Юань Цзэ: — Мне не хватает мешка для боксёрских тренировок. Как думаешь, подойдёшь?
Ляо Чжэн: — … Скотина.
— Я велел вам вызвать людей — почему они до сих пор не пришли? — Юань Цзэ, вытянув длинные ноги, закинул их на круглый стол и нетерпеливо поторопил.
Едва он это произнёс, как раздался стук в дверь. Открыли — официант ввёл пятерых-шестерых юношей в униформе. Все были высокого роста, свежие и симпатичные, среди них даже двое иностранцев с золотыми волосами и голубыми глазами.
Юань Цзэ обнял Су Нуо за плечи:
— Кого выберешь? Или оставить всех?
Пхх!
Су Нуо поперхнулась соком.
— Не волнуйся, все чистые.
Су Нуо наспех вытащила салфетку и вытерла капли сока с уголка рта. Её большие, как у оленёнка, глаза скользнули по собравшимся. Юань Цзэ явно постарался — все были молоды и красивы.
Она опустила взгляд:
— Мне не нужно.
Даже имея за плечами опыт интимных отношений, она всё ещё чувствовала неловкость перед незнакомцами.
Юань Цзэ приподнял бровь:
— Не нравятся такие заурядные красавцы?
Су Нуо запнулась:
— … Не в этом дело.
Да и вообще, разве бывает, чтобы старший брат приводил родной сестре… э-э-э… гостей на ночь? За столько жизней, сколько она прожила, такого безумства от Юань Цзэ она ещё не видела. Если об этом узнают, все надорвутся со смеху.
Юань Цзэ всё понял. Махнув рукой, он отправил всех прочь, затем поднял веки и бросил на У Дуна холодный, пронзительный взгляд, поманив его пальцем:
— Ми-ми, иди сюда.
У Дун растерянно поднялся:
— Цзэ-гэ?
Юань Цзэ указал на У Дуна и Су Нуо:
— Это самый красивый парень в нашей группе. У него фанатов не меньше, чем у тех самых «маленьких королей». Опыта в любви нет, зато умеет говорить сладко и делать массаж. Подойдёт?
Лицо У Дуна мгновенно покраснело:
— Гэ, не надо… Я… я… я не гожусь.
Акэнь громко расхохотался:
— Ми-ми, настоящий мужчина никогда не говорит, что не может!
Услышав это, У Дун стыдливо опустил голову и начал теребить край рубашки — выглядел как обиженная молодая жёнушка.
Су Нуо бросила на него мимолётный взгляд. Он был почти её ровесником, белокожий, нежный, с таким чистым и невинным взором, что ей стало неловко даже смотреть на него.
— Не мучай его, — смягчилась Су Нуо, решив выручить парня, и в завершение одарила его лёгкой улыбкой.
В глазах Юань Цзэ что-то блеснуло — у него появилась новая идея.
Он уверенно произнёс:
— Подожди. Сейчас братец найдёт тебе настоящую красотку. Уверен, она тебе понравится.
С этими словами он взял телефон со стола и быстро набрал длинный номер. Как только собеседник ответил, Юань Цзэ приказал:
— Приходи. Развлекай мою сестру.
Су Нуо откинулась на спинку кресла и решила больше не обращать внимания. Её брат упрямо продолжал подыскивать ей «развлечения», совершенно игнорируя чужие слова.
— Сяо Мяньхуа, не держи в себе напряжение, — лениво прищурившись, Юань Цзэ наставительно, будто мудрый наставник, принялся втолковывать ей жизненную философию. — Если мужчины могут искать себе удовольствия, то и женщинам не запрещено получать радость. В этом мире каждый может прожить и без другого.
— Как только он придёт, точно понравится.
Су Нуо молча пригубила сок и ничего не ответила.
Они приглушили свет, барабаны застучали вовсю. Ляо Чжэн, обняв гитару, вышел на сцену и начал орать во всё горло, явно пытаясь развеселить Су Нуо — каждые пару строк он корчил ей рожицы.
Су Нуо с трудом сдерживала зёвоту, потянула Юань Цзэ за рукав:
— Я хочу домой…
Щёлк.
В этот самый момент дверь открылась.
Она обернулась на звук.
В полумраке мерцающий свет вырисовывал его высокую фигуру. Лица не было видно, но глаза горели ярко.
Кажется, знакомый…
Он снял маску и кепку — перед ней оказался Чжао Юньцин. Су Нуо на секунду изумилась: неужели сам знаменитый актёр пришёл… развлекать гостей?
— Это моя сестра, — Юань Цзэ болтнул ногой и одним глотком осушил бокал крепкого алкоголя. — Сегодня твоя задача — развеселить её.
Чжао Юньцин посмотрел на Су Нуо и, подойдя ближе, сел рядом:
— Вот только не знаю, понравлюсь ли я сестрёнке.
У него было мягкое, нежное лицо, а голос — томный и бархатистый, от которого щекотно становилось в самой душе.
Су Нуо отвела взгляд, взяла со стола стакан воды и сделала глоток, чтобы увлажнить горло. Только проглотив, она поняла, что это алкоголь. Жгучая волна подкатила к желудку, и она закашлялась, а её белоснежные щёчки залились румянцем.
Чжао Юньцин налил ей воды:
— Прополощи рот.
— Спасибо, — прохрипела она, и от этого хрипа её обычно холодные, отстранённые черты приобрели неожиданную, почти домашнюю теплоту.
Су Нуо взяла стакан и медленно пила, переводя взгляд по сторонам, но ни разу не глянула на Чжао Юньцина. Она всегда была чувствительна — с первой же встречи с ним ощущала странную неловкость.
За столом напротив все веселились, а в их уголке будто застыло время — оба молчали, никто не решался нарушить тишину.
Су Нуо плохо переносила алкоголь. Выпив всего полбокала, она уже начала кружиться. Быстрое прохождение жизней избавило её от многих недостатков, но не от склонности к опьянению. Нахмурившись, она почувствовала, как в желудке поднимается кислота, и захотелось вырвать.
— Я в туалет, — пробормотала она, чувствуя головокружение, и лишь хотела выйти, чтобы умыться и прийти в себя.
Пошатываясь, она поднялась и вышла из кабинки. Чжао Юньцин проводил её взглядом и, опустив козырёк кепки, последовал за ней.
В этот час бар был переполнен, музыка гремела оглушительно. Су Нуо вошла в туалет, наклонилась над раковиной и плеснула себе в лицо прохладной воды. Опершись ладонями о край умывальника, она подняла глаза и посмотрела на своё отражение в зеркале.
Румяные щёчки, томный, затуманенный взор.
Она вспомнила, как её впервые отправили в лагерь вражеского царя. Тот жестокий и бездушный правитель обожал её в таком состоянии — пьяную. Ему нравилось мучить её, поливая вином, и шептать нежным голосом: «Любимая наложница… Нуо-нуо… Моя малышка, моя хорошая…»
— Противно.
Су Нуо бросилась в кабинку и вырвала всё, что было в желудке.
Она снова умылась и, прикрыв живот, вышла из туалета, совершенно обессиленная.
Ноги подкашивались, и она уже готова была упасть, но чьи-то руки подхватили её сзади. Над головой раздался мягкий, звонкий мужской голос:
— Сестрёнка?
Она подняла лицо. Свет играл на её фарфоровой коже, а чёрные, блестящие глаза источали соблазнительную томность.
Чжао Юньцин сжал пальцы, горло пересохло. Он обнял Су Нуо и терпеливо уговаривал:
— Твои друзья тоже перебрали. Давай я отвезу тебя домой.
— Я сама могу, — заплетающимся языком пробормотала она, отталкивая его руки. — Я… я сама дойду.
— Если упадёшь ещё раз, твоей ноге точно не поздоровится.
Су Нуо закрыла глаза:
— И всё равно не надо…
Он улыбнулся:
— Не бойся. Я не причиню тебе вреда. В тот день, когда я попал в аварию и вылетел за ограждение, меня спас твой брат. Он мой спаситель. Я не посмею сделать что-то плохое сестре своего благодетеля. Если бы он мне не доверял, сегодня бы не позвал.
Су Нуо ослабила хватку, позволив ему поддержать себя и повести обратно в зал.
Позади них чей-то взгляд неотрывно следил за тем, как их силуэты исчезают в коридоре.
Цянь Лай, стоявший рядом с Шэнь Ваном, осторожно спросил:
— Тот человек… вряд ли это та самая «сестрёнка с детства», верно?
Шэнь Ван отвёл взгляд и холодно бросил:
— Это меня не касается.
Цянь Лай почесал нос, ещё раз взглянул в ту сторону и последовал за Шэнь Ваном в кабинку.
Под переливающимися огнями, среди громких тостов и звона бокалов, Шэнь Ван, с его холодной, благородной внешностью, выделялся среди толпы пузатых мужчин средних лет, словно цветок на вершине утёса. Женщины, сопровождавшие гостей, то и дело прижимались к нему.
Этот банкет быстро наскучил. Одна из девушек, сидевших рядом, завела сплетню:
— Кстати, только что в туалете я видела бывшую невесту господина Шэня. Угадайте, с кем она была? Вы точно не поверите!
Все заинтересовались и стали подбадривать её продолжать.
Девушка кокетливо засмеялась:
— Если я не ошибаюсь, это был сам Чжао Юньцин.
— Тот самый Чжао Юньцин? Не может быть! — кто-то усомнился. Даже те, кто не следил за шоу-бизнесом, слышали о нём: он всегда славился чистой репутацией и благородным поведением, ни единого скандала за ним не числилось.
— Вы говорите, он с бывшей невестой господина Шэня?
— Именно так, — женщина обвила ногой его стул и прижалась к плечу Шэнь Вана. — Теперь, когда у Су Нуо больше нет такой опоры, как вы, господин Шэнь, ей приходится искать другую. В индустрии развлечений всё сложно — чтобы подняться, женщине приходится платить определённую цену. Согласны, господин Шэнь?
Её слова звучали крайне колюче.
Шэнь Ван мрачно посмотрел на неё, резко оттолкнул и сказал Цянь Лаю:
— Разбирайся здесь сам. Мне нужно выйти.
Цянь Лай ошеломлённо кивнул, провожая его взглядом.
Тем временем Су Нуо уже покинула бар вместе с Чжао Юньцином.
Она прислонилась к стене, ночной ветерок развеял запах алкоголя, и голова постепенно прояснилась.
— Держи, — Чжао Юньцин протянул ей банку уксусной сливы.
Она дрогнула длинными ресницами:
— Откуда?
Голос звучал вяло, почти ласково.
Чжао Юньцин подтянул маску повыше:
— Из машины. Не волнуйся, не открывал. Выпей, а потом я отвезу тебя домой.
— А остальные?
— Это их территория. За ними присмотрят.
Логично.
Она успокоилась, открыла банку и уже собиралась пить, как вдруг в уголке глаза мелькнула знакомая фигура. В следующее мгновение тот человек подошёл, лицо его было мрачным.
— Су Нуо.
Он произнёс её имя с сдерживаемой яростью.
— Кажется, мама учила тебя не брать у незнакомцев ничего, — Шэнь Ван опустил уголки глаз, протянул руку, и банка оказалась у него в ладони.
Су Нуо замерла, и даже остатки опьянения мгновенно исчезли.
Чжао Юньцин тихо сказал:
— Я старший брат Су Нуо по учёбе. Так что не совсем незнакомец.
Шэнь Ван фыркнул с презрением:
— И что с того?
Он перевёл взгляд на Су Нуо:
— Иди сюда.
Он всегда держался с ней свысока, будто с питомцем, которого долго держал, но так и не полюбил — звал, когда хотел, и отпускал, когда надоел. Но если кто-то другой начинал с ней играть, внутри у него возникало раздражение.
Су Нуо опустила ресницы. Лунный свет окутал её, делая необычайно спокойной и прекрасной.
— Старший брат, пойдём, — она взяла Чжао Юньцина под руку, полностью игнорируя Шэнь Вана.
Дыхание Шэнь Вана перехватило — он не мог поверить, что Су Нуо бросит его и уйдёт с другим мужчиной.
— Стой, — он схватил её за запястье. — Куда ты с ним собралась?
Он сжал слишком сильно — прямо на рану — и боль заставила её нахмуриться.
Когда Су Нуо попыталась вырваться, Чжао Юньцин резко притянул её к себе. Его тёмные глаза потемнели:
— Господин Шэнь, куда она пойдёт — её личное дело. Прошу проявить джентльменское отношение и не вмешиваться.
Холодно бросив последний взгляд, он усадил Су Нуо в машину и уехал.
Автомобиль растворился в ночи, исчезая в конце улицы.
Летний ветер трепал полы его одежды. Шэнь Ван, с холодным, пронзительным взглядом, смотрел вдаль, затем повернулся и сел в свою машину, завёл двигатель и последовал за ними.
Он вёл одной рукой, второй листал телефон в поисках номера Су Нуо, но вдруг вспомнил — давно удалил её из контактов. Раздражённо ударив по рулю, он открыл WeChat.
— Су Нуо, возвращайся, — отправил он голосовое сообщение в давно заброшенный чат.
На экране всплыл красный восклицательный знак — его заблокировали.
— Чёрт, — выругался он и резко нажал на газ, пытаясь нагнать машину Чжао Юньцина.
Тот ехал прямо перед ним. После двух поворотов налево они остановились у отеля. Шэнь Ван медленно припарковался у обочины, опустил стекло и наблюдал, как Чжао Юньцин, обняв Су Нуо за плечи, ведёт её к входу. На ней была его куртка, отчего она казалась ещё более хрупкой и покорной, без малейшего сопротивления.
Когда их фигуры окончательно исчезли из виду, Шэнь Ван так и не отвёл взгляда.
Он злился — злился на её глупую доверчивость, на её неспособность защитить себя. Потом злость улеглась, сменившись горьким спокойствием. Возможно, она и вправду такая, как говорили те женщины: ради карьеры готова отдать себя. Если Су Нуо способна подсыпать ему снотворное, чтобы заполучить, то ради славы легко ляжет и с другим мужчиной. Для неё нет ничего невозможного.
Он судорожно сжал руль, стараясь заглушить эту кислую, мучительную ревность, и нажал на газ, покидая это место.
*
Номер в отеле.
Чжао Юньцин включил свет, заказал отвар от похмелья и аккуратно уложил её на кровать, после чего собрался уходить.
Мягкая постель, полумрак… Су Нуо лежала с полуприкрытыми глазами, томная и сонная, словно маленький котёнок.
Чжао Юньцин наклонился, укрыв её одеялом, и нежно произнёс:
— Ты не сказала мне адрес дома. Уже поздно, и возвращение может потревожить семью. Этот отель принадлежит моей семье, можешь спокойно остаться. Спокойной ночи.
Он смотрел на её пылающее лицо, и его длинные пальцы колебались, прежде чем осторожно коснуться её густых, шелковистых волос.
http://bllate.org/book/6451/615688
Готово:
