В девичьем сердце всё же таилась неспособность скрыть мимолётную искреннюю эмоцию. Мо Ли, бросив почти ненароком взгляд, вдруг поймал именно ту игривую искорку, что мелькнула в её глазах. Он почувствовал, будто никогда раньше не встречал такой живой и многогранной девушки, как Хань Цзянсюэ, и его любопытство невольно усилилось.
— Сунь Цин, парень, держись! Постарайся изо всех сил! Хань Цзянсюэ, кажется, сошла с ума — ставит на тебя, что станешь первым! Так что уж постарайся, чтобы тебя не вышвырнули уже в этом раунде!
Внезапно снова раздался голос Ли Синмина. На сей раз он совсем не напоминал прежнее бормотание — весь он преобразился, полный воодушевления, и громко кричал прямо на восточную площадку, где только что поднялся юноша в зелёном:
— Наконец-то хоть немного веселья!
Окружающие зрители невольно рассмеялись — кто-то над поведением Ли Синмина, а кто-то над тем, что Хань Цзянсюэ считает Сунь Цина фаворитом турнира.
Сам юноша на помосте тоже был поражён и быстро обернулся в сторону голоса. К удивлению всех, его взгляд сразу же точно упал на лицо Хань Цзянсюэ, стоявшей рядом с Ли Синмином.
Он явно не ожидал, что кто-то так верит в него. Встретившись глазами с Хань Цзянсюэ и увидев её спокойное, ничуть не отрицающее выражение лица, он на миг смутился.
Юноша слегка улыбнулся, несколько застенчиво кивнул Хань Цзянсюэ в знак благодарности, после чего отвёл взгляд и сосредоточился на предстоящем поединке.
Хань Цзянсюэ, конечно, поняла, что перед ней — Сунь Цин. Хотя расстояние было немалым и разглядеть черты лица толком не получалось, его глаза произвели на неё глубокое впечатление. Это были глаза, умеющие говорить — редкость даже среди мужчин!
— Хань Цзянсюэ, ведь ты же сказала, что не знаешь Сунь Цина? Тогда почему он сразу узнал тебя? — недоумённо спросил Ли Синмин, когда Сунь Цин уже начал бой.
Чжан Хаочэн тут же вмешался вместо неё:
— Да ты же сам так громко прокричал! Рядом с тобой была лишь одна девушка — госпожа Цзянсюэ. Уж такую простую вещь любой сумеет понять.
— Ли Синмин, зачем ты так орал? И ещё осмелился сказать, что я сошла с ума? — Хань Цзянсюэ пригрозила ему, подняв руку, будто собираясь отшлёпать. — Если я выиграю, плати вдвое! Иначе я уж точно надеру тебе уши!
При этом принц Ли Синхуа слегка занервничал и хотел было вмешаться, но Чжан Хаочэн удержал его: ясно же, что эти двое просто шутят, и вмешательство ни к чему.
И правда, Ли Синмин без возражений широко ухмыльнулся и согласился — ни малейшего намёка на сопротивление, так что конфликта не возникло.
Такое послушание Ли Синмина сегодня не было в новинку — подобное случалось и раньше, поэтому Ли Синхуа больше не тревожился. Все быстро вернули внимание к помосту и увидели, что Сунь Цин действительно хорош: всего за десяток ходов он легко одолел довольно сильного противника.
— Похоже, Сунь Цин и вправду кое-что умеет. Ставка Цзянсюэ на него не так уж и безумна, — объективно заметил Чжан Хаочэн. Раньше он, пожалуй, и не замечал этого Сунь Цина.
— Конечно! Ведь мой старший брат так сказал, — Хань Цзянсюэ лукаво улыбнулась и вновь переложила заслугу на Хань Цзина.
— Эх, вы с братом — настоящие защитники своих! — Чжан Хаочэн рассмеялся, услышав фразу «мой старший брат не может ошибаться».
Ли Синмин энергично закивал в знак согласия, а Ли Синхуа, хоть и промолчал, но его выражение лица ясно говорило: он полностью разделяет мнение Чжан Хаочэна.
Только Мо Ли, до сих пор молчавший, тихо произнёс:
— Это не защита своих. Это доверие!
На мгновение все замолкли, перестав смеяться. Казалось, каждый задумался над словами Мо Ли или вспомнил, есть ли рядом человек, который так же безоговорочно верит в него.
Хань Цзянсюэ тоже ничего не сказала, лишь снова мягко улыбнулась Мо Ли — спокойно и тепло.
Поскольку бои велись одновременно на нескольких помостах, второй раунд прошёл быстро. Когда начался третий, решающий этап, схватки стали ещё напряжённее и захватывающе интересными.
В последнем раунде жеребьёвку отменили: теперь каждый участник мог сам выбрать себе соперника. У каждого было минимум одно право вызова и одно — быть вызванным. Проигравший оба раза выбывал немедленно, а остальные продолжали цикл поединков. Два участника с наибольшим числом побед выходили в финал за первое место.
По мере продвижения турнира всё больше людей понимали: этот юноша по имени Сунь Цин — настоящая тёмная лошадка! Он становился всё сильнее, последовательно одолев обоих главных фаворитов столичных ставок и уверенно пробился в финал.
Хань Цзин также показал отличные результаты, но в итоге уступил главному претенденту на победу и занял почётное третье место.
— Боже правый! Хань Цзянсюэ, неужели ты и вправду угадала?! — глаза Ли Синмина сверкали, как звёзды, глядя на Сунь Цина, который сейчас сражался на главном помосте с главным фаворитом турнира.
Этот Сунь Цин — настоящий мастер, скрывавший свой талант! Вот уж действительно «не тот, кем кажется»! Самая настоящая тёмная лошадка! Если он выиграет, тысяча лянов серебра, которую я поставил, превратится в целое состояние!
— Даже если Сунь Цин не станет первым, то то, что он дошёл до финала, уже делает его главной сенсацией года! — восхищённо воскликнул Чжан Хаочэн, затем повернулся к Хань Цзянсюэ: — Признаю, глаз у твоего старшего брата действительно намётан.
— Да уж, сын генерала Суня! Действительно, яблоко от яблони недалеко падает. В прошлом году, кажется, он не участвовал, поэтому никто и не знал о его силе, — машинально заметил Ли Синхуа, следя за боем.
— Как можно быть таким сильным и при этом не участвовать? Слишком уж скромничает! На его месте я бы давно вышел — ведь это же прекрасный шанс прославиться! — беззаботно заявил Ли Синмин, совершенно открыто выразив свои мысли.
Ли Синхуа бросил на брата взгляд, полный смущения:
— Ты думаешь, все такие, как ты? Забудь про славу! Лучше постарайся не опозорить особняк принца Чжуан.
— Действительно, слишком скромничает, — не удержалась Хань Цзянсюэ и рассмеялась.
Ли Синмин обиделся, но в голове крутилась только мысль о том, получит ли он свою тысячу лянов с прибылью, поэтому спорить с братом не стал.
— В прошлом году он был болен, поэтому и не участвовал, — тихо, будто специально для Хань Цзянсюэ, пояснил Мо Ли.
— Ты с ним хорошо знаком? — Хань Цзянсюэ инстинктивно подошла ближе к Мо Ли и прямо спросила.
Мо Ли едва заметно улыбнулся, перевёл взгляд на помост и сказал:
— Он скоро победит. Ты выиграла пари!
Едва он договорил, как на помосте Сунь Цин резко нанёс решающий удар. В изумлённых взглядах собравшихся он буквально чудом победил последнего, самого сильного и знаменитого соперника, став победителем военного испытания этого года!
Итог турнира ошеломил всех: победа Сунь Цина и точное предсказание Хань Цзянсюэ вновь доказали, что всё возможно.
Не обращая внимания на реакцию окружающих, Ли Синмин чуть ли не подпрыгивал от радости: ставка на Сунь Цина имела самый высокий коэффициент! Та тысяча лянов, которую он считал потерянной, теперь принесёт огромную прибыль. Жаль только, что не поставил больше, раз Хань Цзянсюэ так точно угадывает!
— Синхуа, с твоим братом всё в порядке? — Чжан Хаочэн с недоумением смотрел на Ли Синмина, который бегал кругами, не в силах унять восторг. — Ты когда-нибудь видел, чтобы проигравший так радовался?
Ли Синхуа покачал головой, тоже растерянный. Только Мо Ли оставался спокойным, задумчиво глядя на Хань Цзянсюэ.
Кроме Ли Синмина, который не участвовал ни в чём, все остальные должны были пройти литературное испытание. Поэтому Хань Цзянсюэ остановила беснующегося Ли Синмина и торопливо напомнила всем: пора свести счёты по пари и готовиться к литературному экзамену — опоздают, она ответственности не несёт.
Проигравшие честно признали поражение. Все без исключения выполнили условия пари с радостью, а не с досадой.
Ли Синхуа достал из кармана золотой листок, Ли Синмин весело протянул билет на приличную сумму, а Мо Ли снял с пальца нефритовый перстень. Хань Цзянсюэ без колебаний приняла всё.
Когда очередь дошла до Чжан Хаочэна, он пошарил по карманам, но ничего подходящего не нашёл и в итоге снял с пояса нефритовую подвеску, которую носил много лет, и протянул её Хань Цзянсюэ.
На этот раз она отказалась:
— Брат Чжан, дай что-нибудь другое. Твою подвеску я не возьму.
— Почему нет? Всего лишь нефритовая подвеска! У меня больше ничего подходящего нет. Раз поспорил — должен платить, — невозмутимо ответил Чжан Хаочэн.
— Если нет подходящего предмета, отдай потом. Лучше всего, конечно, серебряные билеты. Просто пришли их мне позже, — Хань Цзянсюэ махнула рукой, но всё равно отказывалась.
Чжан Хаочэн пришлось вернуть подвеску. Он странно улыбнулся и спросил:
— Тебе сейчас очень нужны деньги? Нефритовый перстень Мо Ли — вещь ценная, но, похоже, тебе больше нравится билет Ли Синмина.
— Конечно, нужны! — Хань Цзянсюэ моргнула, искренне удивлённая. — Разве это странно? Я всегда трачу много. Месячных денег еле хватает, да и мама, как у младшей сестры, не подкидывает мне карманных. Разве не естественно, что я нуждаюсь в деньгах?
Больше она объяснять не стала: даже самые ценные вещи нужно сначала продать, чтобы получить наличные, а после комиссионных остаётся мало. Сейчас ей требовалось много денег — лучше уж сразу серебро.
Чжан Хаочэн замолчал, странно глядя на неё. Остальные тоже быстро поняли: положение Хань Цзянсюэ отличается от их собственного, и некоторые вещи лучше не обсуждать.
Но Хань Цзянсюэ ничуть не смутилась и снова торопливо напомнила всем спешить на литературное испытание.
Все, кроме Ли Синмина, немедленно отправились в Зал Чтения.
Литературное испытание, в отличие от военного, не предполагало зрителей, поэтому остальные обычно гуляли по дворцу, наслаждаясь видами императорского сада — такой возможности нечасто выпадает.
Как только остальные ушли, Ли Синмин не выдержал и тут же спросил Хань Цзянсюэ, как ему завоевать сердце красавицы Люйчжи из Хуа Мань Лоу.
Хань Цзянсюэ не стала томить его: она рассказала, что у Люйчжи есть брат, который сейчас сидит в тюрьме Чэнъаньфу и грозит ему смертная казнь. У Люйчжи остался только он, и если Ли Синмин поможет освободить брата, всё решится само собой.
Ли Синмин был вне себя от восхищения: во-первых, проблема с красавицей решена, во-вторых, он угадал с тёмной лошадкой и теперь богат! Ему и в голову не пришло оставаться во дворце — он тут же заторопился решать свои дела.
Хань Цзянсюэ не стала его удерживать, лишь напомнила: как только деньги поступят, пусть сразу же пришлёт ей её долю.
— Кстати, Хань Цзянсюэ! — Ли Синмин сделал несколько шагов, но вдруг вернулся, будто что-то забыв, и с надеждой уставился на неё. — А не угадаешь ли ты, кто станет первым на литературном испытании?
Хань Цзянсюэ бросила на него презрительный взгляд:
— Да ладно тебе! Ты что, считаешь меня волшебницей? Если не боишься проиграть всё, что только что выиграл, можешь снова поставить на моего старшего брата.
Ли Синмин почесал нос и рассмеялся:
— Нет уж, на это я точно не поставлю! Не волнуйся, как только деньги будут у меня — сразу пришлю!
http://bllate.org/book/6597/628727
Готово:
