сяо Лань и остальных актёров.
— Син-гэ, Венди-цзецзе, вы поиграете с нами немного? — спросил двенадцатилетний мальчик.
Дети уже сами стали называть её «Венди-цзецзе» — им так понравилась её роль.
Сяо Лань радостно улыбнулась:
— Конечно!
Чэнь Линьфэн и другие ожидали, что Сунь Синлань откажет и уйдёт, но к их изумлению, он кивнул. Они переглянулись в недоумении.
Дети знали, что Цао Сюань отлично играет на пианино, и те, кто любил музыку, попросили его сыграть.
Чэнь Линьфэн тем временем взял камеру и старательно фотографировал Сунь Синланя с детьми.
Сунь Синлань и Сяо Лань играли с детьми в игру «Соберись в кучку».
Они водили хоровод, а ведущий объявлял цифры: иногда «два», иногда «три»…
Как только называли число, столько человек должно было сбиться в группу.
Несколько раундов прошли весело и оживлённо, дети смеялись, на лице Сунь Синланя играла лёгкая улыбка, но Сяо Лань казалось, что он улыбается как-то вымученно.
Сяо Лань немного задумалась, и в этот момент ведущий крикнул: «Два!» Рядом с ней оказался только Сунь Синлань. Она, конечно, не осмеливалась сама его обнять, но что делать — если не соберётся пара, она проиграет.
В это же время у ступенек сцены стояла маленькая девочка лет четырёх-пяти, которой тоже не с кем было объединяться. Она растерянно оглядывалась по сторонам, но все уже нашли партнёров. Девочка запаниковала и начала путаться в шагах.
http://bllate.org/book/6643/632953
Готово:
